Смех и мудрость

Начнем с мудрости, поскольку сама философия (а «метафизика», по Аристотелю, и есть «первая философия») по определению — это любовь к мудрости. Достойно внимания, что библейская Премудрость Божия на иврите обозначается словом hochmeh, хохма.

Библейская Хохма — Мудрость соответствует греческому понятию Софии (мудрость по-гречески), осмысленной последующей мистической философией, в том числе русской религиозной философией, особенно Владимиром Соловьевым, как Премудрость Божия и Вечная Женственность. Великий русский философ писал, что «в канонической книге “Притчей Соломоновых” мы встречаем развитие этой идеи Софии (под соответствующим еврейским названием Хохма)»^[287] ^{^[288]. Может возникнуть вопрос: какое это имеет отношение к тому, что сейчас называется хохмой? Разве того, кого именуют хохмачом, можно считать мудрецом? Если и связана библейская Хохма с тем, что теперь называют хохмой, то разве не так, как Божественная София с именем Софочка, или Сонька?
И все же в том, что вошедшее в русский язык слово «хохма» (в современном «Словаре русского языка» это слово характеризуется как «остроумная веселая шутка, что-либо очень смешное»; наверно, русификации «хохмы» содействовало ее созвучие со словом «хохотать») по своему происхождению связано библейской Хохмой на иврите, есть свой смысл. В каждой шутке, говорят, есть доля шутки. Другой долей может быть глупость или мудрость. В каждой хорошей шутке есть доля мудрости. Юмор — веселый сын Мудрости¹. Человек — это не только Homo Sapiens (Человек Разумный), но и Animal ridens (смеющееся животное). Один из величайших русских метафизиков Вл. Соловьев, начиная в Москве 14 января 1875 г. свой курс по истории греческой философии на Высших женских курсах, говорил: «Я определяю человека как животное смеющееся... Человек рассматривает факт, а если этот факт не соответствует его идеальным представлениям, он смеется.
В этой же характеристической особенности лежит корень поэзии и метафизики»^[289] ^{^[290]. И философ писал в одном из своих стихотворений: Таков закон: все лучшее в тумане,
А близкое иль больно, иль смешно.
Не миновать нам двойственной сей грани:
Из смеха звонкого и из глухих рыданий Созвучие вселенной создано^[291].
И другой замечательный русский мыслитель Николай Бердяев после слов: «Моя брезгливость есть, вероятно, одна из причин того, что я стал метафизиком», отмечает в своей философской автобиографии: «Очень важно для меня, что я всегда очень любил смех и смешное. В смехе я видел освобождающее начало, возвышающее над властью обыденности. Любил очень остроумие...»¹.
Разумеется, не в любом смехе присутствует мудрость. Бывает и такой смех, про который говорят в народе: «смех без причины — признак дурачины». Увы, существует и просто дурацкий смех, и «патологический юмор» (А.Н. Лук), и «дебильный юмор», о котором ярко написал Александр Мелехов^[292] ^{^[293]. Еще Аристотель писал, что «те, кто в смешном преступают меру, считаются шутами и грубыми людьми, ибо они добиваются смешного любой ценой и, скорее, стараются вызвать смех, чем сказать [нечто] изящное, не заставив страдать того, над кем насмехаются»^[294].}
Мудрый смех — смех мудрого человека. «Демокрит был прозван ‘‘Мудростью” и “Смеющимся”; [Последнее прозвище он получил] так как смеялся, что люди занимаются пустяками», — писал древний автор^[295]. И в смехе как таковом может быть зерно мудрости. Не напрасно у разных народов существуют пословицы и поговорки типа: «Не спрашивай рыдающего, спрашивай смеющегося». Не без основания величайший метафизик отмечал, что «из всех животных он (человек. — Л. С.) один только способен смеяться».^[296] Смех как общечеловеческая способность воспринимать мир во всем сплетении его светлых и темных сторон, несомненно, таит в себе мудрое начало. По словам одного бабелевского персонажа, «только мудрец раздирает смехом завесу бытия»^[297].}}

<< | >>

↑

Источник: Леонид Столовим. Философия. Эстетика. Смех. — С.-Петербург — Тарту, 1999, — 384 с.. 1999

Еще по теме Смех и мудрость:

- Логика - Современные философские исследования - Философия права - Этика, эстетика -