§ 2.2. Этапы генезиса институционализации сферы несостоятельности и банкротства граждан в Российской Федерации

Под генезисом (от греч. — genesis) следует понимать процесс за­рождения и развития явления, приводящий к определенному со­стоянию. Термин «институционализация» (от лат. institutum — ус­тановление, обычай, учреждение) означает процесс превращения каких-либо отношений в институты, то есть в форму организации отношений с установленными правилами, нормами, и их саморегу­ляцию.

- первая попытка — с января 1998 г. по 26 октября 2002 г.;

- вторая попытка — с 26 января 2002 г. по 29 декабря 2014 г.;

- третья попытка — с 29 декабря 2014 г. по 1 октября 2015 г.

Однако, несмотря на то что все указанные попытки не привели к началу функционирования механизмов банкротства физических лиц, их реализация создала определенную правовую почву для нача­ла оформления и функционирования соответствующего правового института.

Анализ правовых, экономических и социологических аспектов указанных попыток введения механизмов банкротства физических лиц (граждан) в отечественной правовой системе позволит более полно раскрыть специфику и особенность процессов, оказавших самое непо­средственное влияние на формирование института несостоятельности (банкротства) гражданина в сфере несостоятельности и банкротства, его структуру и особенности функционирования.

Первая попытка введения банкротства граждан в Российской Федерации и доминированиеальтернативных способов взыскания денежной задолженности с физических лиц

Первая попытка введения банкротства граждан была предприня­та в Российской Федерации ещё в январе 1998 г. Так, в ст. 152—163 Федерального закона от 08.01.1998 № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»^[74] (далее — Закон № 6-ФЗ) предусматривалась воз­можность банкротства физических лиц. Однако в силу п. 2 ст. 185 Закона № 6-ФЗ нормы о банкротстве физических лиц должны были вводиться в действие с момента внесения соответствующих измене­ний в ГК РФ. Проблема введения в силу указанных норм заключа­лась в том, что соответствующие изменения в ГК РФ так и не были приняты. Это в определенной степени объяснялось тем, что все по­пытки разрешения конфликтов между физическими лицами и их денежными кредиторами были сконцентрированы не на механизме помощи гражданину-должнику, попавшему в тяжелое, порой от­кровенно безвыходное финансовое положение, а были перенесены либо в сферу принудительного исполнения легализованных судом денежных притязаний кредиторов к гражданина-должнику в про­цессе исполнительного производства¹, либо в рамки возбужденных в отношении гражданина-должника уголовных дел^{[75] [76]. В значительном количестве случаев конфликты между гражданами и их неоплатны­ми кредиторами переводились во внеправовую сферу разрешения денежных конфликтов, зачастую носящую криминальный[77] или по- лукриминальный характер[78].}

Вторая попытка введения банкротства граждан в Российской Федерации как следствие формирования социально-экономической потребности в борьбе с ростом кредиторской задолженности населения

С течением времени общество и субъекты хозяйственного обо­рота всё чаще и острее стали испытывать потребность не в жестком понуждении гражданина-должника в исполнении его денежного обязательства способами, зачастую выходящими за рамки норматив­ного регулирования^[79], а в легальном разрешении конфликтов между гражданами и их денежными кредиторами при явной невозможности должника погасить ранее принятые на себя денежные обязательства.

касающиеся банкротства гражданина, оказались неработающими нормами (solet dormientes — лат.), механизм банкротства граждан так и не был реализован в силу п. 2 ст. 231 Закона о банкротстве, на что прямо указывал ВАС РФ в п. 59 постановления Пленума от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротства)», в ко­тором отмечалось, что «...арбитражные суды не вправе возбуждать дела о банкротстве граждан, не являющихся индивидуальными пред­принимателями, так как они не могут быть признаны несостоятель­ными (банкротами), поскольку согласно пункту 2 статьи 231 Закона о банкротстве предусмотренные им положения о банкротстве та­ких граждан вступают в силу со дня вступления в силу федерально­го закона о внесении соответствующих изменений и дополнений в федеральные законы»^[80].

Вместе с тем процессы развития хозяйственного оборота, состояние российской экономики и динамика кредиторской задолженности насе­ления способствовали формированию ряда факторов и обстоятельств, совокупность которых в конечном счете и повлияла на востребован­ность введения в Российской Федерации механизмов банкротства граждан.

Анализ статистики и экономических показателей финансово­го положения основной массы населения страны оказал влияние на активность законодателя по введению норм о банкротстве граж­данина (с ноября 2014 г. по октябрь 2015 г.), что фактически сов­пало с ухудшением экономического состояния значительной части населения РФ.

Следует отметить, что со второй половины 2014 г. в Российской Федерации была выявлена тенденция снижения уровня жизни зна­чительной части граждан страны. Так, уже в первом квартале 2015 г.

Данные приведенной ниже табл. 1 «Динамика численности насе­ления России с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума в 2009—2014 гг.» позволяют сделать вывод, что к 2014 г. численность населения с доходами ниже прожиточного минимума составила 16,1 млн чел., хотя еще в 2013 г. указанный показатель был равен 15,49 млн чел.

Таблица 1

Динамика численности населения России с денежными доходами ниже величины прожиточного минимума в 2009—2014 гг.¹

В течение всего 2015 г. общая тенденция по снижению доходов ос­новной массы населения продолжилась.

Сравнительный анализ статистических данных рассмотренных выше периодов позволяет сделать вывод, что это было самое существенное сни­жение показателей заработной платы в Российской Федерации начиная с 1998 г. При этом падение уровня доходов было характерно не только для граждан как участников хозяйственного оборота, но и для абсолют­ного большинства российских частных домохозяйств, к которым следует отнести «группу лиц, проживающих в жилом доме или квартире, комнате либо части жилого дома или квартиры, совместно обеспечивающих себя необходимыми средствами к существованию и объединяющих полностью или частично свои доходы, либо лицо, проживающее в жилом доме, квартире, комнате либо их частях и самостоятельно обеспечивающее себя ^{[81] [82] необходимыми средствами к существованию»1. Так, только в мае 2015 г. доходы частных домохозяйств в Российской Федерации снизились на 8% по сравнению с тем же периодом 2014 г.[83] [84] Особую социальную остроту проблеме роста денежной задолженности населения придавал тот факт, что существенные финансовые трудности стали испытывать граждане, работающие в бюджетной сфере, в которой индексация заработной платы в 2015 г. оказалась в 3 раза ниже реальной инфляции[85]. Представленные сведения позволили сделать выводы о том, что в период 2014—2015 гг. труд в России не являлся источником личного и общественного богатства[86].}

Вместе с тем указанные данные не означали, что граждане, а более правильно было бы говорить не о гражданах, а о российских частных домохозяйствах, так как именно на частное домохозяйство как на мик­роэкономическую категорию хозяйственной деятельности возлагается вся тяжесть экономического спада и ухудшения финансового состояния, стремились и (или) рассчитывали воспользоваться механизмами банк­ротства.

выше положительные и отрицательные стороны банкротства граждан оказывали определенное воздействие на различные группы населения того периода. Так, данные приведенной ниже табл. 2, содержащей сведе­ния о готовности населения воспользоваться механизмами банкротства граждан, свидетельствовали, что в период с июля по август 2014 г. банк­ротством готовы были воспользоваться граждане с доходом выше сред­него (от 500 тыс. руб. в год и выше), а граждане с низкими доходами, как правило, либо ничего не знали о банкротстве, либо не находили процедуру банкротства для себя приемлемой и не планировали ею воспользоваться.

Сведения о готовности населения воспользоваться механизмами банкротства граждан¹ (в %)

Таблица 2

Детальный анализ результатов опросов указанного периода показал, что к моменту введения норм о банкротстве гражданина в Российской Федерации (1 октября 2015 г.) среди части граждан преобладало желание использовать механизмы банкротства не для их финансовой реабили­тации, а в совсем иных целях и интересах.

Какие же это цели? Приведенные ниже сведения о готовности и вос­требованности услуг организаций в связи с банкротством граждан (табл. 3) позволяют сделать вывод о финансовой востребованности услуг, связан­ных с банкротством гражданина, в период, предшествующий введению норм о банкротстве граждан. Так, опросы 69% крупных юридических фирм, 55% крупных фирм, оказывающих бухгалтерские услуги, и 78% ор­ганизаций, оказывающих аудиторские услуги, показывали, что у данных организаций в период, предшествующий введению норм о банкротстве гражданина, уже имелись заказчики для оплаты их услуг по сопровож­дению банкротства граждан. Это позволяло сделать вывод о намерении крупных компаний в сфере юридического, бухгалтерского и аудитор­ского сопровождения активно применять вводимые нормы о банкротстве граждан в своей профессиональной деятельности и, как представляется, не в виде благотворительной помощи¹. При этом не секрет, что основной поставленной перед ними целью являлось намерение к освобождению заказчиков данных услуг от ряда денежных обязательств^{[87] [88].}

Таблица 3

Сведения о готовности и востребованности услуг организаций в связи с банкротством граждан^[89] (в %)

Одной из существенных проблем, связанных с началом примене­ния норм о банкротстве граждан в Российской Федерации периода 2014—2015 гг., являлось то обстоятельство, что к самой крупной по раз­мерам группе нуждающихся граждан в России (свыше 40%) относились трудоспособные работающие граждане, и это является одной из уни­кальных особенностей бедности в нашей стране¹, что подтверждает:

а) очень низкую стоимость труда в России;

б) высокую степень неравенства;

в) пассивность населения и низкую степень профессиональной мобильности;

г) стремление основной части населения к стабильности и отри­цание перемен.

Следует также обратить внимание на то обстоятельство, что к факто­рам повышения риска вьючения граждан в категорию «бедных (нуж­дающихся)» можно отнести низкий уровень образования и проблемы со здоровьем^{[90] [91]. К иным наименее исследованным факторам, повыша­ющим социальное расслоение для того периода, можно отнести доста­точно жесткую в отношении фискальной нагрузки на граждан государ­ственную политику налогообложения[92] и минимизацию государственных расходов на социальные нужды малообеспеченных граждан[93].}

Помимо указанных обстоятельств, существенное значение имел и оп­ределенный субъективный фактор, к которому следует отнести мнение граждан о своем финансовом состоянии^[94]. Так, по данным исследований, «по меньшей мере от 30% до 35% населения России очень низко оценива­ли свое материальное положение и степень удовлетворения финансовым положением»^[95]. В целом свыше 50% населения России периода конца 2014 — начала 2015 гг. относило себя к людям, уровень жизни которых на­ходится ниже того, который они считают минимальным, что говорит о до­вольно низком уровне средних реальных доходов большинства населения¹.

Подробное исследование статистических данных за июль 2015 г. сви­детельствует о снижении реальных зарплат и доходов населения на 9,2%, при этом стоит отметить, что падение заработной платы на 9—10% про­исходило в Российской Федерации только в кризис 1990-х гг., и на тот момент отсутствовали основания предполагать, что тенденция прекра­щения снижения доходов граждан будет остановлена.

Учитывая проведенный анализ, необходимо обратить внимание на действительную потребность экономики и населения во введении банкротства гражданина в России как механизма его реабилитации в период конца 2014 — начала 2015 гг. При этом необходимо обратить внимание на одно фактическое заблуждение, о котором активно пуб­лично заявлялось в период, предшествующий началу применения банк­ротства граждан в нашей стране, а именно: населению декларировалось, что необходимость введения банкротства гражданина в Российской Федерации объясняется экономическими потребностями в поддержке граждан, отнесенных к категории нуждающихся и бедных слоев насе­ления. Однако, как показал анализ основных экономических показа­телей периода 2014—2015 гг. (период начала применения механизмов банкротства гражданина в Российской Федерации), это не являлось основной и приоритетной целью введения этого института. Изучение системы денежных обязательств российских граждан в период 2014— 2015 гг. позволяет сделать вывод, что основными кредиторами граждан в указанном периоде являлись кредитные организации, а размер их требований к гражданам имел устойчивую тенденцию к увеличению. Так, за первые восемь месяцев 2015 г. средняя кредитная задолженность российских семей (частных домохозяйств) перед банками составляла 190 тыс. руб., а её размеры выросли на 20%. Приведенные сведения кор­релируются с данными о сн^ении заработной платы граждан, которая по данным Росстата составила в I полугодии 2015 г. 32,5 тыс. руб., что на 3,3% ниже, чем за аналогичный период 2014 г. Если при этом учесть данные об инфляции за указанный период в размере 15,6-15,7%^{[96] [97] [98], то мы и получаем исходную цифру — 20% роста задолженности российских семей перед банками, которая вытекала не из-за недобросовестного поведения граждан-заемщиков, а являлась следствием ухудшения общих макроэкономических показателей в экономике страны.}

Приведенные выше экономические іпоказатели подтверждают тот факт, что гражданам просто физически стэдо тяжелее обслуживать свои кредиты, так как в 2015 г. (впервые с 2009 г.) происходило реальное па­дение доходов населения в Российской Федерации. Это объяснялось тем, что граждане брали кредиты в совершенно иной экономической ситуации¹. Объем кредитов с просроченными платежами более чем на три месяца с мая 2015 г. составлял более одного трлн руб. и с января 2015 г. увеличился на 17,7%.

Таблица 4

Типы просроченной задолженности граждан России

(по данным Центрального банка РФ на 01.06.2015)²

Представленные в табл. 4 данные содержат структуру просроченной задолженности российских граждан по итогам 2014 г., которая свиде­тельствует о том, что основная масса из просроченной денежной задол­женности граждан (87,74%) приходилась на потребительские кредиты. Таким образом, на период конца 2014 — начала 2015 гг. имела место ре­альная угроза, что объем проблемной задвоенности может достичь 17% от кредитного портфеля в 2015 г. — первой пол овине 2016 г., а в первой половине 2016 г. доля кредитов с высокой вероятностью их невозврата может достигнуть своего пика (16,5—17 %)^{[99] [100] [101].}

Таблица 5

Динамика количества выданных кредитов за 2014 г.

в процентах к аналогичному периоду прошлого года

(по данным Национального бюро кредитных историй на 20.07.2015)^[102]

Таблица 6

Динамика доли просроченной задолженности свыше 30 дней, в процентах количества выданных кредитов за период с 01.07.2014 по 01.12.2014

(по данным Национального бюро кредитных историй на 20.07.2015)

В данных экономических условиях необходимость введения специаль­ного механизма по легальному разрешению конфликтов между гражда­нами-должниками и кредитными организациями стала принципиально актуальной, так как именно банки как основные профессиональные кредиторы стали испытывать проблемы и нести убытки, связанные с мас­совыми просрочками граждан-должников при исполнении взятых на себя денежных обязательств. В период конца 2014 — начала 2015 гг. именно банковский сектор нёс значительные убытки из-за снижения доли креди­тования граждан, что подтверждается сведениями, приведенными в пред­ставленных табл. 5 и 6 о динамике доли просроченной задолженности свыше 30 дней, в процентах количества выданных кредитов за период с 01.07.2014 по 01.12.2014, а также в табл. 7 и 8, посвященных динамике количества выданных кредитов в 2015 г. в процентах к аналогичному периоду прошлого года и динамике доли просроченной задолженности свыше 30 дней в процентах количества выданных кредитов за период с 01.01.2015 по 01.07.2015.

Таблица 7

Динамика количества выданных кредитов в 2015 г. в процентах к аналогичному периоду прошлого года

(по данным Национального бюро кредитных историй на 20.07.2015)¹

Таблица 8

Динамика доли просроченной задолженности свыше 30 дней,

в процентах количества выданных кредитов

за период с 01.01.2015 по 01.07.2015

(по данным Национальногобюро кредитных историй на 20.07.2015)

¹ Итоги II квартала 2015 года в розничном кредитовании: замедление темпов падения рынка и стабилизация доли просроченной задолженности // Официальный сайт Наци­онального бюро кредитных историй. URL: http://www.nbki.ru/company/news/?id=11639 (дата обращения: 17.12.2020).

Отрицательная динамика объемов выдачи кредитов влекла за со­бой целый комплекс негативных последствий, а именно: во-первых, из- за отсутствия свободных денежных средств стали возникать проблемы в таких сферах, как производство и реализация бытовой техники, потребительских товаров длительного пользования, строительство жилья, производство транспорта; во-вторых, снизились поступле­ния в бюджет от таможенных платежей по причине снижения рын­ка реализации иностранных автомобилей, ранее приобретенных по автокредитам.

Именно вследствие этого в период конца 2014 — начала 2015 гг. воз­никла потребность в локализации негативных факторов, порождающих проблемы не только в банковском секторе, но и в иных сферах эконо­мики. Однако не вызывает сомнения то обстоятельство, что не стоит сводить все проблемы экономики того периода к отсутствию механиз­мов банкротства граждан, так как трудности в российской экономике периода 2014—2015 гг. носили системно-структурный характер^[103]. Вместе с тем бесспорен тот факт, что отсутствие возможности банкротства граждан-должников и легального списания растущей кредиторской задолженности служило сдерживающим фактором для российской экономики и ее финансовой системы, которые переживали не самые лучшие времена и вынуждены были искать способы, стимулирующие хозяйственный оборот.

Кроме того, реальная потребность в формировании института несостоятельности (банкротства) гражданина именно к осени 2015 г. в определенной степени объяснялась динамикой роста просрочен­ной задолженности по кредитам физических лиц, приведенной в табл. 9.

Таблица 9

Динамика роста просроченной задолженности по кредитам физическими лицами за период с 01.04.2013 по 01.10.2015¹

¹ См.: Карелина С. А., Фролов И. В. Проблемы формирования правовой политики потребительского банкротства в России и их влияние на механизмы банкротства граждан // Закон. 2015. № 12. С. 41, 42.

К концу января 2015 г. кредиты с просроченными платежами свыше 90 дней составили 8,4% всех кредитов, выданных физическим лицам. Приведенные ниже сведения о динамике роста просроченной задолжен­ности по кредитам физических лиц за период с 01.04.2013 по 01.10.2015 свидетельствуют, что рост просроченной задолженности граждан перед банками составлял в среднем 0,12 % в месяц. Экономические прогнозы того периода утверждали, что при планируемом общем объеме задол­женности физических лиц к январю 2016 г. в 11 000 000 млн руб. общая сумма просроченной кредиторской задолженности граждан перед бан­ками может составить около 901 999 млн руб. В 2014 г. реальные потери банков по необеспеченным кредитам составляли 20% от общего объема просроченной задолженности (в 2012 г. этот показатель был равен 8%, см. табл. 10)¹.

Таблица 10

Объем просроченной задолженности по кредитным картам физических лиц в Российской Федерации за период с 2012 по 2014 гг.²

¹ См.: Калюков Д. Доля просроченных потребительских кредитов достигла максиму­ма за пять лет. URL: https://www.rbc.ru/financ^^^^/()5/2015/555328cd9a79474c8a0c64ef (дата обращения: 21.01.2021).

² См.: Носкова Е. Лимит не по карману // Российская Бизнес-газета. 2015. 28 апреля. URL: https://rg.ru/2015/04/28/prosrochka.html (дата обращения: 17.12.2020).

³ Просроченная задолженность по кредитным картам россиян за 2014 г. выросла на 69%, а доля просрочки по картам в общем объеме выдачи составила 12,4%, то есть за 2014 г. этот показатель вырос на 4,2%.

Граждан-должников в Российской Федерации в конце 2014 — нача­ле 2015 гг. было 39,4 млн человек, что на тот период составляло более половины экономически активного населения страны. С начала января 2014 г. количество заемщиков с двумя и более активными кредитами вы­росло с 30 до 50% (прирост составил 66%), а доля заемщиков с четырьмя и более кредитами увеличилась с 4 до 9%. Таким образом, прирост соста­вил 125%. В 2015 г. не могли платить по кредитам уже миллионы человек: средний размер необеспеченного кредита достиг 150—200 тыс. руб.¹ Для того чтобы освободить капитал, банки продавали портфели «плохих долгов» коллекторам. По оценкам Первого коллекторского бюро, объем долгов, выставленных банками на продажу в первом квартале 2015 г., достигал 185 млрд руб., что было равно 63% от результатов за весь 2014 г., и в 5,7 раза было больше, чем в первом квартале 2014 г.

Указанные факторы в своей совокупности формировали потребность банковского сектора в стремлении избавить баланс от «плохих долгов»⁷. Начало в отношении гражданина-должника процедур банкротства поз­волило банкам перевести задолженность гражданина по кредиту в раздел «безнадежной задолженности» и существенно улучшить их экономиче­ские нормативы отчетности перед Банком России и снижало долю обя­зательного резервирования банком своих доходов, тем самым увели­чивая общий размер прибыли данного вида кредитной организации.

Приведенный выше анализ статистических данных 2014—2015 гг. позволяет сделать следующий вывод: приоритетной целью вводимых в российское законодательство с 1 октября 2015 г. норм о банкротстве гражданина явилось не оказание финансовой поддержки гражданам- должникам, а стремление профессиональных кредиторов банковского сектора остановить рост задолженности граждан по кредитным обя­зательствам и выполнение кредитными организациями требований Банка России в отношении ужесточения требований по долгам с про­срочкой более 90 дней. Именно в этом, по нашему мнению, и состояла реальная экономико-правовая потребность в распространении сферы несостоятельности (банкротства) на просроченные долговые обяза­тельства граждан-должников.

Вместе с тем стоит отметить, что приведенные выше результаты экономических и правовых предпосылок для введения норм о банк­ротстве граждан находятся в определенном противоречии с изначально ^{[104] [105] [106] декларируемой целью банкротства граждан — оказанием помощи граж­данам-должникам. По крайней мере, именно этот тезис провозглашался при введении института банкротства граждан. Но насколько эта кон­цепция была применима к мотивам введе н ня в Российской Федерации процесса банкротства граждан? Результаты приведенного выше исследо­вания показывают, что введение банкротства граждан в октябре 2015 г. объяснялось прежде всего потребностью в нем банковского сектора.}

Однако процесс законодательного оформления положений о не­состоятельности (банкротстве) граждан столкнулся с рядом проблем, без разрешения которых банкротство гражданина не могло быть нор­мативно оформлено, а следовательно, институт несостоятельности (банкротства) не мог начать полноценно функционировать.

При этом одним из ключевых вопросов, который должен был быть разрешен перед введением норм о банкротстве гражданина в россий­ском законодательстве, являлся вопрос: каким должен быть размер денежной задолженности перед кредиторами гражданина-должника, необходимый для возбуждения дела о его банкротстве? Ответ на дан­ный вопрос был сопряжен с проблемой, суть которой состояла в том, что генеральный институт несостоятельности (банкротства) системы российского права является прежде всего механизмом урегулирования конфликта, вызванного неисполнением должником его обязательств, как правило, носящих денежный характер, в целях достижения ком­промисса в отношениях «должник — кредиторы». Именно по указанной причине размер так называемой пороговой (критической) задолженно­сти, при наличии которой возможно возбуждение дела о банкротстве, имеет принципиальное и существенное значение не только для долж­ника, но и для иных субъектов, заинтересованных в надлежащем функ­ционировании неоплатного должника, включая кредиторов, имею­щих право требования к должнику. Субъекты хозяйственного оборота должны достаточно четко понимать, что размер указанной задолжен­ности определяет границы финансово-экономической сферы реали­зации соответствующего вида банкротства и круг лиц, в отношении которых возможно применение банкротства гражданина. В условиях роста кредиторской задолженности граждан норматив порогового (критического) размера денежной задолженности перед кредиторами для возбуждения дела о банкротстве гражданина приобретает не толь­ко нормативно-правовое, но и социально-экономическое значение, позволяющее дифференцировать граждан на две категории:

— граждане — должники с просроченной денежной задолженностью;

— несостоятельные граждане — потенциальные банкроты.

Следует обратить внимание также на то обстоятельство, что к мо­менту введения норм законодательства о банкротстве гражданина было установлено, что общий размер неисполненных требований кредиторов для целей возбуждения дела о банкротстве гражданина должен быть не менее 500 тыс. руб.

Однако необходимо отметить, что вопрос о размере порогового (критического) объема денежной задолженности перед кредиторами для возбуждения дела о банкротстве гражданина, равной 500 тыс. руб., как пороговое условие введения механизма банкротства гражданина до октября — ноября 2015 г. вообще не обсуждался. До ноября 2014 г. размер пороговой задолженности рассматривался законодателем в сум­мах 30 тыс. руб., 50 тыс. руб., 300 тыс. руб., но и эти размеры не были поддержаны как излишне высокие и принципиально неприемлемые для основной массы субъектов РФ, в которых средний размер заработ­ной платы находился в переделах 30 тыс. руб. в месяц, а основная сумма задолженности граждан была существенно меньше. Однако законода­тель все же остановился на объеме требований к гражданину в размере не менее 500 тыс. руб. Чем же объясняется изменение позиции законода­теля по данному вопросу? Анализ сложившейся на тот период ситуации позволяет сделать вывод, что столь высокий порог размера денежной задолженности перед кредиторами для возбуждения дела о банкрот­стве гражданина является следствием общего стремления законодателя к снижению количества дел о банкротстве граждан-должников, воз­буждаемых по инициативе его денежных кредиторов, так как в период, предшествующий введению норм о банкротстве гражданина, существо­вала реальная опасность массовой подачи заявлений о возбуждении дел о банкротстве граждан, что могло повлечь далеко идущие негативные последствия как для экономики России, так и для общества в целом.

Отметим, что механизм банкротства граждан к концу 2014 г. уже достаточно успешно применялся на практике в ряде ведущих стран мира, в частности Германии и США. На основе данных, содержащих­ся в табл. 11 и 12, можно сделать вывод об общемировой тенденции превышения общего числа банкротств граждан над числом банкротств организаций в странах, активно применяющих механизмы коммерчес­кого (банкротства юридических лиц) и потребительского (банкротство граждан) банкротств, а их соотношение в среднем таково: 10—15% от общего объема дел о банкротстве составляет банкротство органи­заций (так называемое коммерческое банкротство), а от 85 до 90% об общего объема дел о банкротстве приходится на банкротство граж­дан (так называемое потребительское банкротство).

Таблица 11

Сравнительная динамика¹ соотношения рассмотрения^{[107] [108]} дел по потребительскому банкротству и бизнес-банкротству^[109] в США за период 2000—2016 гг.^{[110] [111]}

Таблица 12

Сравнительная динамика соотношения рассмотрения дел о банкротстве потребителей и организаций в Германии за период 2000—2016 гг.^[112]

С учетом того, что в 2014 г. в Российской Федерации отмечалась тенденция увеличения количества дел о банкротстве организаций, что подтверждается данными табл. 13 о динамике количества дел о банк­ротстве в арбитражных судах РФ за период 2013—2014 гг., вполне оче­видны были угрозы о значительном количестве дел о банкротстве граждан.

Кроме того, данные о количестве дел о банкротстве в начале 2015 г. свидетельствовали, что происходит рост данной категории дел. Так, за первое полугодие 2015 г. было опубликовано 7 658 сообщений о при­знании организации-должника банкротом (в 2014 г. — 6 631, в 2013 г. — 5 619). Общие темпы роста числа банкротств составляли по итогам первого квартала 2015 г. +22%, а по итогам первого полугодия 2015 г. + 15%¹. При сохранении указанной тенденции были представлены про­гнозы о том, что количество дел о банкротстве организаций-должников по итогам 2015 г. может приблизиться к 49 тыс.

Таблица 13

Сравнительная динамика количества дел о банкротстве в арбитражных сдаРФ за 2013—2014 гг.^[113] [114]

Данные Федеральной службы судебных приставов свидетельствова­ли о том, что количество исполнительных производств по взысканию с граждан задолженности выше 500 тыс. руб. на конец февраля 2015 г. составляло 418,2 тыс. руб., а общая сумма задолженностей составила более 2 трлн руб. Кроме того, следовало учитывать то обстоятельство, что именно эта категория граждан с момента начала применения норм о банкротстве гражданина должна была получить возможность подать в суд заявление о своем банкротстве, чтобы избавиться от непосиль­ных долговых обязательств (дела о так называемом самобанкротстве). Всё это создавало реальную угрозу того, что с учетом норм об угрозе предвидения банкротства количество потенциальных банкротов может удвоиться и составить около 1 млн человек, так как по данным Нацио­нального бюро кредитных историй в июне 2015 г. в Российской Феде­рации уже имелось 300 тыс. человек, по долгам которых не вынесены судебные решения, но которые рассчитывали объявить себя банкротами^[115]. Угроза массовых банкротств граждан-должников порождала опасения и по поводу возможностей судебной системы справиться с ожидаемым количеством дел о банкротстве граждан, учитывая отсутствие практики разрешения подобной категории дел.

С учетом изложенного, а также с целью снижения массового воз­буждения дел о банкротстве граждан позиция законодателя была на­правлена на увеличение размера задолженности, необходимой для воз­буждения дела о банкротстве гражданина со стороны его кредиторов, до 500 тыс. руб.

Третья попытка введения банкротства гражданина в Российской Федерации и проблемы технико-юридического оформления норм

В конце 2014 г. оперативно была предпринята третья попытка (третий этап) легализации института несостоятельности (банкротства) гражданина и введения механизмов банкротства граждан путем при­нятия Федерального закона от 29.12.2014 № 476-ФЗ «О внесении из­менений в Федеральный закон “О несостоятельности (банкротстве)” и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части регулирования реабилитационных процедур, применяемых в отношении гражданина-должника».

Положения Федерального закона от 29.12.2014 № 476-ФЗ в части норм о банкротстве граждан должны были быть введены с 01.07.2015, но по уже сложившейся практике и в силу определенных причин¹ этого так и не произошло. Однако банковский сектор продолжал нести убытки из-за снижения доли кредитования^{[116] [117]. Таким образом, возникла потребность в локализации негативных факторов, вызыва­ющих проблемы не только в банковском секторе, но и в иных сферах хозяйственного оборота, так как критический размер просроченной кредиторской задолженности граждан продолжал расти, а реальные механизмы, способные его остановить, отсутствовали.}

Помимо этого, в российском обществе того периода на общем фоне снижения доходов большей части населения и ухудшения фи­нансового положения основной массы частных домохозяйств стала активно пропагандироваться идея потребительского банкротства как панацеи для бедных и нуждающихся слоёв населения. При этом следует обратить внимание на тот факт, что бедность и банкротство граж­данина, как в рассматриваемый период, так и в настоящее время, это абсолютно не связанные понятия, ни с точки зрения базовых экономических критериев, ни с правовой точки зрения. Категория «банкротство» в большей степени близка к понятию долга как де­нежного обязательства гражданина. Вместе с тем наличие больших долгов совсем не означает, что должника можно отнести к бедным категориям населения, а скорее, в российской действительности речь идет абсолютно об обратном, и громкие дела о банкротстве россий­ских олигархов тому подтверждение. Однако, как в период начала 2015 г., так и в настоящее время, в России еще нет четких критериев применения к гражданину такой категории, как «бедность», так как современная классификация населения на группы с уровнем жизни выше и ниже прожиточного минимума не позволяет учитывать всю специфику правового положения гражданина с учетом негативно одностороннего подхода к определению бедности (учитываются толь­ко данные по доходам и расходам в сравнении с заданным базовым показателем), что не позволяет применить депривационный подход к измерению бедности граждан^[118].

Трудности растянувшегося более чем на 17 лет процесса форми­рования института несостоятельности (банкротства) гражданина в правовой системе Российской Федерации и процедуры введения соответствующего ему механизма банкротства гражданина можно объяснить также тем обстоятельством, что, начиная с 1998 г., зако­нодатель так и не смог выработать ясных и непротиворечивых норм о банкротстве гражданина, состоящих из четко структурированных и сформулированных правовых конструкций и юридических кате­горий¹. Неоднократные неудачные попытки легализации данного института объясняются в том числе и неготовностью общества, госу­дарственного аппарата и субъектов профессиональной деятельности (арбитражных управляющих) к реализации реабилитационного ме­ханизма по отношению к финансово несостоятельным физическим лицам^{[119] [120] [121]. Кроме того, правовая и финансовая системы страны до конца 2014 г. всё еще справлялись с объемом просроченной денежной задол­женности граждан без механизмов банкротства, так как суммарный объем указанной задолженности не обладал свойством «критичности» для национальной экономической и финансовой систем страны. По названным выше причинам нормы о банкротстве граждан хотя и формально устанавливал ись законодателем, но реально действую­щий механизм банкротства граждан в правовой системе Российской Федерации отсутствовал.}

Результаты анализа пред ставленного материала позволяют сделать вывод о том, что к началу 2015 г. такие факторы, как неготовность ключевых субъектов, задействованных в правоотношениях банкрот­ства граждан, и недостаточный объем общей массы просроченной задолженности граждан, практически потеряли свою актуальность, что позволило запустить процесс введения механизмов банкротства граждан.