Аргейские жертвоприношения

О характере культа аргеев в архаическом Риме известно очень мало, но в современной историографии написано достаточно много^[827]. Хотя довольно многие античные авторы так или иначе касаются аргейского культа, однако ни один из них не дает достаточно ясной картины этого ритуала.

Согласно Варрону (L, L. V. 45), аргейскими назывались 27 святи­лищ, находившихся в четырех древнейших регионах Рима, которые обычно называют трибами царя Сервия Туллия. Римский антиквар считает, что название Argei связано с вождями, прибывшими в Рим вместе с Геркулесом Аргивским. Фест же уточняет; «Аргейскими (не­которые) места в Риме назывались оттого, что в этих местах были по­хоронены выдающиеся мужи из греков» (Fest. Р. 18 L.). Перечисляя места расположения святилищ, Варрон практически ничего не говорит о характере связанных с ним священнодействий. В другом месте своего сочинения (L. L. VII. 44) он указывает, что аргеями также назывались 27 сделанных наподобие людей тростниковых кукол, которые сбрасы-

1.7. Сакральное право как первооснова римского права

вались государственными жрецами в Тибр с так называемого свайного моста (pons Sublicius). Согласно Овидию (Fast. V. 621 s.) и Плутарху (Rom. quaest. 32), этот обряд происходил в Риме в ночь с 14 на 15 мая, когда весталки сбрасывали с дубового моста чучела старых мужей. Эти чучела являлись заменой древних человеческих жертвоприношений богу Сатурну, что явствует из следующих слов Овидия (Fast. 627-628):

«Старцу, несущему серп, приносите два тела народа

В жертву, ввергая тела в тускской глубины реки».

Более подробно эти жертвоприношения Сатурну описывает Диони­сий Галикарнасский (Dionys. I. 38. 3). Он указывает, что предваритель­но в соответствии с законами (ката той? порой?) совершались жерт­воприношения, затем созывались понтифики, наиболее важные жрецы, весталки, преторы (сттратцуо'і) и те из граждан, которые имели право присутствовать на ритуале. По версии Дионисия в Тибр сбрасывалось не 27, а 30 соломенных чучел, изображавших людей со связанными руками и ногами (Dionys. 1. 38. 2). К этому описанию следует добавить замечание Плутарха, что во время этого празднества фламиника - вер­ховная жрица Юноны - должна была облачаться в траур, избегать омо­вения и не носить украшений (Rom. quaest. 86).

Чаще всего античные авторы связывают введение аргейских жерт­воприношений с приходом Геркулеса в Италию, что датируется ими где-то второй половиной ТІ тысячелетия до н.э. В связи с этим необхо­димо упомянуть отрывок из Дионисия, который рассказывает о некоем Додонском оракуле, написанном на бронзовом треножнике весьма ар­хаичным языком. В этом оракуле пеласгам было предписано совершить три типа жертвоприношений в случае их счастливого переселения в Италию. Первое жертвоприношение - десятая часть собственности (decima) - должна была быть принесена Аполлону, вторая - человече­ские головы - Юпитеру, сыну Сатурна, а третье - человеческое тело - самому Сатурну^[829]. Этот порядок жертвоприношений сохраняли и рим-

ляне в течение довольно долгого времени. Хотя Дионисий указывает, что Геркулес якобы заменил человеческие жертвоприношения соло­менными чучелами. По другой версии введение этого жертвоприноше­ния связывают с Эвандром, совершавшим ритуальные жертвы аргивян, всегда враждовавших с аркадцами {Plut. Rom. quaest. 32). Иногда этот ритуал связывают с обычаем сбрасывать с моста шестидесятилетних старцев, причиной появления которого древние считали голод, царив­ший в Риме после нашествия галлов в 390 г. до н.э., либо избиратель­ный закон того же времени, запретивший римлянам, достигшим 60 лет, участвовать в выборах на народных собраниях {Fest.

Кроме майского празднования аргеев известна также ритуальная процессия к Аргейским святилищам (itur ad Argeos. - Ovid. Fast.

III. 792), происходившая ежегодно в ночь с 16 на 17 марта. О характере этого ритуала практически ничего не известно. Возможно, он также связан с Сатурном и Юпитером, так как именно этой ночью года Са­турн был низвергнут с престола своим сыном Юпитером {Ovid. Fast.

III. 793-796). Вероятно, именно с этой процессией связан траур жрицы Юпитера (flaminica Dialis). Это следует из слов Авла Геллия, который пишет (X. 15. 30): «Когда она ходит к Аргеям, ей нельзя ни у краї нагъ голову, ни причесывать волосы». Любопытно, что ей вообще было запрещено когда-либо подниматься более чем на три ступеньки любой лестницы кроме «греческой». Возможно, под «греческими» Авл Геллий подразумевает лестницы, ведшие к Аргейским святилищам.

Приведенные данные о святилищах аргеев и о сбрасываемых с мос­та соломенных аргейских чучелах интерпретируются историками весь­ма разнообразно. Одни в жертвоприношениях соломенных кукол видят умилостивительную жертву богу реки Тибр^[830], другие, связывая их с Компиталиями, видят в них культ умерших и героев^[831], третьи расцени­вают аргейский ритуал как празднество открытия пресноводного пути

или как молитвы, вызывающие дождь, или как праздник урожая и т.д?⁷⁰ Аналогии культу аргеев находят в ежегодном ритуале жертвоприноше­ний Церере 10 августа, в государственных жертвах Геркулесу на глав­ном алтаре (ага maxima) 12 августа, в празднестве Доброй Богини (Bona Dea) в ночь с 3 на 4 декабря^{[832] [833], в жертвоприношениях 1 марта, в день Матроналий и шествия салиев {Ovid, Fast. III. 330-348)[834] и, наконец, в ночных жертвоприношениях Манам во время Лемурий 9 мая {Ovid.}

Ключевым в нашем анализе является толкование места у Ливия, в котором упоминаются Аргейские святилища. Этот римский историк, описывая установленные Нумой Помпилием религиозные ритуалы, приводит следующие подробности: «Он (Нума) освятил и многие дру­гие жертвоприношения и места для совершения жертв, которые понти­фики называют Аргейскими»^[836]. Этот текст можно трактовать двояко. Поскольку этой фразой Ливий завершает перечень различных религи­озных законов Нумы, то под Аргейскими жертвоприношениями и свя­тилищами можно понимать либо все те, которые не вошли в этот пере­чень, либо также и те, которые он упомянул в этом перечне. Последни­ми же Ливий упомянул священную рощу, посвященную божествам водных источников Каменам, а также святилище бога Верности (sacrarium Fidei). Эти святилища напрямую не связаны с майским жерт­воприношением аргеев, поэтому столь расширительная трактовка тек­ста Ливия может показаться по меньшей мере странной. Но одно мож­но сказать с уверенностью: Ливий считал, что Аргейские жертвопри­ношения и святилища весьма многочисленны и разнообразны (multa

alia sacrificia locaque). Лучше понять этот текст Ливия позволяет рас­смотрение перечня Аргейских святилищ у Варрона.

Начнем с нелегкой задачи локализации святилищ Аргеев на терри­тории Рима царской эпохи. Описание святилищ, данное Барроном, послужит нам путеводителем, способствующим решению этой пробле­мы. Любопытно, что начинает он свое изложение с деления всех святи­лищ по четырем древнейшим регионам Рима, не включая сюда ни Ка­питолийского, ни Авентинского холмов, описание которых он дает отдельно, вне какой-либо связи с Аргейскими святилищами (Varr.

«Остальные места города были некогда разделены, когда 27 святи­лищ Аргеев были распределены по частям города. Считают, что Аргеи так названы от вождей, которые вместе с Геркулесом Аргивским прибыли в Рим и поселились в Сатурнии. Из этих (мест) первое записа­но как Субуранский регион, второе - как Эсквилинский, третье - как Коллинский, четвертое - как Палатинский».

Современные историки убеждены, что Варрон не дает практически никаких сведений о характере святилищ Аргеев, лишь перечисляя мес­та, в которых они расположены. Многие исследователи связывают Ар­геев с общественными жертвоприношениями sacra pro sacellis^[837] и видят в них святилища 27 или 30 курий древнейшего Рима^[838]. Однако, не от­рицая принципиальной связи Аргейских святилищ с куриатным деле­нием Рима, следует подчеркнуть, что Варрон лишь один раз употребля­ет термин sacellum в отношении аргейских мест, дважды пользуясь термином sacrarium. Обычно же античные авторы используют ней­тральный термин loca. Г. Виссова совершенно справедливо отмечает, что sacellum - это чисто технический термин, обозначающий всякое огороженное ос в яденное место, не имеющее крыши (Fest. Р. 422 L.)^[839]. Следовательно, приведенная выше трактовка еще не объясняет харак­тера аргейских святилищ. Необходимо отметить, что святилища аргеев, согласно Варрону, размещаются либо в небольших деревянных хижи­нах (tabemola), либо в огороженных священных участках (sacellum), находящихся в священных же рощах, либо перед (cis) зданием того или

иного храма, либо внутри (apud) храма. То, что предлог apud в древней книге «О священнодействиях аргеев», цитируемой Варроном, означает именно «внутри», подтверждается описанием местонахождения пятого Аргейского святилища Коллинского региона. Это святилище находи­лось в храме бога Клятвы (deus Fidius), в той его части, которая названа в книге Аргейских священнодействий словом delubrum ( Varr.

В описании Варрона (L. L. V. 46-54) обхода жрецами 27 святилищ в соответствии с инструкцией священной книги понтификов «Об аргей­ских жертвоприношениях» нельзя не заметить, что совершался он по большей части вдоль городских стен, а остановки очень часто делались на перекрестках дорог и у городских ворот. Еще Е.М. Штаерман отме­тила сходство древнего римского праздника очищения города Септи- монция и аргейского обряда^[841]. Правда, первый происходил в декабре (Fest. Septimont. P. 458 459 L.), а обход Аргейских святилищ - в марте и мае, однако несомненно общим был характер обряда очищения всего города - lustrum. Обходили римляне все наиболее важные в древней­шем культе религиозные места. Это и храм Юпитера Фидия, и алтарь Юпитера Лациарского, и храм Юноны Луцины, и храмы Ромула на Германии и богов Пенатов на Ведийском холме. Именно внутри этих храмов (apud aedem) находились Аргейские святилища, а значит, они были связаны каким-то образом и с их культами. Сразу же встает во­прос, что помимо религиозного обхода границ города объединяло хра­мы столь разных богов под общим названием «святилища Аргеев»?

Здесь необходимо вновь вернуться к легенде, объясняющей проис­хождение ритуала сбрасывания соломенных чучел аргеев с моста в Тибр. Дело в том, что легенда о замене человеческих жертвоприно­шений Юпитеру и Сатурну человеческими изображениями в равной мере приписывается и мифическому Геркулесу, и более реальному царю Нуме Помпилию, Причем необходимо отметить, что происхож­дение аргейских чучел связано отнюдь не только с ночным ритуалом 14 мая. Макробий говорит, что Геркулес также во время зимних Са­турналий приносил в жертву Сатурну вместо людей восковые свечи, а Юпитеру Диту вместо человеческих голов - восковые или глиняные человеческие фигурки (Sat. Г 2. 47-48). Любопытно, что это так же, как и 14 мая, был ночной ритуал, сопровождавшийся ритуальным предрассветным купанием в Тибре {Tert. Apol. 42). Такая же замена жертвоприношений Юпитеру и Сатурну, видимо, имела место и 1 марта во время празднества Салиев, связанного с культами Марса и Пенатов. Наконец, человеческие жертвоприношения 23 декабря, в один из последних дней Сатурналий, называвшийся Компиталии, также были заменены на куклы, только сделанные на этот раз из шер­сти {Fest. Р. 273 L.). Важно отметить, что царь Тарквиний Гордый в VI в. до н.э. восстановил человеческие жертвоприношения на этом празднике, однако они вновь были отменены в 509 г. до н.э. консулом Юнием Брутом {Macr. Sat. I. 7. 34—35).

Итак, можно предположить, что святилища аргеев связаны с древ­нейшими человеческими жертвоприношениями Юпитеру Диту и Са­турну. Античная традиция пытается убедить нас, что уже на заре рим­ской истории эти жертвоприношения приобрели символический харак­тер. Однако хорошо известно, что в тяжелые для Рима моменты исто­рии человеческие жертвоприношения совершались в соответствии с Сивиллиными кни; тми. Так, в Риме на Бычьем форуме во время серь­езных социальных, политических и экономических потрясений римля­не в качестве умилостивительной жертвы живьем закапывали два чело­веческих тела - грека и гречанки {Рііп. N. h. XXV1I1. 12. 12), а после галльского нашествия к ним стали добавлять также двух галлов обоего пола^[842].

Однако необходимо отметить, что в архаическом Риме, как правило, применялось уже не просто ритуальное заклание человека ради испол­

нения кровавого обряда, а жертвоприношение-казнь, регламентирован­ная сакральными законами, Таким образом, человек приносился в жертву лишь тогда, когда нарушал какой-либо из сакральных законов, и лишь тому богу, с которым этот закон был связан. Ведь, с точки зре­ния римлян, всякое божество требовало своего вида наказания и имело свой особый ритуал жертвоприношений^{[843] [844]. Дело в том, что согласно традиции Нума установил такие сакральные нормы, в соответствии с которыми все боги наказывали за клятвопреступление. Каждому боже­ству надлежало приносить свойственные только ему искупительные жертвоприношения (supplicia). Описывая основание Нумой Помпилием культа fides и ius iurandum, Ливий приводит некоторые любопытные подробности: «Нума наполнил сердца всех таким благочестием, что верность и клятва благодаря непосредственному страху перед законами и наказанием стали управлять государством»[845]. Ливий здесь явно ука­зывает на страх перед суровым наказанием (poenarum metus), преду­смотренным законами Нумы. Далее Ливий дает еще одну важную де­таль культа (Liv. I. 21. 4—5), когда, описывая культ Верности клятве, добавляет, что вместе с этим культом основал особые, «Аргейские» места для совершения жертвоприношений различным богам.}

Подведем некоторые итоги. Во-первых, можно с определенной уве­ренностью констатировать, что 27 Аргейских святилищ в древнейшей части Рима не являлись каким-то единым культом одного определенно­го божества. Каждое из святилищ было не только территориальным культовым центром курии, пага или иного подразделения римской общины, но и посвящалось отдельному божеству. Однако эти святили­ща были объединены несколькими общеримскими древнейшими ри­туалами, связанными с человеческими жертвоприношениями Юпитеру Диту и Сатурну. Начиная уже с царя Нумы Помпилия (VIII—VII вв. до н.э.) эти жертвоприношения были в значительной мере ограничены и регулировались сакральным правом, постепенно обретая форму юри­дических санкций. Причем это право регулировало не только религиоз­ные ритуалы, но и правовые отношения как внутри римской цивитас

(обязательства), так и с другими государствами. Особую роль здесь играл институт клятвы именем того или иного бога в зависимости от характера обязательства или договора. В этом смысле между 27 Аргей- скими святилищами было некое функциональное разделение: различ­ные виды преступлений наказывались различными божествами.

Столь подробный анализ аргейских жертвоприношений не случаен и имеет самое прямое отношение к проблематике данной книги. Вы­ше (1.4) мы уже рассматривали этимологию юридического термина supplicium («наказание, казнь») и его тесную связь с искупительными жертвоприношениями. Организация Нумой Помпилием ритуала об­хода Аргейских святилищ при самых разнообразных узкоплеменных или даже родовых святилищах, священных рощах и храмах - это не что иное, как объединение в рамках формирующегося римского госу­дарства системы сакральных наказаний. Не случайно Ливий (1. 21. 4-5) объединяет с аргейским культом жертвоприношений-наказаний (sup­plicia) государственный культ Fides. И если в майском ритуале с моста в Тибр сбрасывались лишь соломенные чучела, то на алтаре самих Аргейских святилищ совершались и казни, и искупительные жертво­приношения-штрафы в виде овец и быков. Следует сказать, что «алта­ри» Аргейских святилищ могли быть очень разнообразны, как разно­образны были и виды смертной казни. Помимо упомянутых в Диге­стах (D. 48. 19. 28-29) распятия на кресте, сожжения, отсечения голо­вы и осуждения на гладиаторские бои (ad gladium) известны также более древние виды: сбрасывание в Тибр зашитого в мешок преступ­ника-отцеубийцы, сбрасывание с Тарпейской скалы лжесвидетеля и казнокрада, закапывание живьем согрешивших весталок и т.д.⁶*³ Такое разнообразие видов смертной казни связано именно с разнообразием культов и соответствующих им жертвоприношений. Совращение числа разновиднестей видов смертной казни в классическом Риме связано с некоторым отделением права от религии и с эволюцией самой религии от многобожия к монотеизму, в случае римлян - к христианству. Подробное перечисление Варроном всех Аргейских святилищ дает исследователям уникальную возможность связать раз­личные виды жертвоприношений-казней с конкретными религиозны­ми культами.

1.7.3.