А. Когда выборъ принадлежитъ должнику.

§ 2.

Гибель вещи но винѣ вѣрителя равносильна, въ лицѣ должника, гибели вещи отъ случая.

Выводы изъ этого положенія весьма просты.

Обязательство становится одночленнымъ и сосредоточивается на оставшейся вещи.

Тотъ, по мнѣнію котораго должникъ въ правѣ удовлетворить вѣ­рителя стоимостью погибшей вещи, если погибель ея послѣдовала случайно, еще болѣе будетъ настаивать на предоставленіп должнику этого нрава, въ случаѣ, если гибель вещи должна быть приписана ви­нѣ вѣрителя. Вѣритель своею виною никоимъ образомъ не долженъ ухудшать положеніе должника, сравнительно съ тѣмъ, если вещь по­гибла отъ случая

Само собою разумѣется, что вѣритель отвѣтственъ предъ должпи- комъ за причиненный вредъ. Должникъ въ правѣ искать съ вѣрителя возмѣщенія убытковъ.

Въ Римскомъ правѣ, искъ о возмѣщеніи убытковъ основывался на

^r) Vangerow. 1. с.

lex Aquilia и былъ извѣстенъ подъ названіемъ actio legis Aquiliae. Особенность этого лева состояла въ томъ, что потерпѣвшій билъ въ правѣ, при счетѣ своихъ убытковъ, основываться на томъ моментѣ послѣдняго года, который былъ для него всего благопріятнѣе.

Въ нѣмецкомъ правѣ развивавшаяся на началахъ римскаго, actio legis Aquiliae сдѣлалась обыкновеннымъ искомъ объ убыткахъ; но эле­ментъ наказанія, присущій этому иску, не принятъ въ Германіи *).

По мнѣнію признающихъ oblatio aestimationis, должникъ въ правѣ вчинить искъ о вознагражденіи убытковъ и предложить стоимость по­гибшей вещи; но онъ можетъ также предложить разницу между коли­чествомъ вознагражденія и стоимостью погибшей вещи или же требо­вать эту разность, смотря по тому, какая сумма большая: цѣна по­гибшей вещи или количество вознагражденія ^{[53] [54]).}

Должникъ имѣетъ право на вознагражденіе убытковъ; но можетъ ли онъ поэтому требовать, чтобъ вѣритель уничтоженную имъ вещь счи­талъ уплатой?

Это, собственно, было бы справедливо. «Интересъ должника состоитъ въ томъ, чтобы быть поставленнымъ въ то состояніе, въ которомъ онъ бы находился, еслибъ вещь не была уничтожена; но тогда онъ бы могъ употребить эту вещь для уплаты долгая ^[55]).

Римское право не знаетъ за должникомъ такого права. Это видно изъ вышеприведенной 1. 55 ad legem Aquiliam 9, 2.

Должникъ альтернативно обѣщалъ вѣрнтелю двухъ рабовъ, изъ ко­торыхъ одинъ стоилъ 10, другой 20. Вѣритель убиваетъ дешевѣйшаго раба. Начиная съ того момента, обязательство сосредоточивается на дорожавшемъ рабѣ. Этого должникъ долженъ отдать, говоритъ юристъ (quem necesse habeo dare). Юристъ не могъ бы этого сказать, еслибы должникъ имѣлъ право вмѣнить убитаго раба въ уплату. Мало того, искъ объ убыткѣ простирается на 20, а не на 10, ибо должникъ дол-

женъ теперь отдать болѣе цѣнный предметъ. Еслибы должникъ могъ засчитать вѣрителю убитаго раба въ уплату, то искъ о возмѣщеніи убытковъ ни въ капомъ случаѣ не могъ бы быть вчиненъ.

Бъ доказательство того, что должникъ въ правѣ засчитать уничто­женную вещь въ уплату, страннымъ образомъ ссылались на слѣдую­щее мѣсто:

1. 103. de verborum obligationibus XLV, I.

Javolenns (lib. II Epistolarum).

Stipulatus sum Damam aut Ero­tem servum dari; quum Damam dares, ego, quominus acciperem, iu mora fui; mortuus est Dama, an putes, me ex stipulatu actionem habere? Respondit, secundum Ma­surii Sabini opinionem puto te ex stipulatu agere non posse; nam is recte existimabat, si per debitorem mora non esset, quominus id, quod debebat, solveret, continuo eum de­bito liberari

Ilo сдѣланному уговору мнѣ слѣ­дуетъ отдать раба Дамаса или Эроса. Когда ты предлагалъ мнѣ Дамаса, я билъ въ просрочкѣ, такъ какъ не хотѣлъ принимать его.

срочки должника, должникъ осво­бождается отъ обязательства.

Какъ мало это мѣсто можетъ служить доказательствомъ защищае­маго правила, очевидно само собою. Оно выражаетъ только правило, уже разсмотрѣнное нами въ другомъ мѣстѣ, что вѣритель съ того момента, когда ему предложена была уплата п онъ безъ уважительной причины противозаконно медлилъ пріемомъ уплаты, несетъ страхъ і редложенной вещи \')•

Однако, правило это, неизвѣстное Римскому праву, принято было, какъ увидимъ впослѣдствіи, пъ нѣкоторыхъ новѣйшихъ законодательствахъ.