<<
>>

§3. Развитие института государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей в дореволюционной и советской России.

Г осударственный контроль за деятельностью МКА представляет собой достаточно молодой процессуальный институт в российской истории по сравнению с аналогичным институтом государственного контроля за деятельностью «внутренних» третейских судов.

Правовое регулирование последнего осуществлялось на основании договорных грамот русских князей еще в начале XVI века, а кодифицированное регулирование данного института стало возможным после принятия Соборного Уложения 1649 г., в главе XV которого были урегулированы вопросы, связанные с осуществлением государственного судебного контроля за деятельностью «внутренних» третейских судов[44].

Законодательное регулирование института государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей в отечественной истории стало возможным с 1831 г., когда по инициативе Николая I впервые было утверждено Положение о третейском суде Российской империи. Указанное Положение регулировало деятельность не только «внутренних» третейских судов, но и деятельность коммерческих (торговых) судов, которые рассматривали внешнеэкономические споры. При этом наибольшее распространение в России получили постоянно действующие торговые суды при биржах[45] [46].

Положение о третейском суде Российской Империи 1831 г. составной частью вошло в Свод законов Российской империи, который был впервые опубликован в 1832 г. Свод законов вступил в законную силу с 01.01.1835 г. В дальнейшем в Свод вносились различные изменения, поправки и дополнения (в 1842, 1857, 1864, 1887 гг.).

В целях настоящего исследования отдельно хотели бы отметить изменения и поправки 1864 г. В поправках этого года был введен в действие шестнадцатый том Свода, в который вошли Судебные уставы, в том числе Устав гражданского судопроизводства, в статьях 1367-1400 которого регулировались не только особенности арбитражного разбирательства во «внутренних» третейских судах и в коммерческих (торговых) арбитражах по разрешению внешнеэкономических споров, но и такие формы государственного контроля как оспаривание решения торгового арбитража и выдача исполнительного листа на принудительное исполнение решения

последнего .

Кроме того, в результате проведенной судебной реформы 1864 г. стало возможным создавать наряду с постоянно действующими торговыми арбитражами при биржах российской империи также добровольные коммерческие арбитражи, которые, применяя современную юридическую терминологию можно охарактеризовать как арбитражи по разрешению конкретного спора (арбитражи ad hoc). «Внутренние» постоянно действующие третейские суды были ликвидированы судебной реформой 1864 г.[47]. В отличие от них торговые арбитражи вплоть до октябрьской революции 1917 г. продолжали существовать в качестве как постоянно действующих при соответствующих биржах империи, так и в качестве добровольных коммерческих арбитражей, образованных для разрешения конкретного спора.

Исследуем более подробно особенности производства в международных коммерческих арбитражах по Своду законов российской империи, попытаемся проанализировать их и сравнить с современным материальным и процессуальным законодательством о МКА. В дальнейшем для удобства анализа материала будет делаться ссылка на соответствующую статью тома XVI Свода Законов Российской Империи 1832 г. (далее также Свод).

Первоначально рассмотрим субъектный и объектный критерий арбитрабильности дел международным коммерческим арбитражам.

Согласно ст. 1368 Свода, на разрешение торгового арбитража по взаимному согласию сторон могут быть переданы споры, вытекающие из гражданско-правовых отношений, за исключением споров, связанных с интересом казенных управлений или же земских, городских и сельских обществ и споров по делам, связанным с недвижимым имуществом, когда в числе участвующих в споре лиц есть лица, ограниченные по закону в правах приобретения этого имущества или в правах владения и пользования им.

Таким образом, Свод содержал исчерпывающий перечень дел, которые не могут быть рассмотрены международными торговыми арбитражами.

Что касается субъектного критерия, то в силу ст. 1367 Свода правом обращения в торговый арбитраж обладали только организации и лица (в частности дворяне и купцы), имеющие определенное имущество и свободно им располагающие.

Таким образом, необходимой предпосылкой обращения в коммерческий арбитраж являлось наличие определенного имущественного ценза заинтересованных сторон и, как уже было отмечено выше, гражданскоправовые споры с участием организаций публичного порядка (казенных управлений, земских, городских и сельских обществ) не могли быть переданы на разрешение международного торгового арбитража.

Современный закон «О МКА» допускает рассмотрение гражданскоправовых споров с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований коммерческими арбитражами, если иное не противоречит требованиям федерального законодательства.

По нашему мнению, подобная формулировка правовых норм связана с недостаточно высоким уровнем юридической техники законодателя. Во - первых, наличие имущественного ценза существенно ограничивало право заинтересованных лиц на рассмотрение и разрешение спора МКА. Во- вторых, невозможность передачи спора на рассмотрение в арбитраж при наличии в правоотношениях публично - правового субъекта, существенно подрывало доверие иностранных предприятий к российской судебной системе.

Что касается непосредственно судебного контроля за деятельностью МКА, то законодательство российской империи предусматривало лишь одну форму судебного контроля за деятельностью торгового третейского суда - возможность признания решения последнего недействительным (ст. 1397 Свода Законов); причем перечень оснований для признания арбитражного решения недействительным носил исчерпывающий характер. В указанный перечень входили следующие основания:

А) Решение третейского торгового суда принято о правах и обязанностях лиц, не участвовавших в арбитражном разбирательстве.

Б) Торговым арбитражем было вынесено решение по вопросам, не входящим в арбитражное соглашение.

В) Объект спора не может быть предметом арбитражного разбирательства по законодательству российской империи.

Подобные основания для отмены решения международного коммерческого арбитража характерны и для современного российского законодательства, перечень которых приведен в ст.

34 Закона «О международном коммерческом арбитраже».

Как обоснованно отмечено профессором Григорьевой Т.А., третейское (арбитражное) разбирательство всегда отличало отсутствие формализма (строгой юридической формы) при разбирательстве дела[48].

В силу ст. 1394 Свода, после вынесения арбитражного решения, последнее из торгового коммерческого суда непосредственно передавалось в государственный мировой или окружной суд для выдачи соответствующего исполнительного листа для приведения в исполнение решения арбитража. При этом государственным судом не проводилась процедура экзекватуры, т.е. государственный суд не проверял наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного листа на решение торгового коммерческого арбитража, функция государственного суда в указанном случае сводилась исключительно к приданию законной силы решению международного торгового арбитража.

Напротив, в настоящее время процессуальным законодательством предусмотрена обязательная процедура проверки решения международного коммерческого арбитража, в рамках которой государственный арбитражный суд проверяет наличие или отсутствие оснований для выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения международного коммерческого арбитража, расположенного на территории РФ (ч. 4 ст. 238 АПК РФ), а равно основания для признания и приведения в исполнение иностранного арбитражного решения (ч. 3 ст. 243 АПК РФ), т.е. фактически осуществляет последующий контроль за деятельностью МКА в отмеченных выше формах.

Таким образом, законодательство российской империи, несмотря на недостаточно высокий уровень юридической техники, официально определило основные формы государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей.

С утверждением в российском государстве советской власти в октябре 1917 г. фактически все законодательство российской империи утратило силу, в том числе институт государственного судебного контроля за деятельностью арбитражей. Во многом это было связано с государственной монополией советского государства в области внешней торговли[49] [50] [51].

Так, один из первых кодифицированных источников процессуального права советского государства - ГПК РСФСР 1923 г., вообще не содержал каких- либо положений относительно возможности оспаривания и признания решений международных коммерческих арбитражей в государственных судах СССР, подобный институт первоначально в процессуальном законодательстве советской России отсутствовал . Лишь в 1930 г. в Москве сначала образуется Морская арбитражная комиссия при Торгово- промышленной палате СССР (далее также МАК при ТПП СССР), а в 1932 г. - Внешнеторговая арбитражная комиссия при Всесоюзной Торговой Палате (далее также ВТАК при ТПП СССР), которые стали первыми институциональными арбитражами в советской России. Данные коммерческие арбитражи разрешали споры, которые возникали между иностранными и советскими организациями по поводу

3

внешнеэкономических сделок .

МАК при ТПП СССР осуществляла свою деятельность на основании Правил производства (в редакции Постановления Президиума ТПП СССР от 13. 01. 1982 г.)[52]. В соответствии с п.1 отмеченных выше Правил, Морская арбитражная комиссия представляла собой постоянно действующий международный коммерческий арбитраж, который разрешал споры, вытекающие из договорных и иных гражданско-правовых отношений, в сфере торгового мореплавания.

В свою очередь, ВТАК при ТПП СССР осуществляла свою деятельность на основании соответствующих Правил производства (в редакции Постановления Президиума ТПП СССР от 25.06.1975 г.)[53]. В силу п.1 указанных выше Правил, ВТАК при ТПП СССР являлась постоянно действующим международным коммерческим арбитражем, разрешающим споры, которые вытекают из договорных и других гражданско-правовых отношений между субъектами права различных государств при осуществлении внешнеторговых и иных научно-технических отношений.

Несмотря на очевидные достоинства отмеченных Правил (в частности, были подробно описаны компетенция арбитража, требования, предъявляемые к арбитрам, порядок выбора арбитров самими сторонами спора, сроки арбитражного разбирательства, применимое право, отдельные особенности возбуждения арбитражного производства, подготовки дела к судебному разбирательству, самого арбитражного разбирательства), указанные нормативно-правовые акты недостаточно регулировали порядок обжалования и признания судебных актов как МАК при ТПП, так и ВТАК при ТПП в государственных судах СССР.

Так, в частности п. 36 Правил производства в Внешнеторговой торговой арбитражной комиссии лишь содержал требование, что решения ВТАК при ТПП СССР, не исполненные должником добровольно, приводятся в исполнение в соответствии с законом и международными соглашениями. Аналогичное положение содержалось и в п. 28 Правил производства в Морской Арбитражной Комиссии. Однако на момент создания как МАК при ТПП СССР (1930), так и ВТАК при ТПП СССР (1932) у советского государства фактически отсутствовали какие-либо международные договоры в указанной сфере, а внутреннее законодательство (в частности описанный выше ГПК РСФСР 1923 г.) также не регулировало вопросы оспаривания и признания решений международных коммерческих арбитражей. Таким образом, на протяжении более чем 20 лет с момента создания в СССР первых институционных арбитражей в советском государстве фактически отсутствовал эффективный процессуальный механизм обжалования и приведения в исполнение решений МКА. Возникшая ситуация улучшилась в связи подписанием и ратификацией СССР ряда соглашений, среди которых отдельно стоить отметь Нью-Йоркскую Конвенцию «О признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений» 1958 г. (далее также Нью-Йоркская Конвенция, Конвенция 1958 г.), ратифицированную СССР 22 ноября 1960 г.[54] [55] [56], Европейскую (Женевскую) Конвенцию «О внешнеторговом арбитраже» 1961 г. (далее также Европейская Конвенция, Конвенция 1961 г.), ратифицированную СССР 14 мая

Л

1962г. , Московскую Конвенцию «О разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества» от 26.05. 1972 г. . Указанные выше Конвенции по сегодняшний день играют огромное значение в правовой системе и судебной практике современного российского государства, т.к. Российская Федерация участвует в отмеченных выше Конвенциях в порядке правопреемства от СССР.

Кроме того, в отмеченный промежуток времени в СССР был принят новый ГПК РСФСР 1964 г., который в отличие от ГПК РСФСР 1923 г. уже содержал некоторые положения относительно принудительного исполнения решений международных коммерческих арбитражей1.

Рассмотрим наиболее важные с точки зрения настоящего исследования

положения указанных выше международных конвенций и ГПК РСФСР 1964 г.

Нью-Йоркская Конвенция 1958 г. представляет собой универсальное многостороннее соглашение, которое закрепляло возможность признавать и приводить в исполнение решения международных коммерческих арбитражей, расположенных на территории иностранного государства. На сегодняшний день в Нью-Йоркской Конвенции участвуют более 140 стран. Советский Союз при ратификации Конвенции 1958 г. сделал соответствующую оговорку о том, что СССР будет применять на условиях фактической взаимности положения настоящей Конвенции в отношении арбитражных решений, которые вынесены на территории стран, не являющихся участниками Конвенции2.

Важным достоинством Конвенции 1958 г. является то, что она определяет необходимую форму и реквизиты арбитражного соглашения (ст. II Конвенции), а равно представляет исчерпывающий перечень оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решений международных коммерческих арбитражей (ст. V).

Европейская Конвенция 1961 г. (в ней на сегодняшний день участвуют около 30 государств) детализирует положения Нью-Йоркской Конвенции и достаточно подробно описывает особенности арбитражного процесса (ст. IV).

Отдельно хотели бы отметить значение Московской Конвенции 1972 г. Принятие последней было во многом обусловлено усилением экономических взаимоотношений между странами Восточной Европы - участницами Совета Экономической Взаимопомощи (далее СЭВ). Первоначально участниками указанной Конвенции были Болгария, Венгрия, Германская демократическая республика, Куба, Монголия, Польша, Румыния, СССР, Чехословакия. Достоинством Московской Конвенции является то, что в силу её положений решение, вынесенное в международных коммерческих арбитражах судах стран - участниц Конвенции, не нуждается в признании в других странах - [57] [58] участницах Конвенции.[59] Государственный суд страны - участницы Конвенции обязан был выдать исполнительный лист на принудительное исполнение решения МКА без проведения соответствующего судебного разбирательства по выявлению наличия или отсутствия оснований для выдачи исполнительного листа.

Таким образом, фактически государственные суды стран - участниц Конвенции не обладали контрольной функцией в отношении решений международных коммерческих арбитражей, а лишь придавали законную силу указанным актам, выдавая соответствующий исполнительный лист.

Подобное регулирование, по нашему мнению, не было в полной мере эффективным, т.к. полное отсутствие государственного контроля со стороны судов за деятельностью МКА могло приводить к нарушению последними императивных норм законодательства стран - участниц рассмотренной выше Конвенции, что повышало уровень недоверия иностранных субъектов предпринимательской деятельности к данной форме разрешения споров.

Кроме того, Московская конвенция содержала другой очевидный недостаток: п. 2 ст. II Конвенции содержал императивную норму о закреплении обязательной подсудности международных коммерческих арбитражей, согласно которой местом проведения арбитражного разбирательства является арбитраж страны ответчика. Участники спорного правоотношения не могли своим соглашением каким-либо образом изменить указанную подсудность, что существенно ограничивало возможность выбора арбитражного органа. На настоящий момент участниками Московской Конвенции являются Российская Федерация, Куба, Монголия, Болгария и Румыния.

Рассмотрим более подробно положения ГПК РСФСР 1964 г. (далее ГПК). Так, ст. 27 указанного Кодекса предусматривала возможность договорной подведомственности гражданско-правового спора. В соответствии с указанной статьей, в случаях, предусмотренных законом или международными соглашениями, спор, возникший из гражданских правоотношений, по соглашению сторон мог быть передан на рассмотрение и разрешение третейского суда, Морской арбитражной Комиссии или Внешнеторговой арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате СССР.

Таким образом, в рамках национального процессуального законодательства была закреплена возможность рассмотрения гражданскоправовых споров не только государственными судами, но и международными коммерческими арбитражами. ГПК не содержал конкретных глав, посвященных вопросам оспаривания или приведения в исполнение решений МКА, однако обращают на себя внимание ряд положений раздела V ГПК («Исполнительное производство»). Так, в соответствии с п.1 и ст. 339 ГПК РСФСР, к исполнительным документам приравнивались исполнительные листы, которые выдавались на основании судебных актов ВТАК при ТПП СССР и арбитражей, образуемых для рассмотрения отдельных дел.

В соответствии с ст. 437 ГПК, порядок исполнения судебных актов иностранных судов и арбитражей определялся соответствующими международными соглашениями СССР. Решение иностранного арбитража могло быть предъявлено к принудительному исполнению в течение трех лет с даты вступления последнего в законную силу.

На основании вышеизложенных положений международных договоров, национального законодательства и главы 11 ГПК РСФСР о подсудности дел можно сделать следующие выводы:

Решения ВТАК при ТПП СССР приводились в исполнение на основании соответствующего исполнительного листа, который выдавался Верховным Судом РСФСР. При этом, соответственно государственный суд обязан был проверить наличие или отсутствие оснований для признания и приведения в исполнение решений ВТАК, предусмотренных ст. V Нью-Йоркской Конвенции (если стороны спора представляют страны- участницы Конвенции 1958 г.). Если же стороны спора представляли страны - участницы Московской

Конвенции 1972 г., то Верховный Суд РСФСР был не вправе проверять наличие или отсутствие отмеченных выше оснований и обязан был без проведения соответствующего судебного разбирательства выдать заявителю исполнительный лист на принудительное исполнение решения ВТАК при ТПП СССР. Аналогичная процедура была предусмотрена и для признания на территории СССР решений иностранных коммерческих арбитражей.

Несколько иная процедура была предусмотрена для выдачи исполнительного листа на решение МАК при ТПП СССР.

В соответствии с п. 27 Правил производства в Морской Арбитражной Комиссии, решение МАК вступало в законную силу по истечении одного месяца, если в течение это срока не была подана жалоба или принесен протест. В случае обжалования решения МКА последнее вступало в законную силу со дня вынесения Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда СССР определения об оставлении (жалобы) протеста без удовлетворения.

Согласно ч. 2 ст. 28 Правил, решение Комиссии, которое не было исполнено сторонами добровольно, приводилось в исполнение в соответствии с законом и международными соглашениями по вступлении судебного акта в законную силу. В этом случае председатель Комиссии по просьбе взыскателя выдавал ему документ, подтверждающий вступление решения в законную силу.

В силу п. 4 ст. 339 ГПК РСФСР, к исполнительным документам приравнивалась соответствующая надпись председателя Морской арбитражной комиссии при Торгово-промышленной палате СССР с отметкой о вступлении решения в законную силу.

Таким образом, на основе приведенных выше правовых норм можно сделать вывод, что для принудительного исполнения решения МАК при ТПП СССР даже не требовалось обращаться в государственный суд с соответствующим заявлением о выдаче исполнительного листа, достаточно было лишь предъявить к исполнению соответствующую надпись председателя МАК при ТПП СССР.

Теперь рассмотрим ряд вопросов, связанных с возможностью отмены решения МАК при ТПП СССР. Согласно п. 25 Правил производства, в течение месяца со дня вынесения Морской арбитражной комиссией мотивированного решения любая из сторон вправе была подать на данный судебный акт жалобу в Верховный Суд СССР, а Г енеральный прокурор СССР или его заместители - принести протест.

В силу п. 26 Правил, в случае существенного нарушения МАК при вынесении соответствующего решения норм материального и процессуального права судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда СССР вправе отменить это решение по протесту Председателя Верховного Суда СССР, Генерального прокурора СССР и их заместителей и возвратить дело в Морскую арбитражную Комиссию для нового рассмотрения в ином составе арбитров. В этом случае Морская арбитражная комиссия направляла сторонам соответствующее уведомление с предложением избрать новых арбитров в срок, установленный председателем Комиссии.

Таким образом, Верховный Суд имел полномочие по пересмотру арбитражных решений по существу и фактически являлся вышестоящим судебным органом по отношению к МКА.

По нашему мнению, подобное регулирование правоотношений между государственными судами и международными коммерческими арбитражами когда фактически последние выполняли функцию не судебного контроля, а функцию суда вышестоящей инстанции по пересмотру судебных актов, ставило под сомнение независимость МКА от мнения судей государственных судов, что в свою очередь существенно снижало привлекательность этой формы разрешения споров для субъектов предпринимательской деятельности.

В настоящее время пересмотр арбитражных решений по существу запрещен как Законом «О МКА», так и действующим АПК РФ. Отмена решений международных коммерческих арбитражей допускается лишь по исчерпывающему перечню оснований, предусмотренных законодательством о международном коммерческом арбитраже.

Что касается обжалования арбитражных решений ВТАК при ТПП СССР, то соответствующие Правила производства в указанном органе не содержали отдельную главу, посвященную вопросам обжалования решения арбитража. Поэтому нельзя однозначно ответить на вопрос о возможности оспаривания решений ВТАК. Однако, по нашему мнению, в данном случае будет вполне уместным использовать аналогию закона (ст. 1 ГПК РСФСР) и применять соответствующие положения об обжаловании решений МАК при ТПП СССР на решения, выносимые ВТАК при ТПП СССР.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14.12. 1987 г. № 8135- XI «Об Арбитражном Суде при ТПП СССР», Внешнеторговая Арбитражная Комиссия при ТПП СССР была преобразована в Арбитражный Суд при ТПП СССР с сохранением за новым органом практически всех функций, которые были характерны для ВТАК[60]. Дальнейшее развитие института признания и приведения в исполнение решений международных коммерческих арбитражей было связано с принятием Указа Президиума ВС СССР от 21.06.1988 г. № 9131- XI «О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей[61].

Данным Указом 1988 г. вносились некоторые изменения в действующее процессуальное законодательство. Так, если ранее рассмотрение ходатайства о признании в СССР иностранных арбитражных решений относилось к подсудности Верховного Суда СССР, то в силу ч.2 Указа 1988 г., вопрос о разрешении принудительного исполнения решения иностранного коммерческого арбитража рассматривался по ходатайству взыскателя Верховным Судом союзной республики (в республиках, не имеющих областного деления), областным и приравненными к нему судами по месту жительства (нахождения) должника, а если должник не имел места жительства (нахождения) в СССР либо место жительства (нахождения) должника неизвестно, - по месту нахождения его имущества. Согласно п. 7 Указа, определение суда о признании решения иностранного коммерческого арбитража могло быть оспорено в кассационном порядке в Верховный суд СССР.

Другими отличительными особенностями Указа 1988 г. являлись подробная регламентация содержания ходатайства о разрешении принудительного исполнения решения международного коммерческого арбитража (п.3) и представление исчерпывающего перечня оснований для отказа в принудительном исполнении арбитража (п.5).

Важное значение отмеченного выше Указа заключается также в том, что он является действующим подзаконным нормативно-правовым актом и применяется в части, которая не противоречит действующему АПК РФ (ст. 3 Федерального Закона от 24.07.2002 № 96-ФЗ «О введении в действие АПК РФ»[62] [63]. Законом РСФСР «Об арбитражном суде» от 04.07.1991 г. № 1543-1 в стране впервые создается система государственных арбитражных судов по разрешению споров в сфере экономической деятельности между

Л

организациями и предпринимателями . Особенности процессуальной формы осуществления правосудия государственными арбитражными судами стали регулироваться Арбитражным процессуальным кодексом РФ от 05.03.1992г. № 2447-1[64].

При этом, однако, АПК РФ 1992 г., как и АПК РФ от 05.05. 1995 г. № 70- ФЗ[65] вопросы обжалования и приведения в исполнение решений международных коммерческих арбитражей не регулировал; рассматриваемая категория дел по-прежнему относилась к подведомственности судов общей

юрисдикции.

Данный тезис также подтверждается ныне действующими положениями Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже» 1993 г.

В силу п. 2 ст. 6 Закона, функции по проверке компетенции международного коммерческого арбитража и по проверке наличия или отсутствия оснований для отмены решения арбитража исполняются областным и приравненными к нему судами по месту арбитража.

Лишь после принятия и вступления в законную силу действующего АПК РФ от 24.07.2002 г. № 95-ФЗ к подведомственности государственных арбитражных судов РФ стали относиться споры как по оспариванию и выдаче исполнительного листа на решения международных коммерческих арбитражей, функционирующих на территории РФ (гл. 30 АПК РФ 2002 г.), так и споры о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (гл. 31 АПК РФ 2002 г.), если последние вытекают из осуществления участниками спорных правоотношений предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом, как обоснованно отмечает профессор Т.А. Григорьева, в настоящее время государственные арбитражные суды непосредственно способствуют обществу в осуществлении контроля над всем государственным аппаратом[66].

Таким образом, подводя итоги проведенного в настоящем параграфе исследования, заметим, что институт государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей в российском государстве имеет достаточно продолжительную историю.

Данный контроль стал возможным после принятия Положении 1831 г. «О третейских судах», которое составной частью вошло в Свод законов Российской Империи 1832 г. Дальнейшая история развития рассматриваемого института связана с внесенными в Свод поправками 1864 г., согласно которым наряду с постоянно действующими арбитражами стало возможным создание арбитражей для рассмотрения и разрешения конкретного спора. Законодателем были определены основные формы государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей.

При утверждении советской власти в октябре 1917 г. институт международных торговых арбитражей был упразднен. Впервые в советском государстве деятельность арбитражей стала возможной в связи с созданием в 1930 г. Морской арбитражной комиссии при Торгово - промышленной палате СССР и созданием в 1932 г. Внешнеторговой арбитражной комиссии при Всесоюзной Торговой палате. Однако при этом в советском государстве долгое время отсутствовала соответствующая нормативно-правовая база института оспаривания и приведения в исполнение решений международных коммерческих арбитражей. Последняя возникла в связи с ратификацией СССР ряда международных соглашений, в частности: Нью-Йоркской Конвенции 1958 г., Европейской Конвенции 1961 г. и Московской Конвенции 1972 г. Внутренним процессуальным нормативно-правовым актом, регулирующим исполнение решений международных коммерческих арбитражей стал ГПК РСФСР 1964 г. Автор приходит к выводу, что современное регулирование рассматриваемого института стала возможным в связи с принятием в Российской Федерации ныне действующего Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 2002 г.

Таким образом, зародившись еще во времена российской империи в середине XIX столетия, институт государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей прошел длительный путь гармонизации и универсализации в соответствии с нормами международного права, прежде чем стать эффективным процессуальным институтом в современном российском законодательстве.

<< | >>
Источник: Гринёв Павел Дмитриевич. Государственный контроль за оспариванием и принудительным исполнением решений международных коммерческих арбитражей. ДИССЕРТАЦИЯ На соискание учёной степени кандидата юридических наук. Саратов - 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме §3. Развитие института государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей в дореволюционной и советской России.:

  1. СОДЕРЖАНИЕ
  2. §3. Развитие института государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей в дореволюционной и советской России.
  3. § 1. Правовая природа экономических споров и анализ алгоритмов их разрешения
  4. § 3 Товарные биржи
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -