Развитие международно-правового регулирования суверенитета и управления Интернетом

Формирование международно-правового института суверенитета государств традиционно связывается с подписанием в 1648 г. Вестфальского мирного договора по итогам Тридцатилетней войны в Европе.

Вестфальская система основывается на запрете вмешательства во внутренние дела любого государства и закрепляет территориальный суверенитет нацио­нального государства.

С принятием Устава ООН 1945 г. принцип суверенного равенства государств, закрепленный в его ст. 2, становится ключевой основой международного права.

Декларация о принципах международного права, касающихся дружествен­ных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций, 1970 г. подтверждает осново­полагающее значение суверенного равенства и подчеркивает, что цели Орга­низации Объединенных Наций могут быть достигнуты лишь в том случае, если государства пользуются суверенным равенством и полностью соблюда­ют в своих международных отношениях требования этого принципа.

В данной Декларации раскрывается международно-правовое содержание принципа суверенного равенства. Все государства пользуются суверенным равенством. Они имеют одинаковые права и обязанности и являются равно­правными членами международного сообщества независимо от различий экономического, социального, политического или иного характера. В частно­сти, понятие «суверенное равенство» включает следующие элементы:

— государства юридически равны;

— каждое государство пользуется правами, присущими полному суверените­ту;

— каждое государство обязано уважать правосубъектность других госу­дарств;

— территориальная целостность и политическая независимость государства неприкосновенны;

— каждое государство имеет право свободно выбирать и развивать свои по­литические, социальные, экономические и культурные системы;

— каждое государство обязано выполнять полностью и добросовестно свои международные обязательства и жить в мире с другими государствами.

Дальнейшее развитие содержания данного принципа связано с расширением сферы его действия, охватывающей не только территориальную составляю­щую. Наиболее ярко это отражено в Хартии экономических прав и обязанно­стей государств, принятой резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 12 де­кабря 1974 г. Согласно ст. 2 данного документа каждое государство имеет и должно свободно осуществлять полный постоянный суверенитет над всеми своими богатствами, природными ресурсами и экономической деятельно­стью.

Согласно ст. 1 Хельсинкского Заключительного акта Совещания по безопас­ности и сотрудничеству в Европе 1975 г. государства-участники будут ува­жать суверенное равенство и своеобразие друг друга, а также все права, при­сущие их суверенитету и охватываемые им, в число которых входит, в част­ности, право каждого государства на юридическое равенство, на территори­альную целостность, на свободу и политическую независимость. Они будут также уважать право друг друга свободно выбирать и развивать свои полити­ческие, социальные, экономические и культурные системы, равно как и пра­во устанавливать свои законы и административные правила.

В начале XXI в. развитие международно-правового регулирования суверени­тета и принципа суверенного равенства государств характеризуется опреде­ленным кризисом. Как отметил в 2004 г. В. Д. Зорькин, принцип соблюдения государственного суверенитета заменяется управлением глобальной безопас­ностью, которое должно осуществлять ООН, а Вестфальская система атаку­ется по двум направлениям: во-первых, права человека и права нации на са­моопределение противопоставляются принципам государственного сувере­нитета и территориальной целостности, во-вторых, национальные государ­ства упрекают в неспособности обеспечить эффективное управление в усло­виях глобализации.

С начала XXI в. в рамках ООН получила развитие концепция «обязанность защищать» или «ответственность по защите» (англ.: The responsibility to protect (RtoP or R2P)).

Понятие «обязанность защищать» впервые было упомянуто в докладе Меж­дународной комиссии ООН по вопросам вмешательства и государственного суверенитета 2001 г.

Группа высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам, основанная К. Аннаном в 2004 г., разработала новую позицию об ответственности по защи­те. Согласно данной позиции коллективная международная ответственность может быть использована Советом Безопасности ООН и является крайним средством, предоставляющим право на военное вмешательство в случаях ге­ноцида, массовых убийств или этнических чисток, а также серьезных нару­шений международного гуманитарного права, которые не смогло предотвра­тить суверенное правительство.

В сентябре 2005 г. в ходе Всемирного саммита ООН был официально при­знан принцип ответственности каждого государства по защите своего насе­ления от геноцида, военных преступлений, этнических чисток и преступле­ний против человечности. При этом, если какое-либо государство окажется не в состоянии выполнить данное обязательство, все государства — члены ООН несут ответственность по защите людей от указанных выше преступле­ний. Если дипломатические, гуманитарные и иные мирные средства являют­ся недостаточными, а национальные власти «очевидно не в состоянии» защи­тить свое население, международное сообщество будет действовать коллек­тивно, «своевременно и решительно», через Совет Безопасности ООН.

Согласно Итоговому документу Всемирного саммита ООН 2005 г. стратегия ответственности по защите («обязанность защищать») включает три позиции:

1) государство несет главную ответственность за защиту населения от гено­цида, военных преступлений, преступлений против человечности, этниче­ских чисток и подстрекательства к ним;

2) международное сообщество обязано всячески способствовать выполнению государствами этой обязанности;

3) международное сообщество обязано использовать соответствующие ди­пломатические, гуманитарные и другие средства, чтобы защитить население. Если государство не в состоянии защитить свое население, международное сообщество должно предпринять коллективные действия по защите населе­ния в соответствии с Уставом ООН.

Практическую реализацию данная концепция получила в резолюциях Совета Безопасности ООН по Судану (2006 г.), Ливии (2011), Кот-д’Ивуару (2011), Южному Судану (2011), Йемену (2011), Сирии (2012), Центральноафрикан­ской Республике (2013 г.).

Следует отметить, что концепция «обязанность защищать» имеет не только сторонников, но и критиков среди зарубежных ученых-юристов.

Таким образом, развитие международно-правового регулирования государ­ственного суверенитета в настоящее время имеет тенденцию трансформации от его абсолютного признания и расширения от территориальной составля­ющей к суверенитету над политической, социальной, экономической и куль­турной системами до признания его ограничения международным сообще­ством.

В международно-правовых документах общего характера специально не вы­деляется суверенитет в информационной сфере. Вопросы международно­правового регулирования информационной сферы получили свое развитие в документах по информационному обществу.

Ключевые подходы к международно-правовому регулированию информаци­онной сферы получили отражение в Окинавской хартии глобального инфор­мационного общества 2000 г. Хартия не содержит положений об обеспечении суверенитета государств и определяет в качестве ключевых регуляторов международные организации — Всемирную торговую организацию, ОЭСР, Всемирный банк, организации системы ООН.

Всемирная встреча на высшем уровне по вопросам информационного обще­ства включает два этапа — Женевский 2003 г. и Тунисский 2005 г.

В ходе Женевского этапа 2003 г. была принята Декларация принципов «По­строение информационного общества — глобальная задача в новом тысяче­летии».

Данная Декларация указывает на необходимость соблюдать принцип суве­ренного равенства всех государств, а также закрепляет основы так называе­мого многосубъектного управления Интернетом.

Управление использованием Интернета охватывает как технические вопро­сы, так и вопросы государственной политики, и в нем должны участвовать все заинтересованные стороны и соответствующие межправительственные и международные организации.

— политические полномочия по связанным с Интернетом вопросам государ­ственной политики являются суверенным правом государств. Государства имеют права и обязанности в отношении связанных с Интернетом вопросов государственной политики международного уровня;

— частный сектор играет и должен продолжать играть важную роль в разви­тии Интернета как в технической, так и в экономической сфере;

— гражданское общество также играет важную роль в относящихся к Интер­нету вопросах и должно продолжать играть такую роль;

— межправительственные организации играют и должны продолжать играть роль, способствующую координации связанных с Интернетом вопросов гос­ударственной политики;

— международные организации также играют и должны продолжать играть важную роль в разработке относящихся к Интернету технических стандартов и соответствующей политики.

Аналогичные положения были отражены в Тунисской программе для ин­формационного общества 2005 г.

Концепцию «мультистейкхолдеризма» (англ.: multistakeholderism), отражен­ную в указанных положениях Декларации, следует определять как «мно­госубъектное регулирование» (англ.: multi-stakeholder regulation). Ее следует отличать от «многостороннего» (англ.: multilateral) регулирования (мульти­латерализма). Ключевым отличием двух концепций является включение в число субъектов-регуляторов не только государств, но и граждан, бизнеса и институтов гражданского общества.

Следует отметить, что противостояние двух подходов — мультистейкхол- дерной модели, основанной на участии всех заинтересованных сторон, и мультилатеральной, которая отдает приоритет международной дипломатии и международным организациям, было рассмотрено 7 апреля 2016 г. на 7-м Российском форуме по управлению Интернетом. У. Дрейк (Университет Цю­риха) высказал мнение, что две эти модели следует рассматривать не как вза­имоисключающие, а как взаимодополняющие, а мультистейкхолдерной мо­дели следует заимствовать у мультилатерализма более строгое следование законам и правилам.

Несмотря на активное развитие идей Декларации принципов «Построение информационного общества — глобальная задача в новом тысячелетии» 2003 г. в рамках международных форумов по управлению Интернетом, глобаль­ной конференции по управлению инфраструктурой Интернета NETmundial- 2014, до настоящего времени управление Интернетом фактически осуществ­ляется находящейся под американской юрисдикцией корпорацией ICAAN.

В этих условиях отдельные государства и международные организации со­средоточивают свои усилия на формировании института международной ин­формационной безопасности, обеспечении национальной и международно- правовой защиты критических информационных инфраструктур и объектов. Еще одним направлением «суверенизации» международно-правового регу­лирования информационных отношений является практика включения в тек­сты соглашений о международном информационном обмене в различных сферах положений об отказе в предоставлении информации, если исполнение запроса может нанести ущерб суверенитету или безопасности государства, либо соответствующих оговорок при ратификации таких договоров и согла­шений.

Например, в Федеральном законе от 1 октября 2008 г. № 164-ФЗ «О ратифи­кации Соглашения о сотрудничестве государств — участников Содружества Независимых Г осударств в борьбе с преступлениями в сфере компьютерной информации» сделана оговорка о праве Российской Федерации отказать в исполнении запроса о предоставлении информации полностью или частично, если исполнение такого запроса может нанести ущерб ее суверенитету или безопасности.

Аналогичные нормы имеются в заключенных Российской Федерацией со­глашениях между Правительством РФ и правительством иностранного госу­дарства о сотрудничестве и обмене информацией в области борьбы с нару­шениями налогового законодательства.

4.2.