Особенности допросов отдельных групп лиц.

По делам о налоговых мошенничествах особое значение имеют допросы отдельных групп лиц (в отличие от тактики проведения иных следственных действий, которая аналогична с осуществляемой по иным делам об экономических преступлениях).

Допросы свидетелей, подозреваемых и обвиняемых лиц по делам исследуемой категории, имеют, конечно, общие черты с допросами, осуществляемыми в ходе расследования иных преступлений экономической направленности^[158], но также и достаточно значимую специфику. Она определяется личностными и профессиональными свойствами допрашиваемых лиц (о которых говорилось в первой главе) и избираемыми ими защитными позициями, соответствующими указанным свойствам (полное признание вины подследственными отмечалось только по каждому десятому делу). Проведенные нами в этой части исследования позволили выделить несколько наиболее типичных групп лиц, имеющих различное отношение к хозяйственным операциям, влекущим право на возмещение НДС. Принадлежность к таким группам непосредственно определяет возможное процессуальное положение лиц и особенности их поведения на допросе.

Первая группа лиц - это участники организации - налогоплательщика.

Среди них следует выделить, прежде всего, их реальных (выделено авт.) руководителей, которые привлекаются в качестве подозреваемых и обвиняемых. Диапазон используемых ими приемов в обоснование своей невиновности чрезвычайно велик.

а) По делам о простых банкротствах часто используются доводы примитивного характера, построенные на «незнании» допрашиваемым особенностей документального оформления хозяйственных операций, порядка составления счет - фактуры и возмещения НДС в целом. В своих показаниях, они ссылаются на предложенную им возможность «заработать» со стороны случайных знакомых, отсутствие на рабочем месте и даже незнание места расположения налогового органа. Фразы типа «не знаю», «не был», не выезжал», «не закупал», «не перевозил», «не понимал невозможность получения выгоды» и другие подобные, достаточно часто встречаются в показаниях таких лиц.

б) В расследовании сложных, высокоорганизованных мошенничеств защитная позиция руководителей строится в полном соответствии с избранными ими приемами маскировки, разоблачить которые достаточно сложно. В своих показаниях они, как правило, ссылаются на следующие обстоятельства:

- реальное осуществление хозяйственной операции (частичная или полная фиктивность которой является для допрашиваемого «неожиданностью»);

- проверку её сотрудниками транспортных, страховых компаний и особенно - таможней (в надежде на «правильные», заранее оговоренные на случай разоблачения, показания с их стороны);

- «беспроблемное» осуществление аналогичных хозяйственных операций на протяжении длительного периода времени;

- наличие «образцового» гражданско - правового обеспечения всех сделок и этапов их осуществления;

- «обман» со стороны поставщиков, которые вместо дорогостоящей продукции поставили дешевые заменители;

- отсутствие должного контроля за продукцией (работами) в надежде на «порядочность» контрагентов и т.д.

Разоблачение их защитной позиции строится по каждому из заявленных доводов, прилагая усилия к даче правдивых показаний со стороны лиц, вовлеченных в процесс преступления и не успевших совершить каких-либо значимых общественно - опасных действий. Такие лица, как правило, по ходу предварительного расследования освобождаются от уголовной ответственности.

в) Лица, привлеченные для фиктивного руководства организациями, осознавая реальную возможность их привлечения к уголовной ответственности, дают как правило, подробные и правдивые показания, разоблачающие организаторов мошенничества.

Такие же закономерности характеризуют позицию административно - обслуживающего персонала реально действующих организаций, транспортных организаций и арендодателей складских помещений.

Вторая группа лиц - это представители организаций - контрагентов (и/или филиалов головной организации).

Отличительной их чертой является, в большинстве случаев, полное неведение в отношении тех хозяйственных операций, которые осуществляются, якобы, с участием их организаций (в отдельных случаях они вообще были ликвидированы до указанных операций). С получением правдивых и обстоятельных показаний в данном случае проблем не возникает. Иногда следователю приходится оказывать помощь таким лицам в воспроизведении обстоятельств давно прошедших событий, связанных, например, с возможностью похищения документов с реквизитами их организации.

Если же организации - контрагенты существуют реально, то здесь возможны две ситуации: одна - аналогичная предшествующей и вторая, связанная с соучастием их руководителей в преступных схемах по возмещению НДС. В последнем случае тактика их допроса определяется той ролью, которой они играли в мошенничестве.

Третья группа лиц - это сотрудники «сторонних» организаций, осуществляющих бухгалтерское и юридическое сопровождение деятельности организации - налогоплательщика. Все возможные доводы, заявляемые в обоснование своей невиновности, могут быть сведены к различным вариантам одного - «невозможности» совершить хищение в силу недостаточности полномочий, предоставляемых им руководством организации - доверителя. Соответственно, и приемы разоблачения определяются конкретным вариантом указанного довода.

Четвертая группа - это сотрудники налоговых органов. Здесь следует рассмотреть два основных варианта ситуаций, в которых они дают свои показания (изначально, как правило, в качестве свидетелей).

Если поводом к возбуждению уголовного дела послужили материалы органов дознания в ситуации, когда конкретный ответственный сотрудник налогового органа не знал и не мог знать, в силу объективных причин, о факте покушения (выделено авт.) на завладение бюджетными средствами, он дает исчерпывающие, профессионально аргументированные показания. (Указанные причины объективного характера могут определяться недавним временем создания организации - налогоплательщика, совершением преступления сразу после окончания очередной камеральной проверки и др.).

При наличии аналогичного повода к возбуждению уголовного дела, но в ситуации, налоговый работник не мог не знать о наличии признаков налогового мошенничества, он отдает себе отчет в том, что статус свидетеля для него не является «окончательным». Тогда он занимает защитную позицию, с использованием доводов трех видов:

а) ссылки на невозможность уследить за всем «потоком» проверяемых организаций и подлинностью предоставляемой ими документации;

б) отсутствие полномочий, необходимых для проверки реальности хозяйственных операций, влекущих право на возмещение НДС (главным образом, связанных с ограничением в проведении выездных проверок). Разоблачение этих доводов всегда представляло наибольшие затруднения, поскольку они основывались на положениях действующего налогового законодательства. (Именно поэтому мы приветствовали изменения и дополнения НК РФ в части расширения указанных полномочий - см. раздел 3.1)

в) ссылки на неправильное толкование пределов их компетенции с «перекладыванием» ответственности на своих коллег. Надо сказать, что такие доводы используют не все сотрудники налоговых органов, а только те из них, которые осуществляют свою деятельность на «промежуточных» этапах принятия решения о возмещении НДС. На начальном этапе решение принимает соответствующий налоговый инспектор, а окончательное - руководитель налогового органа или его заместитель. Они редко ссылаются на дублирование служебных обязанностей или «недосмотр». Такие доводы используют работники юридических служб и подразделений так называемого «внутреннего аудита», через которых проходит проект решения налогового органа о возмещении НДС.

В целом, аналогичные закономерности в построении защитной позиции свойственны работникам таможенных органов и банков.

Наконец, пятую группу составляют сотрудники местных подразделений Федерального казначейства РФ, которые, как правило, признаются представителем потерпевшего (т.е. государства) в уголовном процессе. Они, как правило, активно помогают следствию в выяснении всех обстоятельств совершенного преступления.

Таковыми нам представляются основные группы лиц, причастных к налоговому мошенничеству, особенности формирования их показаний и обоснования защитной позиции.

3.3.