2.4. Принудительные меры медицинского характера в отношении несовершеннолетних, больных наркоманией

В соответствии с указанием Президента РФ о проведении работ по декриминализации уголовного законодательства с 11 декабря 2003 г. Федеральным законом «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 08.12.2003 № 162-ФЗ п.

По мнению заместителя председателя Совета при Президенте РФ по вопросам совершенствования правосудия С. Вицина, «статья о принудительном лечении в российских тюрьмах вообще излишняя: если заключение реализуется при строгом соблюдении всех правил, это уже должно исключить возможность получения и распространения наркотиков, даже в специализированных учреждениях лечение наркоманов не всегда проходит успешно, а в тюрьмах подобное лечение вообще проводится формально»¹²¹.

Как показывает российский и мировой опыт, принудительное лечение наркоманов на самом деле неэффективно.

Очевидно, что концентрация большого количества людей с этим пороком в одном месте ни к чему хорошему не приведет. В местах прохождения принудительного лечения человек, который несколько раз попробовал марихуану, может встретить человека, который десять лет «сидит на игле». «Ветеран» поделится с ним своим опытом. Так передается информация о том, как изготовлять, перевозить и распространять наркотики. Лечебно-трудовые профилактории (ЛТП) нигде в мире не оправдали себя, тем более в нашей стране.

Напомним, что отправить туда по судебному решению на срок от года до двух могли практически любого советского человека: принудительно исправляться должны были все «уклоняющиеся от лечения или продолжающие употреблять алкоголь после лечения, нарушающие трудовую дисциплину, общественный порядок или правила социалистического общежития».

В стране таким образом делали из обычных больных преступников: побег из ЛТП считался уголовным преступлением. И так как отправить человека на лечение было несложно, то имели место случаи, когда в ЛТП попадали обычные в меру пьющие советские граждане, чем-то не угодившие, например, чиновнику или начальству.

Изоляция и помещение подростка в концентрированно криминогенную среду в период его активной социализации способствуют развитию зависимости в особо тяжелой форме.

Между тем, по данным петербургского Центра изучения и прогнозирования социальных процессов, количество актуальных потребителей, то есть постоянно употребляющих наркотики, составляет лишь десятую часть от числа всех, кто когда-либо их пробовал. Около 2/3 от числа тех, кто раньше активно потреблял наркотики, сейчас от них отказались. Как правило, увлечение наркотиками продолжается до 20 лет. Практика принудительного лечения приводит к тому, что интерес молодых людей подпитывается и закрепляется, и таким образом создается широкий круг наркозависимых – база наркобизнеса.

По данным Минюста России, в 2002 г. в российских тюрьмах и колониях содержалось 87 тыс. наркоманов. Средний возраст осужденного наркомана составлял 20 лет¹²³.

Отмена принудительного лечения дала возможность многим из больных наркоманией заключенных выйти на свободу раньше. Как прокомментировал поправки в УК РФ заместитель министра юстиции РФ Ю. Калинин: «…если сейчас, имея решение суда о принудительном лечении, человек не может досрочно освободиться и не подпадает под помилование и амнистию, пока он не прошел весь курс целиком, то с введением добровольного лечения такого заключенного будут выпускать. И он продолжит лечение в организациях здравоохранения»¹²⁴. По словам Ю. Калинина, в каждом подразделении есть свои наркологические кабинеты, куда зек-наркоман сможет прийти по своему желанию.

Ю. Калинин также отметил, что «болезнь не должна препятствовать освобождению, так как это нарушение прав человека». «В целом пенитенциарная система в России сейчас становится более либеральной. И мы должны обращаться к личности человека, а не лечить его принудительно – от советской психологии нужно избавляться. … Любое принуждение, тем более больного человека, у которого психика уже нарушена, будет вызывать только обратную реакцию. Нужно искать другие пути, а не ущемлять права человека, … в частности, задуматься о том, как занять молодежь»¹²⁵.

«…Мы прекрасно знаем практику и результативность принудительного лечения – оно малоэффективно, излечивается не больше 4 – 5 %, – заявил Ю. Калинин. – Тем более что у любого человека, прошедшего через следствие и содержание в изоляторе, появляется неприятие всяческих норм и положений»¹²⁶. По словам Ю. Калинина, многие заключенные сами приходят лечиться. Поэтому перейти на добровольность – это не значит уйти от лечения.

Тем более что «добровольность» эта весьма относительна. Согласно ч. 3 ст. 18 Уголовно-исполнительного кодекса РФ (в редакции федерального закона от 08.12.2003 № 161-ФЗ, принятого одновременно с законом, которым исключено упоминание о принудительных мерах медицинского характера по отношению к больным наркоманией) к осужденным к наказаниям, указанным в части первой настоящей статьи (ограничению свободы, аресту, лишению свободы), больным алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией, ВИЧ-инфицированным осужденным, а также осужденным, больным открытой формой туберкулеза или не прошедшим полного курса лечения венерического заболевания, учреждением, исполняющим перечисленные виды наказаний, по решению медицинской комиссии (а не по решению суда, как это предписывается общими правилами назначения принудительных мер медицинского характера) применяется обязательное лечение. Для содержания и амбулаторного лечения осужденных, больных открытой формой туберкулеза, алкоголизмом и наркоманией, согласно ч.

Упоминание о принудительных мерах медицинского характера остается и в Федеральном законе «О наркотических средствах и психотропных веществах» от 08.01.1998 № 3-ФЗ. Государство гарантирует больным наркоманией оказание наркологической помощи, которая включает обследование, консультирование, диагностику, лечение и медико-социальную реабилитацию (ч. 1 ст. 54). С другой стороны, согласно ч. 3 той же статьи больным наркоманией, находящимся под медицинским наблюдением и продолжающим потреблять наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача либо уклоняющимся от лечения, а также лицам, осужденным за совершение преступлений и нуждающимся в лечении от наркомании, по-прежнему по решению суда должны назначаться принудительные меры медицинского характера, предусмотренные законодательством Российской Федерации. Таким образом, с декабря 2003 г. Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» и УК РФ противоречат друг другу.

В 2004 г. в указанный закон были внесены изменения, увеличившие возраст, при котором от наркомании можно лечить принудительно – с прежних 15 лет до 16: больным наркоманией наркологическая помощь оказывается по их просьбе или с их согласия, а больным наркоманией несовершеннолетним в возрасте до 16 лет наркологическая помощь оказывается без их согласия, но по просьбе или с согласия их родителей или законных представителей (ч. 2 ст. 54)¹²⁷. Таким образом был снят запрет на принудительное лечение части подростков. По мнению автора законопроекта Е. Балашова, «несовершеннолетних наркоманов обязательно нужно отправлять в больницу без их согласия – из их же собственных интересов. У этих детей отклонения в психике, и они сами не могут понять, что им нужно к врачу»¹²⁸.

Первый заместитель главного врача 17-й наркологической больницы Москвы С.

Наркоманы же старше 16 лет лечиться не обязаны. Это предусмотрено лишь в нескольких случаях, например, острое психическое состояние или «белая горячка» (однако, придя в себя, наркоман может выписаться, не долечившись); отправить в больницу могут и по решению суда (такие случаи бывают очень редко); кроме того, наркоманов принудительно лечат в тюрьмах (ч. 3 ст. 18 Уголовно-исполнительного кодекса РФ).

Однако серьезным препятствием на пути решения задач профилактики остается то обстоятельство, что Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» предусматривает оказание наркологической (в том числе реабилитационной помощи) исключительно в учреждениях системы здравоохранения. В то же время представляется необходимым обеспечить возможность оказания реабилитационной помощи несовершеннолетним и молодежи в учреждениях системы образования, получивших в установленном законом порядке лицензию на указанный вид деятельности. До сих пор не принят Федеральный закон «О социально-медицинской реабилитации лиц, больных наркоманией», призванный регламентировать порядок оказания реабилитационной помощи лицам (включая несовершеннолетних), злоупотребляющим наркотическими средствами, в том числе совершившим общественно опасные деяния (преступления).

Многим памятна серия масштабных пожаров в наркологических больницах, случившихся в нескольких городах России в конце 2006 г. Всероссийская сеть снижения вреда (ВССВ) и группа Международной коалиции по готовности к лечению ВИЧ в странах Восточной Европы и Центральной Азии (ITCPru) считают, что причины этих трагедий «заложены в саму структуру подхода к лечению наркозависимости в России».

«Особое возмущение» СПИД-сервисных организаций вызывают обвинения в поджоге рядом СМИ и чиновниками одной из пациенток больницы, поскольку подобные заявления являются дезинформирующими и дискриминационными по отношению ко всем людям, страдающим наркозависимостью и живущим с ВИЧ, и направлены на разжигание общественной антипатии к жертвам трагедии. «Обвинять отдельных людей – это значит закрывать глаза на то, что вся система лечения наркозависимости в России абсолютно неэффективна, антигуманна и порочна по своей сути, – считает член Международной коалиции по готовности к лечению Г. Вергус. – …У нас отсутствуют какие-либо реальные системы помощи людям, употребляющим наркотики»¹³¹. В связи с этим ВССВ и группа ITCPru призывают Министерство здравоохранения и социального развития РФ в корне пересмотреть концепцию наркологической помощи в стране.

Реальная наркотическая ситуация, сложившаяся в стране, и созревшая потребность общества в ее кардинальном изменении диктуют необходимость комплексного, концептуально осмысленного подхода к решению проблемы профилактической помощи, предупреждающей употребление наркотиков и развитие наркомании. Активные профилактические мероприятия должны опираться на методологию формирования у детей и молодежи представлений об общечеловеческих ценностях, здоровом образе жизни, препятствующих вовлечению в наркогенную ситуацию; на развитие у детей и молодежи, а также у лиц, вступивших на путь первых проб ПАВ, умений и навыков активной психологической защиты от вовлечения в наркотизацию и антисоциальную деятельность (первичная, вторичная и третичная профилактика); на раннее выявление и диагностику наркозависимости; на реабилитацию детей и молодежи, возвращающихся из среды наркотизации к нормальной жизни (вторичная и третичная профилактика).