Глава 1. Процессуальное положение лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, на стадии возбуждения дела и составления протокола об административном правонарушении

Возбуждение дела по своему юридическому значению можно квалифи­цировать в качестве процессуального действия, являющегося юридическим фактом; оно влечет за собой возникновение конкретного административно- процессуального отношения.

В. А. Мельников отмечает, что содержание стадии административного расследования представляет собой комплекс процессуальных действий, направленных на установление обстоятельств проступка, их фиксирование и квалификацию. Очевидно, что выполнение всего комплекса названных дей­ствий обязательно при производстве по каждому делу об административном правонарушении. Однако стадия административного расследования предусмот­рена законодателем лишь по некоторым видам административных правонару- шений^[1].

Ю. А. Сергеев называет первую стадию производства по делу об админи­стративном правонарушении - расследование административного правонару­шения, которая состоит из следующих последовательно сменяющихся подста­дий: возбуждение дела об административном правонарушении, установление фактических обстоятельств дела, процессуальное оформление результатов рас­следования, направление протокола на рассмотрение^[2]. С его мнением следует согласиться.

КоАП РФ предоставляет лицу, в отношении которого ведется производ­ство по делу об административном правонарушении, на стадии возбуждения производства ряд прав, которые могут быть изложены в следующей последова­тельности:

- Право на то, что ведение расследования и возбуждения производства по делу об административном правонарушении будет произведено уполномочен­ным органом (должностным лицом), что вытекает из положений главы 28 КоАП РФ. Согласно ч. 2 ст. 28.1 КоАП РФ являющиеся поводами к возбужде­нию дела об административном правонарушении материалы, сообщения, заяв­ления подлежат рассмотрению должностными лицами, уполномоченными со­ставлять протоколы об административных правонарушениях^[3].

Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что в том случае, ко­гда протокол об административном правонарушении составлен неправомочным лицом... судье на основании п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП РФ необходимо вынести определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела в орган или должностному лицу, которыми составлен протокол^[4].

- Право лица давать объяснения, заявлять ходатайства, представлять до­казательства особенно актуально на стадии возбуждения дела об администра­тивном правонарушении, поскольку именно на этой стадии формируется дока­зательственная база.

После выявления состава административного правонарушения в действи­ях лица следует предоставить ему возможность дать объяснения по факту со­вершенного правонарушения, данные объяснения могут быть как занесены в протокол об административном правонарушении, так и представлены в виде отдельного документа.

Из анализа изученных дел об административных правонарушениях уста­новлено, что для дачи объяснений в протоколе об административном правона­рушении отведено, как правило, 3-4 строки, в которых обычно лицо, в отноше­нии которого данный протокол составляется, указывает на согласие или несо­гласие с составленным в отношении него протоколом. Очень редко в делах имеются полноценные объяснения лиц.

В обзоре Пензенского областного суда отмечено, что в деле об админи­стративном правонарушении, направляемом должностными лицами судьям, встречаются следующие недостатки: отсутствуют объяснения правонарушите­ля, либо такие имеются, но они не подписаны, либо они краткие, не содержа­щие описания обстоятельств административного правонарушения^[5].

На наш взгляд, объяснения лица, в отношении которого ведется произ­водство по делу, входят в совокупность доказательственной базы и должны со­держать четкую позицию такого лица относительно совершенного правонару­шения.

Важным условием обеспечения прав и законных интересов лиц, участву­ющих в производстве по делу об административном правонарушении, является их право заявлять ходатайства (ст.

Ходатайство - это правовая форма использования прав и защиты своих интересов участниками производства по делу об административном правона­рушении. Ходатайство может выступать средством приобщения к делу новых доказательств, вызова свидетелей, проведения экспертизы и т. д. Институт хо­датайства служит расширению доказательственной базы и тем самым способ­ствует более полному и всестороннему выяснению обстоятельств дела^[6].

- Статьей 24.2 КоАП РФ предусмотрено право выступать и давать объяс­нения, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы на родном языке либо на другом свободно избранном указанными лицами языке общения, а также пользоваться услугами переводчика.

Верховным Судом Российской Федерации разъяснено, что существенным недостатком протокола является отсутствие данных о том, владеет ли лицо, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, языком, на котором ведется производство по делу, а также данных о предоставлении переводчика при составлении протокола и т. п.

Белгородским областным судом отменено постановление мирового судьи судебного участка № 4 Западного округа г. Белгорода о привлечении Б. к адми­нистративной ответственности по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. Основанием для от­мены обжалуемого постановления послужило то, что сотрудником ДПС не об­суждался вопрос о предоставлении Б., который является глухонемым, услуг сурдопереводчика, положения ст. ст. 24.4, 25.10 КоАП РФ ему не разъясня­лись^[7].

На наш взгляд, Белгородский областной суд справедливо отметил, что со­ставление протокола об административном правонарушении без сурдоперевод­чика свидетельствует о существенном нарушении права Б. на защиту, стесне­нии гарантированных законом прав как участнику процесса, что могло повли­ять на всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств, имеющих значение для дела.

Верховный Суд Российской Федерации пояснил, что отсутствие перевода протокола в случае, когда дело об административном правонарушении возбуж- дено в отношении лица, не владеющего языком, на котором ведется производ­ство по делу, является основанием для возврата судом протокола и материалов дела в соответствии с п.

- В силу ст. 51 Конституции Российской Федерации никто не обязан сви­детельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

Как указано Верховным Судом Российской Федерации, эти положения распространяются как на уголовные, так и гражданские и административные правоотношения^[9]. При этом в международных актах право не свидетельство­вать против самого себя императивно закреплено только для сферы уголовного права^[10].

Согласно правовой позиции Европейского суда по правам человека право не свидетельствовать против самого себя - это, в первую очередь, право обви­няемого хранить молчание. Данное право не распространяется на использова­ние материалов, которые могут быть получены от обвиняемого независимо от его воли принудительным путем, как-то: изъятие по предписанию документов, получение образцов крови, мочи и кожного покрова для проведения анализа ДНК^[11].

Конституционный Суд Российской Федерации также отметил, что при установлении обстоятельств дорожно-транспортного происшествия и возбуж­дении уголовного дела соответствующие должностные лица обязаны разъяс­нить лицу, управлявшему транспортным средством, нарушившему правила до­рожного движения или эксплуатации транспортных средств и оставшемуся на месте дорожно-транспортного происшествия, его право отказаться от дачи объ­яснений, показаний и от предоставления иных доказательств по поводу данного происшествия. Доказательства же, которые были получены от него принуди­тельно, не могут быть положены, как следует из ст. ст. 49 (ч. 2), 50 (ч. 2) и 51 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, в основу выводов и решений по уго­ловному делу^[12].

По нашему мнению, данные положения должны использоваться и при производстве по делам об административных правонарушениях.

Право каждого не свидетельствовать против себя самого является непо­средственно действующим и должно обеспечиваться, в том числе правоприме­нителем, на основе закрепленного в ст.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что отсутствие в ст. 28.2 КоАП РФ упоминания об обязанности должностных лиц разъяснять гражданину право не свидетельствовать против себя самого не может рассмат­риваться как обстоятельство, указывающее на неконституционность названной статьи. Статья 51 (ч. 1) Конституции РФ, закрепляющая данное право, имеет прямое действие и в полной мере распространяется на административно­процессуальное законодательство^[14].

- Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об админи­стративном правонарушении, вправе пользоваться услугами защитника.

В соответствии с п. 4 ст. 25.5 КоАП РФ защитник и представитель допус­каются к участию в производстве по делу об административном правонаруше­нии с момента возбуждения дела об административном правонарушении.

Возникает вопрос, как быть, если до совершения указанных в ч. 4 ст. 28.1 КоАП РФ действий, провозглашающих возбуждение по делу об администра­тивном правонарушении, процессуальные действия уже совершаются, напри­мер допрашиваются очевидцы правонарушения, производится осмотр помеще­ний.

Именно во временном промежутке между фактическим применением данных мер к правонарушителю и составлением первого протокола (процессу­ального закрепления данных мер) вопросы правовой защиты и получения ква­лифицированной юридической помощи являются наиболее актуальными. Ведь именно на данном этапе формируются основные доказательства, которые могут иметь решающее значение при рассмотрении дела об административном пра­вонарушении, решении вопроса о возбуждении уголовного дела, а также могут быть существенно ограничены гражданские права.

При этом нецелесообразно законодательное закрепление процессуального положения лица, в отношении которого ведется производство по делу об адми­нистративном правонарушении, до момента возбуждения производства по делу, указанного в ч.

Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об админи­стративном правонарушении, в силу ч. 1 ст. 25.5 КоАП РФ вправе самостоя­тельно разрешать вопрос о необходимости ему юридической помощи и привле­чении защитника^[15]. Однако право на возможность воспользоваться услугами защитника в обязательном порядке должно разъясняться должностным лицом.

Пензенским областным судом справедливо указано в качестве процессу­альных нарушений, что не во всех протоколах об административных правона­рушениях имеются сведения о разъяснении лицу, в отношении которого ведет­ся производство по делу об административном правонарушении, его процессу­альных прав, предусмотренных ст. 25.1 КоАП РФ, в том числе права на участие в деле защитника с момента составления протокола об административном пра­вонарушении (ч. 4 ст. 25.5 КоАП РФ).

Например, мировому судье судебного участка № 4 Октябрьского района г. Пензы поступило административное дело в отношении Р. о правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 28.8 КоАП РФ. Представленный протокол не соответ­ствовал требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, в частности правонарушителю не разъ­яснено право на защиту. При таких данных судья правомерно определением от 23 января 2003 года административное дело возвратил в ГИБДД района ввиду неполноты представленных материалов^[16].

Постановлением Десятого Арбитражного апелляционного суда от 29 ок­тября 2009 года оставлено в силе решение Арбитражного суда Московской об­ласти от 29 октября 2009 года по делу № А41-28997/09, принятое по заявлению ООО «Софринское ЖКХ» к УФМС РФ по Московской области о признании незаконным и отмене постановления от 15 июля 2009 года по делу об админи­стративном правонарушении, указано, что представитель ООО «Софринское» не был допущен к участию в составлении протокола. Недопуск представителя ООО «Софринское ЖКХ» по доверенности с вышеуказанными полномочиями свидетельствует о несоблюдении административным органом процедуры при­влечения к административной ответственности^[17].

- Обеспечение законности при применении мер обеспечения является од­ним из способов защиты прав лица, в отношении которого ведется производ­ство по делу об административном правонарушении.

Важнейшим проявлением принципа законности при установлении правил административного принуждения выступает закрепление в законе оснований применения административного принуждения. Таким основанием является со­вершение административного правонарушения, то есть совершение такого дея­ния, которое предусмотрено законодательством об административном правона­рушении в качестве такового.

Принцип законности выражается в наличии особого, регламентированно­го законом порядка применения мер обеспечения производства по делу об ад­министративном правонарушении и применения мер административного нака­зания. Оба вышеуказанных порядка можно охарактеризовать как процедуру привлечения к административной ответственности.

Важной гарантией обеспечения законности выступает закрепление в за­конодательстве компетенции органов и должностных лиц, уполномоченных на применение мер административного принуждения, а также требование недопу­стимости при применении административного принуждения действий (бездей­ствий) и решений, унижающих человеческое достоинство^[18].

Вместе с тем, наряду с правом лица, в отношении которого ведется про­изводство, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатай­ства, целесообразно было бы закрепить и право знать, в каких целях и какая мера административного принуждения (обеспечения) применяется на стадии возбуждения дела об административном правонарушении.

Это право могло бы быть гарантировано законодательным закреплением обязанности лица, уполномоченного на применение мер административного принуждения, сообщить под подпись о целях применяемых мер обеспечения к лицу, привлекаемому к административной ответственности.

Данное положение не только обеспечивало бы возможность обжалования действий правоприменителя в случае несогласия с ними, но и заставило бы правоприменителя решать вопрос о необходимости применения мер админи­стративного обеспечения в каждом случае более дифференцированно, исходя из всех данных о совершенном правонарушении и личности, привлекаемой к административной ответственности^[19].

- Лицо, в отношении которого применены меры обеспечения, вправе их обжаловать, что закреплено статьей 27.1 КоАП РФ.

Конституционным Судом Российской Федерации выделен ряд гарантий права на защиту в подобных случаях. Во-первых, при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья, вышесто­ящее должностное лицо не связаны доводами жалобы и проверяют дело в пол­ном объеме, в том числе законность возбуждения дела. Во-вторых, граждане и юридические лица вправе поставить вопрос о законности действий и решений органов и должностных лиц, связанных с применением в ходе административ­ного расследования мер обеспечения производства, и до рассмотрения вопроса о законности постановления по делу об административном правонарушении - в порядке, предусмотренном гражданским процессуальным и арбитражным про­цессуальным законодательством. В-третьих, законодательством предусматри­вается специальный механизм возмещения вреда, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства^[20].

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, суды не вправе рассматривать дела об оспаривании следующих решений, действий (бездействия), связанных с применением норм уголовного и уголовно­процессуального права, а также норм КоАП РФ: решений, действий (бездей­ствия), в отношении которых КоАП РФ не предусматривает порядка обжалова­ния и которые, являясь неразрывно связанными с конкретным делом об адми­нистративном правонарушении, не могут быть предметом самостоятельного обжалования (доказательства по делу, которыми являются и протоколы о при­менении мер обеспечения производства по делу об административном правона­рушении). В этом случае доводы о недопустимости конкретного доказательства либо применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении могут быть изложены как в ходе рассмотрения дела, так и в жалобе на постановление или решение по делу об административном правона­рушении. Однако если производство по делу об административном правонару­шении прекращено, то действия, совершенные при осуществлении производ­ства по этому делу, повлекшие за собой нарушение прав и свобод гражданина или организации, создание препятствий к осуществлению ими прав и свобод, незаконное возложение какой-либо обязанности после прекращения производ­ства по делу, могут быть оспорены по правилам гл. 25 ГПК РФ. В таком же по­рядке могут быть оспорены действия должностных лиц в случае, когда дело об административном правонарушении не возбуждалось.

Свердловский областной суд также указал, что законность применения мер обеспечения производства об административном правонарушении, в том числе доставления и административного задержания, проверяется при рассмот­рении по существу дела об административном правонарушении и не может быть самостоятельным предметом судебной проверки в порядке, предусмот­ренном гл. 25 ГПК РФ^[21].

Таким образом, законодательство не предоставляет возможности лицам обжаловать непосредственно, в рамках производства по делу об администра­тивном правонарушении, законность мер обеспечения производства по делу.

В Постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что прекращение производства по делу об ад­министративном правонарушении в связи с отсутствием события администра­тивного правонарушения или отсутствием состава административного право­нарушения не может служить основанием для отказа в обжаловании незаконно­го применения административного задержания как принудительной меры обес­печения производства по данному делу^[22].

В то же время полагаем, что введение дополнительного института обжа­лования решений о применении мер обеспечения производства по делу в рам­ках КоАП РФ лишь приведет к затягиванию рассмотрения дел об администра­тивных правонарушениях.

Поэтому нельзя согласиться с мнением Е. В. Морозова о том, что заслу­живает внимания высказываемое в литературе предложение о внесении в гл. 30 КоАП РФ дополнений, позволяющих лицу, привлекаемому к административ­ной ответственности, обжаловать любые процессуальные решения юрисдикци­онного органа, а также действия (бездействие) должностных лиц на всех стади­ях производства по делу об административном правонарушении.

- Лицо, в отношении которого применены меры обеспечения производ­ства по делу, имеет право на возмещение вреда от незаконного обеспечения мер производства по делу.

Реализуя предписания ст. ст. 52 и 53 Конституции Российской Федера­ции, федеральный законодатель закрепил в КоАП РФ правило, согласно кото­рому вред, причиненный незаконным применением мер обеспечения производ­ства по делу об административном правонарушении, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством (ч. 2 ст. 27.1 КоАП РФ).

При этом незаконным применением мер обеспечения производства по де­лу об административном правонарушении будет являться не только нарушение порядка их применения, но и применение мер обеспечения уполномоченными на то органом или должностным лицом с нарушением компетенции этого орга­на или превышением полномочий должностного лица, установленных законом. Кроме того, необходимым условием для возмещения вреда, причиненного не­законным применением мер обеспечения производства по делу об администра­тивном правонарушении, является не только признание действий (бездействия) должностного лица неправомерными, но и причинная связь между этими дей­ствиями (бездействием) и возникшими убытками и (или) моральным вредом^[23].

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П указано, что лицо, относительно которого вынесен акт о применении принудительных мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, по существу, ограничивалось бы в воз­можности реализовать свое право на судебную защиту, если бы суды оценива­ли законность действий (бездействия) органа государственной власти или должностного лица исключительно с точки зрения соблюдения пределов, предоставленных им законом (т. е. формально определенных) полномочий, не исследуя все обстоятельства, связанные с установлением наличия или отсут­ствия события и (или) состава административного правонарушения^[24].

Решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 14 ок­тября 2010 года отказано в удовлетворении исковых требований С. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, не­законным возбуждением производства по делу об административном правона­рушении. В решении суда указано, что доводы истицы о её задержании ничем не подтверждены, то обстоятельство, что С. была доставлена в отдел милиции в нарушение положений, предусмотренных КоАП РФ, из материалов дела не следует, само по себе прекращение производства по делу об административном правонарушении в отношении истицы за отсутствием в её действиях состава административного правонарушения, не свидетельствует о незаконных дей­ствиях сотрудников милиции. Судебная коллегия по гражданским делам Санкт- Петербургского городского суда не согласилась с указанными выводами и от­менила решение, ссылаясь на то, что из материалов дела об административном правонарушении следует, что достаточные основания для применения к истице мер в виде доставления отсутствовали, что свидетельствует о незаконности действий сотрудников милиции^[25].

- Право на получение копий документов о совершении процессуальных действий.

КоАП РФ предусмотрено, что ряд составленных на стадии возбуждения дела протоколов возможно получить только по просьбе лица, в отношении ко­торых они составлены (о задержании - ст. 27.4 КоАП РФ, о личном досмотре - 27.7 КоАП РФ, протокол досмотра транспортного средства - ст. 27.9 КоАП РФ). По нашему мнению, законодателю следует установить, что данные прото­колы обязательно должны вручаться лицам, в отношении которых они состав­лены, либо данным лицам должно разъясняться, что указанные протоколы мо­гут быть вручены им по их просьбе.

- Ст. 26.4 КоАП РФ предусматривает, что до направления определения о назначении экспертизы для исполнения судья, орган, должностное лицо, в про­изводстве которых находится дело об административном правонарушении, обя­заны ознакомить с ним лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, разъяснить ему права, в том числе право заявлять отвод эксперту, право просить о привлечении в качестве экспер­та указанных ими лиц, право ставить вопросы для дачи на них ответов в заклю­чении эксперта^[26].

Неисполнение этой обязанности является основанием для возврата мате­риалов об административном правонарушении в орган, их направивший.

Так, например, судьей Индустриального районного суда г. Ижевска воз­вращены материалы дела об административном правонарушении на основании того, что лицо, в отношении которого ведется производство по делу об админи­стративном правонарушении, не ознакомлено с определением о назначении ав- тотехнической экспертизы от 27 августа 2009 года, права ему не разъяснены^[27].

- Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об админи­стративном правонарушении, вправе знать, совершение какого административ­ного правонарушения ему вменяется. В соответствии с КоАП РФ данное право реализуется в возможности лица присутствовать лично при составлении прото­кола об административном правонарушении и получении его копии.

Протокол об административном правонарушении (постановление о воз­буждении дела об административном правонарушении) представляет собой процессуальный документ, фиксирующий фактические данные, имеющие зна­чение для правильного разрешения дела об административном правонаруше­нии, и содержащий, в том числе, позицию лица, в отношении которого данное дело возбуждено, и его подпись, что является средством обеспечения достовер­ности указанного документа.

Содержание протокола об административном правонарушении определя­ется ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ^[28].

Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что в порядке подго­товки дела к рассмотрению судья должен также установить, правильно ли со­ставлен протокол об административном правонарушении с точки зрения полно­ты исследования события правонарушения и сведений о лице, его совершив­шем, а также соблюдения процедуры оформления протокола^[29].

Решением Свердловского областного суда постановление судьи город­ского суда г. Лесного Свердловской области от 14 декабря 2010 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 7.12 КоАП РФ, в отношении К. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд со стадии подготовки дела в порядке ст. 29.4 КоАП РФ, основанием для приня­тия данного решения послужил факт того, что в протоколе об административ­ном правонарушении отсутствуют сведения о предмете правонарушения, тем самым нарушено право лица, в отношении которого вынесено постановление, на защиту^[30].

Также решением Иркутского областного суда от 21 июля 2011 года по­становление № 30 заместителя главного государственного инспектора по ис­пользованию и охране земель г. Усть-Илимска и Усть-Илимского района Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области Я. от 23 декабря 2010 года и решение судьи Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 19 мая 2011 года, выне­сенные по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 7.1 КоАП РФ, в отношении Я. отменено, в связи с тем, что в постановлении о возбуждении дела об административном правонарушении Усть-Илимским межрайонным прокурором не указано, когда именно Я. совершил действия, со­ставляющие событие административного правонарушения^[31].

Таким образом, само содержание протокола свидетельствует о том, что протокол об административном правонарушении является не столько докумен­том о возбуждении дела (как считают некоторые авторы), сколько обвинитель­ным документом.

Такой же позиции придерживается и судебная практика, устанавливая, что дело об административном правонарушении подлежит рассмотрению толь­ко в рамках предъявленного в протоколе обвинения в совершении администра­тивного правонарушения.

Примером может служить постановление Свердловского областного суда, которым отменено постановление мирового судьи судебного участка № 1 Же­лезнодорожного района г. Екатеринбурга от 06 декабря 2010 года и решение судьи Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 12 января 2011 года. Основанием для отмены послужил факт того, что мировым судьей в по­становлении указан состав правонарушения, отличный от указанного в прото-

32 коле.

При составлении протокола об административном правонарушении лицу, в отношении которого он составляется, разъясняются права, предоставляемые ему КоАП РФ.

В результате выборочного изучения дел об административных правона­рушениях установлено, что при составлении протоколов об административных правонарушениях различными государственными органами используются от­личные друг от друга бланки протоколов, в которых лицам, в отношении кото­рых составляются протоколы об административных правонарушениях, различ­ным образом разъясняются принадлежащие им права. Так, например, Киров­ским областным таможенным постом Нижегородской таможни составлен про­токол об административном правонарушении в отношении должностного лица, которому разъяснены права, предусмотренные ст. ст. 24.1, 25.1, 25.3 КоАП РФ^{[32] [33]. При составлении протокола об административном правонарушении Ад­министративной комиссией ТУ по Первомайскому району г. Кирова разъясне­ны следующие ст. ст.: 25.1, 27.15, 28.2, 29.5 КоАП РФ, а также ст. 51 Конститу­ции РФ[34]. Государственным инспектором по пожарному надзору законному представителю юридического лица разъяснены ст. ст. 25.1, 25.4 КоАП РФ[35]. Инспектором ГИБДД УВД по г. Кирову лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, разъяснены лишь ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституции РФ[36].}

По нашему мнению, отсутствие единой типовой формы протокола суще­ственно нарушает права лиц, в отношении которых ведется производство. Научно разработанная, утвержденная в установленном порядке форма протоко­ла, содержащая в себе разъяснение всех предоставленных действующим зако­нодательством прав лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, исключит, с одной стороны, злоупо­требление правами со стороны указанных лиц, а с другой стороны, обеспечит информирование лиц обо всех принадлежащих им правах, тем самым обеспе­чивая им право на защиту.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2008 года № 50-Г08-3 установлено, что утверждение типовой формы протокола об административных правонарушениях, предусмотренных ст. ст. 5.42 и 19.7 КоАП РФ, согласуется с требованиями ст. ст. 1.1, 1.3, 1.4, 1.6, 1.8, 24.1, 28.2, 28.3, 5.42 и 19.7 КоАП РФ, по смыслу которых разработка необходимых рекви­зитов и утверждение типовой формы такого рода процессуального документа есть прерогатива федерального органа государственной власти, а не субъекта федерации, что обусловлено единством требований, предъявляемых к порядку производства по делу об административном правонарушении, в том числе к форме и содержанию протокола об административных правонарушениях на всей территории Российской Федерации, вытекающих из задач законодатель­ства об административных правонарушениях, проявлением которых является усиление процессуальных гарантий лиц, подвергаемых административной от­ветственности. Если составление протокола об административном правонару­шении, привлечение к административной ответственности по сути являются формой правоприменительной юрисдикционной деятельности органов испол­нительной власти субъекта Федерации, то разработка и утверждение типовой формы, реквизитов протокола об административных правонарушениях входят в группу правоустановительных полномочий в области законодательства об ад­министративных правонарушениях^[37].

Часть 6 ст. 28.2 КоАП РФ обязывает лиц, составивших протокол, вручать лицам, в отношении которых он составлен (законным представителям), под расписку копии протокола об административном правонарушении. А запись об этом должна быть произведена в первом экземпляре протокола.

Если же физическое лицо или его законный представитель либо законный представитель юридического лица, в отношении которых ведется производство по делу, будучи извещенными в установленном порядке, не явились, то прото­кол об административном правонарушении составляется в их отсутствие. При этом из логического толкования данной нормы следует, что административный орган должен обладать информацией о надлежащем извещении названных лиц на момент составления протокола^[38].

КоАП РФ не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким изве­щением, в связи с этим оно в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть произведено с использованием любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации лицом, которому такое извещение направлено^[39].

Тюменским областным судом отменено постановление судьи Калинин­ского районного суда г. Тюмени по причине того, что суд рассмотрел дело об административном правонарушении и не учел, что протокол составлен в отсут­ствие юридического лица, законный представитель которого не извещен надлежащим образом о дате и времени составления протокола об администра­тивном правонарушении^[40].

Зачастую лицо, в отношении которого составлен протокол об админи­стративном правонарушении, отказывается от подписи в протоколе в графах о разъяснении ему прав и о вручении копии протокола. В этом случае должност­ные лица, полномочные составлять протокол об административном правонару­шении, обычно делают об этом запись в тексте протокола. Впоследствии воз­никают сомнения в том, что лицу разъяснялись права и вручалась копия прото­кола. Во избежание таких ситуаций считаем, что в протоколе следует делать соответствующие записи, а копию протокола об административном правона­рушении вместе с письменным разъяснением прав следует направить такому лицу любым доступным средством связи, подтверждающим факт вручения.

Проблема информирования о правах и обязанностях участников произ­водства, по нашему мнению, особенно актуальна на стадии возбуждения произ­водства, поскольку сведения, поступившие в момент, предшествующий време­ни составления протокола об административном правонарушении, становятся основой последующих действий субъекта административной юрисдикции^[41].

Поэтому кажется логичным разъяснять принадлежащие лицу права не только при составлении протокола об административном правонарушении, а также при возбуждении дела об административном правонарушении и оформ­лять отдельным документом.

Таким образом, считаем, что на стадии возбуждения дела об администра­тивном правонарушении лицо, в отношении которого данное производство воз­буждается, вправе:

1) знать, совершение какого административного правонарушения ему вменяется;

2) в случае применения мер обеспечения производства по делу знако­миться под подпись с протоколами о применении таких мер и получать копии этих протоколов;

3) давать объяснения на родном языке или языке, которым он владеет, либо отказаться от дачи объяснений;

4) возражать против возбуждения в отношении его дела об администра­тивном правонарушении;

5) пользоваться помощью защитника с момента возбуждения дела об ад­министративном правонарушении;

6) представлять доказательства в обоснование своих доводов и возраже­ний;

7) заявлять письменные ходатайства;

8) безвозмездно пользоваться помощью переводчика;

9) знакомиться с материалами дела об административном правонаруше­нии, получать за свой счет копии этих материалов.

Кроме того, при возбуждении дела об административном правонаруше­нии лицу, в отношении которого оно возбуждается, или его законному предста­вителю, защитнику должны разъясняться положения ст. 51 Конституции Рос­сийской Федерации.

Названные положения подлежат закреплению в гл. 28 КоАП РФ в виде отдельной ст. 28.1.2.

Объяснения лица, в отношении которого ведется производство по делу, входят в совокупность доказательственной базы и должны содержать четкую позицию такого лица, относительно вменяемого ему правонарушения. В случае согласия лица давать объяснения они должны быть зафиксированы полно, а от­бирающее объяснения должностное лицо обязано предупредить лицо о необхо­димости дачи полных объяснений об обстоятельствах совершенного правона­рушения.

Считаем, что введение в КоАП РФ дополнительного института обжало­вания действий по применению мер обеспечения производства по делу об ад­министративном правонарушении нецелесообразно, поскольку приведет к затя­гиванию рассмотрения дел об административных правонарушениях.

В качестве приложения к КоАП РФ необходимо установить единую ти­повую форму протокола об административном правонарушении.

Полагаем, что ст. 28.2 КоАП РФ следует дополнить ч. 7, которую изло­жить следующим образом: «В случае отказа физического лица или законного представителя юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, от подписи в протоколе в подтверждение разъяснения им прав и вручения копии протокола, после его составления копия протокола об административном правонарушении вместе с письменным разъ­яснением процессуальных прав подлежит направлению указанным лицам по­средством использования любых доступных средств связи, обеспечивающего подтверждение факта вручения почтового отправления адресату».