<<
>>

§ 1. Обжалование постановления международного коммерческого арбитража о наличии у него компетенции, вынесенного как по вопросу предварительного характера

В предыдущей главе настоящей работы рассматривались опосредованные формы судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей. В настоящей главе работы будут рассмотрены формы непосредственного судебного контроля, связанные с ограниченной проверкой государственным арбитражным судом уже вынесенных международным

коммерческим арбитражем судебных актов.

Одной из форм непосредственного последующего контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей со стороны государственных арбитражных судов является рассмотрение заявлений заинтересованных лиц об отмене постановления МКА о наличии у него компетенции, вынесенного как по вопросу предварительного характера.

Регулированию данного вопроса подробно посвящены положения ст. 16 Закона «О МКА» и ст. 235 АПК РФ. В настоящем параграфе будут рассмотрены основные вопросы правоприменительной практики по данной форме непосредственного контроля.

В силу п. 1 ст. 16 Закона «О МКА», международный коммерческий арбитраж вправе вынести постановление о наличии у него компетенции на рассмотрение конкретного спора, в том числе по любым возражениям относительно наличия или действительности арбитражного соглашения (оговорки). Для этого заинтересованной стороне необходимо представить в арбитраж соответствующее заявление об отсутствии у МКА компетенции не позднее дня представления возражений по исковому заявлению (ч. 2 ст. 16 Закона). При этом международный коммерческий арбитраж вправе вынести промежуточное постановление о наличии у него компетенции как по вопросу предварительного характера, так и непосредственно отразить этот вопрос в судебном акте по существу спора. В первом случае постановление арбитража может быть оспорено в арбитражный суд соответствующего субъекта Российской Федерации в порядке, предусмотренном ст. 235 АПК РФ.

Кроме того, оспаривание подобного постановления допускается и Европейской Конвенцией 1961 г., участницей которой в настоящий момент является Российская Федерация.

Так, в силу п. 3 ст. 5 Конвенции, арбитражный суд, против которого заявлено ходатайство об отсутствии у него компетенции на разрешение конкретного спора, не должен отказываться от разбирательства дела и правомочен самостоятельно вынести решение по вопросу о своей компетенции, которое в дальнейшем может быть объектом обжалования в компетентном государственном суде в соответствии с законодательством страны суда.

Из приведенных выше положений, можно сделать следующие основные выводы. В отличие от «внутренних» третейских судов, которые обязаны рассматривать соответствующие заявления и выносить определения о своей компетенции как по вопросу предварительного характера (п. 4 ст. 17 Закона «О третейских судах в РФ»), международный коммерческий арбитраж обладает более широкими полномочиями и вправе вынести постановление по заявлению заинтересованной стороны либо как вопросу предварительного характера, либо отразить данный вопрос непосредственно в решении по существу спора (п. 3 ст. 16 Закона о «МКА»[85] [86] [87]). При этом, как правомерно отмечено арбитром Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово - промышленной палате РФ (далее по тексту МКАС при ТПП РФ) Б.Р. Карабельниковым, вынесение судом отдельного промежуточного постановления о своей юрисдикции является правом, но не обязанностью международного коммерческого арбитража, и заставить арбитраж вынести отдельное постановление не могут как сами участники арбитражного

Л

разбирательства, так и государственный арбитражный суд . При этом нормы ст. 235 АПК РФ могут применяться только для судебных актов международных коммерческих арбитражей, которые приняты на территории РФ и, ввиду отсылки к п. 1 ст. 230 АПК РФ, не могут быть использованы по отношению к

постановлениям аналогичного рода иностранных арбитражей .

Необходимо отметить, что с 06.08.2014 г. вступил в силу Федеральный конституционный закон от 05.02.2014 г. № 3 - ФКЗ «О Верховном Суде

Российской Федерации»[88] [89].

В силу ч. 1 ст. 2 отмеченного выше закона, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации прекращает свое функционирование, а Верховный Суд Российской Федерации стал единственным высшим судебным органом по разрешению экономических споров. В то же время наблюдается воля законодателя на преемственность судебной практики. Так, в силу п. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона от 04.06.2014 г. № 8 - ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «Об арбитражных судах в Российской Федерации и статью 2 Федерального конституционного закона «О Верховном Суде Российской Федерации» , разъяснения по вопросам судебной практики применения законов и иных и иных нормативных правовых актов, данные Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сохраняют свою силу до принятия соответствующих решений Пленумом Верховного Суда Российской Федерации.

Аналогичную позицию высказал законодатель и в п. 3 ч. 3 ст. 170 АПК РФ, согласно которой в мотивировочной части решения арбитражного суда могут содержаться ссылки на постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившие силу постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, а также на постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сохранившие силу постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

В связи с тем, что по рассматриваемой теме исследования Верховным Судом Российской Федерации не было вынесено отдельных Постановлений, считаем целесообразным в обоснование соответствующих доводов в дальнейшем ссылаться на действующие Постановления Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Важной отличительной особенностью российского законодательства является то, что заинтересованная сторона вправе обжаловать в арбитражный суд лишь предварительное постановление арбитража о наличии компетенции, но не об её отсутствии. На указанное выше обстоятельство неоднократно обращал внимание в своих Постановлениях Высший Арбитражный Суд Российской Федерации.

Так, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.05.2008 г. № 2384/08, суд указал, что ни ч. 1 ст. 235 АПК РФ, ни п. 3 ст. 16 Закона «О международном коммерческом арбитраже» не предусмотрено оспаривание актов МКА об отсутствии у последних компетенции на рассмотрение спора. На основании вышеизложенного, дело не может подлежать рассмотрению в арбитражном суде и, соответственно, подлежит прекращению со ссылкой на п. 1 ч. 1 ст. 150 АПК РФ[90] [91]. На основании указанного Постановления происходило в дальнейшем формирование судебной практики нижестоящих судов. Так, Федеральный арбитражный суд Московского округа в своем Постановлении от 11.06.2009 г. № КГ-А40/4951-09, отменяя определение Арбитражного Суда г. Москвы, указал, что с учетом положений ч. 1 ст. 235 АПК РФ и п. 3 ст. 16 Закона «О МКА» арбитражный суд не правомочен решать вопрос об отмене подобных решений МКА. Однако суд первой инстанции не применил положения п. 1, ч. 1 ст. 150 АПК РФ и не прекратил производство по делу, чем нарушил единообразие в толковании и применении арбитражным судом норм права2.

Другим спорным моментом, возникающим на практике, является возможность применения положений ст. 235 АПК РФ к определениям «внутренних» третейских судов о наличии у них компетенции по рассмотрению соответствующего спора. Ст. 17 Закона «О третейских судах в Российской Федерации» подобного полномочия заинтересованной стороне не предоставляет. К сожалению, единообразной позиции по данному вопросу не сложилось даже среди судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Так, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.11.2010 г. № 9521/10 суд отметил, что в силу ч. 1 ст. 235 АПК РФ, в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации и федеральным законом, любая сторона третейского разбирательства вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением об отмене постановления третейского суда предварительного характера о наличии у него компетенции; соответствующего международного договора о третейских судах в Российской Федерации существовать не может.

На основании вышеизложенного, дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде и подлежит прекращению по правилам п. 1 ст. 1 ст. 150 АПК РФ[92] [93].

Однако, по мнению профессора Т.Н. Нешатаевой, ст. 235 АПК РФ необходимо толковать более широко и, применяя аналогию закона, распространить её действие на определения «внутренних» третейских судов, т.к. Федеральный закон «О третейских судах в Российской Федерации» не предполагает прямого запрета на подобное обжалование, что и было изложено ей в своем особом мнении к указанному выше Постановлению Президиума ВАС РФ.

Считаем возможным не согласиться с подобной точкой зрения. В соответствии с положениями общей теории права, нормы закона следует толковать буквально, если самим законом не предусмотрено иное. Если Закон «О МКА» прямо допускает обжалование постановления арбитража о наличии у него компетенции, то в ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» подобное указание отсутствует. Поэтому полагаем невозможным применение в данном случае аналогии закона.

Аналогичной позиции, в частности, придерживается М.Э. Морозов .

Далее рассмотрим непосредственно отдельные процессуальные особенности, связанные с рассмотрением в государственном арбитражном суде заявлений по вопросу компетенции международного коммерческого арбитража.

В соответствии с ч. 3 ст. 235 АПК РФ, государственный арбитражный суд рассматривает заявление по вопросу компетенции МКА по правилам, предусмотренным настоящим параграфом. Подсудность спора определяется арбитражным судом субъекта РФ, на территории которого принято соответствующее постановление международного коммерческого арбитража (ч. 3 ст. 230 АПК РФ). Срок для подачи подобного заявления определяется одним месяцем с момента получения стороной уведомления о постановлении международного коммерческого арбитража. Так как данный срок является процессуальным, то он может быть восстановлен арбитражным судом при наличии уважительных причин в соответствии с положениями ч. 1 и ч. 2 ст. 117 АПК РФ.

Дата начала исчисления данного срока является достаточно дискуссионным вопросом в практике государственных арбитражных судов. По данному факту приведем следующий случай из практики Конституционного Суда Российской Федерации. Иностранная организация обратилась в Конституционный Суд Российской Федерации с соответствующим заявлением о признании противоречащими Конституции Российской Федерации ч. 2 ст. 235 Арбитражного Процессуального Кодекса Российской Федерации и п. 3 ст. 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже». По мнению заявителя, данные нормы, определяющие месячный срок для подачи соответствующего заявления об оспаривании постановления международного коммерческого арбитража, содержат правовую неопределенность относительно момента исчисления данного срока. Поводом для обращения в Конституционный Суд Российской Федерации стали выводы, изложенные в определении Арбитражного Суда г. Москвы и в постановлении Федерального арбитражного суда Московского Округа, которыми было отменено предварительное постановление МКАС при ТПП РФ о наличии у последнего компетенции. Одной из сторон данного судебного разбирательства была отмеченная выше иностранная организация.

В мотивировочной части своих судебных актов государственные арбитражные суды указали, что месячный срок, предоставленный процессуальным законодательством для обжалования предварительного постановления арбитража, необходимо исчислять с момента получения заинтересованной стороной копии оспариваемого постановления.

Не согласившись с данным выводом государственных арбитражных судов, иностранная организация обратилась с соответствующим запросом в Конституционный Суд Российской Федерации, полагая, что отмеченные выше нормы Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже» и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации содержат правовую неопределенность относительно момента начала исчисления месячного срока для обжалования предварительного постановления арбитража. По мнению заявителя, месячный срок необходимо исчислять не с момента получения заинтересованной стороной копии постановления арбитража, а с момента его изготовления в полном объеме. Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 28.05.2009 г. № 623-О-О с позицией заявителя не согласился и отметил, что отмеченные выше правовые нормы в совокупности необходимо толковать таким образом, что месячный срок необходимо исчислять именно с момента получения заинтересованной стороной копии предварительного постановления. В противном случае будет нарушаться конституционное право заинтересованной стороны на равный доступ к правосудию и справедливое судебное разбирательство[94].

Далее рассмотрим иные процессуальные предпосылки обращения в суд с рассматриваемым требованием. Так, заинтересованное лицо к своему заявлению обязано приложить документ, подтверждающий уплату государственной пошлины в установленном законом размере. На сегодняшний день в силу п. 11 ч. 1 ст. 333.21 Налогового Кодекса Российской Федерации, размер государственной пошлины по данному требованию составляет 3 000 рублей.

Важной особенностью непосредственно судебного разбирательства по данной категории споров является правомочие арбитражного суда по ходатайству обеих сторон истребовать материалы дела из МКА.

При этом в судебном разбирательстве арбитражный суд должен проверить действительность арбитражного соглашения, а равно

арбитрабильность конкретного спора, т.е. юридическую допустимость заключения арбитражного соглашения в данном случае. Если арбитражный суд приходит к выводу о не арбитрабильности спора, последний выносит определение об отмене постановления МКА о наличии у него компетенции (ч. 4 ст. 235 АПК РФ)[95]. Что касается вопросов действительности арбитражного соглашения, то арбитражный суд обязан проверить надлежащую форму арбитражного соглашения (ст. 7 Закона «О МКА»), а также надлежащую право - и дееспособность сторон спора и их представителей. При определении действительности арбитражного соглашения суд должен руководствоваться положениями закона места проведения арбитража (lex arbitri), но так как применение ст. 235 АПК РФ возможно только при проверке предварительной компетенции российских МКА, то применению подлежат нормы российского права, что на практике обычно не вызывает каких-либо затруднений. Арбитражный суд проверяет форму арбитражного соглашения в соответствии с указанными выше требованиям закона «О МКА», а также в соответствии с требованиями гражданского законодательства РФ о форме и основаниях недействительности сделок. Полномочия представителей соответственно

проверяются по правилам гл. 10 ГК РФ и гл. 6 АПК РФ.

Кроме того, при определении действительности арбитражного соглашения (оговорки), государственным арбитражным судам необходимо руководствоваться принципом «автономности» арбитражного соглашения, закрепленного в ч. 1 ст. 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже». В силу отмеченной выше нормы права, арбитражное соглашение, которое является частью договора, должно толковаться как соглашение, которое не зависит от других условий договора. Решение МКА о том, что договор недействителен, не влечет за собой в силу закона недействительность арбитражной оговорки. Указанный довод находит свое подтверждение в сложившейся судебной практике. В качестве примера приведем Постановление Федерального арбитражного Московского Округа от 24.01.2012 г. Согласно данному судебному акту, иностранная организация обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании недействительным предварительного постановления МКАС при ТПП РФ о наличии у арбитража компетенции на рассмотрение и разрешение спора. В обоснование своих доводов заявитель сослался на заключенный между ним и российским юридическим лицом договор поставки оборудования. Представитель иностранной организации в судебном заседании сослался на то обстоятельство, что представитель заявителя при подписании соответствующего договора не обладал соответствующими полномочиями на его заключение. Поэтому, по мнению заинтересованного лица, является недействительным (ничтожным) как сам договор поставки, так и содержащаяся в нем арбитражная оговорка, согласно которой все споры между сторонами, вытекающие из данного договора, подлежат рассмотрению и разрешению в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации.

Государственный арбитражный суд первой инстанции с позицией заявителя согласился, признал предварительное постановление арбитража недействительным вследствие ничтожности, по его мнению, как самого договора поставки, так и содержащейся в этом договоре арбитражной оговорки

2001. С. 1.

(соглашения). Суд кассационной инстанции определение Арбитражного суда г. Москвы отменил, в удовлетворении требований заявителя отказал по следующим основаниям. Несмотря на то, что представитель иностранной организации действительно не обладал полномочиями на подписание договора поставки, в материалы дела были представлены допустимые доказательства, а именно доверенность, предполагающая полномочия представителя на передачу спора на рассмотрение международного коммерческого арбитража и на подписание соответствующего арбитражного соглашения (оговорки).

На основании вышеизложенного, Федеральный арбитражный суд Московского Округа со ссылкой на ст. 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже» отметил, что сама по себе ничтожность договора не влечет недействительность содержащейся в ней арбитражной оговорки, следовательно МКАС при ТПП РФ обладал компетенцией по рассмотрению и разрешению возникшего спора1.

При определении действительности арбитражного соглашения и надлежащей право- и дееспособности сторон суд должен руководствоваться положениями законодательства, действовавшего на момент составления оспариваемого соглашения.

В обоснование приведенной выше позиции приведем следующий пример из судебной практики. В Президиуме Высшего Арбитражного Суда РФ рассматривался спор между иностранной компанией и Министерством транспорта РФ, в котором Министерство оспаривало предварительное постановление арбитража ad hoc в г. Москве о наличии у последнего компетенции на рассмотрение возникшего спора. В обоснование своих требований государственный орган ссылался на тот факт, что соответствующий договор и арбитражная оговорка были заключены иностранной компанией и Министерством гражданской авиации СССР 28.08.1991 г. Так как Министерство транспорта не является правопреемником последнего, то на него

не распространяются положения арбитражной оговорки.

Арбитражный суд г. Москвы с позицией Министерства согласился и заявленные требования удовлетворил. Федеральный арбитражный суд Московского Округа определение арбитражного суда первой инстанции отменил, в удовлетворении заявленного требования отказал со ссылкой на то обстоятельство, что изменение структуры федеральных органов

исполнительной власти не влияет на действительность обязательств, перешедших к Российской Федерации по ранее заключенным внешнеэкономическим контрактам. Президиум ВАС РФ в своем

Постановлении от 12.12.2005 г. № 9982/05, отменив Постановление

Федерального арбитражного суда Московского Округа, оставил в силе Определение Арбитражного Суда г. Москвы, изменив, однако, формулировку принятого судебного акта.

ВАС РФ отметил, что при определении действительности арбитражного соглашения судам необходимо было руководствоваться не положениями действующего российского законодательства, а законодательства, действовавшего на момент заключения арбитражного соглашения. На момент заключения договора и арбитражной оговорки порядок заключения внешнеэкономических договоров регулировался Постановлением Совета Министров СССР от 14.02.1978 г. № 122 «О порядке подписания внешнеторговых сделок». В соответствии с ним, подобные сделки должны подписываться двумя лицами (руководителем и его заместителями или иными лицами, уполномоченными на подписание доверенностью). Так как в материалы дела не были представлены доказательства, подтверждающие должностное положение подписавших соглашение лиц от имени Министерства гражданской авиации СССР, ВАС РФ пришел к выводу о недействительности арбитражного соглашения1.

Помимо отмеченных выше процессуальных предпосылок действительности арбитражного соглашения, государственным арбитражным судам Российской Федерации также необходимо учитывать, что арбитражная оговорка должна содержать четкое и недвусмысленное наименование арбитражного учреждения, в котором будет рассмотрен возможный спор сторон. В противном случае данная арбитражная оговорка может быть признана государственным арбитражным судом неисполнимой, а предварительное постановление арбитража о наличии у последнего компетенции - недействительным.

В обоснование указанного довода приведем следующий пример из практики государственных арбитражных судов. В определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.07.2012 г. № ВАС - 8147/12 описывается спор, в котором российская и иностранная организация заключили между собой договор аренды офисных помещений. В качестве одного из условий данного договора стороны указали, что все споры, которые могут возникнуть между сторонами, подлежат разрешению в арбитраже в соответствии с Регламентом МКАС при ТПП РФ. После возбуждения производства по делу в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, последний вынес предварительное постановление о наличии у него компетенции на рассмотрение и разрешение возникшего спора. Не согласившись с указанным постановлением, российская организация обратилась в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании недействительным предварительного постановления арбитража. В обоснование своих доводов заявитель сослался на то обстоятельство, что из заключенной сторонами спора арбитражной оговорки невозможно сделать вывод о согласовании сторонами арбитражного учреждения. Суды первой и кассационной инстанций с позицией заявителя согласились, заявленные требования удовлетворили в полном объеме. В обоснование своей позиции суды указали, что сама по себе ссылка на Регламент лишь подразумевает процедуру формирования арбитража, а не

соглашение о передаче спора в МКАС при ТПП РФ. Регламент МКАС не содержит запрета на применение его положений иными арбитражными судами, в том числе судами ad hoc. Поэтому государственные арбитражные суды пришли к выводу о том, что арбитражное соглашение между сторонами является неисполнимым, а предварительное постановление арбитража о наличии у него компетенции - недействительным1.

Таким образом, для разрешения вопроса о предварительной компетенции МКАС, арбитражный суд должен обладать достаточной доказательственной базой, связанной с надлежащим определением различных дефектов арбитражного соглашения, арбитрабильным характером спора, вовлечением в спор лиц, не являющихся сторонами арбитражного соглашения.

По результатам рассмотрения заявления об отмене предварительной компетенции международного коммерческого арбитража, арбитражный суд выносит определение по правилам, установленным в главе 20 АПК РФ (ч. 1 ст. 234 АПК РФ), т.е. определение суда должно состоять из вводной, описательной, мотивировочной и резолютивной частей и содержать все необходимые реквизиты, предъявляемые к решению суда первой инстанции (ч. 1, ч. 2 ст. 170 АПК РФ).

Хотя ч. 3 ст. 16 Закона «О МКА» предусматривает, что определение суда по вопросу предварительной компетенции обжалованию не подлежит, АПК РФ 2002 г., как уже было отмечено выше, допускает возможность оспаривания определения в арбитражный суд кассационной инстанции в течение месяца со дня вынесения определения. Кроме того, последнее может быть в дальнейшем пересмотрено в порядке надзора Верховным Судом Российской Федерации по правилам гл. 36.1 АПК РФ.

Подобная форма предварительного контроля характерна и для ряда зарубежных государств. Так, в силу п. 2 ч. 1 § 1062 Германского

процессуального уложения, к подсудности высшего суда земли относятся споры об оспаривании постановления международного коммерческого арбитража о наличии у него компетенции, принятого как по вопросу предварительного характера. По аналогии с российским законодательством (ст. 235 АПК РФ, ст. 16 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже»), международный коммерческий арбитраж может вынести постановление о наличии у него компетенции как по вопросу предварительного характера (§ 1040 ГПУ ФРГ). В соответствии с данной нормой права МКА, функционирующий на территории ФРГ, вправе, но не обязан вынести постановление предварительного характера о наличии у него компетенции на рассмотрение спора. Последнее может быть обжаловано стороной арбитражного разбирательства в компетентный государственный суд в течение одного месяца со дня вынесения арбитражем оспариваемого постановления, при этом сам факт оспаривания последнего не препятствует арбитражу рассмотреть возникший спор по существу и вынести по нему решение (п. 3 § 1040 ГПУ ФРГ).

В заключении рассмотрения настоящего вопроса обозначим основные выводы проведенного исследования.

В настоящее время международные коммерческие арбитражи, функционирующие на территории Российской Федерации, вправе до рассмотрения ими спора по существу вынести соответствующее постановление о наличии у них компетенции (предварительное постановление). Данная функция является правом, а не обязанностью суда. Российское

законодательство допускает лишь обжалование в государственный арбитражный суд предварительного постановления о наличии, а не об отсутствии у него компетенции. В противном случае производство в государственных арбитражных судах подлежит прекращению на основании ст. 150 АПК РФ. Срок для обжалования предварительного постановления арбитража составляет один месяц с момента получения заинтересованной стороной копии предварительного постановления арбитража.

В рамках рассмотрения заявления государственный арбитражный суд вправе по ходатайству обеих сторон истребовать материалы дела из международного коммерческого арбитража. В рамках рассмотрения данного заявления государственный арбитражный суд обязан проверить действительность арбитражного соглашения и арбитрабильность конкретного спора. Действительность арбитражного соглашения определяется надлежащей формой арбитражного соглашения, а также надлежащей право- и дееспособностью сторон арбитражного разбирательства. При определении действительности арбитражного соглашения судам необходимо руководствоваться положениями закона, действовавшего на момент заключения арбитражного соглашения. По результатам рассмотрения заявления суд выносит определение по правилам, предусмотренным для принятия решения. Последнее может быть обжаловано в суд кассационной инстанции.

В завершении рассмотрения настоящего вопроса хотели бы отметить, что предварительная проверка арбитражным судом компетенции МКА на ранней стадии арбитражного разбирательства поможет определить отсутствие компетенции МКА на рассмотрение и разрешение конкретного спора, что позволит значительно сэкономить процессуальное время как сторон, так и арбитров, значительно сократить судебные издержки участников спорного правоотношения. Однако при этом необходимо учитывать, что вынесение предварительного постановления является правом, а не обязанностью суда (ст. 16 Закона «О МКА»), и любой судебный контроль должен носить исключительно ограниченный характер. В противном случае будет нарушаться принцип невмешательства государственного арбитражного суда в деятельность арбитражей (ст. 5 Закона «О МКА»).

<< | >>
Источник: Гринёв Павел Дмитриевич. Государственный контроль за оспариванием и принудительным исполнением решений международных коммерческих арбитражей. ДИССЕРТАЦИЯ На соискание учёной степени кандидата юридических наук. Саратов - 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 1. Обжалование постановления международного коммерческого арбитража о наличии у него компетенции, вынесенного как по вопросу предварительного характера:

  1. 1. Понятие гражданской юрисдикции
  2. 2. Совершенствование договорного механизма в рамках Европейского союза
  3. СОДЕРЖАНИЕ
  4. § 2. Правовая природа государственного судебного контроля за деятельностью международных коммерческих арбитражей
  5. § 1. Обжалование постановления международного коммерческого арбитража о наличии у него компетенции, вынесенного как по вопросу предварительного характера
  6. Глава 2. Классификации процессуальных фактов
  7. Глава 2. Применение теорий во взаимодействии
  8. § 4. Способы и порядок защиты прав сторон по международному контракту. Международный арбитраж
  9. § 4. Критерии деления отношений на материально-правовые н процессуальные в смешанной теории международного коммерческого арбитража.
  10. §2. Сравнительно-правовой анализ международно-правовых и национальных норм о труде членов экипажей рыболовных судов
  11. §1. Рассмотрение трудовых споров о праве в судебных и квазисудебных органах
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -