§ 133. Actiones arbitrariae. Иски объ исполненіи и о возмѣщеніи вреда.

1. Въ классическомъ римскомъ процессѣ окончательное судеб­ное рѣшеніе могло быть выражено только въ опредѣленной суммѣ денегъ. На этомъ основаніи неденежныя исковыя требованія въ са­момъ рѣшеніи переводились на деньги, такъ какъ исполненію под-

— 362

лежалъ только такой приговоръ, который былъ выраженъ въ опре­дѣленной денежной суммѣ.

Эта особенность была смягчена въ actiones arbitrariae ’), т. е. въ такихъ искахъ, при которыхъ судья до постановленія оконча­тельнаго рѣшенія предписывалъ отвѣтчику въ предварительномъ по­становленіи исполнить требованіе истца ^{[1161] [1162]). Хотя подобное по­становленіе не подлежало непосредственному принудительному исполненію [1163]), тѣмъ не менѣе оно имѣло громадное значеніе, какъ для истца, такъ и для отвѣтчика. Ибо если отвѣтчикъ не исполнялъ тотчасъ же этого предварительнаго постановленія,то истецъ могъ оцѣнить свой денежный интересъ односторонней присягой— juramentum in litem—и такимъ образомъ опредѣлить ту сумму, ко­торая потомъ могла быть взыскана съ отвѣтчика. Страхъ передъ этими послѣдствіями всегда вліялъ на отвѣтчика, побуждая его къ немедленной выдачѣ предмета спора во избѣжаніе всѣхъ тѣхъ осложненій, которыя повлекло бы за собою принудительное испол­неніе. Кромѣ того для отвѣтчика было и выгоднѣе отвратить взы­сканіе денежной суммы исполненіемъ того, что судья призналъ пра­вильнымъ.}

Въ юстиніановомъ правѣ весь этотъ порядокъ подвергся су­щественнымъ измѣненіямъ. Вышеупомянутое предварительное поста­новленіе при actiones arbitrariae стало непосредственно подлежать принудительному исполненію. Такимъ образомъ отъ истца зависѣлъ выборъ, требовать ли принудительнаго исполненія или приговора отвѣтчика къ уплатѣ денежнаго интереса. При другихъ искахъ приговоръ также не долженъ былъ непремѣнно быть выраженъ въ денежной суммѣ, а, смотря по обстоятельствамъ, направленъ или на опредѣленную сумму денегъ, или на опредѣленные объекты ^{[1164] [1165]).}

2. Actiones arbitrariae въ римскомъ смыслѣ чужды современ­ному праву. То, что въ Римѣ представлялось предварительнымъ постановленіемъ, въ настоящее время является окончательнымъ рѣшеніемъ.

Искъ и рѣшеніе поэтому должны быть направлены на точно опредѣленное, подлежащее исполненію дѣйствіе или на точно опре­дѣленную вещь. Денежный интересъ является предметомъ иска лишь въ томъ случаѣ, если отвѣтчикъ уже болѣе не въ состояніи исполнить то, что составляетъ первоначальное содержаніе долга; а это обстоятельство должно быть установлено и доказано истцомъ при предъявленіи иска. Для такой цѣли достаточно между прочимъ доказать тотъ фактъ, что должникъ послѣ заключенія договора от­чудилъ объектъ долга. Съ своей стороны отвѣтчикъ можетъ дока­зать, что онъ, въ случаѣ рѣшенія дѣла въ пользу истца, могъ бы получить обратно первоначальный объектъ долга и такимъ образомъ его предоставить противнику ^ь).

Если послѣ постановленія рѣшенія противъ отвѣтчика обна­ружится невозможность добиться принудительнымъ путемъ точнаго исполненія первоначальнаго предмета долга, то вопрось о соотвѣт­ствующемъ денежномъ возмѣщеніи требуетъ разсмотрѣнія въ но­вомъ самостоятельномъ производствѣ ^[1166]). Впрочемъ правильнѣе до­пускать одновременно предъявленіе иска о точпомъ исполненіи долга и искъ о денежномъ возмѣщеніи на тотъ случай, если поста­вленное въ искѣ на первый планъ точное пополненіе не можетъ быть достигнуто.

364 —