<<
>>

§ 1. Классификация факультативных признаков субъективной стороны состава преступления[367]

В уголовно-правовой науке классификации уделяется особое внимание, она становится объектом многочисленных научных исследований. Объясняется это тем, что она имеет как теоретическое, так и прикладное значение.

Теоретическое значение классификации применительно к уголовному праву заключается в том, что она служит методологической основой систематизации уголовного законодательства. Практическое значение классификации состоит в том, что она определяет особый режим (структуру) Общей и Особенной частей УК РФ, позволяет подразделять[368] юридические институты на разделы, группы, виды[369].

Поэтому при проведении комплексного исследования сущности и значения факультативных признаков субъективной стороны состава

преступления в уголовном законодательстве, возникает потребность обращения к приему классификации.

Классификации делятся на естественные и искусственные. В юридической науке для разделения явлений на типы используются только искусственные классификации[370]. Уголовно-правовая классификация факультативных признаков субъективной стороны состава преступления призвана, на наш взгляд, определить место эмоционального состояния, мотива и цели преступления в основных и квалифицированных составах преступлений, так как в конечном итоге набор признаков предопределяет квалификацию преступления.

Ученые неоднократно предпринимали попытки классифицировать по различным основаниям отдельные факультативные признаки субъективной стороны преступления. Если в отношении мотивов и, в меньшей степени, целей стремления завершились созданием ряда групп разновидностей, то эмоциональное состояние во время совершения преступления в этом плане остаются до настоящего времени практически не разработанным . Заметим, что при классифицировании эмоционального состояния лица во время совершения преступления как факультативного признака субъективной стороны необходимо учесть чисто психологический аспект существующего разделения эмоциональных состояний.

Думается, не все эмоциональные состояния, имеющие место быть в психологии, могут иметь уголовно-правовую оценку в качестве эмоционального состояния лица во время совершения преступления. Скажем, трудно предположить позитивную (положительную) эмоцию - радость, преобразованную в эмоциональное состояние как факультативный признак субъективной стороны состава

преступления. Скорее, такой трансформации подвержены эмоции негативные (отрицательные)164.

Отметим также, что можно классифицировать эмоциональные состояния, учитывая разновидности потребностей человека - это притом отвечает требованиям классификации165 в плане учета признаков феномена. Тем не менее, учитывая многообразие потребностей лица, полагаем, что создать подобную классификацию будет проблематично, и вряд ли она сможет стать практически значимой в силу уникального сочетания комплекса потребностей каждого человека. Предпочтительнее, по-видимому, использовать виды эмоциональных состояний, известные психологии, в плане соотношения их с объективными характеристиками преступления для определения уголовно-правового значения факультативных признаков субъективной стороны состава преступления.

По поводу целей преступлений отметим, что виды их в основном учеными определяются с учетом конкретных деяний виновного лица - эксплуатация, сбыт, совершение преступления или облегчение его совершения, трансплантация органов и тканей и др.[371] [372] [373] Такое деление не отвечает требованиям создания классификации, поскольку не учитываются признаки классифицируемого феномена.

Рассматривая факультативные признаки субъективной стороны состава преступления во взаимосвязи и взаимозависимости, учитывая то, что каждый из факультативных признаков субъективной стороны является одновременно следствием предыдущего и причиной последующего[374], мы предлагаем классифицировать эмоциональные состояния, мотивы и цели преступления с учетом названных характеристик.

Прежде остановимся на уже имеющихся в науке уголовного права классификациях факультативных признаков субъективной стороны состава

преступления[375] [376], которые сводятся, по сути, к выделению разновидностей

„369

мотивов преступлении .

В зарубежной и русской литературе имеются психологические классификации мотивов преступлений Л.И. Петражицкого, Г. С. Фельдштейна, Б.В. Харазишвили; криминологические классификации Э. Ферри, М.П. Чубинского, Б.С. Волкова, А.И. Долговой, В.В. Лунеева, В.Н. Кудрявцева; уголовно-правовые классификации С.В. Познышева, А.А. Герцензона, И.Н. Данынина, П.С. Дагеля, С.А. Тарарухина, Н.К. Семерневой и др. Некоторые из предложенных классификаций практического значения иметь не могут, поскольку в основе их отсутствует критерий деления (мотивы поджогов Ф. Листа, Р. Рейсса; мотивы самоубийств Д.С. Лихачева). Здесь можно говорить лишь о перечислении мотивов преступлений, сведенных в более или менее однородные группы.

Профессор Л.И. Петражицкий, в соответствии со своей психологической теорией о решающей роли эмоционального состояния в человеческом поведении, делил все мыслимые побуждения человеческих поступков на две категории: «императивные (побуждения нравственного долга)»; «императивно-атрибутивные (веление права)»[377]. На наш взгляд, преувеличивать значение эмоциональных состояний и их влияние на поведение людей безосновательно, ибо эмоциональные состояния не являются самостоятельными факторами человеческой активности, хотя,

безусловно, выступая в качестве некого сопровождающего фона, способны изменять действие отдельных побудителей человеческой активности.

Согласиться с позицией авторов, предлагающих классификацию мотива преступления путем фактического перечисления часто встречающихся мотивов преступных действий либо не являющихся мотивами преступления по сути, нельзя. К примеру, Г.С. Фельдштейн выделяет следующие мотивы: крайней нужды[378]; половые побуждения; мотивы злобы, мести, ревности, корысти; мотивы наслаждения; мотивы неведения и ошибки; мотивы альтруизма[379].

В отечественной юридической литературе одним из первых классификацию мотивов с точки зрения их обычного психологического содержания предложил Б.В. Харазишвили (1963 г.), выделив две группы мотивов преступлений: 1) связанные с идейными явлениями - общесоциальные и личные мотивы - низменные; не низменные; 2) мотивы предметного характера’[380].

Недостаток предложенной классификации, как и иных классификаций психологической направленности, состоит в отсутствии ее практического применения в уголовно-правовой теории, так как она относится не к преступлению, а к поведению, то есть к его психологической стороне.

Некоторые ученые вообще ставят под сомнение необходимость психологических классификаций мотивов преступлений, поскольку все они рассматривают мотивы поведения вообще, а не мотивы преступного поведения[381]. Думается, это справедливо, поскольку на

правоприменительном уровне большую помощь могут оказать криминологические и уголовно-правовые классификации.

Профессор М.П. Чубинский, по примеру Ферри, подразделил мотивы преступлений на моральные (социальные) и антиморальные (антисоциальные)[382]. Учитывая то, что мотив является нравственно­этическим проявлением, его моральная оценка относится к социально­психологической характеристике деяния. Однако и эта классификация представляется слишком общей, и при применении ее на практике неизменно возникнут значительные затруднения. Более того, нравственно-этическая и социально-психологическая категории не охватывают всего многообразия побуждений, определяющих человеческое поведение, а объединяемые в каждую из групп мотивы слишком различны.

Делая акцент на общественной опасности всех мотивов преступлений, Б.С. Волков (1965 г.) предлагает классифицировать их на три группы: 1) мотивы политического характера, 2) низменные мотивы, 3) мотивы, лишенные низменного характера[383] [384]. Не ставя под сомнение научную обоснованность предложенной Б.С. Волковым классификации, необходимо указать на основные ее недостатки, в частности, в основе классификации отсутствует определенность критерия, политические мотивы выделены в

особую группу, в то время как они не могут не относиться ни к низменным,

377

ни к лишенным низменного характера с точки зрения логики.

Заслуживает особого рассмотрения классификация мотивов

В.В.

Лунеева, в которой он предлагает шесть видов: корыстные, политические, трусливо-малодушные, легкомысленно-безответственные, анархистско-индивидуалистические, насильственно-эгоистические[385].

Впоследствии, взяв за основу предложенную В.В. Лунеевым классификацию,

В.Н. Кудрявцев мотивы преступлений классифицировал на: материальной заинтересованности; межличностного общения; идейно-политические; анархистско- индивидуалистические. Трусливо-малодушные и легкомысленно­безответственные мотивы, по заключению В.Н. Кудрявцева, охватываются группой анархистско-индивидуалистических мотивов и относятся к умышленным преступлениям[386]. По мнению автора, эти классификации отличаются ярко выраженной криминологической направленностью, что создает определенные трудности при квалификации преступлений.

Большое внимание проблеме классификации мотивов преступлений уделил С.В. Познышев, который предложил все мотивы разделил на три группы: чувствования альтруистические (побуждающие служить другим людям, коллективным единицам человечества или человеку в целом); чувствования эгоистические (побуждающие человека стремиться к чему- либо для себя, но не подсказывающие ему как-либо вредить другим людям); чувствования антиальтруистические (побуждающие вредить другим людям - гнев, месть, злоба и т.п.). Данная классификация основывается исключительно на субъективном критерии, что осложняет адекватность ее восприятия.

Впервые назвал основной критерий классификации мотивов преступления - их моральную и правовую оценку - А.А. Герцензон (1948 г.), который на его основе выделил три группы мотивов преступлений: 1) контрреволюционные, 2) низменные, 3) мотивы, обусловленные неустойчивостью и недисциплинированностью[387]. Думается, эта классификация также имеет недостатки. Во-первых, неоправданное, на взгляд автора, выделение контрреволюционных мотивов в отдельную группу (налицо классовый подход). Во-вторых, существуют и иные, не упомянутые в настоящей классификации, основания преступления, имеющие уголовно­правовое значение.

В-третьих, не ясно, какие именно мотивы следует считать

низменными, и чем они могут быть обусловлены, если не неустойчивостью и недисциплинированностью.

И.Н. Данынин осуществил классификацию мотивов преступлений, взяв за основу уголовно-правовой критерий - вид преступления. В зависимости от содержания мотива, определяемого целью и характером действия, к которому побуждает мотив, он выделяет мотивы убийств, хулиганства и др. Предложенная классификация также не отличается совершенством, имея существенный недостаток, так как мотивы преступлений могут повторяться.

Особого внимания заслуживает система, составленная П.С. Дагелем, в которой опять же три группы: 1) общественно опасные мотивы (антигосударственные мотивы, такие как классовая ненависть, национальная или расовая ненависть и др., а также личные низменные мотивы, такие как корысть, хулиганские побуждения, месть, сексуальные побуждения, ревность , трусость, жестокость, карьеризм, зависть, а также мотивы, вытекающие из религиозных и иных пережитков местных обычаев и т.п.); 2) общественно нейтральные мотивы (личные мотивы, лишенные низменного характера, такие как жалость и сострадание, родственные и иные чувства, обида в связи с действиями потерпевшего или других лиц, стыд, увлеченность какими-либо предметами или какой-либо деятельностью); 3) общественно полезные мотивы (ложно воспринятые интересы государства, организации, мотивы защиты от общественно опасного посягательства и др.)[388]. Предложенная классификация мотивов преступлений, в основе которой лежит совокупный критерий политической, уголовно-правовой и нравственной оценки мотива, безусловно, является наиболее полной, но все же некоторые уточнения необходимы. В частности, вряд ли можно трусость, малодушие, жалость, стыд, увлеченность определенными предметами и тому подобное назвать мотивами, поскольку эти явления относятся, прежде всего, к

эмоциональному состоянию либо характеризуют свойства и качества самой личности. Ставя под сомнение предложенную классификацию П.С. Дагеля, С.А. Тарарухин считает, что «отнесение ряда мотивов преступлений к общественно полезным по существу представляет собой логический и юридический нонсенс. Очевидно, что в основе любого умышленного преступления лежат чаще всего извращенные или мнимые потребности и интересы. Такие мотивы, потребности, интересы, естественно, никак не могут быть признаны общественно полезными»[389].

Критическую оценку классификации П.С. Дагеля дал И.Г. Филановский, который указал, что наличие общественно полезных мотивов преступлений является следствием двух допущенных ошибок: смешение эмоционального состояния и мотива преступления; отождествление мотива поведения и мотива преступления. Одновременно с этим он сформулировал свою классификацию мотивов преступлений: 1) мотивы преступления и 2) мотивы поведения, приведшего к совершению по неосторожности преступления. Мотивы преступлений в зависимости от степени общественной опасности подразделил на: 1) политические; 2) корыстные; 3) иные низменные; 4) личные. Среди мотивов поведения он называет «альтруистические мотивы, связанные с несением службы и личные»[390]. Справедливо утверждение И.Г. Филановского о том, что мотивы преступлений всегда носят антисоциальный, антиобщественный характер, так как в этом качестве выступают лишь опредмеченные побуждения, непосредственно направленные против конкретного общественного отношения. Мотивы же поведения, будучи нередко общественно полезными или общественно нейтральными, могут привести к совершению преступлений по неосторожности.

Критическую позицию в отношении классификации мотивов преступлений, данной П.С. Дагелем, сформулировал и А.И. Рарог, отметивший, что общественно полезных мотивов преступления действительно быть не может; только соображения, которыми руководствуется лицо в своем стремлении достичь общественно полезного или общественно нейтрального результата, могут быть общественно полезными184. Данная позиция представляется наиболее обоснованной, аргументированной с позиции уголовно-правовой теории и правоприменительной деятельности.

Аналогичный подход можно применить и к оценке преступления, совершенного по мотиву сострадания (и. «д» ст. 61 УК РФ) и в ответ на противоправное или аморальное поведение потерпевшего (и. «з» ст. 61 УК РФ), так как их нельзя признать общественно полезными. В данном случае виновный совершает общественно опасное, запрещенное деяние, наказуемое в соответствии с уголовным законом. Совершение подобного рода деяний в определенной степени носит оправдывающий характер, но путь достижения является преступным. В складывающейся ситуации мотивы совершения преступления должны учитываться при решении вопроса о назначении

наказания.

Ряд ученых классифицируют мотивы преступлений, совершаемых на их почве, в зависимости от объектов. Примененный способ нельзя признать универсальным, так как он не обеспечивает в полной мере степень отражения общественных отношений, в связи с которыми они возникают[391] [392]. Однако для изучения мотивации и правовой оценки совершаемых преступлений по различным мотивам имеют большее значение источники их возникновения и социальная значимость.

Исследование указанных классификаций показало, что они содержат определенные погрешности и не способны полностью установить

многообразие мотивов преступлений, определить их юридическую сущность и значение факультативных признаков субъективной стороны состава преступления в целом. В уголовно-правовой науке ученые предлагают и другие классификации мотивов преступлений по признакам: характера, содержания, устойчивости. Но эти виды классификаций по оценкам специалистов какой-либо значительной уголовно-правовой роли не играют l86. В юридической литературе предлагалась также классификация исходя из моральной и правовой оценки мотивов. В указанной классификации все мотивы разделялись на две группы: низменные; лишенные низменного содержания[393] [394]. По мнению автора, в основу любой классификации должен быть положен не только познавательный интерес. В первую очередь и в большей степени, она должна носить непосредственное практическое значение.

Профессор Н.Ф. Кузнецова предложила следующую классификацию мотивов[395]: корыстные (дефектность экономической психологии);

насильственные (дефектность бытовой и межличностной психологии общения); корыстно-насильственные; служебно-хозяйственные (дефектность трудовой психологии). Кроме того, ею выделяется мотивация неосторожных преступлений (дефектность трудовой и бытовой психологии), антиправовая мотивация (дефектность правовой психологии), политическая (дефектность политической психологии). По этому поводу У.С. Джекебаев справедливо замечает, что данная классификация проведена по нескольким основаниям сразу, и, охватывая большой спектр мотивов преступлений, тем не менее не включает в себя значительное число мотивов преступлений, посягающих на порядок управления, общественную безопасность, военную службу. По

мнению У.С. Джекебаева, основным критерием классификации мотивов преступлений следует признать степень общественной опасности

преступления. Он предлагает свою классификацию мотивов:

антисоциальные, асоциальные, псевдосоциальные, протосоциальные189. Классификация У.С. Джекебаева, бесспорно, имеет право на существование, позволяет несколько иначе взглянуть на проблему, но и она не освещает всех мотивов преступлений. Результат классификаций мотивов преступлений в первую очередь связан с проблемой мотивации преступного поведения. Это можно объяснить отсутствием единой психологической теории личности, которая могла бы охватить все, без исключения, стороны психологии человека и которая была бы достаточной для исчерпывающего понимания его поведения[396] [397]. Также необходимо отметить, что не существует абсолютной уверенности в том, что то или иное отдельно взятое объяснение поведению человека является правильным.

Полагаем, что общей ошибкой приведенных классификаций является желание исследователей «объять необъятное», - найти универсальный критерий для выделения на его основе исчерпывающего перечня факультативных признаков субъективной стороны преступления. Считаем, будучи комплексными категориями, многозначными понятиями эмоциональное состояние лица во время совершения им преступления, мотив и цель преступления не поддаются делению с учетом только одного критерия

Вместе с тем, цель преступления, например, можно оценить с точки зрения объективной реальности как результат, к которому виновный стремится при совершении преступления, - последствий противоправного деяния. Значит, классификация последствий преступления совпадает по

содержанию с классификацией целей преступления. Традиционно в науке уголовного права последствия, причиняемые преступлениями, делятся на материальные (имущественного характера и личного характера) и нематериальные[398] [399]. Соответственно, и цели преступления можно условно разделить на материальные {имущественного характера и личного характера) и нематериальные. Однако сущность цели конкретного преступления полностью здесь не раскрывается.

Автор предпринял попытку выделить критерии классификации факультативных признаков субъективной стороны преступления с учетом сущностных характеристики взаимных связи и обусловленности этих признаков.

Возвращаясь к оценке эмоционального состояния виновного лица во время совершения им противоправного деяния, отметим, что кроме уже упомянутой нами потребности, в число его характеристик входит

переживание потребности. Если учесть все потребности лица не

392

представляется возможным, то разделить переживания на примерные группы и в этой связи определить наиболее часто встречающиеся эмоциональные состояния лица во время совершения им преступления, на наш взгляд, допустимо. Переживание - это душевное состояние, выражающееся в наличии сильных ощущений, испытываемых кем-либо[400]. Как известно, ощущения являются главным источником знаний человека о себе и об окружающем мире - всю информацию[401] человек получает только через разнообразные ощущения с помощью органов чувств, основными видами ощущений являются зрительные, слуховые, осязательные,

мышечные, обонятельные и вкусовые[402], постоянно находится в определенном психическом состоянии - общем либо функциональном[403].Функциональные психические состояния в свою очередь делятся на интеллектуальные, познавательные, эмоциональные, волевые. Разнообразные виды психологических состояний связаны друг с другом. Причем эта связь является настолько тесной, что различные состояния очень сложно выделить, «развести». Так, состояние напряженности зачастую может быть связано с состояниями утомления, монотонности труда, агрессии и др. Выделяют состояния личности, состояния сознания, состояния интеллекта; кризисные, гипнотические и другие состояния.

Применительно к эмоциональному состоянию лица во время совершения преступления необходимо, по мнению автора, учесть следующие обстоятельства: чем вызвано эмоциональное состояние; какова степень его выраженности вовне; какую эмоциональную окраску - положительную или отрицательную - имеет для правонарушителя; сколько по времени длится эмоциональное состояние лица; осознает лицо либо не осознает эмоционального состояния, в котором находится.

Сказанное подтверждается результатами опроса ученых, сотрудников правоприменительных органов, преподавателей и студентов юридических вузов. Так, 80% респондентов отметили, что необходимо в каждом конкретном случае учитывать источник формирования эмоционального состояния лица во время совершения преступления, длительность

эмоционального состояния, степень осознанности лицом эмоционального состояния, в котором находится; 56% участников опроса предлагают в первую очередь учитывать степень выраженности вовне эмоционального состояния лица во время совершения преступления; 12% опрошенных считают, что на первое место в плане учета особенностей эмоционального

состояния лица во время совершения преступления необходимо ставить эмоциональную окраску состояния для него самого (положительная, отрицательная, нейтральная).

В этой связи, используя философский и психологический инструментарий, предлагаем следующие критерии классификации эмоционального состояния лица во время совершения им преступления, мотива и цели преступления (в первую очередь оценивается эмоциональное состояние лица во время совершения им преступления, затем - мотив и цель преступления):

1) по источнику формирования\

<< | >>
Источник: МАСЛОВА ЕВГЕНИЯ ВАЛЕРЬЕВНА. ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ: ТЕОРЕТИКО-ПРИКЛАДНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Чебоксары - 2017. 2017

Еще по теме § 1. Классификация факультативных признаков субъективной стороны состава преступления[367]:

  1. § 1. Классификация факультативных признаков субъективной стороны состава преступления[367]
  2. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. 1.3 Понятие и значение обвинительного приговора без назначения наказания в современном российском уголовном судопроизводстве
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -