Субъект и субъективная сторона

Субъект преступления по ст. 272 и 273 УК РФ — вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

С субъективной стороны преступления характеризуются наличием прямого умысла (осознание неправомерного доступа, предвидение наступления вредных последствий и желание их наступления) или косвенного умысла (осознание неправомерного доступа, предвидение наступления вредных последствий и сознательное допущение их наступления либо безразличное отношение к наступлению последствий).

Не признается преступлением доступ к информации без намерения совершить общественно опасное деяние (техническая помощь пользователю не допущенным к ЭВМ работником, выполнение работы за другое лицо с целью ускорения производственного процесса, непроизвольный доступ к информации вследствие ошибки непосредственного пользователя и т.п.).

В отличие от широко распространенной точки зрения о том, что субъектом преступления по ст. 272 и 273 УК РФ является специалист, обладающий глубокими знаниями в компьютерной технике и программировании, при совершении хищений в сфере оборота платежных карт субъектом НСД и НСВ (в форме использования программ для ЭВМ в составе оборудования, использованного для совершения преступления) могут быть неквалифицированные физические лица[54].

Как сказано ранее, обычно компьютерные преступления в рассматриваемой области совершаются на этапе подготовки и совершения хищений с использованием платежных карт. При этом подготовка и совершение обычно производятся разными группами лиц, а также на различных территориях как внутри России[55], так и за рубежом[56]. Однако в практике имеются случаи, когда изготовление «белого пластика» и снятие наличных денег осуществлялись одним лицом[57].

Например, в указанном ранее деле граждане Болгарии Г. Т. Илиев и Ц. Н. Божилов осуществляли копирование реквизитов платежных карт без снятия наличных денег. Более того, программное обеспечение, управлявшее криминальным оборудованием, находившимся в распоряжении осужденных, обеспечивало конфиденциальность полученных реквизитов, в том числе и от осужденных, за счет шифрования данных. Данное обстоятельство вместе с тем послужило одним из препятствий на пути доказывания того, что копирование данных было фактически осуществлено[58], что было определено в ходе осмотра с привлечением специалистов ЭКЦ МВД РФ.