О поручительствѣ вообщг.

Поручительство, какъ нті.стно. есть обѣіцапіе. данное въ обезпе­ченіе чужаго кредитора, исполнить обязательство его должника, если послѣдній самъ ite исполнитъ его.

Въ Юстиніановомъ щкпг];, обыкновенная Форма поручительства, текъ называемая fidejussio, есть поручительство въ Формѣ стппу- лкцін.

Рядомъ съ fidejussio въ Римскомъ правѣ были епіе два вида пору­чительств;.:

во первыхъ, такъ называемое coiistifuliun debiti alieni—неформаль­ное обѣщаніе отвѣтственности за чужой долгъ:

во вторыхъ, такъ называемое въ настоящее время mandatum qua- liticatTioi порученіе кому вибудь, дать взаіімы третьему лицу. Уполно­моченный, niandatarius. имѣетъ противъ зретьяго лица обыкновенный долговой искъ, condictio certi ex mutuo; еслп же онъ не удовлетво­ряется имъ, то онъ получаетъ право иска противъ уполномочившаго, mandator, на всю сумму пли на неуплаченную часть ея.

Мы здѣсь будемъ говорить толы» о fidejussio.

— 289 —

Поручительство, fidejussio, можетъ быть установляємо при обяза­тельств іхъ всякаго рода. Оно можетъ быть установлено какъ одно­временно съ главнымъ обязательствомъ, такъ и почті; и прежде него.

Но во всякомъ случаѣ поручительство есть только побочное, до­полнительное обязательство, и этимъ объясняются извѣстныя, весьма значительныя особенности его.

Fidejussoris obligatio accessio est principalis obligationis, говоритъ Гагі, III 126. Обязательство поручителя должно считаться дополни­тельнымъ къ главному обязательству.

Безъ главнаго обязательства немыслимо поручительство. Отсюда римляне выводили, что обязательство поручителя должно простираться на тотъ же предметъ, какъ и главное обязательство. Поручительство, простирающееся на другой предметъ, было бы, по мнѣнію римлянъ, поручительствомъ по другому обязательству. Существующее главное обязательство было бы поэтому безъ поручительства, поручительство было бы безъ главнаго обязательства, вслѣдствіе чего оно не имѣло бы никакой силы.

Яволенъ весьма ясно высказываетъ это правило въ

1 42 I).

Javolenus 1. X. epistolarum.

Si ita fidejussorem accepero: Если бы я принялъ поручителя

credita est, fidejussor obligari non potent...

quod ego decem credidi de ea pe- такимъ образомъ: въ томъ что я cunia mille modios tritici fide tua одолжилъ десять, ручаешься ли esse jubes? non obligatur fidejus- ты за эти деньги тысячей мѣръ sor, quia in aliam rem quam quae хлѣба? поручитель не обязывает­ся, ибо обязываться другой вещью, нежели тою, которая была одолже­на, поручитель не можетъ...

Марцелдъ придерживался такого же воззрѣнія какъ и Яволенъ .

Мало по малу мѣсто этого принципа началъ заступать другой:

I. 8 § 8 U. h. t, I. 38 pr. li. t.

— 290 —

обязательство поручителя не должно бить обременительнѣе обязатель­ства главнаго должника.

1. 34 T). h. t.

(Paulus 1. 72 ad edictum).

Hi qui accessionis loco promit- Поручители могутъ бить при- tuiit in leni ore-гл can eam acci pi рое- няти па болѣе благопріятныхъ эоУ, in Aderwrem non poeevnl. условіяхъ, на менѣе благопріят­

ныхъ не могутъ.

Подобнаго же мнѣнія были кажется и Гай, Юліанъ и Ульпіанъ

Сначала, принципъ—in alianr rem quam quae credita est fidejussor, obligari non potest и другой принципъ — lii qui accessionis loco pro­mittunt in leviorem causam accipi possunt — вѣроятно не исключали другъ друга: оба были попытками Формулировать дѣйствующее право и свести его къ одной основной мысли .

Но, разъ принятые, эти принципы должны были повлечь за собою необходимыя послѣдствія, противоположность ихъ должна была, обна­ружиться,-—борьба, между ними была, неизбѣжна.

Антагонизмъ этотъ всего разительнѣе проявляется въ вопросахъ, подлежащихъ теперь нашему разсмотрѣнію.

§ А