п. Очеркъ исторіи французскихъ крестьянъ.

Положеніе французскихъ крестьянъ до развитія феодализма было приблизительно одинаково съ положеніемъ англійскихъ крестьянъ до за­воеванія ихъ англо-саксами. Съ развитіемъ феодализма въ жизни фран­цузскихъ крестьянъ происходятъ измѣненія и нельзя сказать, чтобъ къ лучшему.

— 8 —

въ судебныхъ и хозяйственныхъ дѣлахъ этому ленному владѣльцу и при томъ по jus patrimonium, а не на основаніи общегосударственныхъ за** коновъ.

Эти порядки, быстро и прочно укоренившіеся въ ленныхъ имѣ­ніяхъ, долгое время не прививались къ феодальнымъ имѣніямъ. Такъ какъ владѣльцы феодальныхъ имѣній были отвѣтственны предъ королемъ во всѣхъ своихъ дѣйствіяхъ, то неудивительно, что король могъ отстра­нять феодаловъ отъ суда и полицейской расправы въ ихъ же собствен­ныхъ имѣніяхъ. Король могъ назначать и дѣйствительно назначалъ своихъ коронныхъ судей (baillis, sdn6chaux) въ феодальныя имѣнія, въ особен­ности тѣ части послѣднихъ, которыя принадлежали вольнымъ частнымъ лицамъ. Но дворянство не могло примириться съ такимъ ущербомъ для своей патримоніальной власти, оно вступило въ упорную, долгую и про­должительную борьбу съ королевскою властью, окончившуюся далеко не въ пользу крестьянскаго населенія.

Король вынудилъ себѣ покорность феодаловъ, сдѣлавъ имъ съ своей стороны уступку. Землевладѣльцы пріобрѣли себѣ право судить всѣхъ безъ различія крестьянъ, поселенныхъ на ихъ земляхъ не по королевскимъ узаконеніямъ, а по мѣстнымъ обычаямъ (coutumes). Въ виду того обсто­ятельства, что эти мѣстные обычаи (coutumes) офиціально не были утверждены, а главное истолкованіе и примѣненіе ихъ предоставлено было волѣ господъ, то неудивительно, что послѣдніе сдѣлались безкон­трольными владыками крестьянъ по всѣмъ частямъ внутренняго мѣстнаго управленія.

Всѣ роды крестьянъ и крестьянскихъ повинностей смѣшаны были въ одно состояніе крѣпостныхъ крестьянъ и одно крѣпостное тягло. Та­кое предоставленіе французскому дворянству королемъ крестьянъ въ пол­ное хозяйственное распоряженіе было гибелью, и королю, и дворянству, и крестьянамъ. Дворянство, расточило свои богатства (точнѣе чужія) въ безумной роскоши, обезличенное и приниженное крестьянство начало бѣднѣть, а съ нимъ вмѣстѣ начала пустѣть королевская казна. Національ­ное Собраніе 1789 года ст.

— 9 —

бомъ весьма просто и легко многосложный вопросъ о регулированіи по­винностей и проч. Революціонное правительство стремилось съ одной стороны освободить частныхъ лицъ отъ всякаго рода частнаго вліянія, дворянскаго, въ особенности, съ другой стороны сдѣлать мѣстную общину (коммуну) прочнымъ и покорнымъ орудіемъ, центральной пра­вительственной власти. Съ этою цѣлью правительство закрѣпило кре­стьянскія владѣнія за ихъ общинами (коммунами), распредѣливъ самое пользованіе ими между домохозяевами по жеребьевымъ участкамъ *).

Руководствуясь такого рода мотивами, правительство издало въ 1879 г. Code rura), представляющій изъ себя блестящій образецъ регламентаціи государственною властью хозяйственной дѣятельности мѣстнаго обще­ства. Code rural, провозгласивъ высшимъ принципамъ свободу собствен­ности, а также нераздѣльности и неотчуждаемости, на подобіе государ­ственной территоріи общинныхъ владѣній, санкціонируетъ право и обя­занность правительства наблюдать за всѣми коммуннальными имуществами, регламентировать ихъ управленіе, а главное, распредѣлять между чле­нами коммуны право пользованія.

Этими мѣрами правительство сохранило связь между членами ком­муны, хотя и не въ видѣ самостоятельнаго права собственности, а только обязательнаго владѣнія подъ условіемъ уплаты податей и повин­ностей. Право кантроля надъ коммуннальною хозяйственною дѣятель­ностью со стороны органовъ правительственной власти неоднократно было подтверждаемо и послѣдующими узаконеніями.

Такимъ образомъ крестьянскія земли по французскому законодатель­ству признавались собственностью коммуны, какъ юридическаго лица, при чемъ членамъ общества не предоставлено было даже права полнаго поль­зованія своими имуществами, а поставлено такое пользованіе подъ строгій контроль правительственныхъ органовъ. Правительство не замедлило взяться за мельчайшую регламентацію хозяйственной жизни коммуны. Пер­воначально (по закону 1837 г.), мэръ являлся повѣреннымъ крестьянской общины, непосредственное же завѣдываніе общественными имуществами

— 10 —

предоставлено было conseil municipal. Съ теченіемъ времени хозяй­ственная самостоятельность общественныхъ властей постепенно начала стѣсняться. Декретомъ отъ 25 марта 1852 г. префекту предоставлено весьма объемистое право утвержденія постановленій муниципальнаго со­вѣта. Даже предоставленное издавна закономъ муниципальному совѣту права установленія порядка пользованія общественными угодьями и вы­гонами ограничивается иногда судебной практикой. Порядки общиннаго владѣнія французскихъ крестьянъ на столько замѣчательны по своему крайнему осуществленію системы чиновничьей регламентаціи, что не лиш­нимъ является кое-что о нихъ упомянуть. Общественный пастухъ, для выпуска скота на общіе выгоны, назначается мэромъ по предложенію му­ниципальнаго совѣта. Содержаніе пастуху устанавливается муниципаль­нымъ совѣтомъ по предложенію полевого сторожа и предъявляется на усмотрѣніе субъ-префекта. Выгонять и пасти скотъ отдѣльно отъ обще­ственнаго стада домохозяевамъ строго воспрещается. Особенно мелочна регламентація касательно пользованія лѣсовъ для топлива. Устанавли­вается списокъ домохозяевъ, которымъ присужденъ лѣсъ, и списокъ этотъ утверждается префектомъ.

Въ коммунахъ, гдѣ для содержанія полевыхъ и лѣсныхъ сторожей, недостаточно общественныхъ доходовъ, коммунальные лѣса продаются на срубъ для покрытія расходовъ, для каковой продажи требуется разрѣ­шеніе префекта и министра внутреннихъ дѣлъ, если оцѣночная сумма свыше 100 р.

Французское законодательство регламентировало также многочислен­ные и разнообразные сервитуты, установленные въ странѣ въ дореволю­ціонное время. Въ Code forestier 1827 г. всѣ эти права были пере­смотрѣны и соединены вмѣстѣ подъ именеыъ droits d’usage и подвер­гнуты частью обязательному, частью добровольному выкупу.

Самымъ же точнымъ и опредѣленнымъ образомъ регламентировано французскимъ законодательствомъ самое важпое право въ крестьянской жизни—право оброчнаго содержанія земель (allotissements).

— 11 —

Земли коммуны раздѣляются на отдѣльныя участки (lots) съ дав­нихъ поръ и первоначально эти lots сдавались членамъ коммуны въ по­жизненное, даже наслѣдственное пользованіе.

Закономъ 1852 г. долгосрочныя сдачи воспрещены и участки сдаются на 3, 6, 9 лѣтъ и только въ крайнемъ случаѣ, за отсут­ствіемъ иныхъ способовъ эксплоатаціи участки могутъ быть сдаваемы на 30 лѣтъ. Плата за пользованіе землею поступаетъ въ коммунальную казну. Самыя условія и контракты пользованія общественными участками составляются муниципальнымъ совѣтомъ съ утвержденіемъ мэра или пре­фекта. Къ пользованію • участками общественной земли допускаются всѣ осѣдлые жители.

Code niral 1791 г. точно регулируетъ не менѣе важное право въ крестьянскомъ хозяйствѣ—право прогона и выгона.

Законъ дозволяетъ отдѣльнымъ домохозяевамъ огораживать свои участки, чѣмъ даетъ возможность оградить участковыя владѣнія отъ общественной эксплоатаціи. Огороженнымъ Code признаетъ то владѣніе, которое окружено стѣной или заборомъ въ 4 ф. вышины или рвомъ той же ширины. Право прогона и выгона могутъ быть выкупаемы частными лицами и коммуна не имѣетъ права ихъ отмѣнятъ Въ случаѣ недоразу­мѣній въ пользованіи этими правами между отдѣльными лицами и conseil municipal, рѣшеніе въ окончательной формѣ предоставлено префекту по закону отъ 19 октября 1853 г.

*