Глава III. Европейский ордер на производство следственных действий: результат эволюции института взаимной правовой помощи в правовом пространстве Европейского Союза

Директива Европейского парламента и Совета Европейского Союза «О Европейском ордере на производство следственных действий» (далее - Директива), принятая 3 апреля 2014 г., стала одним из существенных этапов создания в рамках ЕС «комплексной системы получения доказательств по делам с трансграничным элементом».

Мы же, в свою очередь, вновь поставим перед собой цель поиска сущностных изменений в обновленном варианте функционирования института взаимной правовой помощи. Иными словами, попытаемся дать ответ на вопрос о том, являются ли новеллы, установленные Директивой, лишь реформой сугубо технического характера,^[173] или власти ЕС действительно изменили парадигму, на основании которой выстраивалась система получения доказательств в рамках Европейского Союза.

Как можно было заметить, аналогичную цель мы преследовали и применительно к европейскому ордеру на арест. Однако, если в предыдущей части работы в основу анализа был положен вопрос о надлежащем соблюдении прав и свобод человека при применении ордера на арест, то в настоящей главе мы пойдем несколько по иному пути, выбор которого был определен следующими обстоятельствами.

Первое из них связано с тем, что европейский ордер на производство следственных действий не появился одномоментно, а стал результатом эволюции институтов, основанных на принципе взаимного признания приговоров и судебных решений, заменивших традиционные механизмы осуществления взаимной правовой помощи.¹⁷⁴ Наиболее существенным этапом в данном процессе стало принятие Рамочного решения «О Европейском ордере на получение доказательств в целях предоставления предметов, документов и информации для использования в рамках расследования по уголовным делам» (далее - Рамочное решение).¹⁷⁵ Учитывая, что ордер на получение доказательств был своего рода прообразом ордера на производство следственных действий, мы не можем вынести его за границы исследования. Однако следует принимать во внимание и то, что ордер на производство следственных действий на настоящий момент еще не применялся, а ордер на получение доказательств был реализован лишь одной страной - Данией, а потому источниковедческой базой ^{[174] [175] исследования в настоящей главе будут служить нормативные положения[176] и, безусловно, их доктринальная оценка.}

Второе обстоятельство, на которое необходимо обратить внимание, вызвано «фактом того, что государства-члены устанавливают совершенно разные правила в вопросах допустимости и получения доказательств».^[177] В результате на первый план выходят проблемы, связанные с принципом взаимного признания, а именно с тем, как в условиях различия уголовнопроцессуальных систем реализовать институциональные проявления данного базового постулата.

Обозначенные обстоятельства приводят к тому, что для достижения заявленной цели необходимо проанализировать институты ордера на получение доказательств и ордера на производство следственных действий с учетом тех мотивов, которые преследовали наднациональные власти ЕС, создавая и совершенствуя данные механизмы. Это вызвано, во-первых, отсутствием какой- либо значимой апробации ордеров в практической деятельности. Во-вторых, существенными затруднениями (как мы увидим далее), связанными с принципом взаимного признания приговоров и судебных решений. В результате, дабы понять действительно ли произошла смена парадигмы в вопросах взаимной правовой помощи, нам необходимо выяснить два момента. Первый касается причин, которые побудили власти ЕС отказаться от использования ордера на получение доказательств, второй связан с выяснением истинных мотивов создания европейского ордера на производство следственных действий.

Таким образом, мы в первую очередь сосредоточим свое внимание на законодательном регулировании интересующих нас правовых конструкций. Затем проанализируем, как могут реализовываться рассмотренные положения в условиях существенного различия уголовно-процессуальных систем.

Обозначенные вопросы затронут как ордер на получение доказательств, так и ордер на производство следственных действий. Им и посвящены первая и вторая части настоящей главы исследования.