Арктическая политика США

Арктическое побережье США проходит по Аляске, на шельф которой, по оценкам национальной Геологической службы, прихо­дится около 31% от неоткрытых запасов нефти всей Арктики, что составляет 27 млрд баррелей⁴.

Регион Арктики сохраняет важное стратегическое значение для ядерного подводного флота США. С позиций на северо-востоке Баренцева моря США могут поразить большинство важных целей, поскольку здесь пролегают кратчайшие траектории для баллисти­ческих ракет, направленных из Восточного в Западное полушарие. Этот же район важен США с точки зрения контроля за передвиже­ниями российских подводных лодок стратегического назначения. На Аляске располагается инфраструктура НОРАД5, которая при­крывает США и Канаду с северного стратегического направления.

Многие эксперты отмечают смену мотивации деятельности Вашингтона на Крайнем Севере. Если в период холодной войны главным было военно-стратегическое противоборство с СССР, то сейчас основное значение имеют экономические интересы — до­ступ к нефтегазовым ресурсам Арктики. Наибольшую активность в Арктике проявляют такие компании, как «Шеврон», «Эксон-Мо- бил», «Коноко-Филлипс».

Пересмотр интересов и политики США в Арктике начинается после 2004 г. в связи с оживлением деятельности России на Край­нем Севере.

Содержание арктической стратегии США. 12 января 2009 г. была опубликована Директива по арктической политике США⁶. В ней говорилось, что «в Арктике США имеют широкие фундамен­тальные интересы в сфере национальной безопасности и готовы действовать независимо, либо в союзе с другими государствами по защите этих интересов». В Арктике Вашингтону выгодна мак­симальная реализация принципа свободы мореплавания и хозяйст­венной деятельности, поскольку США не участвуют в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., дающей возможность оформить претензию в спорных ситуациях по разделу шельфа.

Военно-стратегические интересы — ПРО и раннее предуп­реждение, развертывание наземных и морских средств для страте­гической переброски сил в Арктику, стратегическое сдерживание, ведение морских операций, свобода навигации и перелетов. Имен­но для защиты этих интересов США при необходимости готовы действовать в одностороннем порядке.

Интересы внутренней безопасности — предупреждение тер­рористических атак или других преступных действий, усиливаю­щих уязвимость США в Арктической зоне.

Политико-экономические интересы — расширение американ­ского экономического присутствия при одновременной демонст­рации морского могущества. США намерены не только защищать свои права в исключительной экономической зоне (200 миль от берега), но и осуществлять «надлежащий контроль» прилегающей акватории. Высшим национальным приоритетом названа также свобода трансарктических перелетов и свобода мореплавания при­менительно ко всей Арктике, включая Северный морской путь, ко­торый проходит вдоль территории России.

Таким образом, в арктической стратегии США оставляли за со­бой право действий не просто в одностороннем порядке, но и осу­ществлять контроль пространств Арктики за пределами юридиче­ски обоснованных разграничительных линий.

В развитие положений упомянутой директивы в октябре 2009 г. была опубликована «Арктическая дорожная карта» для ВМС США, содержавшая пятилетний план расширения морских операций в Арктике⁷. Одной из целей «дорожной карты» названо обеспе­чение вооруженных сил системами оружия, обнаружения, связи и управления, а также другими объектами военной и граждан­ской инфраструктуры, адаптированными к условиям Арктики. В «дорожную карту» включена задача совершенствования систем морского базирования для защиты от баллистических и крылатых ракет, сил и средств для борьбы с подводными лодками и для конт­роля прибрежной зоны.

«Дорожная карта» предусматривала создание оперативно-так­тического соединения по изучению последствий изменения климата для стратегических целей и характера морских операций в Аркти­ке.

Положения арктической стратегии 2009 г. последовательно ре­ализовывались в практической политике. Об этом говорят планы по увеличению военной спутниковой группировки США, нацелен­ной на Арктику. При Б. Обаме США активизировали деятельность средств ПВО, нацеленных на перехват патрулирующей Арктику и Северную Атлантику российской стратегической авиации. На­мечается наращивание присутствия в Баренцевом море атомного подводного флота США, который отрабатывает оперативные дей­ствия в условиях Арктики. Учения с участием ВМФ и авиации про­водятся в Чукотском море, вблизи российских территориальных вод. В США продолжается обсуждение вопроса о строительстве атомных ледоколов для поддержки морских операций в Арктике. В сопроводительной справке к принятому в конгрессе законопро­екту отмечается: «Одной из миссий Службы береговой охраны является предоставление США потенциала для поддержки нацио­нальных интересов в полярных регионах. США должны и будут присутствовать в Арктике на море и в воздухе в масштабах, доста­точных для поддержки режимов превентивности и реагирования, а также для выполнения дипломатических задач»⁸. В последние годы США активно участвовали в учениях НАТО в Арктическом регионе. Очевидно, что Вашингтон вместе с другими странами За­пада планируют усиливать многостороннее военное сотрудниче­ство в Арктике.

Для реализации арктической стратегии администрация Б. Оба­мы предпринимала усилия по ускоренной ратификации Сенатом США Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. Это не только включит США в правовой механизм согласования политики с дру­гими арктическими государствами, но и даст возможность расши­рить добычу минеральных ресурсов за пределы 200-мильной зоны.

10 мая 2013 г. администрация Б. Обамы опубликовала новую арктическую стратегию США⁹, которая уточняла и развивала по­ложения директивы 2009 г. Характерно, что при формулировании арктической стратегии на передний план были вынесены интере­сы безопасности США в регионе, включая защиту принципа свобо­ды мореплавания, энергетическую безопасность, готовность к сти­хийным бедствиям и техногенным катастрофам. В то же время вопросы экологии, изучения Арктики, забота о коренных народ­ностях, необходимость международного сотрудничества для реше­ния насущных региональных проблем были отнесены к приорите­там второго и третьего порядка. Правда, в отличие от арктической доктрины Дж. Буша-младшего, стратегия Б. Обамы признает важ­ную роль Арктического совета в решении региональных проблем и подтверждает намерение нынешнего президента США настойчи­во добиваться ратификации Конвенции ООН по морскому праву.

Между соперничеством и сотрудничеством. Противоречия (явные и скрытые) между Россией и США по вопросам Арктики существуют по нескольким направлениям. Как и многие другие го­сударства, США стремятся к тому, чтобы статус Севморпути, про­ходящего вдоль российского арктического побережья, стал меж­дународным. В случае реализации этих планов Россия не только может лишиться значительных доходов за пользование маршрутом другими государствами, это объективно повысит военно-стратеги­ческую уязвимость РФ с северного направления.

Москва и Вашингтон по-разному относятся к ведущей регио­нальной организации — Арктическому совету. Если Россия заинте­ресована в расширении полномочий совета, то в Директиве 2009 г.

С другой стороны, США всячески поддерживают активиза­цию НАТО в Арктике, фактически выталкивая другие междуна­родные организации (АС и СБЕР). При существующем характере отношений между Россией и НАТО такие шаги будут иметь нега­тивные последствия для России, не имеющей надежных союзни­ков в Арктике.

Поскольку США до сих пор не ратифицировали Конвенцию ООН по морскому праву, сохраняется возможность обострения спо­ров с Россией по разграничительным линиям в арктических морях и по границе шельфа. Следует помнить, что США негативно отно­сятся к попыткам РФ расширить зону своего шельфа за счет хребта Ломоносова и поднятия Менделеева. В 2001 г. под давлением Гос­департамента на Комиссию ООН по границам континентального шельфа российская заявка была отклонена. Россия не ратифициро­вала договор с США о разграничительной линии в Беринговом море.

В отношениях США и России есть и значительный потенциал со­трудничества в Арктике. Его основу многие эксперты видят в декла­рации, подписанной «арктической пятеркой» в г. Илулиссат в мае 2008 г., которая говорит о том, что правовой основой для проведения разграничительных линий признается Конвенция по морскому пра­ву 1982 г., а стороны намерены решать проблемы путем переговоров. В русле общего стремления Б. Обамы к перезагрузке отношений с Россией прозвучали заявления и самого Президента США, и гос­секретаря о намерении сотрудничать в Арктике с Россией. Однако, скорее всего, сотрудничество следует ожидать только на тех направ­лениях, где США не обойтись без российского участия.

В частности, это касается мер по обеспечению безопасности морских и авиационных перевозок в арктических широтах, о чем в мае 2011 г.

Намечается масштабное сотрудничество в освоении ресур­сов Арктической зоны России. Российская компания «Роснефть» и американская «Эксон-Мобил» в апреле 2012 г. подписали согла­шение о сотрудничестве по геолого-разведке и разработке залежей нефтегазовых ресурсов в Карском море¹⁰. России выгодно привле­чение недостающих финансовых ресурсов (капитализация «Эк- сон-Мобил» — 400 млрд долл.) и современные технологии развед­ки и бурения в северных широтах. Еще один совместный проект ведут «Роснефть» и американская компания «Коноко-Филлипс» в Ненецком АО, где разрабатывается перспективное Ардалинское месторождение и ожидается увеличение инвестиций с американс­кой стороны.

Еще одно направление двустороннего сотрудничества — это развитие трансантарктических маршрутов для авиаперелетов, предполагающих развитие инфраструктуры связи и сопровожде­ния, модернизации и строительства новых аэропортов на террито­рии России. Этот сегмент рынка авиаперевозок считается самым быстрорастущим.

Обоюдно выгодным было и остается сотрудничество США и России в научном изучении и природоохранной деятельности в Арктике. Очевидно, что любые решения, касающиеся экономи­ческого освоения Крайнего Севера, должны опираться на научный анализ в связи с уязвимостью северной природы и сложными по­годными, социально-бытовыми и другими условиями. На этом на­правлении Россия может предложить ледокольный флот и богатый опыт арктических экспедиций.

В военно-политическом аспекте в отношениях Вашингтона и Москвы назрело укрепление мер взаимного доверия в Арктике в военно-политической области. К таким мерам следует отнести взаимное предупреждение о планах передвижении сил военных флотов в «чувствительных» зонах, ограничение военного присут­ствия в Арктике.

В настоящий момент сложно предсказать, как будут разви­ваться отношения США и России в Арктике. Это будет зависеть, во-первых, от общего настроя в российско-американских отно­шениях, которые могут поменяться с приходом к власти в США республиканцев. Во-вторых, от эффективности российской эко­номической политики в Арктике по привлечению иностранных инвестиций и технологий. И здесь уже сделан ряд положительных шагов. В-третьих, от того, сохранят ли США нынешний курс на преимущественно односторонние действия в регионе или они сде­лают выбор в пользу многостороннего сотрудничества.