§ 3. Исторія рецепціи римскаго права

ворота. Рецепція имепно чуждаго національныхъ элементовъ нрава обусловливалась прежде всего общенароднымъ стремленіемъ къ един­ству права. Потребность въ такомъ единствѣ ощущалась въ Гер­маніи какъ въ гражданскомъ оборотѣ, такъ и въ судебной практикѣ.

Германское національное право оказывалось черезчуръ разно­образнымъ и раздробленнымъ въ зависимости отъ различныхъ мѣст­ныхъ условій. Не легко было обозрѣть всѣ эти матеріалы и освоиться съ ними. Едва ли это положеніе становилось болѣе сноснымъ отъ того, что во всемъ этомъ разнообразіи всетаки отражались одни и тѣ же основныя воззрѣнія: вѣдь на практикѣ, при примѣненіи права все дѣло именно въ деталяхъ. И вотъ на ряду съ такимъ партикуля­ризмомъ правовыхъ нормъ, казалось, существовало уже единое право для всего государства, ждавшее только своего принятія. Это право заключалось въ юстиніановомъ Corpus juris civilis.

Древнее преданіе гласило, что Corpus juris civilis есть право германскихъ императоровъ, такъ какъ германскіе короли считались преемниками римскихъ императоровъ ^[13]).

Такія преданія появились съ особою силою въ эпоху всеоб­щаго движенія, которое охватило всѣ народы въ вѣкъ рефор­маціи. Открытіе Новаго Свѣта, экономическіе перевороты, со­провождавшіе это открытіе, образованіе обширныхъ территоріаль­ныхъ государствъ, паденіе средне-вѣковыхъ воззрѣній и порядковъ, гуманизмъ и, наконецъ, реформація—все это явленія одной и той же эпохи. Естественнымъ спутникомъ такихъ перемѣнъ въ духовномъ, политическомъ н соціальномъ строѣ, казалось, должно было быть и новое право.

Слѣдующія обстоятельства объясняютъ, почему рецепціи рим­скаго права содѣйствовали и юристы, и общество, и всѣ законныя власти имперіи и отдѣльныхъ частей ея.

a) Средневѣковая теорія правовѣдѣнія была построена исклю­чительно на римскимъ началахъ. Въ университетахъ, какъ учрежде­ніяхъ, предназначенныхъ служить цѣлямъ всего христіанскаго міра, преподавалось право, установленное исключительно императорами и папами, такъ какъ только императоръ и папа, по тогдашнимъ воз­зрѣніямъ, считались главами христіанства ^[14]). Великіе ученые сред­нихъ вѣковъ занимались только римскимъ и каноническимъ нра­вомъ: римской доктриной исчерпывался въ то время весь кругъ идей ученыхъ юристовъ. Само собою разумѣется, что воспитанные на римскомъ правѣ юристы, достигши ученыхъ степеней и вліятель­наго положенія въ духовномъ и свѣтскомъ мірѣ, стремились по воз­можности вводить въ практику именно ото право.

Пожалуй, еще большее значеніе имѣло возникновеніе крайне многочисленнаго сословія полуученыхъ юристовъ. Они успѣшно стара­лись отстаивать н проводить на практикѣ общія положенія римской доктрины.

b) Юридически необразованные народные судьи — гиеффены, творившіе судъ по старымъ традиціямъ п внутреннему убѣжденію, не доросли еще до пониманія быстро измѣнившихся отношеній. Полу­ученые ходатаи, выступавшіе передъ ними въ качествѣ представи­телей тяжущихся сторонъ, сбили ихъ окончательно ст. толку. ПІеф- феиы разочаровались въ самихъ себѣ, а народъ разочаровался въ нихъ. Въ силу этихъ причинъ стороны стали обращаться, сначала

какъ къ третейскимъ судьямъ, къ чиновникамъ, назначеннымъ пра­вительствомъ для управленія страной; эти послѣдніе, будучи знакомы съ иноземнымъ правомъ, судили, руководствуясь имъ. Такимъ обра­зомъ неученые судьи были постепенно замѣнены учеными ^[16]).

с) Кромѣ того судебный уставъ, изданный при учрежденіи высшаго имперскаго суда (Reichskammergerichtsordnung), присягою обязывалъ судей творить судъ «но общему праву Имперіи»^{[17] [18] [19] [20]). А тако­вымъ являлось римское и каноническое право. Конечно, въ этомъ положеніи не слѣдуетъ еще усматривать введенія римскаго права особымъ закономъ, какъ думали прежде: это было только законное признаніе его дѣйствія.}

Ту же самую роль играло римское право и во вновь учрежден­ныхъ верховныхъ территоріальныхъ судахъ ^ѳ). Мѣстное законода­тельство также содѣйствовало рецепціи римскаго права: при пере­работкѣ статутовъ и составленіи сборниковъ земскихъ уложеній имѣлось, правда, прежде всего въ виду согласованіе объективнаго нрава съ мѣстными обычаями, но въ сущности это, главнымъ обра­зомъ, способствовало усиленію рецепціи римскаго права ^!С).