<<
>>

§ 1.2. Исторические аспекты появления и развития правового статуса арбитра за рубежом и в России

Исследование правового положения арбитров международного коммерческого арбитража будет недостаточно полным и глубоким, если свести его исключительно к изучению содержания элементов правового статуса арбитров, закрепленных на уровне действующего отечественного и зарубежного законодательства.

В решении задачи комплексного исследования данного феномена значительное содействие может оказать рассмотрение исторических особенностей становления правового статуса арбитров (третейских судей) на протяжении различных исторических периодов. На этих многочисленных этапах были сформулированы первые требования, предъявляемые к арбитрам, определены их права и обязанности, выявлена их роль в справедливом разрешении споров, что актуально и по сей день.

Обращение к истории развития правового статуса арбитров представляется важным, поскольку, несмотря на то, что в юридической литературе встречается немало работ, посвященных историческим

особенностям становления третейских судов и международных коммерческих арбитражей[43], а также отдельным институтам посредничества[44], в целом историческому аспекту формирования правового статуса именно арбитра не обращалось необходимого внимания, и данный вопрос и в настоящее время вызывает немало дискуссий среди ученых всего мира.

Таким образом, исследование правового статуса арбитров МКА в различные исторические периоды помогает выявить тенденции и закономерности развития данного явления на современном этапе, а также максимально приблизиться к запросам современного общества в разрешении трансграничных коммерческих споров.

Правовой статус арбитров в Древнем мире

(Древняя Греция и Древний Рим)

Термин «арбитр» возник еще во времена Древнего Рима, в гражданском процессе которого так обозначали особый род судей (arbitri), в отличие от обыкновенных судей (judices).

Этимологически слово «арбитр» (от лат.

arbiter) означает «посредник»[45] [46]. Понятие же «третейский» является древнерусским и обозначает «третий», «связанный с разбором конфликта третьей,

- 46

незаинтересованной стороной» .

Изложенное позволяет нам говорить о том, что нет необходимости разграничивать данные термины, так как они имеют одно и то же значение — посредник, выполняющий роль третьей, незаинтересованной стороны в спорах, вытекающих из гражданских правоотношений, функция которого сводится к урегулированию конфликтной ситуации между двумя сторонами.

Обращение к третейским судьям имеет древнейшие корни и является первоначальным по отношению ко всем другим формам разрешения споров. Люди доверяли посредникам свою судьбу в конфликтных вопросах задолго до возникновения закона, до учреждения судебной формы урегулирования споров, до того, как судьи сформулировали первые принципы права[47].

Такое явление, как разрешение коммерческих споров независимым от рассматриваемого спора посредником, было закреплено в древнейшие времена, еще до зарождения судебной системы.

В юридической литературе отмечается, что первыми, кто прибегнул к помощи арбитров для разрешения разногласий, были месопотамские города- государства Лагаш и Умма .

По обнаруженным археологами документам можно говорить о распространении суда посредников (третейских судей) и в Древнем Египте. Данные документы представляли собой подобие соглашений между купцами о передаче возможных споров в будущем независимому лицу — арбитру, кандидатуру которого стороны должны принять по обоюдному согласию с учетом высокого доверия к арбитру[48] [49].

Причина обращения к институту третейского судьи была проста: с появлением государства и государственного аппарата возникает проблема зависимости суда от этого аппарата (актуальная и сегодня), в результате чего решения зачастую принимаются судами в пользу сильных, а не в пользу правых. Именно поэтому в качестве альтернативы судам государственным с древнейших времен возникли суды третейские, отличающиеся от государственных тем, что функции третейского судьи (арбитра) в них осуществляет лицо, не зависящее от государства, в большинстве случаев — избранное самими спорящими сторонами или назначенное с применением согласованной спорящими сторонами процедуры.

Фигура арбитра более отчетливо начинает проявляться в Древней Греции, поэтому древнегреческую систему арбитража, в том числе в период Античности, можно в целом рассматривать в качестве прародителя современной практики рассмотрения подобного рода споров. При этом отмечаем, что в практике древнегреческих государств арбитраж применялся преимущественно в спорах о границах между греческими городами, о праве владения имуществом и т.д. Третейское разбирательство в этот период еще не превратилось в правовой институт в современном его понимании, хотя и применялось довольно широко. Переход к третейской форме разрешения споров был связан со стремлением спорящих сторон установить справедливость и исключить необъективность государственных судов.

История третейского разбирательства в Древней Греции восходит к периоду жизни древнегреческого поэта Гомера (примерно VIII в. до н. э.). Считается, что среди цивилизаций Древнего мира в Греции арбитраж практиковался в наибольшей степени, и основное количество примеров разрешения споров с участием третейских судей представляет нам как раз Древняя Греция.

Третейский судья описывается в качестве посредника как в простом пари, так и в споре, которым должны быть установлены права сторон. В частности, в Аттике третейские судьи именовались «диететами», в их полномочия входили вопросы имущественного характера. Диететы выгодно отличались от государственных судов меньшими издержками, отсутствием формальности и скоростью разбирательства[50].

Трактат Аристотеля о государственном устройстве Афин подтверждает существование арбитражной процедуры в Древней Греции. В своей работе Д. Л. Давыденко указывает, что функция арбитров сводилась в первую очередь к примирению сторон, а в случае невозможности установления консенсуса по спорному вопросу арбитры выносили решение. В другом своем трактате — «Риторика», написанном в 355 г. до н. э., Аристотель называет третейских судей посредниками, и суть его заключений состоит в том, что он рекомендовал обращаться за правдой к правосудию посредников, а не публичных судей ввиду того, что «посредник заботится о правде, а судья о законе; для того и изобретен суд посредников, чтобы могла торжествовать правда»[51].

Рассматривая примеры третейского разбирательства в Древней Греции, необходимо отметить роль религиозных институтов в качестве арбитров.

Чаще всего такую роль выполняли амфиктионии — религиозные союзы греческих племен, которые объединились для защиты святилищ[52] [53] [54].

Как указывается в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона, членами такого союза в древнейшее время были следующие 12 племен: фессалийцы, виотийцы, доряне, ионяне, перебы, магнеты, локрийцы, энияне, фтиотийские ахеяне, малийцы, фокейцы и долопы. Каждый из этих народов посылал на собрание союза двух представителей (гиеромнемоны), из них составлялся союзный совет (синедрион), в котором по старому обычаю председательствовали представители Фессалии. Кроме того, каждый член союза имел право посылать нескольких представителей (пилагоры), которые в заседаниях совета имели только совещательный голос .

Ряд исследователей отмечают, что амфиктионов не следует относить к третейским судьям, т.к. выносимые решения судов амфиктионов имели особый духовный статус, в силу чего могли характеризоваться, как решение религиозно-политического свойства. Данный тип решения по определению не может быть охарактеризован, как решение беспристрастное, хотя и имел

-54

серьезный авторитет среди жителей .

Известная дискуссионность данного утверждения не позволяет охарактеризовать деятельность амфиктионов как деятельность судей третейских, но при этом следует отметить то обстоятельство, что духовная составляющая была обязательным элементом рассмотрения споров.

В Древней Греции в основном все споры, возникающие из договоров, разрешались выбранными частными лицами, которые образовывали третейскую комиссию. Данная комиссия, как верно отмечает Д. Л. Давыденко, была освящена божественной волей и авторитетом, имела право налагать на нарушителей денежные штрафы, которые шли в казну божества. А в случае неисполнения их решения комиссия применяла принудительные меры, включая священную войну против лица, который своим неуважением к третейскому решению оскорбил божество[55] [56].

Таким образом, правовой статус арбитров в Древней Греции характеризуется следующими чертами: во-первых, институт арбитров отделяется от института публичных судей; во-вторых, пока еще понятия «арбитр» и «посредник» полностью совпадают; в-третьих, арбитрами были высокопоставленные лица, которые пользовались непоколебимой репутацией; в-четвертых, фигура арбитра была наделена религиозной властью и очень часто обожествлялась; в-пятых, арбитры рассматривали споры достаточно быстро и с малыми издержками для сторон.

Правовой статус арбитров (третейских судей) Древнего Рима имел свои особенности.

Первым писаным источником права Древнего Рима, который содержит в себе запись о третейских судьях, являются Законы двенадцати таблиц, созданные в 451-450 гг. до н. э. Данное обстоятельство не свидетельствует о том, что институт третейского разбирательства споров берет свое начало именно с указанного периода.

Как отмечается в литературе, к реализации арбитражных функций в Древнем Риме чаще всего привлекались лица с большим жизненным опытом и авторитетом. При этом «главной задачей судов арбитров было не осудить, наказать, посадить, казнить, а рассудить — по закону, по традиции, совести и справедливости в интересах людей и государства» .

Что же касается распространенности данного института в Древнем Риме, то на этот счет в литературе существуют разные точки зрения. К примеру, А. С. Пешнин делает вывод о небольшом значении и авторитете

17

третейского суда у римлян , однако в литературе встречаются и прямо противоположные точки зрения. Так, немецкие юристы XIX в.

придерживались мнения о первостепенной роли третейского судьи в Древнем Риме. Например, известный немецкий правовед Рудольф фон Иеринг отмечал, что должность государственного судьи является лишь копией третейского, поскольку стороны в Риме доверяли свою судьбу арбитрам еще до возникновения государственности, поэтому их роль в общественной жизни не стоит недооценивать[57] [58] [59].

Аналогичного мнения придерживается Рудольф фон Зом, который полагал, что классический процесс в Древнем Риме произошел из института

-59

третейских судей .

Упоминания о компетенции третейского судьи, его правах и обязанностях, увы, не сохранились в полном объеме до наших дней.

Предположительно, по выводам российских ученых А. Н. Балашова, А. И. Зайцева и Ю. А. Зайцевой, третейский судья в Древнем Риме был лицом, разрешающим вопросы факта, с помощью специальных знаний[60]. Отсюда следует, что третейскому судье отводилась роль некоего эксперта, которому доверяли стороны и решение которого исполнялось только по желанию самих сторон, так как оно не являлось судебным решением.

В период превращения Древнего Рима в столицу средиземноморской державы и центр всемирной торговли (V—IV вв. до н. э.), туда стали стекаться иностранцы из Древней Греции, Египта, Ближнего Востока и других регионов не только с целью торговли, но и поиска работы. Со временем у таких иностранцев, называемых «перегринами» (лат. peregrinus), стали завязываться разнообразные имущественные и неимущественные отношения с римлянами и между собой, в том числе имущественные споры. В результате возникла потребность в создании механизма разрешения споров между ними, для чего была создана особая магистратура — претор по делам иноземцев, или перегринский претор (лат. Praetor peregrinus).

В ходе исторического развития Древнего Рима содержание и функции должности перегринского претора менялись.

По мнению З. М. Черниловского, первоначально перегринский претор сочетал в себе функции посредника, стремившегося найти компромиссное решение, устраивавшее стороны спора, а не судьей, как это принято считать[61]. Черты третейского судьи в перегринском преторе можно проследить через то обстоятельство, что воля сторон спора для претора имела приоритет перед процедурными формальностями, которые существовали при классическом судопроизводстве. Так, у перегринского претора была «обязанность доискиваться до действительной воли сторон правоотношения, их интереса, как бы он ни был выражен в документах и прочих доказательствах»[62]. Существовала также практика, при которой лицо, чьи права были нарушены, имело возможность обратиться к претору с просьбой о помощи в том случае, когда из-за пробелов в законе невозможно добиться урегулирования спора римским судьей на основании Законов двенадцати таблиц[63].

Как отмечает А. Н. Маркин, юрисдикция претора включала в себя как судебные споры, так и вмешательство в спор двух сторон, выразивших на это свою обоюдную волю[64]. Основаниями принятия претором решения являлось jus gentium — «право народов», что включало в себя в первую очередь правовые нормы, регулирующие отношения между гражданами Рима и иностранными гражданами. Преторы, основываясь на «праве народов» исходили прежде всего из практики правоприменения в других странах, разумности и справедливости и из обычаев других народов, которые складывались в торговых отношениях между представителями разных стран и характеризовались гибкостью их применения. Разбирательство спора характеризовалось открытостью, отсутствием ограничений по национальности, отсутствием жесткого формализма и сложных ритуалов.

Таким образом, на определенном этапе развития Древнего Рима, перегринский претор являлся прообразом арбитра, разрешающего трансграничные споры. Однако это длилось недолго, и позже он трансформировался в должностное лицо, действующее от имени государства, вплоть до упразднения данной магистратуры.

Советский романист С. И. Ковалев обозначает 366 г. до н. э. как дату превращения института преторства в часть судебной власти[65]. Следует отметить, что функции претора как посредника в литературе по римскому праву недостаточно изучены, так как объектом научного познания выступала судебная деятельность преторов. Однако, хотя информация по данному вопросу дошла до нас в минимальном объеме, можно сделать предположение о такой его функции благодаря ряду общих черт деятельности претора и арбитра в классическом его понимании. К этим чертам можно отнести: уважение автономии воли сторон, простота судебного разбирательства, принцип справедливости как основополагающий принцип для решения конфликта эффективным образом и др.

В 533 г. римский император Юстиниан издает указ об утверждении нового свода законов, который получил название Свод Юстиниана (лат. Corpus iuris civilis). Данный Свод уже четко разграничивает функции третейского судьи и претора, закрепляя за последним контроль за эффективным ведением третейской процедуры. Контроль направлен на то, чтобы арбитр надлежащим образом выполнил возложенную на него обязанность справедливо разрешить спор, «если даже третейский судья является бывшим консулом»[66]. Также содействие претора проявляется в том, чтобы спор был окончен и при этом стороны не обманулись в правильности выбора судьи, характеризуемого как «честный муж»[67].

Однако представляется, что первым аналогом постоянно действующего международного коммерческого арбитражного суда являлся суд рекуператоров (recuperatores) в Древнем Риме. Поэтому важно остановиться на данном институте более подробно.

По определению римского юриста Гая, рекуператоры — судьи, которые назначались во время формулярного судопроизводства для решения гражданских споров вместо одного судьи (unus iudex)[68]. Рост торговых отношений и большой приток в Рим иностранцев обусловили необходимость создания такого института для разрешения споров частного порядка между иностранцами и гражданами Рима. Фактически это была коллегия из 3-5 третейских судей, из числа которых назначался один судья или несколько судей для ведения дела с участием перегринов вместо государственных судей.

В юридической литературе отсутствуют какие-либо сведения о делах, рассмотренных рекуператорами, отмечается только, что преторы назначали рекуператоров в случае необходимости ускорения процедуры разбирательства[69]. Они действовали на основании соглашения Рима и государства, с которым связана вторая сторона. Если в деле участвовали две стороны, то каждая выбирала своего третейского судью, а они, в свою очередь, выдвигали кандидатуру третьего. При невозможности выбора арбитров в силу различных причин, например, из-за недоверия к ним, такую функцию брали на себя магистраты.

Ульпиан в 13-й книге «Комментарии к эдикту» пишет о том, что третейский судья обязан беспрекословно исполнять возложенную на него функцию по разрешению спора. При этом допускалось множество исключений, в соответствии с которыми арбитр мог спокойно отказаться от рассмотрения дела. Причинами могли являться болезнь арбитра, срочный

70

отъезд из города, сильная вражда со спорящими сторонами и т.д.

Спор преимущественно рассматривался единолично, но не воспрещалось участие нескольких лиц в качестве третейских судей по конкретному делу . Другие юристы (Педий в 9-й книге «Комментарии Педия к эдикту претора и курульного эдила» и Помпоний в 33-й книге «Комментарии Помпония к эдикту») указывают требования к третейским судьям. Согласно их комментариям, третейским судьей может быть избран кто угодно, кроме раба, даже человек с отсутствием безупречной

72

репутации .

Суд рекуператоров носил характер ad hoc, то есть учреждался по конкретному делу, после вынесения решения по которому прекращал свое действие. В полномочия арбитров входили как гражданские споры, так и уголовные правонарушения[70] [71] [72] [73], что показывает особую форму доверия к их решениям. Рекуператоры рассматривали дело по справедливости (aequitas), с отсутствием сложных процедурных формальностей, с учетом пожеланий сторон и на основании гибких законов, взятых из римского права и правовых систем других народов (так же, как и преторы, рекуператоры применяли jus gentium). По скорости судопроизводства суд рекуператоров занимал лидирующую позицию по сравнению со всеми судами в Древнем Риме .

Отдельно стоит отметить, что уже в Древнем Риме начинает формироваться прообраз системы принудительного исполнения решения, вынесенного арбитром. К примеру, римскому праву был известен механизм «compromissum sub poena», в соответствии с которым стороны спора заключали между собой два соглашения: во-первых, соглашение о том, что все споры по сделке будут рассмотрены третейским судом, а во-вторых, если решение третейского суда не будет добровольно исполнено проигравшей спор стороной, то она уплатит победителю крупный штраф. Данные штрафы взыскивали государственные суды Рима, которые тем самым обеспечивали обязательность исполнения решений третейских судов, не вникая в их

75

содержание и не пересматривая их по существу .

Таким образом, арбитры Древнего Рима несли в себе дух торговой предприимчивости и применяли особый вид гражданского процесса (recuperatio) в отношении торговых споров. Особенностями этой специальной формы судопроизводства были: широкое применение обычая, отсутствие формализма и скорость процесса[74] [75] [76].

Однако в императорский период Древнего Рима (I в. до н. э. — V в. н. э.) рекуператорские суды сходят постепенно на нет в связи с тем, что перегрины начинают получать римское гражданство и необходимость защищать свои права через такой суд попросту исчезает. Более того, император Юстиниан официально снижает роль третейского судьи среди населения Рима, позволяя лицу, недовольному вынесенным решением третейского судьи, обратиться уже к государственному судье с целью пересмотра дела по существу новым судьей, с отменой решения арбитра.

Возрождение в Европе института третейских судов происходит уже в III—IV вв. н. э., в период правления первого христианского императора Константина I Великого. Константин I принял указы, связанные с признанием обязательности решений епископов. Более того, он разрешил одной стороне обратиться с иском к епископу после разбирательства дела светским судьей и даже вопреки воле другой стороны[77]. Епископы воплощали в себе роль третейского судьи, которому люди доверяли как представителю духовенства, воплощению справедливости и нравственности. Статус епископа приравнивался к статусу обычного третейского судьи, его разбирательство также было доступным для обращения простых граждан, быстрым, и самое главное — решение должно было быть безусловно исполнено. Основой для вынесения решения по рекомендации Папы Римского являлось обычное право.

Таким образом, как отмечается в литературе, «в Византии по закону императора Константина 331 г. статус третейских судей не был ограничен правовыми предписаниями. Это предполагало возможность рассмотрения спора епископом, при условии, что не было по этому вопросу решения государственного суда. Данный закон запрещал пересмотр епископского решения, и функции магистров сводились к принудительному его исполнению в случаи необходимости[78].

Следовательно, в период расцвета христианства и усиления роли негосударственного регулирования споров в лице епископов происходит возрождение института третейских судов, который вновь начинает пользоваться доверием римского народа.

Однако впоследствии, в эпоху заката Римской империи, институт третейского разбирательства также переживает непростые времена.

Таким образом, правовой статус арбитров в Древнем Риме имел свои особенности и в период расцвета Древнего Рима приобрел более отчетливые черты, по сравнению с Древней Грецией.

Так, во-первых, для того чтобы арбитры (третейские судьи) рассматривали спор, стороны должны были заключить соглашение об этом, во-вторых, снизились требования к арбитрам (третейским судьям): теперь арбитром может быть кто угодно, необязательно носитель религиозной власти, даже иностранец, исключение составляли только рабы; в-третьих, арбитры рассматривали споры, исходя из торговых обычаев, а также принципов справедливости (aequitas); в-четвертых, арбитры рассматривали дело с учетом пожеланий сторон (по сути, руководствовались автономией волей сторон) и на основании гибких законов, взятых из римского права и правовых систем других народов, прежде всего на основании права народов jus gentium; в-пятых, арбитры рассматривали спор очень быстро и без сложных процедурных формальностей.

Впоследствии институт третейского разбирательства постепенно сводится на нет, повышается роль государственного судьи. Начинается период заката Древнего Рима, а вместе с ним и угасание ряда институтов той эпохи.

В целом, говоря о статусе арбитров в античные времена, стоит признать, что обращение к помощи арбитров служило разрешению споров главным образом среди частных лиц. Арбитрами в различный период развития Древней Греции и Древнего Рима являлись пользующиеся авторитетом представители религиозной власти, например епископы, и иные высокопоставленные лица, обладающие непоколебимой репутацией.

Впоследствии, прежде всего в Древнем Риме, требования к арбитрам начинают снижаться и арбитром мог стать любой человек, независимо от социального статуса, кроме раба. Основанием для обращения к арбитру, третейскому судье (пока эти понятия полностью совпадали) служило соглашение (обращение) сторон. Арбитры выступали в роли посредников, по сути — медиаторов, и на основании принципов справедливости разрешали тот или иной спор. Арбитраж Древнего мира заложил основы для формирования института международного коммерческого арбитража в целом и комплекса прав и обязанностей третейского судьи, в частности.

Правовой статус арбитров в Средние века в Европе

Институт арбитража прошел очень сложный путь становления в Средние века. Объясняется это факт главным образом тем, что, как отмечается в иностранной литературе, дух рабской зависимости, порожденный эпохой, оказывал на представителей средневекового арбитража весьма серьезное давление, предполагающее учет этой зависимости в выносимых судом решениях. Третейское судопроизводство в этот период, по сути, прекратило свое существование. Избрание третейских судей выглядело как тяжкое оскорбление институтов феодального правосудия, кроме случаев, когда землевладельцы сами не были

79

заинтересованы в такого рода моделях разрешения споров .

Единственным исключением являлась Италия, где третейские суды активно стали создаваться при различных торговых ассоциациях, которые привели впоследствии к формированию итальянских коммун. Решения третейских судей носили разовый характер, они привлекались для решения

конкретного дела, после чего переставали осуществлять данную деятельность

80

до того момента, как их привлекут на эту деятельность вновь .

Почему именно Италия стала исключением? Объясняется данный факт тем, что с X в. происходит рост экономического, а затем и культурного значения городов Северной и Средней Италии, достигших наивысшего подъема материального и духовного развития в XTTT-XV вв. В тот период вся [79] [80] торговля Западной Европы со странами Востока находилась в руках Венеции, Генуи, Пизы[81] [82] [83].

В Италии возникают крупные торговые центры, которые постоянно ведут между собой торговый оборот. А все споры, возникающие в связи с ведением торговли, требовали очень быстрого разрешения.

Третейские судьи приморских городов Италии характеризовались своей особенностью и имели самые разные названия: consules mans, consules mercatorum или praticornm, conservatori de\'mercanti.

Данные органы могли стать элементами публичной власти по велению главы государства, на чьей территории осуществлялось их избрание. При этом судьями могли стать лишь соотечественники государя и избирались они

не ad hoc, а на двенадцать месяцев и этим отличались от традиционных

82

третейских судов .

Причем именно распространение третейских судов в приморских, портовых городах Италии, на наш взгляд, дало первый сильный толчок последующему развитию международных коммерческих арбитражей.

Как отмечается в литературе, возникновение и существование морских третейских судов было связано с необходимостью разрешения споров, возникающих между участниками морских перевозок, которые принадлежали к разным государствам. По местному праву разрешать такие споры не представлялось возможным. В морских судах, обособленных от других судов, разбирались споры между лицами различных национальностей, применялось иностранное право, решались вопросы, требующие специальных знаний. Такие суды появились сначала на Средиземном море, по берегам Италии и Испании, а затем распространились в странах Атлантического побережья, на берега Франции и Англии .

Большую роль при разрешении споров в морских третейских судах играли нормы lex maritima, которые являлись частью средневекового lex mercatoria[84].

К древнейшим сборникам морского средневекового права относят получивший большое распространение в Италии Кодекс Basilika (Базилика) VII в., который включал в себя нормы и положения византийского права, регулировал торговлю Леванта (стран восточной части Средиземного моря), а также Амалфийский свод X в., действие которого распространялось на все города-республики средневековой Италии и др.

Известный исследователь А. Ф. Волков верно отмечал, что данный тип решения споров применялся в торговых сделках в целях скорого и справедливого разрешения спорных вопросов между перевозчиками и купцами. И он, несомненно, способствовал росту торговли и правовой защищенности сторон. Возникновение доверительных отношений коммерческого свойства в данный период развития европейского общества на прямую связывается с формированием институтов третейских судей, которые и сформировали принципы рассмотрения споров между торговцами, которые в свою очередь, и обеспечили качественно новую ступень правовой защищённости участников торговых отношений[85].

Правовой статус арбитров средневековой Италии характеризуется следующим образом. Активное расширение торгового оборота, как сухопутного, так и в большей степени морского, между различными республиками Италии привело к тому, что морская торговля стала активно развиваться. При этом каждая республика обладала своими местными особенностями в гражданском праве, и в случае возникновения спора купцы нуждались в быстром его разрешении. Следовательно, именно в Италии начинается эпоха расцвета третейских судов. В таких судах, обособленных от государственных судов, арбитры рассматривали споры между лицами различных национальностей, активно применяли иностранное право. Очень часто арбитры в таких судах рассматривали споры, исходя из различных обычаев, руководствуясь нормами lex maritima и lex mercatoria. В качестве арбитров приглашали лиц, которые обладали какими-то специальными знаниями для разрешения того или иного спора, связанного, например, с порчей, потерей или гибелью товара. Порой выбор арбитра зависел и от вида товара, перевозимого купцами.

Вторым центром развития третейского разбирательства в Средние века становится Франция. В российской литературе существует мнение о том, что первым прообразом постоянно действующих торговых третейских судов стала Тулузская биржа во Франции, арбитры которой осуществляли разбирательства споров, возникающих в ходе операций на[86]. Формирование биржевых институтов предполагало и организацию квазисудебного органа, который состоял из приора и двух консулов и избирался местным купечеством именно для разрешения спорных вопросов, возникающих в ходе биржевой деятельности.

Несмотря на то, что Франция многое переняла у своего соседа Италии в вопросах третейского разбирательства, в том числе третейские суды приморских городов consules mercatorum, правовой статус третейских судей (арбитров) во Франции характеризуется своими особенностями. Как отмечает французский ученый Морель, особенности правового регулирования коммерческих отношений во Франции и Италии XII века были напрямую связаны с политическими системами данных государств. В основе итальянских торговых отношений лежали нормативно зафиксированные обязательства договорного свойства, обеспечиваемые коммерческими

судебными учреждениями. Французские торговые отношения регулировались

87

законами, принимаемыми королевским двором .

Таким образом, во Франции третейские суды постепенно начинают подчиняться королевской власти и становятся обязательными. Добровольный третейский суд окончательно перестал существовать во Франции с принятием Торгового ордонанса 1673 г. Как отмечает А. Ф. Волков, «этим ордонансом устанавливалось, чтобы каждое торговое товарищество включало в свой устав запись о компромиссе, причем каждый товарищ имел право даже в тех случаях, когда запись была пропущена, требовать третейского суда, которому другие должны были подчиниться. В противном случае вмешивалась судебная власть, назначая третейских судей за тех, кто не делал этого добровольно»[87] [88].

Таким образом, во Франции, с одной стороны, появился исторически первый прообраз постоянно действующего третейского суда (и этот факт мог послужить хорошей основой для дальнейшего расцвета третейского разбирательства), с другой стороны, сильная королевская власть впоследствии практически полностью ликвидировала добровольное третейское разбирательство и сделано его обязательным для сторон. Очевидно, что правовой статус третейского судьи, который добровольно принимает решение, очень сильно отличается от правового статуса третейского судьи, который постоянно находится под влиянием судебной государственной власти. Теперь воля сторон и их желание не имели правового значения, и государственное правосудие утверждало решение даже в случае, если стороны не присутствовали во время заседания третейского разбирательства или не желали проведения данного третейского разбирательства.

В Германии система патримониального правосудия и простота судебного производства обусловили неразвитость института третейского

разбирательства. Как отмечает в связи с этим А. Ф. Волков, древнегерманская традиционное право вообще не предполагало возможность коммерческого спора, т.к. участники экономических отношений имели совершенно разный статус. Феодал был субъектом, не только имущественных отношений, но и отношений процессуальных. При этом ему статусно отводилась роль судьи .

Однако начиная с XIV в., с расцветом торговли и промышленности, обусловивших возникновение новых форм коммерческого оборота, обращение к третейским судьям начало набирать обороты[89] [90]. При этом вначале в Германии арбитром мог стать кто угодно, даже человек, не получивший какого-то специального образования. Стороны обращались к лицам, которые могли, опираясь на жизненный опыт, разрешить тот или иной спор.

Когда же отношения коммерческого оборота стали постепенно усложняться, «...третейские судьи стремятся теперь обойти правовое разрешение спора и вести процесс так, чтобы тяжущиеся без постановки решения достигли улаживания спора; другими словами, судьи ex officio стремятся достигнуть примирения сторон. Это уже не лица, отправляющие правосудие, а простые доверенные сторон; путем взаимных уступок они сокращают, в пределах возможного, размеры претензий, а не поддающийся уже сокращению остаток делят, в результате чего и получается третейское решение»[91].

Таким образом, целью арбитров Германии того времени стало именно примирение сторон, решение спора на мирных условиях.

Впоследствии третейское разбирательство в Германии начинает постепенно угасать и на первое место выходят государственные суды. Единственной сферой, где третейское разрешение спора еще ценилось и арбитры быстро и без формальностей рассматривали споры, была торговля. Такие купеческие третейские суды стали создаваться при различных гильдиях и цехах. Третейские суды в них рассматривали споры, которые возникали в связи с данной организацией либо между ее членами.

Институт третейского разбирательства в качестве альтернативы для разрешения конфликтов получил распространение и в Англии, главным образом ввиду сложности и медлительности системы судопроизводства.

Причем история арбитражного разбирательства в этой стране, как отмечает в своей работе Э. Паувелл, насчитывает около 800 лет .

Самыми ранними прообразами арбитражного разбирательства в Англии считаются «суды пыльных ног» — piepowder courts. Такого рода суды формировались при ярмарках, в них споры рассматривали не судьи, назначаемые королевской властью, а выбранные представители торгового сообщества. Таким образом, правовой статус арбитров данных судов определялся исходя из соглашения сторон об их назначении. Хотя первоначально, как отмечает А. А. Костин, право назначения третейских судей предоставлялось жителям определенного города на основании

93

королевского указа .

В той же своей работе А. А. Костин при сравнении «судов пыльных ног» и королевских (государственных) судов выявляет следующие преимущества первых: [92] [93]

1) в государственных судах того времени большинство споров разрешалось присяжными, что увеличивало срок рассмотрения споров;

2) «суды пыльных ног» разрешали спор на основании собственного опыта и знания торговли, а не громоздкой системы прецедентов;

3) «суды пыльных ног» были свободны в присуждении решения, в отличие от государственных судов общего права, которые до возникновения Канцелярского суда справедливости были вправе присудить лишь убытки.

Распространение, удобство и популярность «судов пыльных ног» привело к конфликту между этими судами и государственными. Дело в том, что доход государственных судов, которые уплачивали пошлины, существенно начал снижаться. Все это повлекло за собой ряд прецедентов[94] [95], которые привели к тому, что судьи стали применять доктрину «отзывных полномочий арбитров», в рамках которой арбитражное решение могло отзываться сторонами спора, поскольку полномочия арбитров являются отзывными по своей природе. Именно это позволяло сократить поступление дел в арбитраж и увеличить число дел, которые будут рассматриваться в государственных судах.

Теперь арбитражное (третейское) разбирательство применялось, главным образом, при рассмотрении споров, не разрешаемых в рамках государственного правосудия.

Устав IX и X г. царствования Вильгельма III (гл. 15) регламентирует, что коммерсант или иное лицо, стремящееся разрешить спор, вправе обратиться в третейский суд, и при компромиссе дело может быть рассмотрено в суде коронном. Это решение включалось в текст компромисса, и законную силу решение третейского суда признавалось окончательным

95

после оглашения решения коронного суда .

В случае, когда одна из сторон не подчинялась данному решению, то действующий закон определял, что она отказывается подчиняться решению суда коронного, т.к. в силу этого закона, решение третейского суда приравнивалось решению коронного суда. Стороны не могли оспаривать третейское решение, за исключением случаев предъявления судьям обвинения в безнравственном поведении или растратах. Предъявление обвинения предполагало рассмотрение дела государственным судом. Третейское решение могло быть объявлено ничтожным, если противоречило закону, и при этом сторонами не ставился вопрос об его обжаловании. В этом случае решение признавалось окончательным, предполагающим разрешение вопросов права.

Таким образом, происходило постепенное подчинение арбитражей государственным судам.

Стоит отметить, что в период абсолютизма, который начинается в Новое время, арбитраж как средство разрешения споров практически исчезает. Арбитражное разрешение споров рассматривается в этот период как ограничитель власти и прав абсолютного монарха, и поэтому оно было неприемлемо, кроме того, развитие арбитража осложнялось непрерывными войнами.

Подводя итог всему рассмотренному, хотелось бы отметить, что статус третейского судьи (арбитра) в данное время характеризуется следующими особенностями: в период раннего Средневековья наблюдалось две тенденции. С одной стороны, компетенция арбитров была ограничена вследствие влияния феодальных традиций. Только король или князья имели право передачи своих судебных полномочий третейским судьям. Иными словами, обращение в третейский суд было своего рода привилегией, и в основном третейские судьи рассматривали споры, возникающие из международного права, а сами третейские судьи пользовались большим авторитетом. С другой стороны, в тот же период в ряде государств, в которых постоянно развивался торговый оборот, роль третейского судьи (арбитра) постепенно повышается в

связи с развитием морских купеческих третейский судов, а также ярмарочных «судов пыльных ног». В таких судах начинает формироваться прообраз системы принудительного исполнения решения, вынесенного арбитром (к примеру, изгнание купца из профессионального сообщества за неисполнение решения). Арбитры выносили свои решения, основываясь на нормах обычного права, и, чаще всего, решения арбитров носили разовый характер, они привлекались для решения конкретного дела, после чего переставали осуществлять данную деятельность до момента, пока их вновь не привлекут на эту деятельность. Большая популярность таких судов и роли в них арбитров приводит к постепенному конфликту государственных судов и третейских, а также к желанию государственной власти упразднить добровольное третейское разбирательство, сделать его принудительным или полностью подчинить государственным судам.

Правовой статус арбитров в Новое время

и Новейшей истории в Европе

Данный этап является одним из самых важнейших для формирования правового статуса арбитров. Так, например, А. Г. Бенов указывает, что в XVI-XIX вв. происходило формирование национальных государств, что и предопределило развитие национальных законодательств, и в частности, законодательства арбитражного[96].

В Германии долгое время легитимность арбитражных решений ставилась под вопрос, и они могли быть пересмотрены в рамках соответствующих судебных процедур.

Данное положение изменилось после принятия Гражданского процессуального кодекса 1898 г., который и придал арбитражной оговорке законную силу. Оспаривание юрисдикции суда заинтересованной стороной осуществлялось на основании заключенного ею арбитражного соглашения.

Этот закон оказал огромное влияние на правовой статус арбитров в Германии. Во-первых, стороны спора получили право самостоятельно и по своей воле выбирать арбитров; во-вторых, третейские судьи начали сами определять способы разрешения споров в рамках обязанности выслушивания мнения сторон; в-третьих, арбитражное решение обретало общеобязательную силу и при необходимости обеспечивалось принудительной силой государства; в-четвертых, фиксировалась невозможность оспаривания решений арбитров, кроме случаев, предусмотренных законом и в порядке рассмотрения данного ходатайства судом.

Дальнейшее развитие правовой статус арбитров в Германии получил с принятием Арбитражного закона 1998 г.

Хотелось бы заметить, что исторически первым третейским судом, который стал рассматривать споры с участием иностранцев, в Германии стала Немецкая институция по арбитражному делу. Это ведомство было образовано с 20-х гг. ХХ в. Оно и по настоящее время проводит наиболее значительное количество арбитражей и предоставляет полный и авторитетный список арбитров. Головной офис этого ведомства находится в Кельне, а отделения — в Берлине и Мюнхене.

В настоящее время в Г ермании действуют и другие центры арбитража, среди которых можно отметить Хайдельбергский (Гейдельбергский) центр по решению международных споров, Центр по транснациональному праву и Правовой институт европейского и международного сотрудничества.

Интересен путь становления правового статуса арбитров в Англии в рассматриваемый период истории. На протяжении длительного времени в Англии, как отмечается специалистами, решение вопроса об арбитражном соглашении при возникающем противоречии вне судебной юрисдикции гарантировалось договорными обязательствами сторон исполнять его. Следовательно, правовой статус третейского судьи определялся в соответствии с волей стороны и мог быть прекращен в любое время до вынесения арбитражного решения. Так, В. Н. Ануров справедливо указывает, что реализация решений третейского суда не служила предпосылкой приостановки рассмотрения дела, возбужденного стороной, не стремящейся исполнить это решение. К данной стороне возможно было только применить иск, связанный с компенсацией убытков в связи с невыполнением решения арбитражного органа[97].

Таким образом, в литературе отмечается, что первой формой арбитражных решений, признаваемых юридически и имеющих соответствующие правовые гарантии, стало соглашение сторон, которое заключалось после судебного вмешательства в данное разбирательство. Наличие объективных возможностей для предъявления исковых требований в суде любой из сторон, предполагало возможность заключения соглашения, которое после соответствующего постановления суда отсылало спорящие стороны к арбитру. Арбитры в данной модели разрешения споров эффективно заменяли присяжных заседателей, неспособных объективно оценивать специфику рассматриваемых дел, в частности, вопросы предпринимательского права и бухгалтерского учета[98].

Впоследствии в Англии происходит процесс законодательного определения правового статуса арбитров. Так, в 1833 г. появляется Акт о дальнейшем реформировании законодательства и лучшем осуществлении правосудия[99]. Согласно ему, сторона могла отказаться от арбитражной оговорки, а следовательно, и от арбитража, только с разрешения государственного суда. Как замечает в связи с этим А. А. Костин, конфликтные отношения между судами государственными и арбитражными в данный исторический период приводили к тому, что основная доля спорных

отношений коммерческого свойства рассматривалась судами

100

государственными .

В 1854 г. был принят Акт о процессуальных нормах общего права. Данный документ впервые предоставил право арбитрам принимать показания свидетелей под присягой. Роль арбитров повышается. Они постепенно приобретают полномочия судей государственных судов[100] [101].

В 1889 г. появился Акт об арбитраже, который установил, что теперь арбитражная оговорка стала безотзывной, а также закрепил принцип невмешательства государственного суда в третейское разбирательство[102].

Чуть позже, в 1892 г., в Лондоне образован Лондонский международный арбитражный суд. Изначально этот арбитражный орган был создан как Лондонская арбитражная палата. Впоследствии этот Суд был преобразован и теперь является самостоятельным юридическим лицом в организационноправовой форме общества с ограниченной ответственностью, в число учредителей которого входят Лондонская палата, регулирующая торговопромышленные отношения, муниципалитет Лондонского Сити и Уставный институт арбитража. Суд функционирует на основании Арбитражного регламента, новая редакция которого вступила в силу 1 октября 2014 г.

Во Франции в XVI-XVII вв. формой правления была абсолютная монархия, при которой третейский суд стал органом принудительного рассмотрения споров частного характера. В этот период рассматривался вопрос о создании второй инстанции третейских судов, которая могла пересматривать решения судов первой инстанции. Большое влияние на полное упразднение добровольных третейских судов оказал уже упоминавшийся нами ранее Торговый ордонанс, изданный в 1673г. при Людовике XIV.

Однако Великая французская буржуазная революция 1789-1794 гг., нанесшая удар по абсолютизму, только усилила закрепление обязательной юрисдикции третейского суда.

Принятая в 1793 г. конституция этой страны, зафиксировала возможность создания публичных третейских судов, судьи которых могли избираться соответствующими собраниями избирателей. Число этих собраний должно было определяться законодательным корпусом. Отправление правосудия этими судами должно было осуществляться открыто без издержек и без права на обжалование. Они должны были разрешать споры, не разрешенные судьями мировыми, в частном порядке.

Как видим, полномочия третейского судьи были очень сильно расширены, практически приравнены к статусу государственного судьи. Третейские судьи получили также право рассматривать различного рода публичные вопросы, затрагивающие интересы общества.

Последствия не заставили себя долго ждать. Говоря об этом периоде истории, А. Г. Бенов отмечает, что революционные крайности определили

-103

потерю доверия к институту третейских судей и предопределили возможность появления решений третейских судей не только нарушающих законы, но и угрожающих важным общественным интересам. В результате появилась необходимость пересмотра решений третейских судов судами государственными в апелляционном или кассационном порядке.

Сначала делались попытки совсем не включать нормы о третейских судах в новый Гражданский процессуальный кодекс Франции 1806 г., однако данные нормы все-таки получили отражение в законе, но практически свели его на нет. Во-первых, был очерчен узкий круг лиц, которые имели право обращаться к арбитрам для решения спорных вопросов, во-вторых, произошла жесткая формализация деятельности третейских судов, осложнившая судебные разбирательства. [103]

В Торговом кодексе 1807 г. зафиксировано право спорящих сторон разрешать противоречия на основе обычного права и в порядке обращения к торговым третейским судьям. В данном акте принудительный торговый суд был освобожден от тех формальностей, которые были прописаны в ГПК Франции 1806 г. Это было сделано под влиянием требований торгового сообщества.

Принудительный третейский суд во Франции будет отменен только в 1856 г.

Стоит отметить, что в вышеуказанных законах речь шла о внутреннем третейском суде, т.к. споры в рамках международных торговых отношений в тот период еще не разрешались в нормативно закрепленном порядке.

Лишь в начале XX в. во Франции была зафиксирована возможность участников внешнеторговых отношений разрешать возникающие при этом споры в арбитражных судах и невозможность участия в данном процессе судов государственных.

Именно Франция в этот период стала страной, активно развивающей как теоретические, так и практические аспекты развития международного арбитражного производства. Дальнейшее развитие арбитраж во Франции получил в ч. IV нового Гражданского процессуального кодекса, вступившего в силу в мае 1981 г.

Хотелось бы также отметить, что именно начало ХХ в. и то событие, которое произойдет в этой стране, сыграют большую роль в развитии международного коммерческого арбитража как Франции, так и всего мира. Речь идет о создании после Первой мировой войны в Париже Международной торговой палаты (МТП) — неправительственной всемирной торговой организации, созданной в соответствии с решением Международного конгресса торговых палат, который был образован в 1905 г. В 1914 г. был утвержден Устав МТП, а также принята программа действий. Причем следует отметить, что еще ранее, в 1912 г., на заседании вышеназванного Конгресса в Бостоне была принята резолюция, в которой фиксировалась необходимость формирования системы международноправовых отношений, обеспечивающих легитимное разрешение споров, возникающих в международном обороте[104].

Международный арбитражный суд Международной торговой палаты был основан в 1923 г. в Париже. В последнее время этот орган действовал на основании Арбитражного регламента 2012 г. Однако с 1 марта 2017 г. вступила в силу новая редакция Арбитражного регламента МТП, дополненная новыми нормами об ускоренной арбитражной процедуре.

Подводя итог, хотелось бы отметить, что правовой статус арбитров в данный период времени характеризуется следующими особенностями: во- первых, произошло окончательное и полное отделение государственных судов от арбитражей, что повлияло на закрепление принципа обязательности арбитража при наличии арбитражной оговорки; во-вторых, в различных европейских странах на национальном уровне впервые происходит закрепление правового статуса арбитров, что нашло отражение как в национальном регулировании, так и в актах негосударственного регулирования, а именно в регламентах; в-третьих, этот период ознаменуется принятием ряда важных международных договоров в сфере международного коммерческого арбитража[105], которые окончательно сформируют правовой статус арбитров международного коммерческого арбитража.

Правовой статус арбитров в России

в различные исторические периоды

Рассматривая развитие правового статуса арбитров международного коммерческого арбитража в России, стоит констатировать, что сам институт международного коммерческого арбитража в его современном понимании возник в РФ лишь в конце XX в., хотя прообразы данного института существовали как в советское время, так и до Революции 1917 г.

Изучение вопросов третейского судопроизводства в России позволили Цыгановой Е.М. сделать вывод о том, что договорная форма разрешения споров с участием третейских судей до воцарения Рюриковичей была единственной формой разрешения споров.

Исторически на Руси сформировались следующие виды арбитража:

а) суд «игуменский» — арбитражный суд, в состав которого входили монахи и игумен, возглавлявший этот суд;

б) суд «митрополитский» — вид третейского суда, формируемого по договору сторон, во главе которого стоял митрополит;

в) суд «мирового ряда» — формировался в рамках добровольного

соглашения, с участием привлекаемых свидетелей, называемых

106

«послухами» .

Передача споров в руки частным лицам на Руси приходится на начало XII в. Первые упоминания о данной модели разрешения споров мы находим в XIV веке. В соответствии с договорной грамотой, например, разрешался спор между князьями Дмитрием Ивановичем Донским и Владимиром — князем Серпуховским.

Арбитражными представителями в рамках данных отношений выступали лица, избираемые обеими сторонами. В исторических источниках их, чаще всего, называют рядцами. Их решения облекались в письменную форму и имели силу судебных решений. Дошедшие до нас источники позволяют охарактеризовать их статус как статус третейских судей, функционировавших лишь в рамках правового поля Руси . [106] [107]

Нормы, дозволяющие тяжущимся лицам обращаться к третейскому суду за разрешением спора, были зафиксированы и в главном кодифицированном своде законов допетровской России — Соборном уложении 1649 г., в частности в ст. 5 «О третейском суде» главы 15 «О вершенных делах»[108] [109]. Первый отечественный суд, действовавший на началах третейского судопроизводства, был основан в Одессе в 1808 г. и именовался Коммерческий суд.

Комментируя его деятельность, Мейер Д.И. в качестве примера приводит случай рассмотрения спора, возникшего между субъектами страховой деятельности. В частности, он отмечает, что разбирательство между субъектами страховой деятельности по общему правилу осуществляется высшими судебными местами посредством рассмотрения поступающих в них жалоб. А третейский суд свои функции реализует посредством деятельности судов коммерческих, рассматривающих страховые

109

иски в качестве суда первой инстанции .

Появление институтов разрешения международных торговых споров связано с появлением в конце XIX века в России третейских биржевых судов, разрешавших споры, возникающие между российскими и зарубежными купцами.

Биржевой третейский суд рассматривал споры сторон путем устного их заслушивания сразу после обращения к нему спорящих[110]. Высокий авторитет данного судебного органа подтверждается тем, что обращающимися в него сторонами были торговцы практически со всех стран Европы.

Дальнейшее развитие в России института третейского разбирательства связывается с принятием Декрета о суде № 1 (1917 г.), который закреплял право граждан рассматривать имущественные споры в третейском суде ш.

А далее уже, как отмечает И. Д. Беляев, в период нэпа к третейской форме разбирательства стали прибегать коммерсанты, которые были заинтересованы в независимом рассмотрении их споров и при этом желавших, чтобы подробности рассматриваемых отношений по коммерческим операциям не стали достоянием гласности[111] [112] [113].

При этом, постоянно действующие третейские суды в России были созданы лишь в начале 30-х гг. XX в. Это были суды, называемые комиссиями — Морская арбитражная и Внешнеторговая арбитражная .

Развитие системы разрешения споров коммерческого свойства в России, как справедливо отмечает Ю. В. Поляков, прошло шесть этапов:

1. IX-XIII вв. В Новгороде происходит зарождение системы особых органов рассмотрения коммерческих споров, стороной которых являлись иностранцы.

2. XIII — середина XVII в. Третейские суды прекращают свое существование. Все торговые споры, в том числе и участием иностранцев, рассматриваются государственными судами в соответствии с Соборным уложением 1649 г.

3. Середина XVII — начало XX в. Образование системы арбитражных комиссий при российских биржах положило начало возрождению в России третейского судопроизводства, реализующего свои функции в соответствии с Положением о третейском суде 1831 г.

4. 1917-1930 гг. Появление системы третейского разбирательства коммерческих споров, участниками которых являются советское государство и внешнеторговые объединения. Введение государственной монополии на внешнюю торговлю.

5. 1930-1993 гг. Создание системы постоянно действующих арбитражных органов, за которыми закрепляется исключительное право рассмотрения внешнеторговых споров.

6. 1993 г. — настоящее время. Происходит законодательное закрепление возможности передачи споров коммерческого характера в государственный суд или МКА в случае, если стороной спора является представитель зарубежного государства[114].

На наш взгляд, и правовой статус арбитров МКА в России начинает формироваться только в начале XX в., а именно на пятом этапе, и связан с развитием системы арбитражных судов, функционирующих на постоянной основе: Морской арбитражной комиссии и Внешнеторговой арбитражной комиссии при Всесоюзной торговой палате.

Большую роль в формировании институтов международного коммерческого арбитража сыграла именно Внешнеторговая арбитражная комиссия (ВТАК), которая была создана постановлением ЦИК и СНК СССР от 17 июня 1932 г.[115]

ВТАК работала на началах третейского судопроизводства при наличии соглашения об этом между спорящими сторонами, одной из которых был «иностранный элемент». Главной функцией ВТАК стало рассмотрение споров, возникающих из системы гражданско-правовых отношений договорного свойства, реализуемых в ходе внешнеторговых и иных экономических связей между государствами.

Преемником этой комиссии в настоящее время стал Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ[116].

При этом стоит отметить, что сами правила производства дел в этой комиссии формально были утверждены лишь постановлением Президиума ВТП от 21 января 1949 г.[117] [118]

Негосударственный характер ВТАК предопределял порядок назначения его состава: на первом этапе Комиссия состояла из 15 членов, назначаемых президиумом Всесоюзной торговой палаты из представителей торговых, промышленных, транспортных и других хозяйственных организаций, а также лиц, обладающих специальными знаниями в области внешней торговли и внешнеторгового законодательства. Из членов ВТАК стороны избирали арбитров, которые, в свою очередь, из того же состава членов комиссии избирали суперарбитра . В список арбитров, рассматривавших споры во ВТАК, входили ведущие отечественные специалисты в области правового регулирования внешнеэкономической деятельности, среди которых были как представители юридической науки, так и практики.

С момента своего создания и до начала Великой отечественной войны ВТАК участвовала в рассмотрении большого числа споров, в которых принимали участие организации, учреждения и фирмы из нескольких десятков стран Европы, Азии, Америки. При этом если в предвоенный период споры между советскими внешнеторговыми организациями и внешнеторговыми организациями из восточно-европейских стран не занимали значительного места, то последующие два десятилетия деятельности ВТАК были связаны в основном с разрешением споров, возникавших в процессе экономического и научно-технического сотрудничества между странами — членами СЭВ. Арбитражная практика была связана главным образом с применением унифицированных в рамках СЭВ документов, регулирующих основные виды внешнеэкономических операций между социалистическими странами[119].

Что же касается применения в СССР положений Нью- Йоркской конвенции 1958 г. «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений», то, несмотря на то что СССР был одним из первых ратифицировавших ее государств, реально практика применения этой конвенции в нашей стране отсутствовала.

Как отмечает Б. Р. Карабельников, в условиях государственной монополии внешней торговли советские внешнеторговые организации стремились к скрупулезному исполнению своих договорных обязательств, а если и возникали арбитражные споры, то решения, вынесенные по ним, добровольно исполнялись советскими организациями, которые очень заботились о своей репутации[120].

Большое значение для развития арбитража в СССР имел документ международно-правового свойства, который назывался Конвенцией о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества (Московская конвенция), подписанная представителями стран — членов СЭВ 26 мая 1972 г. Московская конвенция прямо исключила подсудность государственным судам всех внешнеторговых споров, возникающих между предприятиями стран СЭВ, в пользу арбитража. Причем данная норма носила императивный характер и не могла быть исключена даже соглашением сторон.

Таким образом, арбитражное разбирательство между сторонами возникало не в силу заключенного между ними арбитражного соглашения, а в силу международного межгосударственного договора, устанавливающего обязательность арбитража.

Поскольку никакой практической потребности в имплементации Нью- Йоркской конвенции в советском законодательстве не возникало, впервые нормы, направленные на создание в советском праве механизмов, необходимых для применения этой Конвенции советскими судами, были закреплены только в период перестройки — в Указе Президиума Верховного Совета СССР № 9131-XI ( июнь 1988 г.) «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей», когда в СССР было разрешено создание совместных предприятий с участием иностранных партнеров.

Развитие в РФ института международного коммерческого арбитража, а также закрепление правового статуса арбитров произошло с принятием в 1993 г. упомянутого ранее в работе Закона о МКА.

Как отмечает Г. К. Дмитриева, данный Закон формировался на основе положений, зафиксированных в Типовом законе о международном коммерческом арбитраже 1985 г., и с учетом положений соответствующих международных договоров по арбитражу, ратифицированных РФ.

В силу изложенных обстоятельств, сформированная в России модель арбитражного производства приведена в соответствии с международными стандартами в данной сфере, что и предопределяет желание иностранных контрагентов рассматривать указанную категорию споров в Российском арбитраже.

Изменение системы правового регулирования в сфере МКА в России произошло 1 сентября 2016 г. в ходе реформы всей третейской сферы России. Данная реформа существенным образом повлияла и на регулирование положения арбитров международного коммерческого арбитража. [121]

В результате с 1 сентября 2016 г. деятельность МКА регулируется не только Законом РФ о МКА в новой редакции, но также нормами Закона об арбитраже.

Согласно с. 1 Закона о МКА в новой редакции в МКА, разрешающим споры между хозяйствующими субъектами различных стран по соглашению сторон могут передаваться споры сторон, возникающие из гражданскоправовых отношений, при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной стороны находится за границей, либо, если любое место, где должна быть исполнена значительная часть обязательств, вытекающих из отношений сторон, или место, с которым наиболее тесно связан предмет спора, находится за границей, а также споры, возникшие в связи с осуществлением иностранных инвестиций на территории России или российских инвестиций за границей.

Закон о МКА определяет порядок оформления соглашения сторон о передаче споров в арбитраж, формирования состава третейского суда, определения его компетенции, ведения арбитражного разбирательства, оспаривания арбитражного решения, признания и приведения в исполнение арбитражных решений.

Помимо национального законодательства, существенную роль в развитии международного коммерческого арбитража играют многосторонние и двусторонние договоры о защите и поощрении капиталовложений . На сегодняшний день, к примеру, заключено уже 82 таких двусторонних

123

договора .

Таким образом, становление правового статуса арбитров в России прошло сложный путь от полного закрепления и контроля со стороны [122] [123] государства полномочий и функций арбитров до активного распространения и развития МКА в России. Однако до сих пор правовой статус арбитров международного коммерческого арбитража по-прежнему испытывает определенные проблемы с адаптацией в российской правовой системе, которые и будут рассмотрены нами далее.

<< | >>
Источник: Тер-Овакимян Анна Арменовна. ПРАВОВОЙ СТАТУС АРБИТРОВ В МЕЖДУНАРОДНОМ КОММЕРЧЕСКОМ АРБИТРАЖЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва —2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1.2. Исторические аспекты появления и развития правового статуса арбитра за рубежом и в России:

  1. Развитие правового статуса свободных сельских обывателей в законопроекте 27 октября 1861 г.
  2. § 1. Формирование и развитие социального и правового статуса несовершеннолетних в мировом сообществе
  3. § 1. Исторические аспекты становления и развития ювенальной юстиции в России и за рубежом
  4. Оглавление
  5. ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВОВОГО СТАТУСА АРБИТРОВ МКА
  6. § 1.1. Понятие и место правового статуса арбитров МКА в системе российского права
  7. § 1.2. Исторические аспекты появления и развития правового статуса арбитра за рубежом и в России
  8. § 1.3. Роль международных актов в формировании правового статуса арбитров МКА
  9. ГЛАВА 2. СОВРЕМЕННАЯ КОНЦЕПЦИЯ ПРАВОВОГО СТАТУСА АРБИТРОВ МКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  10. § 2.1. Основная особенность правового статуса арбитров МКА и его соотношение со статусом иных субъектов в РФ
  11. § 2.2. Отдельные элементы правового статуса арбитров МКА в РФ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -