§ 2.2. Эволюция институтов сотрудничествав сфере уголовного судопроизводства в рамках Европейского Союза

Мы уже отмечали, что рассмотрение интересующих нас в рамках настоящего исследования институтов в данной части работы будет произведено в историческом аспекте с целью продемонстрировать как их эволюцию, так и современное состояние.

73

помощи. ^{[72] [73]}

Итак, изначально реализация механизмов сотрудничества происходила в соответствии с нормами, установленными международными соглашениями в рамках Совета Европы. Так, процедура экстрадиции осуществлялась на основе Европейской конвенции о выдаче (1957 г.), а взаимная правовая помощь по уголовным делам регулировалась Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи по уголовным делам (1959 г). Абстрагируясь от особенностей положений, закрепленных в данных нормативных актах, следует отметить, что они являются основополагающими в вопросах регулирования процедур экстрадиции и взаимной правовой помощи и в рамках Совета Европы применяются по настоящее время.

Однако в процессе развития интеграционного взаимодействия государства-члены ЕС постепенно начали приходить к выводу о необходимости принятия собственных, более эффективных документов, устанавливающих правила осуществления выдачи и взаимной правовой помощи.

Так, Шенгенская конвенция 1990 г. в разделе III главы 4, посвященной экстрадиции, и главы 2, закрепившей положения относительно взаимной правовой помощи, призвана была «дополнить и облегчить применения базовых конвенций».

79

протокола к Конвенции 1959 г.

Таким образом, мы видим постепенную эволюцию в правовом регулировании институтов выдачи и взаимной правовой помощи. Причины же обозначенных реформ во многом связаны с параллельным процессом изменения в подходах к регулированию судебного сотрудничества государств-членов Европейского Союза.

Так, ДЕС в редакции Амстердамского договора 1997 г. в качестве одной из мер, направленной на организацию эффективного взаимодействия государств- членов ЕС в данной области, указывает на осуществление экстрадиции (ст. 31 раздел VI), а в «Венском плане действий, принятом 3 декабря 1988 г. Советом по юстиции и внутренним делам, в разд. II («Правовое сотрудничество по уголовным делам») ст. 45 в числе мер, которые подлежали реализации в течение

двух лет со дня вступления Амстердамского договора в силу,

80

предусматривалось упрощение процедуры экстрадиции».

Перечисленные выше международные соглашения по вопросам выдачи и взаимной правовой помощи, а также упоминание данных конструкций в учредительных документах Союза, свидетельствуют об уже отмеченном влиянии процесса развития судебного сотрудничества в рамках ЕС на обозначенные механизмы.

решений, вынесенных в рамках уголовного дела, всеми государствами-членами ЕС.^{[81] [82]}

Однако, несмотря на столь кардинальное изменение вектора развития судебного сотрудничества стран-участниц Европейского Союза, в доктрине отмечается некая доля скептицизма, с которой европейские государства восприняли легализацию данного принципа. Так, с целью реализации вновь

принятой идеи, на которой предстоит базироваться организации судебного взаимодействия, была одобрена программа мер (12 февраля 2002 г.), ^{[83] [84]} содержащая в себе 24 конкретных механизма, охватывающих все стадии уголовного судопроизводства, в основе которых лежал принцип взаимного признания. Среди них предлагалось разработать правовые конструкции, направленные на признание как решений, вынесенных на досудебных стадиях, так и окончательных решений, приговоров, судебных актов на стадии исполнения приговоров. Однако существенного прогресса в рамках данных направлений достигнуто не было. В то же время (что для нас самое главное) был одобрен ряд новейших мер, которые стали финальным аккордом для существования институтов выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам (в классическом их понимании), как механизмов международного сотрудничества государств-членов ЕС.

Так, обозначенная программа в качестве одного из средств реализации принципа взаимного признания указывала на европейский ордер на арест, который должен был быть регламентирован нормативным актом Европейского Союза. Во исполнение данной цели 13 июня 2002 г. Европейским советом было принято рамочное решение «О Европейском ордере на арест и процедурах передачи лиц между государствами-членами»,^[85] которое отменило формальную процедуру экстрадиции между странами-участницами ЕС.

Реформирование института взаимной правовой помощи по уголовным делам заняло более длительный промежуток времени и проходило в несколько этапов. К слову, обозначенный процесс до настоящего времени не завершен. Так, первоначально 14 ноября 2003 г. Комиссией ЕС был подготовлен проект Рамочного решения о европейском ордере на получение доказательств, цель которого заключалась в изменении правовых основ института взаимной правовой помощи. Однако утверждение данного решения Советом ЕС произошло лишь спустя пять лет. В обозначенный же период времени для обеспечения осуществления некоторых аспектов взаимной правовой помощи по уголовным делам действовали институты ордера на арест имущества и доказательств (execution of orders property or evidence)^{[86] [87]} и ордера о конфискации (confiscation orders). Указанные правовые конструкции хоть и базируются на принципе взаимного признания решений, однако могут быть реализованы лишь в случае выдачи специального документа - европейского сертификата.^[88] Окончательное же внедрение европейского ордера на получение доказательств и, как следствие, создание единого института, изменившего традиционную процедуру взаимной правовой помощи по уголовным делам, произошло 18 декабря 2008 г., когда было принято Рамочное решение Совета ЕС «О

Европейском ордере на получение доказательств в целях предоставления предметов, документов и информации для использования в рамках расследования по уголовным делам».^{[89] [90] [91]} Однако данная правовая конструкция просуществовала незначительный период времени, так как 3 апреля 2014 г.

90, 91

упразднение всех отмеченных выше институтов.

Таким образом, на сегодняшний день в рамках Европейского Союза функционируют два механизма, в основе которых лежит принцип взаимного признания судебных решений и которые демонстрируют кардинальную смену парадигмы, принятой в рамках сотрудничества государств-членов ЕС в сфере уголовного судопроизводства. В данной связи уместно будет осветить предпосылки, послужившие основанием для столь существенных изменений, которые, с нашей точки зрения, следует сгруппировать по следующим основаниям:

• организационные - в основе обозначенной группы факторов, на наш взгляд, лежат структурные изменения самого Европейского Союза, к которым в первую очередь следует отнести процесс расширения интеграционного взаимодействия, естественным следствием которого стало стремительное развитие новейших форм международной преступности. Одной из определяющих предпосылок в данной связи стало принятие Шенгенских соглашений 1985 г., установившее прозрачность границ между странами. Однако в рассматриваемой группе также следует отметить и дальнейшее расширение Евросоюза на восток, и колебания в регулировании политики в области миграции, и существенный дисбаланс в экономическом развитии государств-членов Союза.

• правовые - по нашему мнению, они сводятся к огрехам, характерным для регулирования общественных отношений посредством международных договоров, в результате чего в пространстве ЕС сложилась «мозаика

92

международных и европейских конвенций», определяющих основы применения институтов выдачи и взаимной правовой помощи. Иными словами, взамен множества конвенций, подчас противоречащих друг другу, требовалось наличие единых инструментов, функционирующих в едином пространстве.

• процессуальные (процедурные) - отражают негативные аспекты

применения институтов выдачи и взаимной правовой помощи, которые делают данные процедуры весьма громоздкими и требующими значительных временных и организационных затрат.

особенностей реализации указанных институтов были такие, которые не совсем соответствовали интеграционному вектору развития ЕС, например, как классическое положение о невыдаче собственных граждан или отказ от выдачи по политическим причинам, либо, например, характерная для института взаимной правовой помощи сложность в совмещении различных правил получения доказательств, содержащихся в

процессуальных системах государств-членов.

• политические - характеризуют стремление институтов ЕС к передаче регулирования сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства на наднациональный уровень (впрочем как и всю область борьбы с преступностью).

Таким образом, обозначенная совокупность факторов послужила основанием, в силу которого традиционные институты сотрудничества государств в сфере уголовного судопроизводства были заменены на новые формы - европейский ордер на арест и европейский ордер на производство следственных действий.

Приближаясь к завершению первой главы исследования, необходимо систематизировать выводы, полученные в ходе анализа отмеченных нами проблем.

Так, в первую очередь мы затронули вопросы теоретических основ международного сотрудничества, в результате чего были выделены необходимые нам признаки данной правовой категории, такие как деятельностный аспект, борьба с проявлениями международной и

внутригосударственной преступности, нормативно-правовая база в виде наднационального и национального регулирования. В дальнейшем, переходя к анализу форм и направлений данной правовой категории, мы получили вывод о том, что понятие «форма» характеризует рассматриваемый вид взаимодействия с организационной стороны и поэтому остается за рамками настоящей работы. В то же время категория «направление сотрудничества» демонстрирует конкретные механизмы, которые используют государства для организации взаимодействия, что непосредственно и составляет предмет исследования. Также мы установили то, что деятельность государств в сфере борьбы с преступностью осуществляется по многим направлениям, одним из которых является уголовно-процессуальное. Таким образом, можно говорить о сотрудничестве государств в сфере уголовного судопроизводства. Реализуется же обозначенное направление путем применения конкретных механизмов, среди которых мы выделили институты выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам.

Затем, опираясь на полученные выводы, мы перенеслись в пространство Европейского Союза, где подвергли анализу сотрудничество государств-членов в области уголовного судопроизводства. Так, рассмотрев современные нормативные основы, на которых базируется обозначенная сфера, было отмечено существенное противоречие между наднациональным и национальным правовым регулированием общественных отношений, в результате чего предпринимаются попытки, направленные на его сглаживание, что выражается в компромиссном характере норм и институтов, содержащихся в новейших редакциях учредительных документов. Однако, по нашему мнению, обозначенная проблема является не только имманентно присущей системе права с подобного рода построением правовых норм, но и затруднительной с точки зрения поиска путей ее решения. Далее, учитывая отмеченные особенности правового регулирования, мы продемонстрировали эволюцию институтов выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам, посредством которых реализуется данный вид деятельности в рамках Европейского Союза, в результате чего пришли к выводу о том, что вследствие организационных, правовых, процессуальных и политических причин, на сегодняшний день классические механизмы сотрудничества уступили свое место правовым конструкциям, базирующимся на принципе взаимного признания приговоров и судебных решений - европейскому ордеру на арест и европейскому ордеру производство следственных действий.

Таким образом, полученные выводы неминуемо приблизили нас к центральной проблематике исследования - поиску ответа на вопрос о том, действительно, ли новые институты сотрудничества свидетельствуют о смене парадигмы в данной области или вносят лишь изменения технического характера, не затрагивающие фундаментальные аспекты. Собственно, именно данному вопросу и посвящены дальнейшие главы работы.