Выводы по главе 2

В завершении данной главы настоящего диссертационного исследования следует сделать ряд ключевых выводов.

Во-первых, автором обобщена практика межамериканских региональных правозащитных механизмов, способствующая четкому разграничению преступных деяний, связанных с насильственным исчезновением лиц, и преступных деяний, связанных с похищением лиц.

Во-вторых, выявлены конкретные дела прецедентного характера, рассмотренные в рамках Межамериканской системы защиты прав человека, которые были восприняты другими региональными системами защиты прав человека при рассмотрении ими дел, связанных с насильственными исчезновениями.

В-третьих, комплексно изучена и проанализирована практика Межамериканского суда по правам человека, по существу, не имеющая аналогов в международной судебной практике и выражающаяся в том, что ^[255] наряду с материальной компенсацией Судом предписываются меры по увековечиванию памяти о жертвах насильственных исчезновений, которые обязано выполнить конкретное государство-ответчик.

В-четвертых, в этой главе установлена специфика деятельности Межамериканского суда по правам человека по рассмотрению дел о насильственных исчезновениях, который в своей практике относительно актов насильственного исчезновения лиц руководствуется определенными общими критериями. Прежде всего, Суд фокусирует свое внимание на приемлемых правовых источниках для установления международной ответственности государства в случае совершения преступления насильственного исчезновения лиц на его территории.

В-пятых, первоначально МСПЧ учитывает такой важный момент, каким является классификация данного преступления в национальном законодательстве государства-члена ОАГ. Суд акцентирует внимание на обязательстве государства-члена по квалификации преступления насильственного исчезновения в своем (национальном) уголовном законодательстве в полном соответствии с международными стандартами.

В-шестых, Межамериканский суд по правам человека квалифицирует насильственное исчезновение как преступление против человечности.

В-седьмых, с позиций МСПЧ, ответственность соответствующего государства (в случае насильственных исчезновений лиц) не только детерминируется нормами, закрепленными в Американской конвенции о правах человека, но и нормами Межамериканской конвенции о насильственном исчезновении лиц^[256].

В-восьмых, опираясь на анализ практики Межамериканского суда по правам человека и деятельности Межамериканской комиссии по правам человека, а также на основе всестороннего исследования межамериканских правозащитных механизмов, автором обоснован комплексный и смежный характер деяний, квалифицируемых в качестве влекущих насильственное исчезновение лиц. Дело в том, что при совершении таких деяний синхронно нарушается ряд положений Американской конвенции о правах человека 1969 года:

■ ст. 1 (обязательство государств-участников обеспечивать права и свободы человека);

■ ст. 3 (право на правосубъектность);

■ ст. 4 (право на жизнь);

■ ст. 5 (запрещение пыток и право на гуманное обращение);

■ ст. 7 (право на личную свободу и безопасность).

В-девятых, для обобщения осязаемых достижений, а также мониторинга и анализа проблемных моментов в деятельности Межамериканской системы защиты прав человека, направленной на борьбу с насильственными исчезновениями, в ее рамках предлагается введение новой специальной процедуры в виде Специального докладчика по данной проблематике. Одной из основных задач Спецдокладчика должна быть выработка практических рекомендаций в части разработки превентивных мер по борьбе с насильственными исчезновениями лиц.

Ощутимые достижения в деле развития международно-правовых стандартов в области борьбы с рассматриваемым преступлением не только нашли адекватное отражение в деятельности различных органов,

занимающихся обеспечением и защитой прав человека, но и в сфере международного гуманитарного и международного уголовного права. Это, с точки зрения диссертанта, наглядно доказывает, что процесс создания и совершенствования международно-правовых стандартов в области

насильственного исчезновения лиц продолжается и в настоящее время.