<<
>>

§ 1.3. Роль международных актов в формировании правового статуса арбитров МКА

Взаимодействие государств в XX в. привело к появлению на свет нескольких важнейших международно-правовых актов, направленных на унификацию и гармонизацию законодательства в сфере арбитража.

XX век можно считать временем окончательного формирования международного коммерческого арбитража в современном понимании.

В 1905 г. был образован Конгресс торговых палат, который в 1912 году принял резолюцию о необходимости формирования системы международных норм, обеспечивающих рассмотрение международно-торговых споров. Объясняется данная необходимость тем, что с древнейших времен основной проблемой развития института международного коммерческого арбитража являлась проблема невозможности принудительного исполнения решений арбитров, поскольку только государственные суды были обеспечены принудительной силой того государства, на чьей территории они находились. Требовалось решение данного вопроса на международном уровне.

Такое решение попытались найти и заложить основу для развития международного коммерческого арбитража.

Фундамент современного международного регулирования коммерческого арбитража заложили несколько документов.

Протокол об арбитражных соглашениях 1923 г. (Женевский протокол), как отмечает В. В. Ярков, предназначался для формирования качественно новой системы международно-правовых отношений, связанных с признанием легитимными третейских соглашений, являющихся составной частью договорной системы государств, входящих в данное соглашение. Любые разногласия коммерческого свойств в соответствии с данным документом могли быть разрешены на территории государства, не входящего

124

в систему юрисдикционных отношений страны .

Данный Протокол, по словам специалистов, устанавливал цели: 1) выделения третейского суда при участии сторон, являющихся представителями различных государств из систем национального судопроизводства и 2) обеспечение принятых арбитражных решений в рамках территорий государств их вынесших[124] [125].

Протокол касался договоров как в коммерческой области, так и в любых других областях, в отношении которых может быть применен арбитраж или которые могут стать предметом сделки. Однако государства — участники Женевского протокола могли путем оговорок ограничить круг взятых на себя обязательств лишь договорами, которые, согласно их законодательству, считаются коммерческими. Процедура арбитража и состав арбитражного суда определялись по желанию сторон и в соответствии с законодательством страны, на территории которой проводился арбитраж[126].

Следовательно, отношения, урегулированные Женевским протоколом, были определенным образом ограничены в связи с возможностью их реализации лишь в рамках коммерческих споров, урегулированных законодательством государства — участника протокола.

В результате данный Протокол не получил широкого распространения (его участниками стали всего лишь 34 страны).

Причиной появления Конвенции об исполнении иностранных арбитражных решений 1927 г. (Женевская конвенция 1927 г.) стало дальнейшее развитие международных торговых связей, а также узкая сфера действия Женевского протокола. Основная цель данной Конвенции заключалась в том, чтобы обеспечить реализацию принятых арбитражных решений по существу споров, охватываемых Женевским протоколом. Реализация этих решений при этом должна быть обеспечена в том числе и за границей тех стран, на чьей территории выносились соответствующие решения.

Обеспечение исполнения арбитражных решений, регламентированных данной Конвенцией, фиксирует необходимость реализации принципа «двойной экзекватуры». Данный принцип предполагал реализацию определенного алгоритма действий, обеспечивающих исполнение данного решения. Это: 1) получение экзекватуры (приведение в исполнение) в суде государственном по месту судебного решения и 2) получение экзекватуры по месту нахождения имущества ответчика. Как показала практика, по прошествии времени и с увеличением объемов международной торговли данный принцип стал удлинять и усложнять приведение арбитражного решения в исполнение.

В Конвенции содержалось также требование о том, что сторонами спора могут быть лишь субъекты, домицилированные в различных государствах. Следовательно, как отмечает Б. Р. Карабельников, организации с иностранным капиталом не имели право переадресовывать рассмотрение споров с другими лицами, домицилированными в том же государстве, на рассмотрение международного коммерческого арбитража .

Несмотря на указанные выше прообразы правовых механизмов исполнения решений арбитров, найти единый правовой механизм, который позволил бы решить проблему принудительного исполнения решения, вынесенного арбитрами, долгое время не удавалось. Многие страны не ратифицировали данные акты, среди них СССР и США.

Так, Р. Давид писал о Женевском протоколе и Женевской конвенции 1927 г., что зафиксированные результаты еще недостаточны и «что их можно рассматривать только как первый этап на еще плохо проторенном и изобилующем препятствиями пути унификации законов об арбитраже»[127] [128].

Проблема осложнялась тем, что, помимо механизма исполнения решения арбитража на государственном уровне, необходимо было создать единый механизм исполнения решения арбитража на международном уровне.

И такой механизм был создан, хотя и не сразу. Это произошло уже после Второй мировой войны. В 1953 г. Международной торговой палатой (ICC) был подготовлен проект документа о признании и приведении в исполнение решений международных третейских организаций, который она и направила на рассмотрение в Экономический и социальный совет ООН (ЭКОСОС).

Но этот проект, как отмечает Б. Р. Карабельников, был оценен специалистами как радикальный, и ЭКОСОС в 1955 г. переработал его в проект конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений. Указанный документ был вынесен на рассмотрение конференции, состоявшейся в 1958 г. в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке .

Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г. (далее — Нью-Йоркская конвенция) обрела легитимность в июне 1959 г.

К середине 2017 г. в Нью-Йоркской конвенции участвуют большинство государств мира — 159 . Отчетливо

прослеживается тенденция увеличения количества дел, рассматриваемых международными третейскими судами. По общему признанию, Нью- Йоркская конвенция является наиболее успешным инструментом международного частного права современности: для сравнения, в Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи товаров» 1980 г., служащей основой для всей системы внешнеторговых сделок в современном мире, участвуют всего 89 государств .

Комиссия ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) рассматривает Нью-Йоркскую конвенцию как один из самых важных договоров Организации Объединенных Наций в области права

международной торговли и в качестве краеугольного камня системы международного арбитража .

В чем заключается успех данного документа, по сравнению с иными, существовавшими до него?

Во-первых, ст. I установила более широкую сферу применения ранее рассмотренной Нью-Йоркской конвенции в рамках сравнения ее с Женевской конвенцией 1927 г. [129] [130] [131] [132]

В соответствии с положениями Нью-Йоркской конвенции, она применяется к арбитражным решениям, вынесенным в любом иностранном государстве, независимо от того, является ли это государство договаривающимся или нет[133]. В этом заключается первая особенность расширенной сферы Нью-Йоркской конвенции.

Объясняется такой текст Конвенции тем, что в ходе Конференции ООН по международному торговому арбитражу, созванной для подготовки и принятия данной Конвенции, было принято решение изменить формулировку Женевской конвенции 1927 г., которая предусматривала приведение в исполнение только тех арбитражных решений, которые были вынесены в одном из договаривающихся государств. Поскольку сохранение данной формулировки могло привести к возникновению «парадоксальной» ситуации, когда кредитор по арбитражному решению и должник по этому же решению являются гражданами договаривающихся государств, но арбитражное решение не может быть исполнено в соответствии с Конвенцией, потому что государство, в котором было вынесено решение, не является участником Конвенции[134] [135].

Для того чтобы избежать такой ситуации, как отмечается в Руководстве к Нью-Йоркской конвенции, ее разработчики отказались от императивного требования взаимности, содержащегося в Женевской конвенции 1927 г., и заменили его факультативной оговоркой о взаимности в ст. I (3) .

Следующая особенность сферы действия Нью-Йоркской конвенции заключается в том, что Женевская конвенция 1927 г. применяется только к арбитражным решениям, вынесенным в ходе разбирательства «между лицами, которые подлежат юрисдикции одной из высоких договаривающихся сторон»[136] [137]. Сочтя это требование «неясным и туманным» , специальный комитет, учрежденный Экономическим и социальным советом ООН, исключил его из проекта конвенции 1955 г. Таким образом, сфера применения Нью-Йоркской конвенции, в отличие от Женевской конвенции 1927 г., не определяет свою зависимость от гражданства или места жительства сторон арбитражного разбирательства.

Во-вторых, Нью-Йоркская конвенция отказалась от использования принципа «двойной экзекватуры», который был основным принципом Женевской конвенции 1927 г. В Нью-Йоркской конвенции не получила отражение норма, согласно которой для приведения в исполнение международного арбитражного решения сначала требовалось получать экзекватуру в соответствующей судебной инстанции в месте вынесения этого решения и далее — в судебной инстанции по месту исполнения решения.

В-третьих, Нью-Йоркской конвенцией был определен перечень оснований, которые признаются исчерпывающими и в соответствии с которыми не осуществлялось обеспечение принятых арбитражных решений. В рамках положений рассматриваемой конвенции в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения может быть отказано по просьбе той стороны, против которой оно направлено, только если эта сторона представит компетентной власти по месту, где испрашивается признание и приведение в исполнение, доказательства того, что:

а) стороны в соглашении о передаче спора в арбитраж были по применимому к ним закону в какой-либо мере недееспособны или это соглашение недействительно по закону, которому стороны это соглашение подчинили, а при отсутствии такого указания — по закону страны, где решение было вынесено, или

б) сторона, против которой вынесено соответствующее решение арбитражного учреждения, не была должным образом уведомлена о назначении арбитра или об арбитражном разбирательстве или по другим причинам не могла представить свои объяснения, или

в) указанное арбитражное решение вынесено по спору, не предусмотренному или не подпадающему под условия арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, или содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, с тем, однако, что если постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или оговоркой, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением или оговоркой, то та часть арбитражного решения, которая содержит постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или арбитражной оговоркой в договоре, может быть признана и приведена в исполнение, или

г) состав арбитражного органа или арбитражный процесс не соответствовали соглашению сторон или, при отсутствии такового, не соответствовали закону той страны, где имел место арбитраж, или

д) арбитражное решение еще не стало окончательным для сторон или было отменено или приостановлено исполнением компетентной властью страны, где оно было вынесено, или страны, закон которой применяется .

[138]

Именно закрепление в Нью-Йоркской конвенции указанного ранее определенного перечня обстоятельств, признаваемых исчерпывающими, признание и приведение в исполнение решений арбитров международный арбитражных учреждений может быть отказано судом, послужило основанием для формирования правового механизма исполнения решений арбитров, вынесенных за рубежом, и способствовало формированию правового статуса арбитров в современном понимании.

В-четвертых, Нью-Йоркская конвенция впервые определила правила, касающиеся структуры и содержания решения арбитражного органа (ст. II):

«1. Государство признает письменное соглашение, по которому стороны обязуются передавать в арбитраж все или какие-либо споры, возникшие или могущие возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным договорным или иным правоотношением, объект которого может быть предметом арбитражного разбирательства.

2. Термин «письменное соглашение» включает арбитражную оговорку в договоре, или арбитражное соглашение, подписанное сторонами, или содержащееся в обмене письмами или телеграммами.

3. Суд договаривающегося государства, если к нему поступает иск по вопросу, по которому стороны заключили соглашение, предусматриваемое настоящей статьей, должен, по просьбе одной из сторон, направить стороны в арбитраж, если не найдет, что упомянутое соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено».

Эта Конвенция определила границы юрисдикции национальных судов при рассмотрении дел по арбитражным соглашениям. Была определена форма арбитражного соглашения, установлены требования, которым она должна соответствовать, определены виды арбитражного соглашения, выявлены обстоятельства, такие как недействительность, утрата силы и неисполнимость арбитражного соглашения, не позволяющие передать спор в арбитражное производство.

В-пятых, Нью-Йоркская конвенция впервые определила правила об исполнении решений иностранных арбитражей. В данной Конвенции нашли отражение соответствующие процедуры обеспечения реализации иностранных арбитражных решений; определен список документов, обеспечивающих признание и реализацию принятых арбитражных решений, а также правовые основания, делающие невозможным их исполнение; установление правила соотношения норм, определенных Конвенцией, с юридическими документами стран-участников данных отношений.

Так, ст. IV Нью-Йоркской конвенции гласит:

«1. Для получения упомянутого в предшествующей статье признания и приведения в исполнение сторона, испрашивающая признание и приведение в исполнение, при подаче такой просьбы представляет:

a) должным образом заверенное подлинное арбитражное решение или должным образом заверенную копию такового;

b) подлинное соглашение, упомянутое в статье II, или должным образом заверенную копию такового.

2. Если арбитражное решение или соглашение изложены не на официальном языке той страны, где испрашивается признание и приведение в исполнение этого решения, сторона, которая просит о признании и приведении в исполнение этого решения, представляет перевод этих документов на такой язык. Перевод заверяется официальным или присяжным переводчиком, или дипломатическим или консульским учреждением».

Нормы данного документа были впоследствии использованы при формулировании важнейших вопросов международного коммерческого арбитража в целом, а также правового статуса арбитров. И решения тех или иных вопросов, которые закреплены в Нью-Йоркской конвенции, в дальнейшем были отражены в документах международного права, а именно в Европейской конвенции «О внешнеторговом арбитраже» 1961 г., в законе, определенном как Типовой, ЮНСИТРАЛ 1985 г. о международном торговом арбитраже, в регламентах ряда институциональных арбитражей и в Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ.

Речь идет о следующих вопросах: формы фиксации и действительности арбитражного соглашения, автономность арбитражного соглашения, арбитрабельность спора, проблема компетенции арбитров, пределы юрисдикции государственного правосудия.

После принятия Нью-йоркской конвенции 1958 г. ООН предприняла широкие усилия в целях распространения арбитража через свои четыре региональные экономические комиссии: Экономическую комиссию для Европы (ЭКЕ), Экономическую комиссию для Азии и Дальнего Востока (ЭКАДВ), Экономическую комиссию для Латинской Америки (ЭКЛА)Экономическую комиссию для Африки (ЭКА) .

Таким образом, разработка и принятие Нью-йоркской конвенции 1958 г. стало мощным толчком для дальнейшего усовершенствования всей сферы международного коммерческого арбитража.

Так, на своей третьей сессии (20 апреля — 3 мая 1954 г.) Комитет Экономической комиссии для Европы по развитию торговли пришел к мнению о том, что для развития торговых отношений между Востоком и Западом в Европе необходимо изучить проблему арбитража, применимого в случае разногласий между сторонами, которые должны передавать свои возможные споры на рассмотрение того или иного существующего арбитражного органа. Комитет пришел к выводу, что необходимо изучить вопрос о разработке единообразной международной арбитражной процедуры для Европы, которую можно было бы предложить в качестве предмета

140

межправительственного соглашения . [139] [140]

В этих целях Комитетом по развитию торговли была учреждена Специальная рабочая группа по арбитражу в Женеве, которая начала свою деятельность в 1955 г. Итогом этой деятельности явилась Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже, подписанная в Женеве в апреле 1961 г.[141] [142]

Данная Конвенция сыграла большую роль в последующем развитии правового статуса арбитров МКА, поскольку смогла на уровне конкретного региона (Европы) усовершенствовать положения Нью-Йоркской конвенции.

Как отмечалось в 1978 г. в докладе г-на Иона Нестора, специального докладчика Комиссии ООН по праву международной торговли, данный документ реализует две цели: первое — разрешение проблемы назначения третейских судей в случаях, когда стороны не приходят к единому соглашению по данному вопросу, особенно тогда, когда участники спора относятся к государствам с различными экономическими системами. Второе — упрощение процедур арбитражного процесса вне связи с экономической системой страны. Кроме того, в этой Конвенции

устанавливается (ст. I, п. 1а), что Конвенция применяется «к арбитражным соглашениям... о разрешении в порядке арбитража споров, возникающих при

- - 142

осуществлении операций по внешней торговле» .

На развитие правового статуса арбитров международного коммерческого арбитража оказали влияние следующие положения

Европейской конвенции.

Так, в ст. III прямо предусматривается возможность назначения иностранных граждан в качестве арбитров при арбитражном разбирательстве.

А статья IV Европейской конвенции содержит положения, непосредственно касающиеся осуществления арбитражного процесса.

В соответствии с п. 1 этой статьи стороны в арбитражном соглашении могут по своему усмотрению: а) предусматривать передачу спора (или споров) на разрешение постоянного арбитражного органа; в этом случае рассмотрение споров будет производиться в соответствии с регламентом такого органа; b) предусматривать передачу спорных вопросов на разрешение арбитража по данному делу (арбитраж ad hoc), и в этом случае стороны, помимо прочего, могут: назначать арбитров или определять в случае возникновения какого- либо спора по поводу их назначения; определять местонахождение арбитражного суда; устанавливать правила процедуры, которых должны придерживать ся ар битры.

В пункте 2 той же статьи говорится о том, что если арбитражное соглашение не будет содержать указания относительно мер, которые были перечислены в п. 1, то сторона, возбуждающая разбирательство, по всем вопросам, связанным с функционированием арбитража, может обратиться в компетентный орган.

В статьях V и VI Европейской конвенции устанавливаются важные правила, касающиеся отвода арбитражного суда по неподсудности (определяется процедура отвода, устанавливаются правила заявления отвода, указываются сроки, в которые можно сделать заявление об отводе, а также устанавливается важный принцип компетенции арбитров), определяется подсудность государственных судов и пределы их вмешательства.

Согласно данной Конвенции органами управления, обеспечивающими формирование институтов арбитражного разбирательства и отвечающих за его функционирование, являют должностные лица торговых палат (председатель) в стране проживания ответчика. Данное положение может быть изменено договором сторон о месте арбитражного спора.

Большую роль играет Специальный комитет, который во всех случаях, как отмечает В. Н. Ануров, выполняет субсидиарную функцию по отношению к обозначенному должностному лицу, выступая в качестве последней инстанции сторон спора при необеспечении председателем применения необходимых мер для исполнения своего правового статуса.

Данный комитет может быть альтернативой для спорящих сторон, предполагающий возможность выбора между обращениями к председателю

143

или к комитету .

Полномочия указанных органов управления в арбитражном процессе следующие: а) назначение единоличного арбитра, если это было согласовано сторонами, арбитра-председателя, суперарбитра или третьего арбитра;

б) осуществление замены арбитра; в) установление местопребывания суда, рассматривающего арбитражный спор; г) установление либо непосредственно, либо путем ссылки на регламент какого-либо арбитражного суда постоянно функционирующего. В рамках этих процедур и определяется алгоритм арбитражного судопроизводства.

В отличие от других конвенций, Европейская конвенция

предусматривает некоторые специальные положения, касающиеся установления права, применимого при разрешении спора (ст. VII). Данное положение в 1961 г. явилось заметным прогрессом. Статья определяет, что сторонами устанавливается право, подлежащее применению третейскими судьями, разрешающими спор по существу.

Однако если такой выбор не будет сделан, то «арбитры будут применять закон, установленный (в качестве применимого) в соответствии с коллизионной нормой, которую они считают в данном случае применимой». Следует отметить, что в обоих случаях арбитражные учреждения руководствуются «положениями контракта и торговыми обычаями». И наконец, в п. 2 ст. VII предусматривается, что арбитражные суды правомочны выносить решения в статусе «дружеских посредников», в частности если стороны выразили на этот счет свое согласие и если применимый при арбитраже закон это разрешает. Однако в Конвенции не нашло отражения определение этого спорного понятия. И вопросы, связанные с применимым правом в рамках международного коммерческого [143] арбитража, до сих пор вызывают в литературе большое количество дискуссий.

В целом хотелось бы отметить, что Европейская конвенция 1961 г. оказала заметное влияние на формирование современного статуса арбитров, закрепила ряд его важнейших положений в рамках всего Европейского региона144. Сегодня данная Конвенция является одной из основных среди региональных конвенций, регулирующих отношения в сфере реализации рассматриваемых институтов.

Большое значение Нью-Йоркская конвенция также окажет на последующее принятие ряда рекомендательных документов. Среди них, Арбитражный регламент Экономической комиссии ООН для Европы 1966 г., Правила международного коммерческого арбитража, разработанные для стран Тихоокеанского бассейна и стран Юго-Восточной Азии (ЭКАДВ, с 1974 г. преобразована в ЭСКАТО) 1966 г., Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном коммерческом арбитраже 1985 г., Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже 2010 г.

Так, Европейская конвенция 1961 г. была дополнена Арбитражным регламентом Экономической комиссии ООН для Европы145, который был опубликован в 1966 г.

Причина его разработки заключается в стремлении содействовать распространению арбитража в качестве формы разрешения споров между сторонами, особенно путем предоставления в распоряжение сторон, заключивших арбитражное соглашение, определенную арбитражную процедуру, которую стороны посредством простой оговорки могут [144] [145]

принимать в тех случаях, когда очевидно, что стороны не смогут самостоятельно договориться о процедуре, касающейся арбитражного

146

процесса .

В Регламенте вопросы правового статуса арбитров получили отражение в главе II, которая разделяется на три части: часть A «Назначение арбитров», часть B «Отвод», часть С «Смерть и неспособность арбитра исполнять свои функции».

В части А четко прописывается, что кандидатуру или кандидатуры арбитра или арбитров согласовывают сами стороны, но если в течение 30 дней со дня получения ответчиком извещения о передаче дела в арбитраж стороны не достигли согласия относительно выбора единоличного арбитра или арбитражного учреждения или если в течение 45 дней не оказалось возможным назначить арбитров или арбитра-председателя, то истец имеет право обратиться к компетентному органу, указанному в арбитражном соглашении, или, если такой орган не был указан, к компетентному органу места арбитража в тех случаях, когда это место было согласовано сторонами.

В статье 2 Регламента уточняется, что помимо учреждений (Специальный комитет по ст. IV Европейской конвенции), указанных в ст. V Европейской конвенции для ситуации, предусмотренной в этой статье, уполномоченными субъектами места арбитража или страны, в которой проживает или имеет свое местонахождение ответчик, считаются торговые палаты или другие органы, перечисленные в приложении к Регламенту.

Полномочия компетентного органа заключаются в назначении, если стороны в письменной форме подтверждают их согласие на это: а) единоличного арбитра или b) арбитражное учреждение, которому будет поручено решить спор в соответствии с его регламентом.

В случае отсутствия такого согласия компетентный орган предлагает сторонам назначить каждой по одному арбитру, причем эти два арбитра [146]

должны будут выбрать арбитра-председателя. И если в течение 30 дней со дня отсылки предложения компетентного органа одна из сторон не назначит арбитра или если в течение 45 дней назначенные два арбитра не придут к соглашению о выборе арбитра-председателя, компетентный орган произведет нужные назначения по своему усмотрению.

Вопросы отвода арбитров нашли отражение в ст. 6-8 части B Регламента. Основное правило заключается в том, что заявить отвод против арбитра, арбитра-председателя или единоличного арбитра можно в тех случаях, если существуют обстоятельства, могущие оправдать сомнения в его беспристрастности или независимости. Отвод должен быть заявлен арбитру, как только заинтересованная сторона узнала о существовании этих обстоятельств и во всяком случае до вынесения решения.

В части С, в ст. 9-13, закрепляется порядок замены арбитра в случае его смерти или неспособности исполнять свои функции. Так, если арбитр, назначенный той или иной стороной или за ту или иную сторону, умирает или перестает быть способным исполнять свои функции, другие арбитры потребуют от лица, имеющему первоначально в соответствии с Регламентом право назначения арбитра, назначить в течение 30 дней заместителя арбитра и письменно известить прочих арбитров и другую сторону о назначении, об имени, о фамилии и о месте регистрации его заместителя. Таким образом, если единоличный арбитр умирает или становится неспособным исполнять свои функции, то компетентный орган, по просьбе той или иной стороны, предложит сторонам назначить в течение 30 дней заместителя единоличного арбитра[147].

Среди других региональных экономических комиссий ООН следует отметить Экономическую комиссию для Азии и Дальнего Востока, которая проводила и продолжает проводить активную работу в области арбитража, начавшуюся после принятия Нью-Йоркской конвенции.

Секретариат ЭКАДВ и правовая служба ООН в 1958 г. провели исследование арбитражного законодательства и возможностей арбитража в некоторых странах Азии и Дальнего Востока, а в 1962 г. в Бангкоке в Секретариате ЭКАДВ был создан Центр по развитию внешнеторгового арбитража.

В рамках этого Центра в 1966 г. были разработаны Правила Экономической комиссии для Азии и Дальнего Востока (далее — Правила ЭКАДВ ) по внешнеторговому арбитражу. При разработке Правил ЭКАДВ была предпринята попытка выработать арбитражную процедуру, которая фактически представляет собой координацию процессуальных арбитражных правил, существующих в различных странах.

Сфера применения Правил ЭКАДВ раскрывается в ст. I. Так, в соответствии с п. 1а ст. I Правила регламентируют процесс рассмотрения арбитражных споров, которые возникают при международной торговле в регионе ЭКАДВ. В пункте Ib той же статьи определяется также, какие споры входят в эту категорию (споры, возникающие из контрактов относительно промышленных, финансовых, инженерных услуг и подобных вопросов, затрагивающих лиц, находящихся в различных странах), а в п. 1с — какие споры могут рассматриваться в качестве возникающих из международной торговли в регионе ЭКАДВ.

Например, споры, возникающие из международной торговли региона ЭКАДВ, включают:

«i) споры, возникающие из контрактов между лицами, находящимися в различных странах данного региона;

ii) споры, возникающие из контрактов между лицами, находящимися в различных странах в пределах и за пределами данного региона;

iii) споры, возникающие из контрактов между лицами, находящимися в различных странах за пределами данного региона, в случаях, когда контракт [148] повлек за собой исполнение в пределах региона или, когда иные факторы имели отношение к региону».

Что касается вопросов, связанных с правовым статусом арбитров, то в Правилах ЭКАДВ получили отражение положения о назначении арбитров, а также положения, по которым арбитры должны осуществлять арбитражный процесс (ст. II—VI). Назначение арбитров регламентируется в ст. II. Как отмечал профессор Питер Сандерс, Правила ЭКАДВ по этому вопросу руководствуются «the usual pattern» (обычной моделью) в том смысле, что за сторонами, и в первую очередь за ними, сохраняется возможность выбора арбитров[149].

Стороны могут обращаться в Специальный комитет, созданный в соответствии со ст. V Правил ЭКАДВ, лишь в том случае, если в пределах 45-дневного срока они не смогли договориться по процедуре определения арбитров или, когда назначенные ими арбитры не могут договориться о выборе председателя. В этом случае Специальный комитет может самостоятельно осуществить необходимые назначения или по своему усмотрению указать орган, который быстро осуществит эти назначения.

Важные вопросы, касающиеся отвода, смерти или неспособности арбитров закреплены в ст. III Правил. Отвод осуществляется в случае наличия обстоятельств, вызывающих оправданные сомнения в отношении беспристрастности или независимости арбитров. Причем такие отводы должны быть решены, в первую очередь, самим арбитром. В случае если отвод будет отклонен арбитром, может быть подана жалоба в Центр ЭКАДВ, который использует услуги Специального комитета, созданного в соответствии со ст. V, для определения обоснованности отвода. Решение Специального комитета является окончательным.

Следующий, развивающий идеи Нью-Йоркской конвенции, рекомендательный акт, принятие которого является одной из решающих вех в становлении правового статуса арбитров и системы международного арбитражного производства, называется Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже150. Данный акт был принят 21 июня 1985 г. при закрытии 18-й сессии Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ).

В Резолюции 40/72, принятой Генеральной Ассамблеей, отмечалось: «Генеральная Ассамблея убеждена, что Типовой закон вместе с Конвенцией о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений и Арбитражным регламентом Комиссии ООН по праву международной торговли, рекомендованным Генеральной Ассамблеей в ее резолюции 31/98 от 15 декабря 1976 г., в значительной степени способствует созданию единых правовых рамок для справедливого и эффективного урегулирования споров, возникающих в международных торговых отношениях»151.

На 39-й сессии Комиссии 7 июля 2006 г. ЮНСИТРАЛ внесла изменения в этот Типовой закон. Генеральная Ассамблея в своей резолюции 61/33 от 4 декабря 2006 г. рекомендовала, «чтобы все государства благоприятным образом рассмотрели возможность принятия пересмотренных статей Типового закона или пересмотренного Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже при принятии или пересмотре своего законодательства...»152.

Так, принятый в 1985 г. первоначальный вариант положения о форме арбитражного соглашения (ст. 7) был основан на формулировке п. 2 ст. II Нью-Йоркской конвенции. В 2006 г. произошел пересмотр ст. 7, поскольку потребовалось отразить новую практику в международной торговле и изменения в технологической сфере153. [150] [151] [152] [153]

Глава III Типового закона ЮНСИТРАЛ содержит ряд подробных положений, касающихся назначения, отвода, прекращения мандата и назначения нового арбитра. В этой главе отражен принятый в Типовом законе подход к устранению трудностей, возникающих в результате действия несоответствующих или неполных законов, или норм. Этот подход заключается, во-первых, в признании того, что участники спора сами могут определить процедуру принятия арбитражных решений путем ссылки на существующий свод арбитражных норм или путем заключения специального соглашения при условии соблюдения основополагающих требований честности и справедливости. Во-вторых, для тех случаев, когда стороны не согласовали по своему усмотрению правила процедуры или не предусмотрели возможность наступления юридической коллизии. Типовой закон ЮНСИТРАЛ содержит ряд дополнительных норм, обеспечивающих возможность начала и эффективного проведения арбитража с целью урегулирования спора.

В Типовом законе получили отражение важные положения о том, когда суд имеет право вмешиваться в деятельность арбитража. В документе предусмотрено несколько случаев. В первую группу входят назначение, отвод и прекращение действия мандата арбитра (ст. 11, 13 и 14), юрисдикция арбитражного суда (ст. 16) и отмена арбитражного решения (ст. 34). Эти случаи перечислены в ст. 6 как функции, выполнение которых в целях централизации, специализации и эффективности, следует возложить на специально назначенный суд или, как в случае ст. 11, 13 и 14, возможно, на другой орган (например, арбитражное учреждение или торговую палату). Во вторую группу входят: содействие суда в получении доказательств (ст. 27); признание арбитражного соглашения, включая его совместимость с обеспечительными мерами по постановлению суда (ст. 8 и 9); обеспечительные меры, предписываемые судом (ст. 17 J); а также признание и приведение в исполнение обеспечительных мер (ст. 17Н и 17 I) и арбитражных решений (ст. 35 и 36). Во всех других случаях вмешательство суда не допускается.

Следовательно, Типовой закон ЮНСИТРАЛ характеризует деятельность государственного суда в отношении международных арбитражей как «вмешательство» в процесс путем установления определенных пределов такого вмешательства (ст. 5). Представляется, что, употребляя термин «вмешательство», ЮНСИТРАЛ лишь подчеркивает независимость и самостоятельность арбитража, с одной стороны, и ограничение публичных функций государственного суда — с другой. Более того, судебное вмешательство может иметь место только при наличии волеизъявления сторон, заключивших соглашение о передаче спора в международный коммерческий арбитраж.

На основе Типового закона ЮНСИТРАЛ были разработаны национальные законы различных государств о международном коммерческом арбитраже. Среди них, например, Азербайджан, Австралия, Белоруссия, Германия, Египет, Шотландия, Россия и другие — более 50 государств.

Все вышеприведенные примеры свидетельствуют об огромном успехе и признании Нью-Йоркской конвенции, а также иных международных актов, на которые она оказала влияние, в частности типовое законодательство ЮНСИТРАЛ. Его положения и нормы конвенции, принятой в Нью-Йорке, и заложили основы функционирования международных арбитражных коммерческих учреждений.

Как отмечает известный ученый Ф. Фушар, «успех Нью-Йоркской конвенции 1958 г., которая представляет собой новый этап не только в техническом отношении, но и более совершенный по сравнению с рассмотренным нами Женевским протоколом, отражает тенденцию к развитию всемирной торговли вследствие признания в международном масштабе арбитражного характера всех постоянно действующих арбитражных центров во всех районах мира»[154].

Таким образом, правовой статус арбитров международного коммерческого арбитража в современном понимании сформировался в результате многовековой эволюции и имел свои прообразы в различные исторические периоды (в Древнее время, в Средние века, в Новое и Новейшее время). Однако, в качестве единого правового комплекса норм (прав, обязанностей и требований), складывающегося в рамках международного коммерческого арбитража, возник лишь в связи с принятием универсальной Нью-Йоркской конвенции, в которой закреплен правовой механизм юридически обязательного исполнения решений арбитров, вынесенных за рубежом. Именно в середине XX в. международный коммерческий арбитраж превращается в самостоятельный комплекс норм, поскольку бурное развитие международной торговли, а позже глобализация экономической жизни породили заинтересованность хозяйствующих субъектов разных стран в грамотном и эффективном разрешении трансграничных коммерческих споров.

<< | >>
Источник: Тер-Овакимян Анна Арменовна. ПРАВОВОЙ СТАТУС АРБИТРОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ КОММЕРЧЕСКОМ АРБИТРАЖЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва —2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1.3. Роль международных актов в формировании правового статуса арбитров МКА:

  1. § 2. Виды конституционных обязанностей в системе элементов конституционно-правового статуса индивидуального предпринимателя
  2. Оглавление
  3. ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВОВОГО СТАТУСА АРБИТРОВ МКА
  4. § 1.1. Понятие и место правового статуса арбитров МКА в системе российского права
  5. § 1.2. Исторические аспекты появления и развития правового статуса арбитра за рубежом и в России
  6. § 1.3. Роль международных актов в формировании правового статуса арбитров МКА
  7. ГЛАВА 2. СОВРЕМЕННАЯ КОНЦЕПЦИЯ ПРАВОВОГО СТАТУСА АРБИТРОВ МКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  8. § 2.1. Основная особенность правового статуса арбитров МКА и его соотношение со статусом иных субъектов в РФ
  9. § 2.2. Отдельные элементы правового статуса арбитров МКА в РФ
  10. Порядок формирования состава и основания отвода арбитров МКА в РФ
  11. ГЛАВА 3. ПРАВОВОЙ СТАТУС АРБИТРОВ НАИБОЛЕЕ ВОСТРЕБОВАННЫХ АРБИТРАЖНЫХ ЦЕНТРОВ МЕЖДУНАРОДНОЙ ЧАСТНОПРАВОВОЙ ПРАКТИКИ
  12. § 3.3. Отвод арбитров МКА, другие изменения в составе арбитража и их правовые последствия в наиболее востребованных арбитражных центрах международной частноправовой практики
  13. 3.4. Роль международных общественных объединений в формировании глобального гражданского общества
  14. § 3. Институционально-правовой статус носителей собственнических интересов.
  15. 2.1 Особенности правового статуса субъектов-участников правоотношений в информационных системах
  16. Система нормативных правовых актов, формирующих правовую основу организации и деятельности разведки. Роль судебных прецедентов в развитии правовой основы организации и деятельности разведки США
  17. Роль подзаконных нормативных правовых актов в развитии правового регулирования организации и деятельности разведки США
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -