§ 1. Особенности отдельных элементов состава нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации

Как уже отмечалось в настоящей работе, Федеральным законом от 21.07.2005 N 93-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации о выборах и референдумах и иные законодательные акты Российской Федерации" были внесены изменения в Федеральный закон от 12.06.2002 N 67- ФЗ, в результате которых появился новый для избирательного законодательства России запрет - запрет предвыборной агитации, нарушающей законодательство Российской Федерации об интеллектуальной собственности (в настоящее время п.1.1.

Нарушение данного запрета стало одним из оснований для применения соответствующих санкций: отказа в регистрации кандидата (п.24 статьи 38 Федерального закона от 12.06.2002 №67-ФЗ), отказа в регистрации списка кандидатов (п.25 статьи 38), исключения кандидата из заверенного списка кандидатов (п.26 статьи 38), отмены регистрации кандидата (п.7 статьи 76), отмены регистрации списка кандидатов (п.8 статьи 76), отмены регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов (п.9 статьи 76).

При этом к настоящему времени ни в избирательном законодательстве, ни в юридической литературе не раскрывается определение нарушения законодательства об интеллектуальной собственности как конституционно - правового деликта, не рассмотрен, не формализован и не конкретизирован состав данного правонарушения, что приводит к неоднозначной оценке соответствующих правовых норм со стороны судебных органов и некоторой противоречивости судебной практики.

В данном параграфе будут рассмотрены особенности объекта и объективной стороны как элементов состава данного избирательного правонарушения с точки зрения соотношения с объектом и объективной стороной избирательного правонарушения в целом, а также будут представлены авторские предложения по совершенствованию избирательного законодательства.

Объект нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации является необходимым элементом состава данного избирательного правонарушения. Объект исследуемого

конституционного деликта непосредственно связан с реализацией кандидатами своего пассивного избирательного права и представляет собой совокупность общественных отношений, складывающихся в процессе проведения предвыборной агитации кандидатами и (или) избирательными объединениями при использовании объектов интеллектуальной собственности (сюда включаются в первую очередь отношения в области обеспечения равенства прав кандидатов и избирательных объединений в избирательном процессе, предусмотренные, в частности, статьей 5, главами 5 и 6 Федерального закона от 12.06.2002 N 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»).

Следует отметить, что данный объект усложняется еще одним, обязательным объектом - совокупностью общественных отношений, связанных с реализацией свободы литературного, художественного, научного и других видов творчества и охраной интеллектуальной собственности в соответствии со статьей 44 Конституции РФ. К ним относятся отношения, связанные с охраняемыми результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации (статья 1225 ГК РФ), интеллектуальными (статья 1226), в том числе исключительными правами (статья 1229), с вопросами распоряжения исключительным правом (статьи 1233-1240), отношения, связанные с авторскими правами и их объектами (статьи 1255, 1259), исключительным правом на произведение (статья 1270) и другие (включая, в первую очередь, правоотношения по охране и защите прав авторов и правообладателей).

Нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации можно отнести к категории многообъектных правонарушений, то есть тех, которые посягают не на одну, а на несколько групп общественных отношений. Но, если в составе объекта такого избирательного правонарушения, как использование кандидатом (или уполномоченным представителем или доверенным лицом избирательного объединения) преимуществ своего должностного или служебного положения

л

выделяются основной и факультативный объекты , то в данном случае речь идет о двух обязательных объектах.

Обязательным условием для привлечения кандидатов и (или) избирательных объединений к конституционно-правовой ответственности является не только посягательство на избирательные правоотношения, но и посягательство на общественные отношения, охраняемые законодательством об интеллектуальной собственности. Соответственно, в случае отсутствия посягательства на общественные отношения, охраняемые законодательством об интеллектуальной собственности, не будет являться основанием применения конституционно-правовой ответственности использование в агитационных ^[201] материалах объектов, которые не являются объектами авторского права - официальных документов государственных органов и органов местного самоуправления муниципальных образований, государственных символов и знаков (флаги, гербы, ордена, денежные знаки и тому подобное), символов и знаков муниципальных образований, произведений народного творчества (фольклор), не имеющих конкретных авторов, сообщений о событиях и фактах, имеющих исключительно информационный характер (статья 1259 ГК РФ), а также произведений, перешедших в общественное достояние (статья 1282).

Так, суды обоснованно не посчитали основанием для отмены регистрации кандидата переработку без согласия правообладателя стихотворения В.В. Маяковского«Что такое хорошо и что такое плохо?» (Решение Шатурского городского суда Московской области от 02 сентября 2013 года по делу №2-1363/2013¹), использование песни композитора Александрова А.В. и поэта Лебедева-Кумача В.И. «Священная война» (Определение Верховного Суда РФ от 15 февраля 2006 года по делу №35-Г05- 20^{[202] [203]), произведений Антонио Вивальди (Определение Верховного Суда РФ от 13.10.2012 N 29-АПГ12-4[204]) в связи с тем, что данные произведения стали общенародным достоянием и не подлежат правовой охране.}

Верховный суд РФ в своем решении от 07.09.2013 по делу № 8-АПГ13- 18, оставившем без изменения решение Ярославского областного суда, не усмотрел нарушений законодательства об интеллектуальной собственности в результате публикации анекдота в печатном агитационном материале кандидата в связи с отсутствием достоверных доказательств, свидетельствующих об

4

авторстве определенного лица .

Свердловский областной суд, рассматривая заявление избирательной комиссии об отмене регистрации кандидата в связи с использованием агитационных материалов с термином "план Путина", пришел к выводу, что данное словосочетание не является результатом самостоятельной творческой деятельности, в связи с чем оно не может рассматриваться в качестве объекта авторских прав, перечень которых закреплен ст. 1225 ГК РФ, а потому могло использоваться кандидатом в ходе предвыборной агитации, в том числе путем его воспроизведения в агитационных материалах. Утверждения избирательной комиссии и Свердловского регионального отделения Всероссийской политической партии "Единая Россия" об авторстве Б. Грызлова и Всероссийской политической партии "Единая Россия" в отношении данного словосочетания не подтвердились в ходе судебного заседания. Одновременно представленные суду доказательства достоверно свидетельствуют о том, что это словосочетание использовалось иными лицами, в том числе в средствах массовой информации, значительно ранее политического доклада, имевшего место 22 мая 2007 года.¹

Анализ судебной практики в отношении рассмотрения требований об отказе в регистрации, отмене регистрации кандидата (избирательного объединения), исключении кандидата из заверенного списка кандидатов, об отмене регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов (приведенный в следующем параграфе настоящей работы) позволяет сделать вывод о том, что судами, как правило, не исследуется вопрос и масштаб нарушения равенства прав кандидатов, не дается оценка неправомерного воздействия на формирование избирательных предпочтений избирателей, то есть на свободу их волеизъявления, а, в основном, исследуется вопрос нарушения авторских прав авторов или правообладателей^{[205] [206], то есть судами при исследовании факта нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации практически не исследуется объект данного избирательного правонарушения в целом, большее внимание уделяется именно гражданским правоотношениям.}

Из вышесказанного следует вывод о том, что, судя по сложившейся практике, объектом исследования в судебном процессе становится, как правило, не объект конституционного права (соответствующие избирательные правоотношения), усложненный объектом гражданского права (соответствующими общественными отношениями касательно объектов интеллектуальной собственности), а наоборот, объект гражданского права, усложненный объектом конституционного права. Таким образом, судя по правоприменительной практике, получается, что, основным объектом рассматриваемого избирательного правонарушения становится объект соответствующего гражданского правонарушения - нарушения законодательства об интеллектуальной собственности, что, по нашему мнению, недопустимо, так как основанием привлечения кандидата (избирательного объединения) к конституционно-правовой ответственности становится гражданское, а не избирательное правонарушение.

Рассмотрим объективную сторону нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации как разновидности конституционного деликта, так как именно от правильного установления признаков объективной стороны зависит в полной мере квалификация соответствующего деяния.

Нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации совершается в виде действия (то есть активного, волевого поведения субъектов). Нормы избирательного

законодательства не раскрывают различные случаи нарушения

законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации, то есть не закрепляется перечень деяний, составляющих

объективную сторону данного избирательного правонарушения, как это предусмотрено, например, для таких составов, как подкуп избирателей (пункт 2 статьи 56 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ) или неоднократное использование кандидатом (или уполномоченным представителем или доверенным лицом избирательного объединения) преимуществ своего

должностного или служебного положения (пункт 5 статьи 49 Федерального закона от 12 июня 2002 г.

На практике данное деяние может выражаться, в частности: в нарушении исключительных прав на произведение (музыкальное,

изобразительное, фотографическое и др.), в использовании соответствующего произведения без разрешения автора или правообладателя в тех случаях, когда такое согласие необходимо, либо в несоблюдении условий

использования произведения и др.

Отметим, что в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.03.2011 N 5 (ред. от 09.02.2012) «О практике рассмотрения судами дел о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»¹ среди возможных действий, квалифицируемых как нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации, Суд указывает на такое действие, как

распространение агитационных материалов, при создании которых были неправомерно использованы результаты интеллектуальной деятельности. При этом, согласно данному акту, установленные судом факты нарушения законодательства Российской Федерации об интеллектуальной собственности при изготовлении агитационного материала, который не использовался при проведении агитации (например, в случае, когда вся партия агитационного

материала была уничтожена), не могут служить поводом для отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов, исключения кандидата из заверенного списка кандидатов, отмены регистрации кандидата, списка кандидатов, кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов¹.

Таким образом, судам при квалификации соответствующих деяний в качестве нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации необходимо установить не только факт неправомерного использования результатов интеллектуальной собственности, но и факт распространения агитационных материалов. Следовательно, нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации не может быть совершено путем противоправного бездействия.

Например, Верховный Суд РФ, оставив без изменения решение Ярославского областного суда, в своем Определении от 07.09.2013 по делу № 8-АПГ13-19 удовлетворил требование об отмене регистрации кандидата в связи с тем, что был доказан не только факт использования результатов интеллектуальной собственности с нарушением законодательства, но и факт распространения агитационного плаката (баннера), который подтверждался представленной в материалы дела заявителем фотографией рекламной конструкции и не оспаривался представителями заинтересованных лиц^{[207] [208].}

В решении Верховного Суда РФ от 27.02.2009 N 83-Г09-8, оставившем без изменения решение Брянского областного суда, суд не удовлетворил требование об отмене регистрации избирательного объединения, так как факт распространения агитационных материалов не был доказан в суде. Судом было установлено, что избирательным объединением было направлено уведомление об отказе от распространения этого агитационного материала в соответствующую избирательную комиссию, и весь тираж был уничтожен типографией на основании поступившего от избирательного объединения письма, с составлением соответствующего акта^[209]. Подобное решение было принято и Московским областным судом от 11.10.2012 по делу N 33-22377 в связи с тем, что материалами дела не подтверждалось распространение агитационного материала, а факт уведомления кандидатом территориальной избирательной комиссии о начале распространения вышеназванного агитационного материала сам по себе не свидетельствует о его фактическом распространении среди избирателей².

Противоправность рассматриваемого правонарушения выражается в нарушении соответствующих норм избирательного законодательства (пункт 1.1 статьи 56 Федерального закона от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ) и гражданского законодательства (часть 4 ГК РФ).

Общественная вредность как признак объективной стороны здесь будет выражаться в том, что посредством использования и распространения агитационных материалов, нарушающим законодательство об интеллектуальной собственности, причиняется вред объектам, охраняемым конституционным и гражданским правом, о которых было сказано выше. Следует отметить, что и в законодательстве, и в правоприменительной практике, и в научной литературе отсутствуют обоснованные критерии оценки рассматриваемого правонарушения как общественно вредного.

Если сравнивать общественную вредность рассматриваемого правонарушения и некоторых других избирательных правонарушений, например, подкупа избирателей, то в последнем случае при подкупе избирателей общественная вредность данного избирательного

правонарушения как разновидности именно конституционного деликта представляется более очевидной и выражается в том, что посредством незаконного финансового воздействия кандидатами (или избирательными объединениями) оказывается влияние на защищаемые именно избирательным законодательством ценности - свободу волеизъявления избирателей. Поэтому вопрос о том, происходит ли трансформация правомерного поведения (осуществление предвыборной агитации), но с незаконным использованием результатов интеллектуальной собственности, в неправомерное с точки зрения именно конституционного права, представляется дискуссионным. Правоприменительная практика идет по такому пути, что фактически осуществляется подмена общественной вредности избирательного правонарушения общественной вредностью гражданского правонарушения, что мы считаем недопустимым в избирательном процессе, тем более, что соответствующий автор или правообладатель, который полагает, что его права были нарушены в период предвыборной агитации кандидатами или избирательными объединениями, всегда может использовать гражданскоправовые способы защиты.

Процесс рассмотрения дел в связи с нарушением кандидатами или избирательными объединениями законодательства об интеллектуальной собственности (то есть производство по административным делам о защите избирательных прав и прав на участие в референдуме граждан Российской Федерации в соответствии со статьями 239-244 Кодекса административного судопроизводства РФ) не предполагает применения каких-либо обеспечительных мер, аналогичных тем, которые могут быть использованы в рамках гражданского искового судопроизводства в случае нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в любых случаях. Например, согласно статьям 1252, 1302 ГК РФ суд может принять

соразмерные объему и характеру правонарушения обеспечительные меры, направленные на пресечение неправомерного использования произведений в информационно-телекоммуникационных сетях, в частности на ограничение доступа к материалам, содержащим незаконно используемые произведения, если в отношении таких материалов выдвинуто предположение о нарушении исключительного права на результат интеллектуальной деятельности.

Согласно статьям 1251-1252 ГК РФ в случае нарушения личных неимущественных прав автора и исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности их защита осуществляется, в частности, путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, возмещения убытков, компенсации морального вреда, компенсации за нарушение исключительных прав, публикации решения суда о допущенном нарушении. Все эти способы защиты (меры) можно разделить на пресекательные, восстановительные, штрафные и обеспечительные способы защиты, являющиеся мерами гражданско-правовой ответственности, а также способы, не являющиеся мерами гражданско-правовой ответственности¹. В научной литературе отмечается, что соответствующие нормы гражданского законодательства отражают высокий уровень защиты, предусмотренный законодателем для интеллектуальных прав, предоставляя правообладателю возможность использовать «специально приспособленные способы защиты для этой особой категории прав»^{[210] [211]. При этом одни из этих мер направлены на восстановление имущественных потерь автора (правообладателя), другие - на защиту доброго имени и связанных с этим личных неимущественных прав автора. Хотелось бы особо отметить, что ни одно из этих действий не предусматривается ни избирательным, ни процессуальным законодательством при рассмотрении дел о нарушении законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации.}

Как отмечает Зыков Е.В., даже если сравнивать административно -

правовые и уголовно-правовые способы защиты права интеллектуальной собственности с гражданско-правовыми способами, наибольшую практическую значимость с точки зрения защиты прав и интересов авторов имеют именно гражданско-правовые способы защиты права интеллектуальной собственности^[212]. При этом если гражданско-правовые способы защиты авторы и правообладатели могут использовать и в административном и в уголовном судопроизводстве, то есть совмещая различные виды ответственности, то при производстве по административным делам о защите избирательных прав и прав на участие в референдуме граждан Российской Федерации указанные выше нормы гражданского законодательства применяться не могут.

Привлечение кандидата (избирательного объединения) к конституционно-правовой ответственности за нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации не означает невозможности применения к нему гражданско-правовой ответственности (уже как к физическому и юридическому лицу соответственно). Вопрос о допустимости и необходимости совмещения двух видов ответственности (гражданско-правовой и конституционно-правовой) за фактически одно и то же правонарушение - нарушение законодательства об интеллектуальной собственности - является, на наш взгляд, дискуссионным. Совмещение конституционно-правовой и гражданско-правовой ответственности могло бы иметь место только в случае, когда применение конституционно-правовой ответственности служило бы на практике одновременно реальным способом защиты равенства прав кандидатов и избирательных объединений и эффективным дополнительным средством защиты прав авторов и правообладателей. Принимая во внимание, что для защиты интеллектуальных прав (как исключительных, так и личных неимущественных) гражданским законодательством предусматривается достаточное количество способов защиты, попытка использовать для защиты данных прав в том числе и меры конституционно-правовой ответственности представляется не совсем целесообразной, тем более, что с учетом определенной специфики защиты интеллектуальных прав^[213], а также в связи с особенностями правового режима интеллектуальной собственности, установленного ГК РФ, полагаем, что санкции, установленные избирательным законодательством за нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации (отказ в регистрации кандидата, отказ в регистрации списка кандидатов, исключение кандидата из заверенного списка кандидатов, отмена регистрации кандидата, отмена регистрации списка кандидатов, отмена регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов) недостаточно защищают авторов и правообладателей произведения, права на которое были нарушены кандидатом (избирательным объединением).

Поэтому полагаем, что судебная защита интеллектуальных прав в порядке гражданского искового судопроизводства позволяет авторам

(правообладателям) максимально использовать все способы и средства защиты своих нарушенных прав (в результате неправомерного использования кандидатом или избирательным объединением произведений в своих

агитационных материалах), предусмотренные гражданским законодательством, а суду - позволяет установить все необходимые значимые для дела фактические и юридические обстоятельства. Следовательно, споры о нарушении законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации должны рассматриваться независимо от агитационного периода и, соответственно, в порядке гражданского искового судопроизводства, когда у автора (правообладателя) будет возможность принять участие в судебном процессе и в полной мере защитить свои нарушенные права.

Необходимо отметить, что сформулированный законодателем состав нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации является формальным (наступление вредных последствий и выявление причинно-следственных связей является необязательным (факультативным), при этом последствия презюмируются как наступившие). Норма закона не ставит совершение кандидатом или избирательным объединением нарушений законодательства об

интеллектуальной собственности при проведении предвыборной агитации в зависимость от наступления каких-либо последствий, а также от малозначительности допущенных нарушений.

Колюшин Е.И., Макарцев А.А. полагают, что более целесообразным является отказ от применения мер конституционно-правовой

ответственности за формальные правонарушения и закрепление в избирательном праве в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека принципа пропорциональной ответственности, то есть принципа соответствия ответственности содеянному^[214].

Действительно, применение лишь формальных оснований отказа в регистрации кандидата или избирательного объединения, отмены регистрации кандидата или избирательного объединения, исключения кандидата из заверенного списка кандидатов,отмены регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов без учета обстоятельств, свидетельствующих о несущественности нарушений

законодательства, без исследования социально значимой цели, не является обоснованным. Данный подход не соответствует принципу

соразмерности,суть которого заключается в справедливости для правонарушителя.

Конституционный Суд РФ в своих решениях в отношении данного принципа использует такие формулировки, как «баланс законных интересов каждого гражданина и общества в целом»¹, «баланс защищаемых в рамках избирательного процесса конституционных ценностей»^{[215] [216], «баланс между}

частными и публичными интересами»^[217], изредка - «принцип соразмерности»^[218]. В соответствии с Постановлениями Конституционного Суда данный принцип предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания. Соответственно, при применении за избирательное правонарушение конституционно-правовой меры карательного свойства должно обеспечиваться условие соответствия меры ответственности содеянному противоправному деянию¹.

Но исследование судебной практики позволяет сделать вывод о том, что указанный выше подход, как правило, не соблюдается. Так, в Определении Верховного Суда РФ от 12.03.2010 N 6-Г10-9 отмечается, что каких-либо условий к применению такой меры ответственности, как отмена регистрации кандидата, в виде существенности совершенного им нарушения и соразмерности наказания действующее избирательное законодательство не содержит. Иное приводило бы к неопределенности правового регулирования отношений, связанных с регистрацией кандидатов (ее отменой), создавая в правоприменении угрозу нарушения принципа равенства кандидатов². Как отмечается в Определении Верховного Суда РФ от 06.03.2008 по делу N 45 -Г08- 6, отсутствие обращений за судебной защитой со стороны обладателей исключительного права на произведение, а также характер допущенного кандидатом нарушения, не исключают ответственность, предусмотренную избирательным законодательством³. В иных решениях суда отсылка к

принципу соразмерности вообще отсутствует. Тем не менее, именно отсутствие учета принципа соразмерности приводит, на наш взгляд, к не всегда обоснованному применению соответствующих конституционно -

правовых санкций.

Так, например, в соответствии с Определением Верховного Суда РФ от 07.09.2013 N 8-АПГ13-19 регистрация кандидата по одномандатному округу и кандидата в составе единого списка, выдвинутого избирательным объединением была отменена в связи с тем, что кандидатом в агитационных материалах была использована часть произведения (изображения). В соответствии с Апелляционным определением Ярославского областного суда от 12.10.2012 по делу N 33-5848/2012^{[219] [220] была отменена регистрации кандидата в составе партийного списка на основании того, что в агитационном печатном материале кандидатом использовался фрагмент карты без согласия}

правообладателя.

В соответствии с Определением Верховного Суда РФ от 13.10.2012 по делу № 18-АПГ12-10 была отменена регистрация кандидата по тому основанию, что Суду не было представлено доказательств законности

использования товарных знаков "МТС", "Билайн", "Мегафон" и "TELE2" в агитационных материалах кандидата . Решением Ленинского районного суда г. Владимира от 31 августа 2015 года была отменена регистрация кандидата в депутаты Совета народных депутатов г.Владимира в связи с тем, что в его агитационном материале размещены товарные знаки (логотипы) социальных сетей: "ВКонтакте", "Facebook", "Twitter", "Instagram"^[221].

В соответствии с Определением Верховного Суда РФ от 09.09.2014 N 30- АПГ14-6^[222] была отменена регистрация избирательного объединения в связи с использованием агитационных материалов с изображением Че Гевары, которое было расценено Судом как нарушение законодательства Российской Федерации об интеллектуальной собственности. Согласно Апелляционному определению Краснодарского краевого суда от 11.09.2014 по делу N 33-20349/2014 регистрация кандидата была отменена на основании использования им в своих печатных агитационных материалах фотографии без согласия автора.²

Ранее в судебной практике встречалась и прямо противоположная позиция судебных органов, которая поддерживается диссертантом в большей степени. Так, в Определении Верховного Суда РФ от 15 февраля 2006 года по делу №35-Г05-20 суд, отказывая в удовлетворении заявленных требований, руководствовался тем, что отмена регистрации списка кандидатов по основаниям, предусмотренным пп. «д» п.7 статьи 76 ФЗ от 12 июня 2002 г. N 67-ФЗ, выступающая в качестве санкции за совершенное правонарушение, как связанная с ограничением избирательных прав, должна осуществляться на основе вытекающего из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципа соразмерности. Принимая во внимание, что используемые в агитационном материале фрагменты общеизвестных музыкальных произведений непродолжительны по времени, в них не содержалось призывов к голосованию за кандидатов от отделения политической партии, изготовившей агитационный ролик, и (или) против кандидатов, выдвинутых от других партий, а также сведений дискредитирующих этих кандидатов в глазах избирателей, суд пришел к выводу о том, что допущенные политической партией нарушения законодательства об интеллектуальной собственности, в данном случае, не могут быть признаны существенными нарушениями норм избирательного законодательства, могущими в значительной степени повлиять на волеизъявление граждан в предстоящих выборах и послужить поводом к отмене регистрации списка кандидатов^[223].

С учетом вышесказанного не совсем основательной представляется позиция Верховного суда, который среди условий привлечения кандидатов (избирательных объединений) к конституционно-правовой ответственности за совершение нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации в своем Постановлении Пленума от 31.03.2011 N 5 (ред. от 09.02.2012) «О практике рассмотрения судами дел о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»^{[224] [225] называет только возможные виды действий}

соответствующих субъектов (несоблюдение требований, установленных частью четвертой Гражданского кодекса, с некоторыми примерами, а также распространение агитационных материалов, при создании которых неправомерно использовались объекты интеллектуальной собственности). К дате принятия указанного выше Постановления Пленума практика по рассмотрению дел о нарушении законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации только начинала

складываться. Тем не менее, к настоящему моменту прошло уже больше 10-ти лет после изменений в избирательном законодательстве, согласно которым нарушение законодательства об интеллектуальной собственности стало одним из оснований конституционно-правовой ответственности, но в данное Постановление до сих пор не внесены изменения, соответствующие актуальной правоприменительной практике. В частности, судам не предлагается учитывать при вынесении решения о привлечении кандидатов и избирательных объединений к конституционно-правовой ответственности за нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации такие характеристики, как характер, масштаб нарушения прав не только кандидатов и избирательных объединений в рамках избирательной кампании (то есть насколько нарушаются права других кандидатов или избирательных объединений, насколько такие нарушения затрагивают принцип равенства кандидатов или избирательных объединений, получают ли кандидаты или избирательные объединения, использовавшие объекты интеллектуальной собственности с нарушением законодательства об интеллектуальной собственности, преимущества в предвыборной агитации перед другими кандидатами или избирательными объединениями в связи с такими нарушениями и др.), но и авторов или правообладателей (в частности, продолжительность использования объектов интеллектуальной собственности - количество выходов в эфир, если речь идет об использовании фото- видео-, музыкальных произведений в средствах массовой информации; территория охвата потенциальных избирателей; количество изданных экземпляров агитационных материалов, а также масштаб их распространения; наличие возражений со стороны автора или правообладателя и др.).

Таким образом, не исключаются случаи привлечения кандидатов и избирательных объединений к конституционно-правовой ответственности за малозначительные деяния, связанные с нарушением законодательства об интеллектуальной собственности. В "Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав", утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015 данные критерии так же не указываются, почти не рассматриваются проблемные вопросы и почти не обобщается судебная практика в отношении вопросов защиты прав на результаты интеллектуальной деятельности при рассмотрении дел по спорам, связанным с применением избирательного законодательства (см. пункты 61 -65). Полагаем, что отсутствие указанных выше положений (критериев) является ¹ пробелом как в законодательстве, так и в правоприменительной практике обобщающего характера. При этом только суд определяет характер общественной вредности и адекватность применения конституционно - правовых санкций.

Таким образом, формальный подход к рассмотрению нарушения законодательства об интеллектуальной собственности с позиций конституционного права представляется безосновательным.

Среди обязательных элементов объективной стороны нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации стоит назвать время совершения соответствующего правонарушения - оно может быть признано таковым только в период проведения предвыборной агитации (агитационный период).

Как уже отмечалось в данной работе, не совсем обоснованно, на наш взгляд, в качестве обязательных признаков объективной стороны нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации не указывается такой признак, как неоднократность, таким образом, не позволяя разграничивать соответствующие нарушения в зависимости от характера и степени общественной вредности.

Возможно, по мнению законодателя, нарушение законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации является более серьезным нарушением, чем использование кандидатом или руководителем избирательного объединения преимуществ своего должностного или служебного положения. Полагаем, что с таким подходом сложно согласиться в связи с тем, что некоторые нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации хотя и соответствуют признакам правонарушения, но не способны привести к значительному нарушению принципа равенства кандидатов и избирательных объединений в избирательном процессе и не представляют собой серьезной общественной вредности.

Данное упущение законодателя (или, наоборот, принципиальная позиция) на практике привело к тому, что этим весьма активно в последнее время стали пользоваться конкурирующие кандидаты и избирательные объединения, которые имеют право обращаться в суд с требованием оботказе в регистрации кандидата, списка кандидатов, исключения кандидата из заверенного списка кандидатов, отмене регистрации кандидата, списка кандидатов, отмене регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов.

При этом если изначально соответствующие нормы вводились в первую очередь для обеспечения принципа равенства кандидатов в избирательном процессе, гарантированного Федеральным законом от 12.06.2002 №67-ФЗ, то впоследствии достаточно быстро они превратились в инструмент, который стал использоваться кандидатами и избирательными объединениями для правомерного воспрепятствования другим кандидатам (избирательным объединениям) в осуществлении их прав.

Отдельные кандидаты (и избирательные объединения), требуя привлечения своих кандидатов-соперников (или избирательных объединений- соперников) к конституционно-правовой ответственности стремятся не столько к реальному обеспечению соблюдения принципа равенства кандидатов и избирательных объединений в предвыборной агитации, а также соблюдения законодательства об интеллектуальной собственности (в том числе обеспечения прав и законных интересов авторов и правообладателей) в период предвыборной агитации со стороны своих соперников, сколько в недопуске соответствующего кандидата или избирательного объединения к участию в выборах, к лишению соответствующего статуса участника избирательной кампании, то есть используют предоставленное им право на обращение в суд с требованием о привлечении кандидата или избирательного объединения к конституционно-правовой ответственности (в виде, например, отмены регистрации) как механизм для злоупотреблений. Иначе весьма трудно объяснить, почему желание кандидатов снизить

конкуренцию на выборах порой доходит до абсурдного - они обращаются в суд с заявлением об отмене регистрации кандидата (списка кандидатов) в связи с использованием сканворда без указания автора в агитационных материалах¹, сканворда, в котором была фотография мужчины и туеса,

использование изображения которых без согласия собственника интеллектуальной собственности являлось (по мнению заявителя) нарушением авторских прав^{[226] [227], в связи с использованием изображения автокрана}

"Ульяновец" на базе автомобиля "Камаз", а также музыкального инструмента фирмы "Ямаха"^[228], в связи с исполнением песен на концертах на встречах кандидата с избирателями^[229] и даже в связи с использованием логотипа известной американской фирмы «Nike» на куртке, в которой кандидат был изображен в своем предвыборном буклете^[230], изображения, совпадающего с изображением, зарегистрированным в качестве товарного знака "Pokemon" на футболке сына кандидата, фотография которого размещена в печатном агитационном материале^{[231] [232] и др. В отдельных случаях подобные требования}

7

заявителей даже удовлетворялись .

В результате подобных обращений, на наш взгляд, вред от рассматриваемого злоупотребления в том числе выражается в том, что фактически происходит дискредитация избирательных институтов в глазах

избирателей - в случае необоснованного применения к кандидату

(избирательному объединению) карательно-штрафных конституционноправовых санкций (например, за объективно малозначительные нарушения законодательства об интеллектуальной собственности) доверие граждан к избирательным процессам снижается.

Одним из возможных решений по защите прав как кандидатов (избирательных объединений), так и авторов и правообладателей при использовании объектов интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации кандидатами и избирательными объединениями является внесение необходимых изменений в законодательство. В частности, наряду с обязанностью кандидатов и избирательных объединений,

предусмотренной в соответствии с пунктом 9 Статьи 48 Федерального закона от 12.06.2002 №67-ФЗ в совокупности с пунктом 3 статьи 54, предоставлять документ, подтверждающий согласие на использование высказываний физического лица о кандидате, об избирательном объединении, нами предлагается закрепить обязанность кандидатов и избирательных объединений представлять в обязательном порядке в соответствующую избирательную комиссию вместе с печатным агитационным материалом (а в иных случаях - по требованию избирательной комиссии) документы, подтверждающие законность использования объектов интеллектуальной собственности (например, лицензионный договор, договор авторского заказа, договор об отчуждении прав, письменное согласие автора или правообладателя на использование соответствующего произведения). Это изначально стимулировало бы кандидатов и избирательные объединения принимать все необходимые меры по соблюдению законодательства об интеллектуальной собственности и обеспечило бы необходимый баланс интересов кандидатов (избирательных объединений) и авторов (правообладателей). Такая условно обеспечительная мера, предусмотренная избирательным законодательством, несомненно, должна значительно снизить риски нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации и, соответственно, значительно уменьшить число нарушений интеллектуальных прав авторов (правообладателей).

В связи с этим предлагаем дополнить статью 54 Федерального закона от 12.06.2002 №67-ФЗ пунктом 3.1 следующего содержания (по аналогии с требованиями, закрепленными пунктом 9 статьи 48): «3.1. В случае, если указанные в пункте 3 настоящей статьи материалы содержат объекты интеллектуальной собственности, кандидатом, избирательным объединением вместе с экземплярами данных материалов должно быть представлено письменное согласие авторов или правообладателей таких объектов или иные документы, подтверждающие законное использование

соответствующих объектов интеллектуальной собственности. В случае размещения агитационного материала на канале организации телерадиовещания либо в периодическом печатном издании указанные документы представляются в избирательную комиссию по ее требованию. Представление указанных документов не требуется в случаях свободного использования объектов интеллектуальной собственности в соответствии с законодательством об интеллектуальной собственности.»

Итак, подводя итоги рассмотрения особенностей отдельных элементов состава нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации, необходимо сделать следующие выводы.

1. Объект нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации непосредственно связан с реализацией кандидатами своего пассивного избирательного права и представляет собой совокупность общественных отношений, складывающихся в процессе проведения предвыборной агитации кандидатами и (или) избирательными объединениями при использовании объектов интеллектуальной собственности (сюда включаются в первую очередь отношения в области обеспечения равенства прав кандидатов и

избирательных объединений в избирательном процессе). Данный объект усложняется еще одним, обязательным объектом - совокупностью общественных отношений, связанных с реализацией свободы литературного, художественного, научного и других видов творчества и охраной интеллектуальной собственности в соответствии со статьей 44 Конституции РФ. При этом, судя по сложившейся правоприменительной практике, объектом исследования в судебном процессе становится, как правило, не объект конституционного права (соответствующие избирательные правоотношения), усложненный объектом гражданского права (соответствующими общественными отношениями касательно объектов интеллектуальной собственности), а наоборот, объект гражданского права, усложненный объектом конституционного права. Таким образом, основным объектом рассматриваемого избирательного правонарушения становится объект соответствующего гражданского правонарушения - нарушения законодательства об интеллектуальной собственности, что, по нашему мнению, недопустимо, так как основанием привлечения кандидата (избирательного объединения) к конституционно-правовой ответственности становится гражданское, а не избирательное правонарушение.

2. Правоприменительная практика идет по такому пути, что фактически осуществляется подмена общественной вредности избирательного правонарушения общественной вредностью гражданского правонарушения, что мы считаем недопустимым в избирательном процессе, тем более, что соответствующий автор или правообладатель, который полагает, что его права были нарушены в период предвыборной агитации кандидатами или избирательными объединениями, всегда может использовать гражданскоправовые способы защиты.

3. Полагаем, что споры о нарушении законодательства об интеллектуальной собственности в период предвыборной агитации должны рассматриваться независимо от агитационного периода и, соответственно, в порядке гражданского искового судопроизводства, когда у автора (правообладателя) будет возможность принять участие в судебном процессе и в полной мере защитить свои нарушенные права.

4. Использование лишь формальных оснований для привлечения кандидата или избирательного объединения к конституционно-правовой ответственности (применения конституционно-правовых санкций) без учета обстоятельств, свидетельствующих о несущественности нарушений законодательства, без исследования социально значимой цели, не является обоснованным.Судами не учитываются характер, масштаб нарушения прав не только авторов или правообладателей, но и, в первую очередь, прав кандидатов и избирательных объединений в рамках избирательной кампании, таким образом, из правоприменительной практики не исключаются случаи привлечения кандидатов (избирательных объединений) к конституционно-правовой ответственности за малозначительные деяния.

Соответственно, применяемые меры конституционно-правовой ответственности за совершение рассматриваемого конституционного деликта (отказ в регистрации, отмена регистрации кандидата или избирательного объединения, исключение кандидата из заверенного списка кандидатов, отмена регистрации кандидата, включенного в зарегистрированный список кандидатов) в настоящее время не отвечают принципу соразмерности.

Применение указанных выше конституционно-правовых санкций,

носящих по своей природе карательный характер и связанных с не предоставлением или лишением статуса участника избирательной кампании кандидата или избирательного объединения без учета принципа соразмерности в целом не представляется допустимым. Позволим себе согласиться с позицией Матейковича М.С., согласно которой применение соразмерных мер конституционно-правовой ответственности является весьма важным способом защиты избирательных прав в правовом демократическом государстве^[233].

5. С целью обеспечения принципа равенства кандидатов в избирательном процессе, а также соблюдения законодательства об интеллектуальной собственности со стороны кандидатов и избирательных объединений и обеспечения необходимого баланса интересов кандидатов (избирательных объединений) и авторов (правообладателей) необходимо внести изменения в избирательное законодательство: закрепить обязанность кандидата и избирательного объединения представлять документы, подтверждающие законное использование объектов интеллектуальной собственности вместе с экземплярами агитационных печатных материалов, а в иных случаях (при размещении агитационного материала на канале организации телерадиовещания либо в периодическом печатном издании) - по требованию избирательной комиссии.