<<
>>

Опыт стран-участников Содружество Независимых Государств, пошедших по пути введения специальных следственных судей и возможность рецепции некоторых процессуальных механизмов судебного контроля в уголовное судопроизводство Республики Казахстан

Несмотря на то, что в уголовное судопроизводство Республики Казахстан введен новый участник - следственный судья, на которого возложены полномочия по осуществлению судебного контроля, указанное обстоятельство не дает основания отвергать необходимость изучения аналогичного опыта стран ближнего и дальнего зарубежья, в особенности стран, бывшего постсоветского пространства, и последовательно заимствовать приемлемые для отечественного уголовного процесса процедуры судебного контроля.

Научный интерес в рамках диссертационного исследования представляет опыт стран СНГ, пошедших по пути создания специальных следственных судей в уголовном процессе. Например, в уголовный процесс Республики Молдова был введен «судья по уголовному преследованию» (ст. 41 УПК Республики Молдова), в Эстонии - «судья по предварительному следствию» (ст. 21 УПК Эстонии), в Латвии - следственный судья» (ст. 210 УПК Латвии), в Грузии - судья-магистрат (ст. 20 УПК Грузии), на Украине - следственный судья (п. 18 ч. 1 ст. 3 УПК Украины). В Российской Федерации до настоящего времени вопрос о необходимости института следственного судьи находится в стадии рассмотрения[82].

Проведенный нами анализ законодательства стран, пошедших по пути введения в уголовный процесс специализированного субъекта судебного контроля за досудебным расследованием и суждения о нем ученых- процессуалистов (в первую очередь российских), показал следующее.

По уголовно-процессуальному законодательству Республики Молдова, основная задача судопроизводства - исключение любого произвола со стороны властей, не допускающего превращения невиновного в жертву нарушения его основных прав (ч. 3 ст. 1 УПК Молдовы). Поэтому основным гарантом соблюдения прав личности в досудебном расследовании выступает судья по уголовному преследованию, наделенный свойственными лишь ему функциями в уголовном судопроизводстве.

Он является судебным органом, состоящим в рамках каждой судебной инстанции (ч. 3 ст. 29 УПК Молдовы). В то же время судья по уголовному преследованию является независимым по отношению к остальным правоохранительным органам и судебным инстанциям и исполняет свои обязанности только на основании и в рамках закона (ч.5 ст.26 УПК Молдовы). Судья по уголовному преследованию не вправе участвовать в дальнейшем разбирательстве дела как в суде первой инстанции, так и в обычном или исключительном порядке обжалования, в противном случае он подлежит отводу (ч. 3 ст. 33 УПК Молдовы). Полномочия судьи по уголовному преследованию охватывают как функции уголовного преследования, так и судебного контроля процессуальных действий, осуществляемых в ходе уголовного преследования п. 24) ст. 6 УПК Молдовы.

Компетенция судьи по уголовному преследованию определяется двумя группами возникающих правоотношений:

- судебным контролем за досудебными процессуальными действиями, ограничивающими конституционные права и свободы личности (гл. VIII УПК Молдовы);

- действиями, направленными на обеспечение уголовного преследования в досудебном расследовании, заключающиеся в выдаче судебного ордера на производство следственных действий, участие при их производстве (допрос несовершеннолетнего свидетеля) или в самостоятельном их производстве (в условиях обеспечения безопасности участника предварительного расследования) - ст.ст. 110, 110-1 УПК Молдовы, а так же связанные с сокращением предусмотренных законом процедур расследования, окончательной юридической оценкой деяния (ст. 41 УПК Молдовы) или исправления явных материальных ошибок в содержании процессуального акта (ст. 249 УПК Молдовы).

Указанные процедуры позволили Н.Н. Ковтуну констатировать, что в Республике Молдова в компетенцию судьи по уголовному преследованию входит осуществление практически всех превентивных судебно-контрольных действий[83].

В Эстонии действует «судья по предварительному следствию», под которым понимается автономный судья уездного суда, который в досудебной стадии производства выполняет возложенные на него задачи единолично (ст.

21 УПК Эстонии). Независимость и беспристрастность указанного субъекта судебного контроля обеспечивается положениями п. 2) ст. 49 УПК Эстонии, предусматривающей в качестве одного из оснований отвода - вынесение постановления по рассматриваемому уголовному делу в качестве судьи по предварительному следствию. Компетенция указанного участника распространяется на судебное санкционирование мер уголовно-процессуального принуждения, сроков их продления или отмены (гл. 4 УПК Эстонии), дачу разрешений на проведение оперативно-розыскных действий и производство следственных действий, существенно ограничивающих конституционные права и свободы граждан (раздел 8 УПК Эстонии), опрос свидетеля с целью установления его надежности и определения необходимости обеспечения его безопасности (ст. 67 УПК Эстонии), депонирование показаний. Помимо этого он ходатайствует перед Адвокатурой Эстонии о назначении защитника для представления интересов потенциального подозреваемого при его допросе в качестве свидетеля (ст. 43 УПК Эстонии), ведет производство по отводу защитника в досудебном производстве (ч. 1 ст. 56 УПК Эстонии), рассматривает жалобы на действия и решения органов предварительного расследования или прокурора (статья 671 УПК Эстонии).

Исходя из анализа рассмотренных полномочий, можно придти к выводу о том, что в Эстонии судья по предварительному следствию выполняет чисто юрисдикционные функции, определяющие его независимое положение в условиях состязательного процесса.

В Грузии субъектом судебного контроля выступает судья-магистрат районного (городского) суда. К компетенции судьи-магистрата районного (городского) суда относится вынесение судебного определения о производстве следственных действий, связанных с ограничением конституционных прав человека и применением мер принуждения, решением вопросов о применении мер пресечения в отношении обвиняемого, разрешение жалоб на незаконные деяния органа, осуществляющего процесс, в случаях, предусмотренных УПК, а равно осуществление иных полномочий, предусмотренных УПК.

Решение по указанным вопросам принимает судья-магистрат районного (городского) суда, на территории действия которого производится, будет производиться или производилось следствие или процессуальное действие. В случае, прямо предусмотренном УПК, решение может быть принято другим судьей- магистратом. Вопросы подсудности, отнесенные к компетенции судьи-магистрата в случае его отсутствия или если место следствия не совпадает с местом совершения преступления, могут быть рассмотрены другим судьей-магистратом либо судьей соответствующего районного (городского) суда по месту производства следствия. Жалобы на принятые решения, отнесенные к подсудности судьи-магистрата, рассматривает следственная коллегия апелляционного суда. Апелляционные жалобы на приговоры и иные итоговые судебные решения районного (городского) суда или судьи-магистрата рассматривает апелляционная палата Апелляционного суда (ст. 20 УПК Грузии).

Помимо перечисленного, на стадии следствия по ходатайству стороны по месту производства следствия или местонахождению свидетеля в качестве свидетеля перед судьей-магистратом может быть допрошено лицо, если:

а) существует реальная опасность его смерти или ухудшения здоровья, что может помешать его допросу в ходе рассмотрения дела по существу;

б) оно на длительное время покидает территорию Г рузии;

в) несмотря на разумные усилия, для направления дела в суд на рассмотрение по существу невозможно найти другой источник необходимых доказательств;

г) это необходимо в связи с применением специальных мер защиты.

Дача показаний перед судьей-магистратом в порядке, предусмотренном действующим уголовно-процессуальным кодексом Грузии, является обязательной, и отказ от нее влечет уголовную ответственность. В случае необходимости производства допроса судьей-магистрантом, подлежащее допросу лицо вызывается судебной повесткой. Допрос ведется с участием сторон. Неявка другой стороны не препятствует ведению допроса (ст. 114 УПК Г рузии).

Рассмотренная процедура деятельности судьи-магистранта так же свидетельствует о юрисдикционном характере его полномочий, связанных с обеспечением должного порядка расследования и судебной защитой конституционных прав и свобод лиц, вовлеченных в судопроизводство, а их характер позволяет придти к выводу, что судебный контроль в Грузии наиболее

приближен к аналогичным процедурам в судопроизводстве США[84].

В основу построения механизма судебного контроля, осуществляемого следственным судьей в Казахстане, была положена аналогичная процедура, действующая на тот момент в уголовном судопроизводстве Украины (см.: п. 18 ч. 1 ст. 3 УПК Украины). Однако, в отличие от Казахстана, следственный судья на Украине, помимо общих юрисдикционных полномочий по проведению судебного контроля (санкционирование мер пресечения, следственных и негласных следственных действий, разрешения жалоб на действия и решения органа уголовного преследования) обладает организационными и иными полномочиями, связанными как с установлением процессуальных сроков, так и с полнотой проведенного доказывания предмета судебного спора органом досудебного расследования. Например, в соответствии с положениями ст. 114 УПК Украины, следственный судья, в зависимости от сложившейся ситуации, вправе устанавливать процессуальные сроки досудебного расследования. Но при этом должны соблюдаться следующие обязательных условия:

- они не могут превышать предельные сроки судопроизводства;

- их продолжительность должна быть достаточной для совершения соответствующих процессуальных действий или принятия процессуальных решений;

- они не должны препятствовать реализации подозреваемым, обвиняемым права на защиту.

Представляют интерес и полномочия следственного судьи, связанные с общими правилами применения мер обеспечения уголовного производства, применяемыми на основании вынесенного им постановления (ч. 1 ст. 132 УПК Украины). Например, в соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК Украины, следственный судья во время досудебного расследования имеет право по собственной инициативе или по ходатайству заинтересованной стороны вызвать в суд конкретное лицо, если, по его мнению, оно может дать показания, имеющие значение для уголовного дела, или его участие в процессуальных действиях является обязательным.

В случае неявки указанного лица при подтверждении отсутствия уважительных причин, следственный судья вправе вынести постановление о его приводе (ч.

1 ст. 140 и ст. 142 УПК Украины). В отношении участников, недобросовестно относящихся к своим процессуальным обязанностям, следственный судья вправе по ходатайству следователя, прокурора или по собственной инициативе своим постановлением наложить денежное взыскание. Но если будут предоставлены обоснованные доводы об отсутствии оснований для наложения денежного взыскания, следственный судья единолично или в ходе судебного заседания вправе отменить свое собственное постановление (ст.ст. 144147 УПК Украины).

Примечательно так же и то, что доказывание обстоятельств, послуживших основанием для временного ограничения в пользовании специальным правом, продолжают существовать, либо то, что сторона обвинения не имела возможности обеспечить достижение целей, ради которых было ограничено пользование специальным правом, другими способами в течение действия предыдущей решения, возложена на прокурора. В противном случае в продлении срока временного ограничения в пользовании специальным правом будет отказано. Тем самым, на наш взгляд, констатируется верховенство судебной власти.

Отсутствует в казахстанском уголовном процессе и процедура временного доступа к вещам и документам, осуществляемая на основании решения следственного судьи. Суть ее заключается в предоставлении стороне уголовного производства владельцем таких вещей и документов возможности ознакомиться с ними, сделать их копии, а в случае принятия соответствующего решения следственным судьей, осуществить их выемку. Однако при наличии доказательств, представленных заинтересованной стороной о существовании реальной угрозы изменения или уничтожения вещей или документов их владельцем, вопрос о временном доступе может быть рассмотрен следственным судьей и без его вызова (ст.ст. 159, 163 УПК Украины). Полагаем, что указанная процедура вполне приемлема и для казахстанского правоприменителя.

К иным полномочиям следственного судьи можно отнести его общие обязанности по защите прав человека, в отношении которого применена любая мера пресечения, связанная с ограничением его свободы (ст. 206 УПК Украины). Следственный судья вправе провести и депонированный допрос, однако в отличие от аналогичной процедуры других стран, входящих в состав СНГ, на Украине возможен и одновременный допрос двух и более уже допрошенных лиц (очная ставка), который проводится с целью проверки правдивости показаний свидетеля, потерпевшего или устранения разногласий в их показаниях (ст. 225 УПК Украины).

Указанные особенности полномочий следственного судьи показывают, что в уголовном судопроизводстве Украины указанный участник занимает активную позицию в досудебном расследовании, позволяющую ему не только осуществлять судебный контроль и процессуальное руководство досудебным расследованием, но и осуществлять деятельность, связанную как с судебным доказыванием обстоятельств принимаемого решения, так и доказыванием обстоятельств совершенного правонарушения. По сути, исходя из регламентации полномочий следственного судьи, на Украине, несмотря на терминологическую схожесть понятий, специальным субъектом фактически выступает не следственный судья, как это предусмотрено по законодательству Казахстана, а судебный следователь, совмещающий в своей деятельности функции оперативного судебного контроля.

Представляет интерес и мнение российских ученых, хотя в России вопрос о введении института следственного судьи находится на этапе согласования. В этой связи, единой научной точки зрения на возможный вариант развития событий в России не выработан, поскольку действующий механизм судебного контроля вней аналогичен механизму, действовавшему в РК до принятия УПК 2014 года. В то же время авторы доктринальной модели уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации предлагают распространить

судебное закрепление доказательств по требованию сторон на все предположительно легитимные доказательства по делу, которые к моменту уголовного судопроизводства могут быть утрачены для процесса доказывания (ст. 1.1 «Следственный судья»). Более того, в п. 1 ч. 3 ст. 5.7. доктринальной модели «Полномочия следственного судьи» они обозначают исключительную цель судебного контроля: обеспечение состязательной формы процесса и права сторон на всестороннее и полное установление всех обстоятельств дела и преступления. Указанная позиция позволяет придти к выводу о том, что авторы доктринальной модели ориентированы на англо-саксонскую модель судопроизводства, предполагающую наличие состязательности на всех стадиях уголовного процесса. При этом полномочия следственного судьи по депонированию в ходе досудебного уголовного производства, по их мнению, не должны ограничиваться показаниями свидетелей и потерпевших от преступлений, но также охватывать и представленные вещи, документы или информацию, находящуюся с теле-коммуникационных каналах - при условии доказанности утверждений сторон о наличии исключительных обстоятельств испрашиваемой легализации доказательств и невозможности их закрепления иным способом, установленном УПК[85]. Между тем, по мнению А.Н. Ахпанова, расширение предмета депонирования может привести к трансформации главного судебного разбирательства в заочное производство, и в этой связи он обоснованно предлагал сторонам согласовывать количество таких действий со следственным судьей.[86] Однако указанная проблема до настоящего времени находится в стадии теоретической разработки. С другой стороны, депонирование, по сути, является способом передачи на хранение полученной информации. В этой связи следственный судья, в целях установления достоверности сведений, должен допрашивать сам, а затем, с учетом полученных результатов, принимать меры к их сохранности. Поэтому, на наш взгляд, расширение сферы депонирования и на другие процессуальные и следственные действия, не исключается.

Опираясь на опыт судопроизводства рассмотренных государств и мнения ученых (в первую очередь процессуалистов Российской Федерации), Республика Казахстан так же пошла по пути усиления судебной власти путем введения специального субъекта судебного контроля за действиями и решениями органов досудебного производства.

Как уже отмечалось, рассматривая вопросы о полномочиях следственного судьи в Казахстане, было бы неправильным игнорировать опыт стран СНГ, пошедших по пути введения в уголовный процесс специального субъекта судебного контроля. Полагаем, что рецепция правовых норм этих государств, возможна и в отечественное судопроизводство.

В частности, А.Н. Ахпанов считает, что казахстанскому законодателю может быть полезен опыт Эстонии, в уголовном судопроизводстве которой предусмотрены специальные условия депонирования показаний несовершеннолетних потерпевших и свидетелей - ст. 69, 70 (2) УПК Эстонии. В первую очередь это касается возраста допрашиваемого (10 - 14 лет) и возможности оказания вредного влияния на психику несовершеннолетнего. Во- вторых, это связано с нормальным психическим состоянием несовершеннолетнего (речевое или сенсорное нарушение, психический недостаток, психическое расстройство, заболевание нервной системы). Помимо этого в Эстонии, по сравнению с Казахстаном предусмотрен более широкий перечень оснований депонирования показаний потерпевшего и свидетеля. К ним относятся: умышленное преступление, за которое в качестве наказания предусматривается тюремное заключение на срок не менее трех лет; опасение, что лицо могут принудить к даче ложных показаний - ст. 69 УПК Эстонии.

Представляет интерес и рецепция процедуры альтернативного места допроса тяжелобольного свидетеля, потерпевшего, который не может явиться по вызову в суд. Например, как это предусмотрено в ст. 225 УПК Украины, предусматривающей возможность осуществления допроса депонента следственным судьей в ходе выездного судебного заседания по месту излечения или пребывания данного лица[87].

Со своей стороны, мы полагаем, что для казахстанского законодателя применим и опыт Республики Молдова. В частности, представляют интерес нормы УПК, регламентирующие самостоятельные процедуры, предусматривающие специальные способы допроса свидетеля и его защиты (ст. 110 УПК Молдовы), а также особые случаи допроса несовершеннолетнего свидетеля (ст. 110-1 УПК Молдовы).

В отличие от уголовного процесса Казахстана, где депонирование означает консервацию показаний и налагает запрет на последующее использование полученных сведений в доказывании до оглашения их в суде (в том числе и путем привлечения источника их получения к производству иных следственных действий), - в Республике Молдова судья по уголовному преследованию допрашивает свидетеля не только с целью закрепления, но и получения новой информации. Г арантией достоверности и надежности полученных таким образом показаний выступает процедура дачи клятвы судье, влекущей вероятность наступления уголовной ответственности за отказ или изменение показаний. Однако это не препятствует использованию допрошенного судьей по уголовному преследованию в производстве других следственных действий с его участием (например, очной ставки, эксперименте, проверке и уточнении показаний на месте и т.д.).

Помимо этого, допрос свидетелей (в отношении которых есть веские основания полагать, что жизнь, телесная неприкосновенность или свобода такого свидетеля или его близкого родственника находятся в опасности в связи с данными им показаниями по делу о тяжком, особо тяжком или чрезвычайно тяжком преступлении) - производится с применением мер по обеспечению безопасности такого свидетеля как по месту нахождения органа уголовного преследования, так и вне его нахождения в условиях, исключающих его узнавание. В первом случае участие судьи по уголовному преследованию обязательно. Инициаторами допроса, в отличие от аналогичной процедура в Республике Казахстан, выступают не только прокурор и адвокат, но и любое другое заинтересованное лицо. Допрос производится с участием обвиняемого и его защитника, а также потерпевшего, которым обеспечивается возможность задавать вопросы свидетелю, допрашиваемому как по месту в условиях обеспечения безопасности, так и посредством технических средств. Предусмотрен и определенный ценз использования полученных сведений: только в той мере, в которой они подтверждаются другими доказательствами. Указанная процедура распространяется и на допрос агентов под прикрытием и всех других участников, наделенных статусом защищаемого лица. Фактические данные о личности таких свидетелей хранятся у судьи по уголовному преследованию.

Интерес представляет и детальная регламентация допроса несовершеннолетнего свидетеля, который проводится в условиях, максимально исключающих оказание негативного воздействия на психическое состояние допрашиваемого. В соответствии с положениями ст. 110-1 УПК Молдовы, для допроса таких участников предусмотрены специально обустроенные помещения (допросная комната и наблюдательная комната), оснащенные средствами аудио- и видеозаписи. В первой происходит непосредственный допрос сотрудником уголовного преследования (допрашиватель). Во второй комнате, отделенной от допросной, вне визуального наблюдения участников допроса, находятся: судья по уголовному преследованию, прокурор, защитник подозреваемого или обвиняемого, психолог, судебный секретарь, законный представитель допрашиваемого несовершеннолетнего, законный представитель потерпевшего и, при необходимости, иные лица, предусмотренные законом. Все они имеют возможность непосредственно наблюдать за процедурой допроса и слышать даваемые показания. В случае необходимости присутствующие лица при посредничестве судьи по уголовному преследованию вправе задавать письменные вопросы допрашиваемому, которые подлежат обязательному внесению в протокол. В зависимости от ситуации, судья по уголовному преследованию передает их либо посредством технических устройств, либо во время перерыва. О произведенном допросе доводится до сведения подозреваемого или обвиняемого с предоставлением им копии аудио/видеозаписи проведенного следственного действия. Если у подозреваемого или обвиняемого возникнут вопросы к несовершеннолетнему свидетелю, то на основании обоснованного заявления организуется дополнительный допрос по правилам ст. 110-1 УПК Молдовы.

Преимущество рассмотренных процедур допроса несовершеннолетнего свидетеля, потерпевшего очевидно:

во-первых, допрос производится не следственным судьей, а лицом, производящим расследование (следователем) и, в этой связи, следственному судье нет необходимости вникать во все тонкости производимого расследования;

во-вторых, не нарушается контакт между следователем и допрашиваемым, неизбежность которого связана со сменой участников проводимого следственного действия;

в-третьих, участники проводимого допроса дистанцированы от непосредственно допрашиваемого лица и, тем самым, не создают дополнительного психологического воздействия на несовершеннолетнего;

в-четвертых, участники следственного действия имеют возможность непосредственно воспринимать ход допроса и вносить свои коррективы путем подачи следственному судье письменных вопросов;

в-пятых, все поступившие вопросы вносятся в протокол и передаются следователю либо при помощи средств связи (вне слышимости допрашиваемым) либо во время перерыва;

в-шестых, допрашивающий вправе интерпретировать заданные вопросы по своему усмотрению с сохранением сути заданного вопроса;

и последнее, минимизируются возможные способы воздействия на несовершеннолетнего со стороны заинтересованных в его показаниях участников.

Помимо указанных преимуществ, детально регламентированная процедура допроса несовершеннолетнего свидетеля, потерпевшего с участием следственного судьи по правилам судебного разбирательства, позволит предотвратить отказ родителей или законных представителей в проведении депонирования (путем подачи заявления об отказе и последующего допроса на следствии и в суде в обычном порядке), поскольку непосредственно присутствуя в качестве законных представителей при производстве допроса, они могут убедиться в его достоверности и допустимости, а также в отсутствии необходимости повторного вызова несовершеннолетнего в суд.

Пока же, к сожалению, в практике казахстанского правоприменителя имеют место факты изменения показаний несовершеннолетних потерпевших в ходе депонирования, влекущие возможность ухода от уголовной ответственности подозреваемых.

Например, по уголовному делу №177113031002355 от 13.03.2017 года, начатому производством по ст.124 ч.1 УК РК, несовершеннолетняя Б.Е. Абдразак, 2009 г.р., при первоначальном допросе дала показания против отчима К. Бекболат, 1980 г.р., который совершил развратные действия сексуального характера в отношении нее. При депонирований показаний в суде несовершеннолетняя Б.Е. Абдразак, 2009 г.р., изменила свои показания.

В результате задержанный был освобожден и вернулся домой. В целях исключения факта повторного совершения преступления в отношении малолетней и оказания психологического давления, следствием вынесено решение о помещении несовершеннолетней Б.Е. Абдразак с матерью в кризисный центр г. Астана.

По заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, несовершеннолетняя не склонна к фантазированию и изменение ее показаний в ходе депонирования связано с оказанием психологического давления со стороны ее матери.

Рецепция процедуры допроса несовершеннолетнего из УПК Молдовы может снять и еще одну проблему практических органов: предоставление объемного материала (уголовного дела) прокурору, а затем и следственному судье для предварительного изучения на предмет обоснованности ходатайства. Необходимость в этом отпадает, т.к. допрос производит следователь, в чьем производстве находится уголовное дело. Одновременно следует до минимума свести процедуру инициирования депонированного допроса. Инициатор обращается непосредственно к следственному судье, с направлением копии ходатайства процессуальному прокурору. При наличии оснований, следственный судья назначает время депонирования и извещает заинтересованных участников. После проведения депонированного допроса с участием следственного судьи, все участники ознакамливаются с протоколом, получают его копии и, при необходимости, заявляют свои ходатайства и замечания. Прокурор вправе внести протест.

Полагаем, что казахстанскому законодателю так же следует пойти по пути дифференциации различных видов допроса (допрос несовершеннолетнего, допрос с применением мер безопасности, обязательный допрос подозреваемого при применении меры пресечения в виде содержания под стражей, депонированный допрос, допрос лица, находящегося под защитой) в зависимости от оснований его проведения с учетом процессуального, социального или иного статуса подлежащего допросу следственным судьей (или с его участием) свидетеля, потерпевшего. Следует рассмотреть и вопрос о возможности расширения перечня оснований депонирования показаний свидетеля, потерпевшего.

Но при этом должны быть четко ограничены пределы полномочий следственного судьи в сфере доказывания по уголовным делам в целях исключения его вовлечения в дальнейший процесс, влекущего подмену субъектов досудебного расследования и трансформации судебного контроля в розыск (обвинение).

Полагаем, что рецепция механизма депонирования показаний из УПК Молдовы, как более соответствующий механизму, предусмотренному УПК РК наиболее приемлем для казахстанского законодателя. Аргументы к этому следующие. По УПК Молдовы, доказательства, полученные в результате депонирования показаний следственным судьей получаются не непосредственно этим участником (что втягивает его в процесс доказывания), а посредством его участия, предполагающего судебный контроль за процессом получения показаний с возможностью коллегиального рассмотрения вопросов, возникающих в ходе депонирования. Тем самым судья остается независимым органом судебной власти, оказывающим содействие в получении и закреплении доказательств, собранных органом досудебного производства.

Таким образом, проведенный нами анализ уголовно-процессуального механизма депонирования показаний, действующего в разных странах, позволяет нам придти к выводу о том, что существует три разных подхода к его проведению:

1) депонирование как способ сохранения следственным судьей по ходатайству прокурора, защитника или подозреваемого показаний свидетеля, потерпевшего, полученных следователем в ходе допроса, как это предусмотрено по УПК РК;

2) депонирование как способ получения доказательства по ходатайству любого заинтересованного лица при следственном допросе с участием следственного судьи и других заинтересованных участников, как это предусмотрено по УПК Молдовы;

3) депонирование как способ трансформации по ходатайству прокурора показаний потерпевшего или свидетеля, давшего согласие на проведение официального допроса следственным (участковым) судьей в судебные доказательства, как это предусмотрено в Германии (параграф 162 УПК Германии) 88 и ряде других стран дальнего зарубежья.

Какой способ более предпочтителен для отечественного уголовного судопроизводства - прерогатива законодателя, поскольку дальнейшее рассмотрение указанного вопроса - тема для самостоятельного научного исследования, выходящая за рамки проводимого нами, но мы больше склоняемся к механизму, предусмотренному УПК Молдовы.

Выводы.

1. Рассматривая вопросы о полномочиях следственного судьи в Казахстане, было бы неправильным игнорировать опыт стран СНГ, пошедших по пути введения в уголовный процесс специального субъекта судебного контроля. Полагаем, что рецепция правовых норм этих государств, возможна и в отечественное судопроизводство.

2. Предлагается рецепция процедуры допроса несовершеннолетнего свидетеля, потерпевшего с участием следственного судьи из ст.110-1 УПК Молдовы в отечественный уголовный процесс, поскольку она, по сравнению с УПК РК, обеспечивает достоверность и допустимость получаемых показаний.

3. Предлагается дифференциация допроса следственным судьей не только в зависимости от статуса допрашиваемого, но и от его возрастных, социальных или психо-физических характеристик.

4. Проведенный нами анализ уголовно-процессуального механизма депонирования показаний, действующего в разных странах, позволяет нам придти к выводу о том, что существует три разных подхода к его проведению:

1) депонирование как способ сохранения следственным судьей по ходатайству прокурора, защитника или подозреваемого показаний свидетеля, потерпевшего, полученных следователем в ходе допроса, как это предусмотрено по УПК РК; [88]

2) депонирование как способ получения доказательства по ходатайству любого заинтересованного лица при следственном допросе с участием следственного судьи и других заинтересованных участников, как это предусмотрено по УПК Молдовы;

3) депонирование как способ трансформации по ходатайству прокурора показаний потерпевшего или свидетеля, давшего согласие на проведение официального допроса судьей в судебные доказательства, как это предусмотрено в Г ермании и ряде других стран дальнего зарубежья.

5. Процедура депонирования показаний, предусмотренная по УПК Молдовы, на наш взгляд более приемлема для Казахстана и может быть воспринята отечественным законодателем.

75

<< | >>
Источник: Адилов Санжар Аскенович. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СЛЕДСТВЕННОГО СУДЬИ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме Опыт стран-участников Содружество Независимых Государств, пошедших по пути введения специальных следственных судей и возможность рецепции некоторых процессуальных механизмов судебного контроля в уголовное судопроизводство Республики Казахстан:

  1. Опыт стран-участников Содружество Независимых Государств, пошедших по пути введения специальных следственных судей и возможность рецепции некоторых процессуальных механизмов судебного контроля в уголовное судопроизводство Республики Казахстан
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -