Англійскія политическія ученія ХУП вѣка.

Отраженіе англійской политической борьбы XVII в. въ литературѣ. — Абсолютистскія воззрѣнія Іакова I. — Англійская публицистика около 1640 г.—Государственное право англійской республики.

XVIlI в.

Политическая борьба, которая происходила въ Англіи въ XVII столѣтіи, нашла выраженіе и въ литературѣ. Идеи абсолютизма были представлены въ ней прежде всего трактатами самого Іакова I, а въ царствованіе Карла I начала развиваться оппозиціонная литература,особенно около 1640 r., когда былъ поставленъ ребромъ вопросѣ о взаимныхъ отношеніяхъ короны и парламента и впервые было формулировано ученіе о раздѣленіи властей, которому суждено было играть весьма большую роль и въ исторіи, и въ теоріи конституціойнаго государства. Первая англійская революція, далѣе, вызвала рядъ политическихъ трактатовъ, въ которыхъ ставились вопросы о происхожденіи государственной власти, о наилучшемъ ея устройствѣ, въ частности объ избирательныхъ правахъ гражданъ и объ отношеніи между государствомъ и религіей; отвѣты, данные на эти вопросы, были неодинаковы, но общимъ въ нихъ было признаніе принциповъ народовластія и индивидуальной свободы, причемъ въ аргументаціи этихъ политическихъ трактатовъ очень важное мѣсто принадлежало соображеніямъ религіознаго, теологическаго содержанія въ полномъ соотвѣтствіи съ религіознымъ характеромъ первой революціи, котораго вторая была уже лишена.

ховной власти, но почва, на какую они ставились, была уже болѣе философская, раціоналистическая, совмѣстно съ чѣмъ наблюдается и болѣе обобщенное трактованіе вопроса объ индивидуальной свободѣ, раньше поднимавшагося главнымъ образомъ лишь по отношенію въ праву личности имѣть свои, независимыя отъ велѣній власти, религіозныя убѣжденія. На[92] конецъ, вторая англійская революціястала поводомъдляобнат родованія одного философеко-политичесваго трактата, написаннаго въ защиту ивдивидуальной и политической свободы и овазавшаго громадное вліяніе на политическую мысль ХѴШ в. Въ настоящей главѣ и дѣлается общій обзоръ всей этой литературы въ связи съ политическими отношеніями и событіями, вызвавшими тѣ или другія произведенія этой литературы и даже прямо приводившими въ формулироввѣ отдѣльныхъ тезисовъ, которые въ ней развивались 1).

. Бъ чему стремились въ Англіи Стюарты, очень хорошо показываютъ абсолютистичесвія заявленія Іакова I, находившія поддержку въ ближайшей средѣ, которая его овру- жала. Уже въ ХУГ в. нѣкоторые близкіе двору публицисты изъ итальянцевъ или яиталіонатовъ“, т.-е. англичанъ, увлекавшихся всѣмъ итальянскимъ, высказывали мысль о превосходствѣ абсолютной монархіи надъ другими политическими формами, повторяя идеи Маккіавелли, и даже пытались доказать, что неограниченная власть принадлежитъ и англійскимъ королямъ. Съ другой стороны, представители такъ называемой „высокой церкви" (high church), т.-е. богословы, стоявшіе за строгое монархическо-аристократическое направленіе англиканизма противъ демократическихъ тенденцій пуританъ, доказывали божественное происхожденіе королевской власти, ссылаясь на св. писаніе и ,проводя ту мысль, что эта власть есть не что иное, какъ продолженіе власти ветхозавѣтныхъ патріарховъ.

привычку писать ученые трактаты на всевозможныя темы, излагалъ письменно свои политическіе взгляды въ духѣ крайняго абсолютизма. Оригинальнаго въ нихъ, конечно, ничего не бЫло. Это была та же самая доктрина абсолютизма, которая въ эту эпоху нашла многочисленныхъ литературныхъ выразителей и на материкѣ *)• Въ написанномъ имъ трактатѣ подъ заглавіемъ „Истинный вавонъ свободной монархіи* прямо, напр., заявлялось, что королю въ Англіи принадлежитъ неограниченная власть, что король выше законовъ, что всѣ привилегіи парламента существуютъ лишь постольку, постольку того хочетъ государь, а доказывалось все это текстами св. писанія или такими богословскими соображеніями, въ силу которыхъ выходило, что короли ведутъ свое начало отъ ветхозавѣтныхъ патріарховъ, что они—намѣстники Бога на землѣ и т. п.

Противоположныя политическія воззрѣнія стали развиваться въ англійской литературѣ въ концѣ тридцатыхъ годовъ XYH в., когда уже сталъ назрѣвать конфликтъ 1640 г. Первое нападеніе сдѣлано было въ прессѣ на раболѣпный и въ то же время деспотическій епископатъ, но звѣздная палата круто стала обрывать публицистическую агитацію пуританъ рядомъ нроцессовъ, оканчивавшихся для наиболѣе дерзкихъ памфлетистовъ такими наказаніями, какъ отсѣченіе ушей или пожизненное заключеніе въ тюрьмѣ. Когда, наконецъ, были созваны оба парламента 1640 r., брошюрная литература политическаго содержанія хлынула на Англію, какъ изъ рога изобилія. Въ этой публицистикѣ стали все болѣе и болѣе проскакивать идеи, значительно отклонявшіяся отъ традшцонныхъ идей англійской конституціи. Повндимому, дѣло шло о возстановленіи старыхъ нормальныхъ отношеній между вороной и палатами, между прерогативой первой и привилегіями вторыхъ, но въ дѣйствительности очень часто высказывались мысли, практическое осуществленіе которыхъ должно было вести къ ограниченію прерогативы, къ расширенно правъ парламента, когда, напр., доказывалось, что король никогда не можетъ отклонять билли, прошедшіе черезъ обѣ палаты, что королевскіе совѣтники должны выбираться неноередственно парламентомъ, что ему же должно принадлежать завѣдованіе военною обороною страны и т.

!) См. главу XVIII „Западноевропейской абсолютной монархіи“.

о взаимныхъ обязанностяхъ короля и народа“, опубликованныхъ въ 1642 r., доказывалось превосходство смѣшанной формы правленія нзъ монархіи, аристократів и демократіи съ нредупрежденіекъ, нто перевѣсъ одного нзъ трехъ элементовъ такого устройства грозитъ переходомъ къ тиранніи *). Въ „Привилегіяхъ палаты общинъ“ ивъ того же 1642 г. проводилась та мысль, что въ Англіи совершился нѣкогда переходъ отъ монархіи къ тиранніи, вызвавшій въ свою очередь узурпацію королевскихъ правъ аристократіей, но что противъ этого и были призваны къ власти общины. Въ особенности же важна была довольно часто высказывавшаяся и въ прессѣ, и въ парламентскихъ рѣчахъ мысль о томъ, что права обѣихъ палатъ важнѣе правъ короля, и что права одной палаты об- щинъ важнѣе правъ короля и палаты лордовъ, вмѣстѣ взятыхъ. Стюарты, толковавшіе свою прерогативу въ смыслѣ абсолютв8ма, сами толкнули оппозицію на пересмотръ основъ конституціи, который не могъ не происходить въ смыслѣ желанія ограничить прерогативу, разъ въ ней таилась опасность абсолютизма.

Ha только-что указанной точкѣ зрѣнія стоялъ Джонъ Пимъ, парламентскій боецъ еще временъ Іакова I, сдѣлавшійся главнымъ руководителемъ большинства долгцго парламента, какимъ и оставался до самой своей смерти въ 1644 г. Его теорія заключалась въ томъ, что королевская власть и народная свобода опредѣляются закономъ, и что одна является поддержкою другой, пока каждая не выходитъ изъ своей сферы: въ противномъ случаѣ государству грозитъ или тираннія, или анархія. Ha практикѣ, однако, Пимъ держался не столько этой теоріи равновѣсія правъ короны и парламента, сколько той идеи, что въ Англіи парламенту принадлежитъ болѣе важное значеніе, чѣмъ коронѣ, и что наиболѣе важную часть парламента составляетъ палата общинъ. Этотъ взглядъ, конечно, не соотвѣтствовалъ англійской политической дѣйствительности ХѴП в., но, несомнѣнно, имъ предвосхищалось то государственное устройство, какое имѣетъ Англія въ наше время.

\') O нрмежшдеял этой теоріи въ древности см. „Государство-то- родъ*, стр. 226 и слѣ&, объ усвоеніи ея политическими писателями cp. вв. см. „Помѣстье-государство*, стр. 209—210.

Побѣдапарламента надъ Карломъ I сопровождалась «не побѣдою новой формы конституціонной монархіи, къкоторой стремились пресвитеріане, а побѣдою республиканской идеи индепендвнтовъ. Когдаэта послѣдняя партія путемъ насилія надъ еиоими политическими противниками получила перевѣсъ въ палатѣ общинъ, то послѣдняя провозгласила 4 января 1649 г. новое государственное право Англіи, сводившееся къ слѣдующимъ пунктамъ: 1) источникъ всякой власти послѣ Бога есть народъ; 2) верховная власть въ лаціи принадлежитъ общинамъ, какъ избраннымъ народомъ представителямъ; 3) то, что общины объявляютъ закономъ и есть законъ, хотя бы на то не было согласія короля и лордовъ *)•

Индепендентская теорія народовластія, какъ извѣстно, не была новостью. Индепенденты шли только по стопамъ своихъ предшественниковъ, кальвинистовъ второй половины XYl в., которые боролись за свободу съ абсолютными государями и въ Щотландіи, и во Франціи, и въ Нидерландахъ, а инде- пендентскіе политическіе писатели только продолжали собою монархомаховъ второй половины XYI в. а) Главная разница была въ томъ, что борцы за свободу въ XYII в. ушли значительно впередъ сравнительно со своими предшественниками въ пониманіи религіозной свободы, и что теорію народовластія они довели до ея логическаго конца, которымъ не могло быть что-либо иное, кромѣ республики.

Главнымъ теоретикомъ народовластія въ эпоху первой англійской революціи выступилъ авторъ „Потеряннаго рая“, этой „божественной комедіи“ пуританизма, Джонъ Мильтонъ, занимавшій должность секретаря государственнаго совѣта послѣ установленія въ Англіи республики. Принципіальный противникъ епископальной церквц, одно время склонявшійся къ цресвитеріанизму, но сдѣлавшійся въ концѣ концовъ приверженцемъ индепендентства, Мильтонъ въ особомъ „Трактатѣ о вмѣшательствѣ государства въ церковныя.

O Напомнимъ, что формально въ Англіи были отмѣнены палата лор-\' довъ и королевская власть только черезъ мѣсяцъ (первая 6 февраля, вторая 7 февраля).

2) См. ваше, стр. 24 и 32.

ополчился на защиту печати въ своей знаменитой „Ареопа- гитикѣ", до сихъ норъ представляющей собою одно изъ лучшихъ произведеній, вакія только писались въ доказательство необходимости, нользн и справедливости свободы печати [93]). Самые важные, чисто политическіе, трактаты Мильтона были изданы имъ въ эпоху республики. Это были: „Защита англійскаго народаи (Defensio pro populo anglicauo), напнсавная противъ нападенія, сдѣланнаго на англійскую революцію французскимъ ученымъ Сомезомъ (Салмазіемъ); „Иконоборецъ" (или „Икощжластъ"), тоже политическій трактатъ, составленный въ опроверженіе книги Гаулена „Королевскій образъ" (Eikon basilike, откуда и названіе опроверженія), приписывавшейся народною молвою самому казненному королю; чисто теоретическое разсужденіе „О державѣ королей и сановниковъ" (On tenure of kings and magistrates) и небольшой трактатъ, написанный уже передъ самою реставраціей, подъ заглавіемъ „О возможномъ и легкомъ пути къ установленію свободнаго правленія". Бъ своей политической теоріи Мильтонъ стоялъ на теологической точкѣ зрѣнія. Человѣкъ созданъ по образу и подобію Божію, а потому призванъ не къ повиновенію, а къ властвованію. Верховная власть принадлежитъ народу, который ставитъ надъ собою правителей, ввѣряя имъ право исполнять требованія правосудія. Отнять верховенство у народа нельзя, не нарушая тѣмъ самымъ прирожденныхъ правъ гражданъ. Подобно монархомахамъ XYI в. Мильтонъ не былъ демократомъ 2), ибо у него народъ есть лишь совокупность высшихъ слоевъ населенія, н право избранія совѣта лучшихъ и мудрѣйшихъ людей онъ отдавалъ нѳ „шумной и крикливой толпѣ", а людямъ, имѣющимъ на то законную правоспособдоеть. Онъ даже спеціально возражалъ демократамъ, стоявшимъ на точкѣ зрѣнія всеобщаго голосованія.

Другимъ представителемъ политическихъ идей индепен- денства былъ ГенриВэнъ, который тоже въ своихъ сочиненіяхъ стоялъ на точкѣ зрѣнія народовластія, но особенно важенъ своею защитою свободы совѣсти. Онъ находилъ именно противнымъ закону природы, чтобы люди, создавая надъ co-

бою власть, безусловно отказывались при этомъ въ ея пользу отъ своей свободы. Онъ требовалъ, чтобы не только правительство было ограничено въ своихъ нравахъ no отношенію къ державному народу, но чтобы и у послѣдняго не было безусловной власти въ дѣлахъ совѣсти, откуда его указаніе на необходимость наложенія ограниченія на верховную власть— прежде нежели даже она будетъ организована—въ польву личдой свободы въ дѣлахъ вѣры. Свободу совѣсти онъ теологически разсматривалъ, какъ пріобрѣтеніе людей цѣною крестной смерти и воскресенія Іисуса Христа, сдѣлавшагося един- етвенныиъ господиномъ надъ человѣческою совѣстью, у котораго никакая власть на землѣ не должна смѣть узурпировать это право.

Оффиціальные вожди англійской республики и въ ихъ числѣ Кромвель далеко не были демократами, а между тѣмъ въ индепендентской арміи въ началѣ республики поднялось болѣе радикальное, чисто демократическое движеніе, такъ называемыхъ, „левеллеровъ“ (levellers), т.-е. уравнителей, силою подавленное самимъ Кромвелемъ. Защитники, подобно другимъ иидеиендеитамъ, самой широкой индивидуальной свободы въ дѣлахъ вѣры, они рядомъ съ такими неотъемлемыми правами личности, какъ свобода совѣсти и гарантіи неприкосновенности, ставили равенство передъ закономъ, расширявшееся ими до понятія равнаго для всѣхъ избирательнаго права. Сама верховная власть, учили они, не имѣетъ права чѣмъ бы то ни было покушаться на эту свободу, на эти неотъемлемыя права. Взаимныя отношенія между законодательною и исполнительною властями левеллеры понимали не въ смыслѣ самостоятельности обѣихъ, а рѣшительнѣйшимъ образомъ требовали подчиненія исполнительнаго органа законодательному съ тѣмъ еще условіемъ, чтобы особая коммиссія между двумя сессіями парламента надзирала за дѣйствіями исполнительной власти. Въ области суда они ограничивались одними присяжными безъ постоянныхъ государственныхъ судей. Высказываясь за то, чтобы духовенство содержалось не государствомъ, а отдѣльными общинами, они стремились къ отдѣленію церкви отъ государства. Такова была политическая программа крайняго лѣваго крыла индепендентства, тоже получившая выраженіе въ тогдашней публицистикѣ, въ которой главное мѣсто принадлежало памфлетамъ Лильбёрна и самому важному между ними—„Разоблаченію новыхъ цѣпей Авгліи“ (Englande new

ch&raes discovered). Свої идеи левеллеры съ Лильбёрномъ во главѣ думали осуществить посредствомъ вооруженнаго возстанія (въ 1649 r.), но оно не удалось. Ho прежде Чѣмъ левеллеры еошли со сцены, они все-таки успѣли создать цѣлую систематическую программу политическаго радикализма, которая полнѣе всего была изложена въ трактатѣ подъ заглавіемъ „Основные законы и вольности Англіи" (The fundamental IaWa and liberties of England).

Намъ будетъ понятно, почему Кромвель, будущій лордъ- протекторъ, вооружился противъ левеллеровъ, если принять въ расчетъ, что онъ, какъ и другіе члены долгаго парламента, принадлежалъ въ тому самому классу „сквайровъ" (помѣщиковъ), противъ господства котораго было- направлено все движеніе, руководимое Лильбёрномъ. Левеллеры не -прикасались къ вопросамъ собственности, но въ политическомъ отношеніи были радикалами, что очень встревожило тогдашній правящій классъ Англіи. Кромвель, самъ къ нему принадлежавшій, и выступилъ на его защиту: онъ упрекалъ левеллеровъ въ томъ, что они хотятъ приравнять арендатора (tenant) къ землевладѣльцу (landlord). Искренній поборникъ религіозной свободы и въ этомъ отношеніи одинъ изъ лучшихъ представителей индепендентства, вознесенный своей партіей на высоту правителя государства, Кромвель не раздѣлялъ, однако, политическихъ воззрѣній этой партіи, будучи противникомъ не только абсолютизма, но и чистой демократіи. Его идеаломъ, какъ и многихъ другихъ круглоголовыхъ, была смѣшанная форма правленія, при которой только и могла, по ученію того времени, сочетаться свобода съ властью, раздѣленною притомъ между правительствомъ и народомъ на началахъ извѣстнаго равновѣсія. Въ то время, какъ англійская республика основывалась на принципѣ сосредоточенія всей верховной власти въ палатѣ общинъ, Кромвель былъ сторонникомъ существованія самостоятельной и независимой исполнительной власти, дабы между обѣими властями, законодательною и исполнительною, одна отъ другой независимыми, было извѣстное равновѣсіе, которое не давало бы перевѣса одной надъ другою. Ha почвѣ разнаго пониманія взаимныхъ отношеній между обѣими властями у Кромвеля, когда онъ былъ протекторомъ, и происходили столкновенія съ собиравшимися имъ парламентами, и одно время онъ уже думалъ о возстановленіи старой конституціи. Это совершила лишь реставрація Стюартовъ, но отъ

эпохи революціи осталась идея о необходимости раздѣленія властей—законодательной въ рукахъ народнаго представительства и исполнительной въ рукахъ единаго главы государства. Собственно говоря, эта самая политическая комбинація была ноложена въ основу конституціи 1653 r., сдѣлавшей Кромвеля протекторомъ, но настоящее свое осуществленіе она получила лишь черезъ полтора вѣка въ конституціи Сѣверо- Американскихъ Соединенныхъ Штатовъ х).

Въ эпоху реставраціи Стюартовъ новую пищу для обсужденія вопроса о происхожденіи королевской власти и о взаимныхъ отношеніяхъ между государемъ и народомъ далъ уже извѣстный намъ споръ о правѣ герцога Іоркскаго, брата Карла П, занять престолъ по его смерти 2). Мы видѣли, что но этому поводу образовались партіи виговъ и торіевъ. Виги, не желавшіе видѣть королемъ паписта, утверждали, что между государемъ и народомъ существуетъ обязательный для обѣихъ сторонъ договоръ, нарушеніе котораго королета даетъ народу право сопротивляться,—и подводили подъ это правило случай съ наслѣдникомъ престола, Нарушавшимъ договоръ, состоявшійся въ формѣ извѣстнаго акта о присягѣ. Другая партія, торіи, стояла, напротивъ, на точкѣ зрѣнія теоріи божественнаго происхожденія королевской власти Виги составиинбыло заговоръ противъ герцога Іоркскаго, но жестоко за него поплатились, л оксфордскіе богословы торжественно провозгласили осужденіе доктрины о договорномъ происхожденіи власти, какъ ученія, противнаго христіанской вѣрѣ. Въ духѣ этого богословскаго мнѣнія, еще во времена республики, нѣкто Фильмеръ написалъ особое сочиненіе „Патріархъ или естественная власть королей" (Patriarcha or the natural power of kinds), въ которота выводилъ королевскую власть изъ патріархальной власти, данной Богота Адаму надъ женою и дѣтьми, и дѣлалъ отсюда заключеніе о неограничимости королевской власти какими бы то ци было человѣческими узаконеніями. Опубликованіе этой книги во время спора о правѣ герцога Іоркскаго на занятіе престола вызвало противъ нея опроверженіе со стороны Альджернона Сиднея, одного изъ дѣятелей первой революціи, вскорѣ послѣ того казненнаго за участіе въ упомяну- тота вигистскомъ заговорѣ. Въ своихъ „Разсужденіяхъ о пра- [94] [95]

вительствѣ" (Discourses concerning government) онъ обратилъ аргументъ Фильмера противъ него самого: если Богъ далъ власть Адаму, то она послѣ Адама должна была раздѣлиться по-ровну между всѣми отцами семействъ, т.-е. каждый изъ нихъ былъ королемъ, пока всѣ они не сошлись вмѣстѣ и недоговорились между собою подчиниться общему закону. Верховная власть, такимъ образомъ, принадлежитъ народу, который, передавая ее государю, не обязанъ терпѣть отъ него насилія; наоборотъ, нарушая законы, основанные на договорѣ съ народомъ, король заслуживаетъ наказанія. Кромѣ Сиднея, Фильмеру на его теорію о божественномъ правѣ королей возражалъ также знаменитый философъ Джонъ Локкъ, политическія идеи котораго заслуживаютъ особаго вниманія.

Прежде, однако, чѣмъ мы разсмотримъ ученіе Локка, необходимо указать на тотъ культурный переворотъ, который произошелъ въ Англіи въ промежутокъ между обѣими< ея революціями ХѴП в. Какъ и въ XVI столѣтіи на материкѣ, въ Англіи въ серединѣ ХѴП в. политическое движеніе совершалось подъ знаменемъ идей религіозныхъ, или богословскихъ ‘). Бъ эпоху реставраціи произошло въ Англіи развитіе естествознанія и свѣтскаго философскаго мышленія. Это была пора возникновенія столь характернаго и для всего XVIII в. раціонализма, который выдвигалъ па первый планъ авторитетъ человѣческаго разума, заступившаго мѣсто вѣры въ откровеніе и искавшаго критерія должнаго не въ волѣ Божіей, а въ природѣ вещей и ея законахъ. Это новое направленіе, представителя котораго прослыли „свободными\' мыслителями*1 (freethinkers), принципіально отстаивало свободу мысли, какъ врожденное право человѣка, какъ требованіе самой мысли, по самой природѣ своей свободной и не терпящей надъ собою никакого гнета, что между прочимъ мы находимъ и у знаменитаго голландскаго философа Спинозы, жившаго въ эту эпоху [96] 3 [97]). Въ примѣненіи къ религіи раціоналистическое воль- водумство второй воловины XYII в. нородило такъ называемый деизмъ, объявлявшій себя „естественной религіей", а въ примѣненія въ политикѣ—философію „естественнаго права", или теорію государства, объяснявшую происхожденіе государства изъ естественныхъ причинъ и построившаго идеалъ государства изъ началъ разума. Однимъ изъ наиболѣе вліятельныхъ свободныхъ мыслителей эпохи и былъ Локкъ.

Раціонализмъ оказалъ громадное вліяніе на исторію политическихъ ученій, но въ политикѣ, онъ былъ скорѣе методомъ, чѣмъ доктриной. Подобно тому, какъ писатели, стоявшіе на теологической точкѣ зрѣнія, пользовались одинаково авторитетомъ Библіи и для обоснованія божественнаго права королей, и для доказательства правоты народовластія, такъ политики- раціоналисты, орудуя однимъ и тѣмъ же методомъ логическихъ разсужденій, нриходили къ выводамъ діаметрально-противоположнымъ. Мы наблюдаемъ это въ исторіи англійскихъ политическихъ идей XYQ в., сравнивая, между собою ученія Гоббза и Ловка \')• Оба они признавали особое догосударственное, или, какъ оно называлось, естественное состояніе, въ которомъ находились люди до образованія государства, и оба объясняли происхожденіе государства изъ общественнаго договора, заключеннаго между собою людьми, но въ то время, какъ Гоббвъ училъ о всевластіи государства, о полномъ поглощеніи имъ личности гражданина и о подчиненіи политикѣ и религіозной и нравственной сферъ жизни человѣка, Локкъ можетъ быть уннчтожева". Именно, Спиноза указывалъ на то, что угнетеніе JHWOCTH церковью, которая наказываетъ за взгляды, отступающіе отъ правовѣрія, является одннмъ нзь условій, угрожающихъ внутреннему спокойствію государства, н что потому послѣднее въ своихъ же собственныхъ интересахъ должно лнвівть цервовь еа опасной для него властн, сдѣлавъ споръ мнѣній совершенно безопаснымъ, т.-е. предоставивъ каждому полную свободу выражать свои мнѣнія бевъ вакихъ бн то нн бвло непріятныхъ для себя послѣдствій. Защищая свободвое государство, признающее общею свободу н потому ве имѣющее права „стѣснять предразсудками или инымъ обравомъ обуздывать свободвое сужденіе всякаго человѣка11, философъ отмѣчалъ, что лишь деспотизму можетъ бнть выгоднымъ „держать людей въ обманѣ н прнкрнвать громкимъ именемъ\' религін страхъ, которымъ они дрлжны бытъ сдерживаемы11.

‘) Болѣе подробно о Гоббзѣ, какъ теоретикѣ абсодютизма, ом. въ гд. XVIII „Западно-европейской абсолютной мояархіии.

строилъ свой политическій идеалъ на идеѣ самой широкой, какая только можетъ быть, свободы личности. Онъ во всемъ отстаивалъ эту свободу, какъ Гоббзъ во всемъ отстаивалъ власть государства. Живя въ эпоху реставраціи Стюартовъ въ Голландіи, Локкъ обнародовалъ здѣсь въ 1785 г. небольшой трактатъ „О вѣротерпимости®, который и издалъ вторично въ Англіи, вернувшись туда съ Вильгельмомъ Ш, дополнивъ потомъ первое свое „письмо® объ этомъ предметѣ еще двумя новыми (1690 и 1692),’ во тема эта занимала его и раньше, какъ это видно изъ его же ^Опыта о терпимости®, написаннаго имъ еще до переѣзда въ Голландію и нзданнаго лишь недавно однимъ изъ его біографовъ. Локку приписываютъ также составленіе доклада объ уничтоженіи въ Англіи книжной цензуры въ 1695 г. ’)•

Главноелолитическое сочиненіе Локка называется „Трактатомъ о правительствѣ® (Treatise on government). Къ первой части этого трактата, написаннаго еще въ Голландіп въ видѣ опроверженія теоріи Фильмера, Локкъ присоединилъ въ 1689 r. вторую, цѣлью которой было, по собственному его заявленію, „утвердить престолъ великаго возстановителя англійской свободы, короля Вильгельма, вывести его права изъ воли народа н защитить передъ свѣтомъ англійскую націю за ея новую революцію®. Сущность изложенной здѣсь политической теорія сводится къ слѣдующему.

Въ естественномъ состояніи всѣ люди свободны и равны, но эта свобода не есть произволъ, такъ какъ подчинена естественному закону (разумному и нравственному), ограждающему чужую личность и свободу отъ всякихъ на нихъ посягательствъ. Каждое нарушеніе естественнаго закона должно влечь за собою наказаніе, право на наложеніе какового въ естественномъ состояніи принадлежитъ каждому. Такъ какъ это влечетъ за собою войну, то люди заключаютъ между собою договоръ, въ силу котораго отказываются отъ своего права наказывать нарушителей естественнаго закона. Если у Гоббза, заключая договоръ, люди отказываются отъ всѣхъ правъ, какія у нихъ были въ естественномъ сосгояніи, то Локкъ, наоборотъ, всѣ эти права за ними сохраняетъ, кромѣ только одного. Въ государственное существованіе у Ловка человѣкъ вступаетъ со всѣми правами свободы и равенства,

’) См. внше, стр. 80.

равно какъ съ нравонъ яа свое достояніе, ибо, ноего теоріи, собственность. существовала въ естественномъ состояній, какъ результатъ права на трудъ своего тѣла, на произведеніе своихъ рукъ, тогда какъ у Гоббза собственность являлась лишь созданіемъ государства, могущаго ее и отнять. При такомъ взглядѣ на происхожденіе государства Локкъ, конечно, долженъ былъ до-нельзя ограничивать его компетенцію, какъ, наоборотъ, Гоббзъ до-нельзя ее расширялъ, уча, наприм., что нѣтъ добра и зда самихъ по себѣ, а что они могутъ быть добромъ и зломъ лишь по признанію ихъ таковыми со стороны государства, и распространяя то же разсужденіе и на предметы религіозной вѣры. Государство Локка пользуется лишь правомъ паказывать нарушителей естественнаго закона, опредѣляя, что должно почитаться преступленіемъ, и какѣ оно должно караться (власть законодательная), приводя эти законы въ исполненіе въ отдѣльныхъ случаяхъ (власть исполнительная) и защищая общество отъ посягательствъ на него со стороны другихъ обществъ (власть союзная, federative power, какъ ее обозначаетъ Локкъ). Бакъ всѣ абсолютисты, а въ ихъ числѣ и Гоббзъ, стояли на точкѣ зрѣнія необходимости, чтобы верховная власть въ государствахъ была едина, такъ Локкъ, наоборотъ, находитъ возможнымъ раздѣленіе властей. Онъ не могъ считать эту верховную власть государства и неограниченною: разъ человѣкъ въ естественномъ состояніи не имѣлъ абсолютнаго права на все, онъ и государству не могъ передать такого нрава. Граница государственной власти у Локка опредѣляется ея обязанностью охранять жизнь, свободу и имущество каждаго, и власть, которая сдѣлала бы нападеніе на эти блага личности, противорѣчила бы причинѣ собственнаго своего существованія. Между прочимъ, къ числу сферъ личной жизни, не подлежащихъ вмѣшательству со стороны государства, онъ относилъ и религію, какъ дѣло индивидуальной совѣсти —\' опять-таки въ противоположность ученію Гоббза, стоявшаго на точкѣ зрѣнія государственной религіи.

Различая въ государствѣ законодательную и двоякаго рода исполнительную власть,—классификація, которую въ XVHI в. по своему передѣлалъ Монтескье *),—Локкъ отдаетъ первенство въ государствѣ первой изъ названныхъ властей, и ея [98]

установленіе являетсл у него основнымъ закономъ общества. Однако, эта власть не имѣетъ права посягать на прирожденныя права гражданъ, отннмать у нихъ жизнь, лишать свободы, брать безъ ихъ согласія малѣйшую часть ихъ имущества на общія нужды, равно какъ нарушать ихъ равенство путемъ частныхъ законовъ или привилегій, изъятій и т. п. Взаимныя отношенія законодательной власти (парламента) и исполнительной (короля) Локкъ понималъ въ смыслѣ ихъ обоюдной независимости, но обѣ эти власти у него имѣютъ надъ собою высшаго судью въ лицѣ народа, обладающаго правомъ требовать къ отвѣту всякую власть, разѣ она злоупотребляетъ своими* правами, когда, наирим., глава исполнительной власти, участвующій въ законодательствѣ только посредствомъ своего veto, захватываетъ всю законодательную власть, не созываетъ законодательнаго собранія или покушается на свободу его засѣданій, устраняетъ избирателей отъ пользованія ихъ правомъ или измѣняетъ порядокъ выборовъ и т. п. Въ подобнаго рода случаяхъ Локкъ предоставляетъ народу право возстанія на защиту свободы, — примѣромъ чего для него и служила вторая революція: въ оправданіе ея какъ-разъ и была написана вторая часть трактата. Защищая право сопротивленія угнетенію, онъ прибавляетъ, что революціи не такое легкое дѣло, чтобы народъ бросался въ нихъ, очертя голову.

Дальнѣйшее развитіе англійскихъ политическихъ идей ХУП в. совершилось во французской литературѣ ХУШ столѣтія, на которую Локкъ вообще оказалъ громадное вліяніе всѣми своими идеями въ областяхъ гносеологіи („Опытъ о человѣческомъ пониманіи"), религіи (деистическій трактатъ „Разумность христіанства"), педагогики („Мысли о воспитаніи"), морали и политики. Его политическая теорія была, такъ сказать, философскимъ итогомъ подъ индивидуалистическими и народовластническими стремленіями боевого протестантизма въ лицѣ кальвинистовъ XVI в., выставившихъ рядъ монархо- маховъ, и въ лицѣ индепендентовъ ХУП столѣтія, политическими теоретиками которыхъ были такіе люди, какъ Мильтонъ, Вэнъ, Лильбёрнь. Несомнѣнна связь политическаго ученія Локка не только съ этимъ прошлымъ, но и# съ современной ему политической борьбой, разрѣшившейся" переворотомъ 1689 r.: его „Трактатъ о правительствѣ" былъ въ ХУПІ в. даже понятъ авторомъ „Духазаконовъ", какъизложеніеприн- циповъ англійской конституціи, которую на самомъ дѣлѣ го-

КОИСТИТУЦ. ГОСУДАРСТВО. 7

дѣйствительности изобразили „ Комментаріи “

раздо вѣрнѣе Блэкстона.