<<
>>

§ 2. Конструирование признака «эмоциональное состояние» субъективной стороны состава преступления

При квалификации преступлений правоохранительные органы традиционно испытывают наибольшие трудности[406] в оценке признаков субъективной стороны деяния. Это объясняется, во-первых, несовершенством действующего уголовного законодательства, скажем, отсутствием конструкций состава преступления и признаков каждого из его элементов; и, во-вторых, тем, что эмоциональное состояние, мотив, цель и вина, составляющие содержание субъективной стороны, характеризуют состояние субъекта до и во время совершения преступления и отношение правонарушителя к уже совершенному им действию/бездействию и наступившим в результате этого общественно опасным последствиям, а все психические явления (процессы, состояния, свойства) есть сущность мозга определенного человека.

Поскольку психика людей до сих пор остается недостаточно изученной сферой, в том числе механизмы формирования и реализации тех или иных эмоциональных состояний, мотивов, целей поведения в каждом конкретном случае, предпочтительнее, по нашему мнению, для преодоления трудностей юридической оценки внутренних (субъективных) признаков двигаться в сторону совершенствования уголовно­правовых предписаний[407]. И существенную помощь законодателю в этой связи могут оказать теоретико-прикладные разработки российских ученых. Указанной комплексной разработки требуют конструкции всех факультативных признаков субъективной стороны состава преступления.

Эмоциональное состояние лица во время совершения им преступления, полагаем, наименее изученный признак субъективной стороны состава.

Связано это, в частности, с тем, что, как уже упоминалось, многие исследователи не относят названный признак к числу характеристик состава

преступления, а также тем, что законодатель и правоприменительная

401

практика не уделяют должного внимания данному признаку преступления . Некоторыми учеными изучены отдельные юридические аспекты эмоционального состояния, в том числе и на уровне диссертационного исследования[408] [409], однако автору представляется, что не все особенности данного признака субъективной стороны состава преступления попали в поле зрения ученых, что существенно затрудняет практику интерпретирования и реализации уголовно-правовых предписаний в современных условиях.

Эмоциональное состояние является одним из обязательных, значимых признаков состава преступления, влияющих на оценку психических процессов, происходящих в сознании лица в период подготовки и совершения им преступления. Вместе с тем, законодатель в конструкциях субъективной стороны не в полной мере учитывает это важное положение, что отрицательно сказывается на эффективности и результативности правотворческой и правоприменительной деятельности[410]. Напротив, установление эмоционального состояния лица, совершившего преступление, позволяет систематизировать закономерности особенностей подготовки и осуществления преступления, при применении уголовно-правовых норм и институтов.

Действующему российскому уголовному законодательству известны следующие состояния лица во время совершения им преступления:

1) состояние невменяемости (ст. 21 УК РФ);

2) состояние психического расстройства, не исключающего вменяемости (ст. 22 УК РФ, ст. 106 УК РФ);

3) состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения - состояние аффекта (ст. 107 УК РФ, ст. 113 УК РФ);

4) состояние необходимой обороны (ст. 37 УК РФ);

5) состояние крайней необходимости (ст. 39 УК РФ);

6) состояние опьянения (ст. 23 УК РФ, ст. 63 УК РФ, ст. 264 УК РФ, ст. 2641 УК РФ).

Рассмотрим каждое из этих состояний в плане возможности их оценки как факультативных признаков субъективной стороны состава преступления.

Состояние вменяемости характеризуется наукой уголовного права как способность лица осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, является одним из обязательных признаков субъекта преступления, необходимым условием привлечения лица к уголовной ответственности. Состояние невменяемости как уголовно-правовая категория проявляется в неспособности лица осознавать фактическую сторону и социальную значимость своего поведения либо руководить им. Причем такое состояние возникает вследствие хронического или временного психического расстройства, слабоумия и т.п.

В соответствии с этим выделяют два обязательных ее критерия - медицинский (биологический) и юридический (психологический). Первый из них - медицинский - проявляется в наличии у лица одного из психических заболеваний, примерный перечень которых содержится в ст. 21 УК РФ: психическое расстройство (хроническое или временное), слабоумие, иное болезненное состояние психики. Теория и практика признают «иным» болезненным состоянием тяжелые формы психопатии и психостении,

морфийное голодание и τ.π.4θ4 Само по себе заболевание, однако, не означает состояния невменяемости. Необходимо установить, что оно вызвало появление юридического критерия - неспособности осознавать, руководить. Выделяют, соответственно, интеллектуальный признак, указывающий на неспособность лица осознавать фактический характер и общественную опасность своего поведения, и волевой, указывающий на неспособность лица руководить своим поведением. Для констатации юридического критерия невменяемости достаточно установления одного из этих признаков - интеллектуального или волевого. Состояние невменяемости, исключающее уголовную ответственность, устанавливается с помощью судебно­психиатрической экспертизы. При этом лицу, признанному невменяемым в момент совершения им общественно опасного противоправного акта поведения, судом могут быть назначены принудительные меры медицинского характера (ч. 2 ст. 21 УК РФ).

В том случае, если лицо, страдающее психическим расстройством, все же в какой-то мере могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, оно подлежит уголовной ответственности. Такие лица признаются вменяемыми, вследствие чего суд обязан учесть данное обстоятельство при вынесении приговора и вправе назначить соответствующую заболеванию принудительную меру медицинского характера (ст. 22 УК РФ).

В ч. 3 ст. 20 УК РФ законодатель сформулировал специальный случай невменяемости несовершеннолетнего, достигшего возраста, установленного уголовным законом, не позволяющий привлекать его к уголовной ответственности, так как вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, лицо во время совершения общественно опасного деяния не могло в полной мере осознавать

404См.: Курс уголовного права: в 4-х т.

Т. 1. Общая часть: Учебник для вузов / под ред. д- ра юрид. наук, проф. М.А. Кириллова и д-ра юрид. наук, проф. В.И. Омигова. - Чебоксары -Пермь: ЧКИ РУК, 2015. - С. 265.

фактический характер и общественную опасность своих действий /бездействия либо руководить ими[411] [412] [413].

Таким образом, состояние невменяемости в состав преступления не входит ни как признак субъекта, ни как факультативный признак субъективной стороны, поскольку лицо в состоянии невменяемости уголовной ответственности не подлежит.

Что касается состояния психического расстройства, не исключающего вменяемости, то вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности (ч. 1 ст. 22 УК РФ). Такое состояние суд обязан учитывать при назначении наказания, кроме того, оно является основанием для применения принудительных мер медицинского характера (ч. 2 ст. 22 УК РФ). В качестве основного признака состава состояние психического расстройства, не исключающего вменяемости, законодатель включил в конструкцию ст. 106 УК РФ.

Термин «психическое расстройство», представляя собой объемное понятие, имеющее не только медицинское, но и юридическое, психологическое содержание и значение, используется в уголовном законе, в Уголовно-исполнительном кодексе РФ (далее - УИК РФ), но законодательно не регламентирован - ни УК РФ, ни Законом РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» . По оценкам специалистов, психическими расстройствами страдают 10%-90%

населения страны, и подобный диапазон обусловлен в том числе сложностью

-407

установления границ между нормой и психической патологией .

Под психическим расстройством понимается любое состояние нездоровья (выд. авт.) у человека, при котором имеет место преимущественное нарушение психической деятельности, обусловленное структурными и функциональными изменениями головного мозга, и проявляющиеся прежде всего его социальной дезадаптацией[414] [415].

Все известные виды психических расстройств представлены в Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10), которая введена в практику в Российской Федерации с 1999 г.

Наличие психического расстройства, как и его степень (тяжесть), нельзя, как представляется, связывать напрямую с вменяемостью лица. Психическое расстройство - это болезнь, но не юридическая оценка эмоционального состояния виновного во время совершения им преступления 409. В границах уголовно-правовых отношений лицо может быть или вменяемым или невменяемым.

В этой связи не согласимся с теми авторами, которые называют состояние аффекта неожиданным временным психическим расстройством, реакцией, возникшей на безнравственное, противозаконное, аморальное поведение потерпевшего, быстро и бурно протекающим, при котором виновный вменяем, но в силу сложившейся ситуации в полной мере осознать общественную опасность и фактический характер своих действий или руководить ими[416].

Кроме того, наличие психического расстройства у лица, осужденного за совершение преступления, никак не связано с вменяемостью этого лица

во время совершения им преступления. Тем не менее, ст. 18 УИК РФ содержит формулировку «...не исключающими вменяемости» применительно к осужденному, что вступает в противоречие с положениями уголовного законодательства. Предлагается исключить словосочетание «не исключающим вменяемости» из ст. 18 УИК РФ.

Обращает на себя внимание неоднозначно используемое законодателем словосочетание состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения - состояние аффекта (ст. 107 УК РФ, ст. 113 УК РФ), что заставляет правоприменителя в каждом конкретном случае трактовать ее по своему усмотрению.

Во-первых, конструкции диспозиций норм ст. 107 УК РФ и ст. 113 УК РФ сформулированы достаточно сложно с использованием нескольких признаков, имеющих разное уголовно-правовое значение.

Во-вторых, имеются противоречия в наименованиях ст. ст. 107 и 113 УК РФ и их содержании.

Так, законодатель в названиях обеих статей и в диспозиции ч. 2 ст. 107 УК РФ указывает словосочетание «состояние аффекта», в диспозициях же ч. 1 ст. 107 УК РФ и ст. 113 УК РФ речь идет уже о состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) - слово «состояние» в скобках не приводится. Кроме того, в названии ст. 113 УК РФ отсутствует указание на умышленную форму вины при причинении тяжкого или средней тяжести вреда здоровью.

В-третьих, диспозиция ч. 2 ст. 107 УК РФ не содержит оснований возникновения состояния аффекта в случае убийства двух или более лиц. В этой связи необходима корректировка названий и содержания статей УК РФ, закрепляющих ответственность за преступления, совершенные в состоянии аффекта, единообразное их изложение.

Судя по всему, законодатель отождествляет состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения и состояние аффекта. Тем не менее, исследование словарных и доктринальных источников показывает, что состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения шире, чем

состояние аффекта - сильное душевное волнение, внезапно возникшее, может не достигать в своем развитии состояния аффекта. Юридическая практика в отсутствие законодательной регламентации определения эмоционального состояния лица во время совершения им преступления толкует состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения и состояние аффекта неодинаково.

Аффект (от лат. affectus - душевное волнение, страсть) - кратковременное состояние сильного эмоционального переживания (отчаяния, ярости, ужаса и т.п.); запальчивое возбуждение[417]; состояние сильного возбуждения и запальчивости[418] [419]; кратковременная интенсивная эмоция, возникающая под воздействием неблагоприятных, жизненно важных факторов, занимающая господствующее положение в сознании человека и устанавливающая контроль над его поведением путем значительного

снижения либо полного исключения действия сознательно-волевой сферы

413

этого лица ; сильное душевное волнение; такое состояние психики человека, при котором он хотя и отдает себе отчет в своих поступках и способен руководить ими, однако эта способность в определенной мере ослаблена, ограничена яростью, ужасом, отчаянием[420].

С психологической точки зрения аффект представляет собой временную психическую непатологическую дезорганизацию сознания, его «сужение», утрату волевого контроля, вызванную внезапным сверхсильным эмоциогенным воздействием, острым, конфликтным противоречием действительности личностным позициям индивида. Аффект возникает в критических обстоятельствах при неспособности субъекта найти адекватный

выход из сверхтрудной, неординарной ситуации, блокирует все не связанные с ним процессы и навязывает «аварийные» способы поведения - агрессию, бегство, оцепенение[421] [422].

В уголовно-правовой науке ученые неоднозначно трактуют понятие аффекта. В частности, под аффектом понимают: внезапно возникший бурный и кратковременный эмоциональный процесс, оказывающий влияние на

сознание и поведение человека и сопровождающийся изменениями во всех

416

системах его жизнедеятельности ; стремительно развивающаяся, ярко выраженная эмоция, характеризующаяся кратковременностью, бурным внешним выражением, силой и глубиной переживания[423]; состояние, возникающее в ответ на психотравмирующую ситуацию, протекающее стремительно, изменяющее, но не обрывающее течение эмоциональных, волевых и интеллектуальных процессов[424].

В судебной психиатрии, теории уголовного права, юридической практике выделяют следующие виды аффектов:

а) по критерию сохранения или исчезновения у виновного лица состояния вменяемости:

- патологический аффект;

- физиологический аффект (только физиологический аффект подлежит уголовно-правовой оценке);

б) по механизму его формирования:

- простой аффект;

- кумулятивный (аккумулятивный, накопительный) аффект;

в) по участию в возникновении аффекта психического расстройства:

- нормальный аффект, то есть аффект, не связанный с психическим заболеванием и являющийся адекватной реакцией психики человека на действия потерпевшего;

- аномальный аффект, то есть такой аффект, который связан с наличием у лица какого-либо психического расстройства и являющийся явно неадекватной реакцией психики человека на действия потерпевшего;

г) по преобладающим эмоциям:

- стенические: аффект гнева и аффект ненависти;

- астенические: аффект страха, аффект отчаяния, аффект ужаса.

Среди аффектов, выделенных по последнему критерию,

правоприменительные органы наиболее часто сталкиваются с аффектами гнева и страха. Аффект гнева относится к защитному рефлексу и носит агрессивный характер. Он связан с неприязненным отношением к объекту (чаще всего к человеку), который в той или иной форме противостоит стремлениям и вкусам лица. Самозащитный характер аффекта гнева состоит в том, что человек испытывает потребность в эмоциональной разрядке путем агрессии как способе обретения оптимального состояния.

Как отмечалось в юридической литературе, большинство преступлений , предусмотренных ст. ст. 104 и 110 УК РСФСР 1960 г., совершается под влиянием аффекта гнева[425]. Аффект страха вызывается ситуациями, которые создают значительную угрозу (действительную или воображаемую) наиболее важным благам человека. Он связан с безусловным оборонительным рефлексом. Действия, совершенные в этом состоянии, носят чисто оборонительный характер и направлены на устранение опасности, на защиту[426]. Придание особой роли данному виду аффекта приводит, по

мнению Э. Л. Сидоренко[427], к неверному утверждению о том, что в случае насилия, вызванного аффектом страха, оборонительные действия лица должны считаться правомерными[428].

Исследование приведенных определений аффекта, а также других научных разработок по данному вопросу, позволяет сделать вывод, что к признакам аффекта относят:

1) внезапность его возникновения, то есть вдруг, скоропалительно, неожиданно для виновного, в условиях, которые он не предвидел и не предпринимал никаких действий заранее; отсюда - состояние аффекта уже предполагает внезапность его возникновения;

2) возникновение состояния аффекта под влиянием определенных негативных для виновного обстоятельств. В ст.ст. 107 и 113 УК РФ указано, что поводами возникновения состояния аффекта являются:

а) насилие со стороны потерпевшего - именно насилие (физическое либо психическое) в большинстве случаев является причиной возникновения аффекта у виновного[429]; необходимо обратить внимание на то, что законодатель в нормах ст.ст. 107, 113 УК РФ не оговаривает, каким именно должно быть насилие, не определяет границы и интенсивность насилия;

б) издевательство со стороны потерпевшего - как правило, растянутое во времени (длительное или часто повторяющееся), но может быть и одномоментное (одноразовое) циничное глумление (злые усмешки, унижения, попрание чувств по отношению к близким, знакомым, высмеивание его идеалов и т. д.) над виновным, которое в отличие от тяжкого оскорбления может осуществляться и в пристойном виде,

причиняющее потерпевшему психические и нравственные страдания, независимо от конкретной формы его осуществления[430]; по мнению А.Н. Попова, издевательство заключается в причинении психических, нравственных страданий независимо от формы осуществления и длительности[431];

в) тяжкое оскорбление со стороны потерпевшего - грубое, циничное, глубокое по сути, выраженное в неприличной форме унижение чести и достоинства личности.

Законодатель не определил критерии установления степени тяжести оскорбления, следовательно, тяжкое оскорбление относится к категории оценочной. Признание признака оскорбления тяжким, - это вопрос факта, устанавливаемого в каждом отдельном случае при наличии всех конкретных обстоятельств дела, но видимо, что оно должно находиться в глубоком противоречии с общепринятыми нормами нравственности и морали. Например, едва ли возможно признать тяжким оскорблением простую констатацию факта физических или иных недостатков виновного[432] [433]. Тяжкое оскорбление может быть нанесено устно, путем физических действий, с помощью жестов, изображение лица в карикатурном виде и др. Отнесение того или иного действия виновного к тяжкому оскорблению происходит при одновременном учете двух критериев: - объективного - степени нарушения общепринятых норм морали и нравственности;- субъективного - восприятия

виновным лицом действий потерпевшего как глубоко затрагивающих

427

его честь и достоинство ;

г) иные противоправные, аморальные, безнравственные деяния потерпевшего - это любые действия (бездействие), кроме насилия, издевательства и тяжкого оскорбления, которые находятся в явном противоречии с нормами права, морали и нравственности.

Тем не менее, юридической практике известны случаи возникновения аффекта в связи с правомерным поведением потерпевшего. Так, А.Н. Красиков приводит пример, когда гражданин поскользнулся на льду и при падении упал на коляску, в которой находился ребенок. В результате этого ребенок, выпав из коляски, разбил до крови лицо. Разъяренный отец нанес смертельный удар по голове гражданина. Не исключено, что отец в момент нанесения удара мог находиться в состоянии аффекта. Но, как указывал А.Н. Красиков, действия потерпевшего гражданина не носили аморальный или противоправный характер, вследствие этого деяние отца ребенка нельзя квалифицировать по ст. 107 УК РФ[434]. Аналогичная ситуация могла бы возникнуть, например, при уничтожении или повреждении чужого имущества по неосторожности. Следовательно, состояние аффекта может быть вызвано не только иным противоправным, аморальным, безнравственным поведением потерпевшего, но и неосторожными правомерными действиями (бездействием) потерпевшего, которые оцениваются виновным отрицательно[435]. Необходимо отметить, что у субъективной оценки виновным того или иного факта должны быть свои границы, поскольку то, что для одного человека является безнравственным, для другого может быть вполне приемлемым[436]. Полагаем, законодатель и правоприменитель должны учитывать выявленное обстоятельство.

д) длительная психотравмирующая ситуация, возникшая в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением потерпевшего - это сложная, особо значимая для человека ситуация, сопровождающаяся психической напряженностью и страхом, являющаяся результатом совершения потерпевшим трех и более юридически тождественных противоправных или аморальных деяний в течение определенного времени[437]. Длительность психотравмирующей ситуации является оценочным понятием и определяется в каждом конкретном случае . Длительной может быть признана ситуация, которая растянута в период более одного месяца[438] либо до одного года[439]. По мнению автора, одновременное указание на длительный характер и на систематичность противоправного или аморального поведения приводят к терминологической избыточности, что, к тому же, рассогласуется с нормой ст. 106 УК РФ, где законодатель использует словосочетание «в условиях психотравмирующей ситуации». Применительно к основанию возникновения состояния аффекта достаточно упоминания о систематичности противоправного или аморального поведения потерпевшего, поскольку систематичность уже предполагает продолжительный характер таких провоцирующих действий, что вызывает в свою очередь психотравмирующую ситуацию. Для применения норм ст. ст. 107, 113 УК РФ значения не имеет, в течение какого времени - одного месяца или нескольких лет - длится психотравмирующая ситуация.

Кроме того, если состояние аффекта возникло, оно само по себе подлежит уголовно-правовой оценке (беспричинно такое состояние появиться не может, симуляция его, по мнению экспертов, невозможна). В этой связи предлагаем исключить из текста ст. ст. 107, 113 УК РФ перечень оснований возникновения состояния аффекта, поскольку он, во-первых, не является исчерпывающим; и, во-вторых, ограничивает действие уголовно­правовых норм в тех случаях, когда состояние аффекта имело место, а основание его возникновения в уголовном законе не отражено;

3) причинная связь состояния аффекта с указанными обстоятельствами;

4) кратковременность протекания аффекта. Рассматриваемое состояние обычно длится небольшое количество времени (как правило, несколько минут), так как при его переживании расходуется значительная энергия, и слишком долгий эмоциональный всплеск был бы способен довести человека до смерти. Поэтому в организме человека включаются защитные механизмы, которые позволяют ему выйти из этого состояния;

5) внешний, бурный и ярко выраженный характер проявления состояния аффекта. Раскрывая этот признак, О.И. Куленко в своих работах отмечает, что по наблюдениям психиатров и психологов внешне состояние аффекта лица проявляется по-разному, в зависимости от его индивидуальных особенностей и других условий в процессе совершения преступления[440]. По мнению А.В. Рагулиной, аффект также приводит к мобилизации физических и психологических ресурсов человека. В практике достаточно часто встречаются случаи, когда физически слабые люди в состоянии сильного душевного волнения совершают действия, которые не смогли бы совершить в спокойной обстановке. Например, наносят большое количество смертельных повреждений или одним ударом высаживают дубовую дверь. Еще одним из проявлений аффекта является частичная утрата памяти, которая характеризует не каждую аффективную реакцию. В некоторых

случаях субъект не помнит событий, предшествующих аффекту, и событий,

435

произошедших во время последнего ;

6) снижение способности осознавать лицом общественную опасность и фактический характер своего действия или руководить им. Иначе говоря, человек может совершать такие поступки, которые в повседневной жизни ему не свойственны. Именно этот признак вместе с причинением вреда охраняемым уголовным законом объектам придает состоянию аффекта уголовно-правовое значение;

7) резкое изменение в работе внутренних органов и систем организма. Дыхание у лица, находящегося в состоянии аффекта, учащается, его пульс и кровяное давление повышаются, кожа краснеет или бледнеет, появляется дрожь во всем теле, свидетельствующие о крайней степени эмоционального напряжения этого лица. В этой связи Т.Г. Шавгулидзе назвал аффект «критической точкой переживания»[441] [442];

8) спонтанность, хаотичность и автоматизм поведения лица, находящегося в состоянии аффекта. Это происходит потому, что аффект замедляет, тормозит сознательную интеллектуальную деятельность, смысловое содержание и избирательная направленность преобладают над динамическими процессами[443]. В связи с чем Г.И. Чечель указывает, что лицо под воздействием состояния аффекта не выбирает орудия и средства совершения преступления; не выбирает жертву преступления[444]. Сказанное позволяет принять во внимание позицию О.Д. Ситковской, считающей, что аффектогенная, конфликтная ситуация может быть создана не только

потерпевшим, но и другим человеком, находившимся на месте преступления. Известны случаи, когда аффективные действия были направлены на постороннее лицо, случайно оказавшееся поблизости. Таким образом, по ее мнению, «привязать уголовно-правовое понятие аффекта только к случаям эмоциональной разрядки в отношении лица, создавшего ситуацию, значит ограничить следователя и суд в индивидуализации ответственности с учетом

данного обстоятельства, если причиной аффекта были действия третьего

439

лица» ;

9) наличиеаффектогенного мотива при совершении преступления в

состоянии аффекта, которым может являться ревность, обида, защита,

440

восстановление справедливости, желание отомстить ;

10) небольшой (незначительный) разрыв во времени между фактором, повлекшим возникновение состояния аффекта, и формированием умысла на совершение преступления;

11) совершение такого преступного деяния, которое виновный никогда не совершил бы в психическом состоянии покоя;

12) сожаление или раскаяние в содеянном преступном деянии после того, как лицо вышло из аффективного состояния[445] [446] [447].

Указанные признаки аффекта позволяют отличить это состояние от распущенного поведения с демонстрацией душевного волнения. Об отсутствии аффектированного состояния могут, в частности, говорить следующие обстоятельства: усиление раздражительности; изменение в психическом состоянии, то есть переход от сильного гнева к спокойствию и

наоборот; отвлечение от основного направления эмоций; активная деятельность после душевного волнения[448].

Соответственно, состояние сильного душевного волнения предшествует состоянию аффекта. Состояние сильного душевного волнения может развиться/не развиться до состояния аффекта.

Не все ученые считают состояние аффекта составной частью субъективной стороны состава преступления, еще меньшее количество исследователей придают состоянию аффекта значение самостоятельного признака, отождествляя такое состояние с психологическим фоном (по сути - обстановкой совершения преступления), мотивом преступления[449], целью преступления, виной, называя состояние аффекта характеристикой специального субъекта преступления, что представляется автору неверным.

Состояние аффекта значительно изменяет механизм формирования и характер протекания интеллектуальных и волевых процессов, имеющихся в сознании лица, совершившего преступление. Будучи понятием комплексным в отличие от сугубо юридического понятия сильного

душевного волнения[450] [451], аффект определяет вполне конкретное

445

эмоциональное состояние лица во время совершения им преступления.

Эмоциональная природа состояния аффекта во многом обусловливает особенности его возникновения, выражения и прекращения. Как правило, развитие состояния аффекта у виновного лица проходит три стадии. Первая стадия - это эмоциональная ответная реакция на внешний раздражитель, нарушающая нормальное состояние и не позволяющая правильно ориентироваться в сложившейся ситуации. Вторая стадия, или основная

возникает в подкорковых центрах, не позволяет контролировать

деятельность мышления и речи. Третья стадия - постаффективное

446

состояние, выражается в снижении активности, подавленном состоянии .

Не вызывает сомнений тот факт, что состояние физиологического аффекта имеет самостоятельное уголовно-правовое значение. Тем не менее, само по себе состояние сильного душевного волнения, на основе которого возникает состояние аффекта, должно, по мнению автора, подлежать учету правоприменительными органами и найти соответствующее закрепление в уголовном законе. Например, §76 УК Австрии закрепляет состояние «...всем понятного сильного душевного переживания»; §4 ст. 148 УК Польши регламентирует влияние на состояние лица «...сильного возбуждения, вызванного извинительными обстоятельствами»; ст. 3 УК Швеции говорит о состоянии «эмоционального волнения, ... вызванного сильным человеческим

сочувствием...».

Кроме того, имеются и иные виды эмоционального состояния виновного во время совершения им преступления, которые характеризуют лицо, могущие подлежать юридической оценке и нуждающиеся в исследовании. В частности, к числу таких эмоциональных состояний относим: 1) состояние сильного[452] [453] страха; 2) состояние сильного стресса; 3) состояние агрессии/гнева.

На необходимость юридической оценки названных нами эмоциональных состояний лица во время совершения им преступления обратили внимание и участники опроса - ученые, сотрудники правоприменительных органов, преподаватели и студенты юридических вузов. Так, 62% респондентов считают, что, кроме состояния аффекта, есть иные эмоциональные состояния виновного во время совершения им

противоправного деяния, имеющие самостоятельное уголовно-правовое значение; 53% опрошенных согласились с тем, что состояние сильного душевного волнения, не достигшего в своем развитии состояния физиологического аффекта, а также состояния сильного страха, сильного стресса и агрессии/гнева нуждаются в учете правоприменительными органами при юридической оценке лица, совершившего преступление; 18% участников полагают, что достаточно оценивать с юридической точки зрения только состояние аффекта, но при этом указывают на самостоятельность эмоционального состояния как факультативного признака субъективной стороны состава преступления, смягчающего/отягчающего наказание.

Заметим, что состояние сильного душевного волнения, не достигшего в своем развитии состояния аффекта, в процессе применения уголовно­правовых норм определяется неодинаково. Исследование материалов уголовных дел показало, что в юридических документах использованы

следующие варианты определения такого состояния: «внезапно возникшее

448 449

душевное волнение» ; «приступ сильного душевного волнения» ;

«выраженное эмоциональное возбуждение»430; «эмоциональное возбуждение

451 452

» ; «выраженное эмоциональное напряжение» ; «эмоциональная

453

напряженность» ; «иное эмоциональное состояние, которое могло существенно повлиять на сознание и поведение лица»[454] [455] [456] [457] [458] [459] [460] и др. С учетом обстоятельств дела (в том числе, констатацией соответствующего эмоционального состояния, вызванного противоправными действиями, выразившимися в издевательстве, насилии, оскорблении со стороны потерпевшего либо иными безнравственными, аморальными действиями/без действием, а равно длительной психотравмирующей

ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным его поведением) правоприменительные органы не могут не обратить внимания на особое эмоциональное состояние лица во время совершения им преступления, но в отсутствие специальных норм уголовного права оценить такое состояние в плане смягчения/отягчения наказания не представляется возможным.

Состояние сильного страха (страх - очень сильный испуг, сильная боязнь; события, предметы, вызывающие чувство боязни, ужаса[461] [462]) может, по мнению автора, подлежать юридической оценке в плане смягчения наказания, если в таком состоянии совершено преступление, но состояние аффекта не установлено. Например, законодатель Испании установил правило, исключающее уголовную ответственность того, кто совершал

действие в состоянии сильного страха (ст. 21 Уголовного кодекса Испании

456)

Состояние сильного стресса, полагаем, относится к психофизиологическим состояниям лица, так как стресс (англ, stress = напряжение) - это состояние напряжения организма человека, возникающее под влиянием сильных воздействий (холода, голода, психических и физических травм)[463]. Нуждаясь в дополнительном исследовании, состояние стресса во время совершения преступления указывает на извинительный характер действий (бездействия) лица. В частности, состояние сильного стресса могло бы учитываться правоприменительными органами в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, если в таком состоянии (голода, например) совершена кража продуктов.

Что касается состояния агрессии/гнева лица во время совершения им преступления, заметим, что агрессия (лат. aggression = нападение) -

активно враждебное поведение одного человека по отношению к другим[464]. Агрессия - это действия, обусловленные свойствами личности и направленные на причинение физического, морального или иного ущерба людям или другим объектам окружающего мира, сопряженные с насилием против них[465]. Состояние агрессии/гнева может появляться у всех людей, как психически здоровых, так и обнаруживающих психические расстройства. Представляется, что проведение комплексного исследования проблемы уголовно-правовой оценки состояния агрессии позволит выявить специфику формирования агрессивных намерений и их реализации у лиц вменяемых и невменяемых, особенности виктимизации некоторых социальных групп. Состояние агрессии лица во время совершения им преступления может характеризовать личность правонарушителя как положительно, так и отрицательно. Например, ст. 64 УК Швейцарии в число обстоятельств, смягчающих наказание, включает состояния «искушения, вызванного поведением жертвы...» и «ярости, вызванной несправедливым раздражением и незаслуженным оскорблением...».

Исходя из изложенного, считаем, кроме состояния сильного душевного волнения и состояния аффекта, юридически самостоятельны и другие эмоциональные процессы, происходящие у виновного лица в его сознании во время совершения им преступления, которые влияют на уголовно-правовую оценку деяния: 1) состояние сильного страха; 2) состояние сильного стресса; 3) состояние агрессии/гнева.

Вместе с тем, состояние аффекта, в котором сознание и воля лица «работают» совершенно иначе, чем в состояниях сильного душевного волнения, сильного страха, сильного стресса, агрессии/гнева, должно оцениваться правоприменителем иначе. Если убийство либо причинение тяжкого/средней тяжести вреда здоровью совершено в состоянии сильного

душевного волнения, то достаточно включения такого эмоционального состояния в перечень обстоятельств, смягчающих наказание, чтобы обеспечить реализацию принципов уголовного права, в особенности - принципов вины и справедливости.

В этой связи, признавая самостоятельность такого эмоционального состояния лица, как состояние его сильного душевного волнения, по отношению к состоянию аффекта, предлагаем законодательно их разграничить: изложить диспозицию ст. 107 УК РФ в следующей редакции: «Убийство, совершенное в состоянии аффекта, - наказывается...»; изложить диспозицию ст. 113 УК РФ в следующей редакции: «Умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное в состоянии аффекта, - наказывается...» (название ст. 113 УК РФ также нуждается в корректировке в плане включения в него слова «Умышленное...»).

По действующему уголовному законодательству субъектом преступлений, ответственность за которые установлена санкциями ст.ст. 107, 113 УК РФ, может быть физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления возраста 16 лет. Проведенное исследование показало, что достаточное количество преступлений - примерно 15%, совершены в состоянии аффекта подростками, не достигшими возраста 16 лет[466]. Полученные данные свидетельствуют о сравнительной распространенности подобных деяний среди несовершеннолетних. По результатам проведенного нами опроса более 70% респондентов высказали мнение о необходимости снижения возраста ответственности за деяния, предусмотренные ст.ст. 107, 113 УК РФ. Принимая сказанное во внимание, следует рассмотреть вопрос о возрастных пределах уголовной ответственности за указанные преступления, то есть их снижение и установление за деяния, предусмотренные ст.ст. 107, 113 УК РФ, с 14 лет.

Отметим, что законодатель в ч. 1 ст. 37 УК РФ в обстоятельство, исключающее преступность деяния, включил признак «состояние необходимой обороны».

В п.п. 4, 7, 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»46Содержатся разъяснения, согласно котором при выяснении вопроса, являлись ли для оборонявшегося лица неожиданными действия посягавшего, вследствие чего оборонявшийся не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (часть 21 ст. 37 УК РФ), суду следует принимать во внимание время, место, обстановку и способ посягательства, предшествовавшие посягательству события, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица (состояние страха, испуга, замешательства в момент нападения и т.п.). В зависимости от конкретных обстоятельств дела неожиданным может быть признано посягательство, совершенное, например, в ночное время с проникновением в жилище, когда оборонявшееся лицо в состоянии испуга не смогло объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства. В целях правильной юридической оценки таких действий суды с учетом всех обстоятельств дела должны выяснять, не совершены ли они оборонявшимся лицом в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного общественно опасным посягательством. Если оборонявшееся лицо превысило указанные пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), его действия надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 108 или ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Принимая во внимание, что для преступлений, совершенных в состоянии сильного душевного волнения, характерно причинение вреда потерпевшему не с целью защиты и, следовательно, не в состоянии необходимой обороны (п. 15 указанного постановления), изложенное [467]

представляется оправданным с точки зрения назначения уголовного наказания виновному, поскольку санкции ст. 108 и ст. 114 УК РФ предусматривают меньшие по сравнению с санкциями ст. 107 и ст. 113 УК РФ наказания, хотя избежать ошибок судебным органам удается не всегда.

Так, Щербинский районный суд г. Москвы, рассмотрев материалы дела в отношении И., признал его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 107 УК РФ и назначил ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год 3 (три) месяца за нанесение потерпевшему двух ударов ножом, от которых тот скончался на месте происшествия. Несмотря на обстоятельства дела и на указание эксперта о возникновения у И. состояния эмоционального напряжения с тревогой, опасениями, испугом, ощущением собственной беспомощности в связи с тем, что неустановленные лица в ходе ссоры нанесли И. неустановленное следствием количество ударов руками и ногами по голове и телу в хаотичном порядке, издеваясь над ним, повалили в лужу и удерживали в ней, сопровождая свои действия грубой нецензурной бранью в отношении него, угрожали убийством, а действия нападавших И. оценивал как несущие в себе угрозу, испытывал страх за свою жизнь, судом в качестве признака состава было учтено только эмоциональное состояние лица во время совершения преступления - состояние аффекта. Но если оборонявшееся лицо превысило пределы необходимой обороны в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), его действия надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 108 или ч. 1 ст. 114 УК РФ[468].

Вместе с тем, не вполне справедливой нам представляется ситуация, в которой только одно обстоятельство при наличии двух смягчает наказание - либо состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) либо состояние необходимой обороны, которое само по себе наряду с иными условиями - например, крайней необходимостью, включено законодателем в перечень обстоятельств, смягчающих наказание (п. «ж» ст.

61 УК РФ). Полагаем, при совершении деяний, ответственность за которые предусмотрена ст. 108 и ст. 114 УК РФ, в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) последнее обстоятельство должно учитываться правоприменителем. Сказанное еще раз подтверждает предложение автора о включении в ст. 61 УК РФ п. «ж1»[469].

Отметим также, что состояние необходимой обороны автор не относит к эмоциональному состоянию лица во время совершения преступления, считает его факультативным признаком не субъективной, а объективной стороны состава преступления - это обстановка совершения преступления. Во-первых, в п.п. 2, 16 указанного выше постановления высшей судебной инстанции разъясняется, что решение судебным органам необходимо принимать с учетом конкретной обстановки. Во-вторых, лицо, совершающее преступление, не может одновременно находиться в двух эмоциональных состояниях - состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения и состоянии необходимой обороны. Сказанной в полной мере распространяется и на состояние крайней необходимости (ч. 1 ст. 39 УК РФ).

В этой связи для разграничения объективных и субъективных факультативных признаков состава преступления, правильной и полной их оценки предлагаем в диспозициях ч. 1 ст. 37, ч. 1 ст. 39 УК РФ термин «состояние» заменить на «обстановку».

Лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности (ст. 23 УК РФ). Судья (суд), назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных

веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ (ч. Iі ст. 63 УК РФ). В качестве квалифицирующего признака состояние опьянения законодателем указано в ч.ч. 2, 4, 6 ст. 264 УК РФ, в качестве основного признака состава - в ст. 2641. В данном случае речь идет о физиологическом (обычном) состоянии опьянения, которое не вызывает невменяемости. Не имеет значения, при каких обстоятельствах опьянение стало возможным (собственная инициатива, действия третьих лиц), и оно не влияет на квалификацию. Если лицо находится в состоянии патологического опьянения, это исключает уголовную ответственность.

В науке высказывалось мнение относительно возможности учета состояния опьянения как обстоятельства, смягчающего наказание, со ссылкой на зарубежное уголовное законодательство. Так, опьянение как обстоятельство, смягчающее ответственность, закреплено в п. 12 ст. 59 УК Литвы - «...деяние совершено лицом, приведенным в состояние опьянения или дурмана против его воли». Аналогичное правило закреплено в ст. 35 УК Австрии: «Если исполнитель преступления действовал в состоянии опьянения, не исключающем вменяемости, то это обстоятельство является смягчающим только постольку, поскольку оно не компенсирует обусловленное снижение способности быть вменяемым посредством упрека, который обосновывает употребление опьяняющих средств в соответствии с обстоятельствами». При этом состояние опьянения не может быть признано как обстоятельство, смягчающее наказание, если субъект преступления осознанно и волевым действием привел себя в состояние опьянения с тем, чтобы облегчить совершение преступления; чтобы в дальнейшем сослаться на ненормальное состояние психики; несмотря на то, что заведомо знал влияние алкоголя, например, на свое поведение[470]. Думается, количество

ситуаций, когда виновное в совершении преступления лицо введено в состояние опьянения не по собственному желанию, на практике ничтожно мало и вряд ли оправданно в этой связи включать в число обстоятельств, смягчающих наказание, состояние опьянения. В каждом конкретном случае судебные органы принимают решение с учетом личности лица, совершившего противоправное деяние, и если состояние опьянения лица при совершении отдельных деяний возникает не по воле правонарушителя суд вправе обратить внимание на это обстоятельство и отразить его в приговоре.

Заметим, что состояние опьянения - это психофизиологическое состояние, и проводить его юридическую оценку как исключительно эмоционального состояния - факультативного признака субъективной стороны состава преступления - было бы, по мнению автора, неверно. Определенную сложность вызывает соотношение состояния опьянения и состояние аффекта лица во время совершения преступления. Законодательные правила на этот счет отсутствуют, как и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ. Судебная практика же достаточно противоречива.

Так, Щербинский районный суд г. Москвы, рассматривая дело в отношении И., обвиняемого по ч. 1 ст. 107 УК РФ установил, что он нанес потерпевшему два удара ножом, от которых тот скончался на месте происшествия. Проведенная экспертиза показала, что И. совершил убийство в состоянии физиологического аффекта, вызванного внезапной угрожающей ситуацией - И. подвергался избиению, сознание его было сужено. В материалах дела отмечено, что когда психиатры устанавливают вменяемость, они это учитывают, а аффект на фоне алкогольного опьянения исключает наличие аффекта463.

Другим примером может служить уголовное дело по ч.1 ст. 107 УК РФ, рассмотренное Кировским районным судом г. Екатеринбурга в отношении Б. признанного виновным в совершении преступления при отсутствии

отягчающих обстоятельств и ему назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на три года. Из заключения комиссии экспертов (психологов и психиатров) следует, что в период совершения инкриминируемого Б. деяния, он находился в состоянии аффекта на фоне алкогольного опьянения, которое по глубине и выраженности нарушений сознания, влиянию на волевой контроль, деформации и регресса структурно-функциональной организации деятельности, существенно ограничивало произвольную регуляцию инкриминируемого ему поведения. Данное состояние сопровождалось переживанием сильного страха, шока, частичным сужением сознания, фрагментарностью и неполнотой восприятия, расстройством опосредованности действий в виде автоматизированности мотивации; отсутствием способности к смысловой регуляции поведения, доминированием диспозиционной логики действий, отсутствием прогноза отдаленных последствий своих действий, заполненностью сознания психотравмирующими переживаниями466.

В свою очередь, Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга вынес обвинительный приговор в отношении Л. и признал его виновным в убийстве С. и квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 107 УК РФ при отсутствии отягчающих обстоятельств. Между Л. и С., находившимися в состоянии алкогольного опьянения на кухне квартиры, произошла ссора на почве ранее сложившихся личных неприязненных отношений. В ходе ссоры С. словесно оскорбила Л., после чего нанесла ему один удар рукой в область головы. Не желая продолжать ссору, Л. вышел из помещения кухни в коридор квартиры. С. проследовала за Л. и, находясь рядом с ним в коридоре квартиры, нанесла Л. не менее трех ударов рукой по лицу и не менее одного удара в область шеи, после чего ушла обратно на кухню квартиры. После этого Л. зашел на кухню квартиры, где в это время находилась С., которая, продолжая ссору с Л., вновь словесно оскорбила его нецензурной бранью. После этого у Л., находящегося в состоянии нарастающего длительного

душевного потрясения, возникшего в связи с систематическим аморальным, безнравственным, противоправным поведением С., причинявшей ему телесные повреждения и оскорблявшей его словесно, чем унижавшей его мужское достоинство, внезапно возникло состояние сильного душевного волнения (аффекта), в ходе которого у Л. внезапно возник умысел, направленный на причинение смерти С.467

Учитывая изложенное, полагаем, состояние опьянения (если речь не идет о патологическом опьянении) не исключает состояние аффекта, это качественно разные состояния. Что подтверждается не только материалами судебной практики, но и мнением опрошенных автором практических работников (62% респондентов не исключают состояние аффекта лица во время совершения преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения; 34% опрошенных не исключают состояние аффекта лица во время совершения преступления лицом, находящимся в состоянии легкого опьянения; 4% - затруднились ответить). Можно также

констатировать, что судебные органы не учитывают в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, состояние опьянения, если лицо во время совершения преступления находилось в состоянии аффекта.

Выводы:

1. В границах уголовно-правовых отношений лицо может быть или вменяемым или невменяемым. Наличие психического расстройства у лица, осужденного за совершение преступления, никак не связано с вменяемостью этого лица во время совершения им преступления. Тем не менее, ст. 18 УИК РФ содержит формулировку «...не исключающими вменяемости» применительно к осужденному, что вступает в противоречие с положениями уголовного законодательства. Предлагается исключить словосочетание «не исключающим вменяемости» из ст. 18 УИК РФ.

2. Состояние сильного душевного волнения лица предшествует состоянию аффекта. Состояние сильного душевного волнения лица может

развиться/не развиться до состояния аффекта. Таким образом, состояние сильного душевного волнения само по себе подлежит уголовно-правовой оценке. Состояние аффекта беспричинно не возникает и его симуляция, по мнению экспертов, невозможна. Исходя из изложенного, состояние аффекта также само по себе подлежит уголовно-правовой оценке - без учета оснований его возникновения, закрепленных в тексте ст.ст. 107, 113 УК РФ. В этой связи предлагаем исключить из текста ст.ст. 107, 113 УК РФ перечень оснований возникновения состояния аффекта.

3. Основываясь на результатах проведенного нами опроса и принимая во внимание опыт зарубежного законодателя, считаем, кроме состояния сильного душевного волнения и состояния аффекта, есть и иные эмоциональные состояния лица во время совершения им преступления, которые характеризуют виновного, могут подлежать юридической оценке и нуждаются в исследовании. В частности, к числу таких эмоциональных состояний относим: 1) состояние сильного страха; 3) состояние сильного стресса; 4) состояние агрессии/гнева.

4. Признавая самостоятельность такого эмоционального состояния, как состояние сильного душевного волнения, по отношению к состоянию аффекта, предлагаем законодательно их разграничить: изложить диспозицию ст. 107 УК РФ в следующей редакции: «Убийство, совершенное в состоянии аффекта, - наказывается...»; изложить диспозицию ст. 113 УК РФ в следующей редакции: «Умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное в состоянии аффекта, - наказывается...» (название ст. 113 УК РФ также нуждается в корректировке в плане включения в него слова «Умышленное...»).

5. Не вполне справедливой нам представляется ситуация, в которой только одно обстоятельство при наличии двух смягчает наказание - либо состояние сильного душевного волнения (аффекта) либо состояние необходимой обороны, которое само по себе наряду с иными условиями - например, крайней необходимостью, включено законодателем в перечень

обстоятельств, смягчающих наказание (п. «ж» ст. 61 УК РФ). Полагаем, при совершении деяний, ответственность за которые предусмотрена ст. 108 и ст. 114 УК РФ, в состоянии сильного душевного волнения или аффекта последнее обстоятельство должно учитываться правоприменителем. Сказанное еще раз подтверждает предложение автора о включении в ст. 61 УК РФ п. «ж1» (см. §4 главы 1 настоящей работы).

6. Для разграничения объективных и субъективных факультативных признаков состава преступления, правильной и полной их оценки предлагаем в диспозициях ч. 1 ст. 37, ч. 1 ст. 39 УК РФ термин «состояние» заменить на «обстановку».

7. Состояние опьянения (если речь не идет о патологическом опьянении) не исключает состояние аффекта.

<< | >>
Источник: МАСЛОВА ЕВГЕНИЯ ВАЛЕРЬЕВНА. ФАКУЛЬТАТИВНЫЕ ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ: ТЕОРЕТИКО-ПРИКЛАДНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Чебоксары - 2017. 2017

Еще по теме § 2. Конструирование признака «эмоциональное состояние» субъективной стороны состава преступления:

  1. Подготовительный этап проверки и уточнения показаний на месте
  2. § 3. Общая теория судебной экспертизы, ее концептуальные основы
  3. 35. Эмоциональное состояние лица, совершившего преступление и его уголовно-правовое значение.
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. Псковская судная грамота XVb.
  7. § 3. Психологический аспект факультативных признаков субъективной стороны состава преступления[167]
  8. § 4. Уголовно-правовой аспект факультативных признаков субъективной стороны состава преступления[206]
  9. § 2. Факультативные признаки субъективной стороны состава преступления в уголовном законодательстве стран дальнего зарубежья
  10. § 2. Конструирование признака «эмоциональное состояние» субъективной стороны состава преступления
  11. § 3. Конструирование признака «мотив» субъективной стороны состава преступления[471]
  12. § 4. Конструирование признака «цель» субъективной стороны состава преступления[494]
  13. Заключение
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -