§ 1. Наказания, направленные на лишение определенных прав

Лишение права занимать определенные должности или заниматься опреде­ленной деятельностью может использоваться как в качестве основного, так и в ка­честве дополнительного наказания. Как основное оно назначается, если указано в уголовно-правовой санкции, как дополнительное — по усмотрению суда (ч. 3 ст. 47 УК РФ). Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью устанавливается на срок от 1 года до 5 лет в качест­ве основного вида наказания и на срок от 6 месяцев до 3 лет в качестве дополни­

тельного вида наказания. В случаях, специально предусмотренных соответст­вующими статьями Особенной части УК РФ, допускается возможность его назна­чения в качестве дополнительного наказания на срок до 20 лет (ч. 2 ст. 47 УК РФ). Исполнение исследуемого наказания регламентируется главой 6 УИК РФ.

Осужденные к лишению права занимать определенные должности или за­ниматься определенной деятельностью обязаны исполнять требования приговора, вместе с тем уголовный закон не предусматривает ответственности за уклонение от выполнения осужденным предписаний приговора. На эту проблему обращают внимание некоторые авторы¹ в своих работах. В отдельных случаях лицо, не ис­полняющее приговор, может быть привлечено к административной ответственно­сти, например, когда управляет автомобилем без соответствующих прав. Вместе с тем, еще раз подчеркнем, при установлении самостоятельной ответственности за уклонение от отбывания наказания в ст. 314 УК РФ эта проблема будет снята.

Считая, что анализируемое наказание противоречит принципу равенства (об этом сказано в третьей главе), автор высказал мнение о необходимости исключе­ния лишения права занимать определенные должности или заниматься опреде­ленной деятельностью из числа «смешанных» и сохранении его только в качестве дополнительного^{[546] [547].}

Однако, как было показано выше, сам законодатель лишению права зани­мать определенные должности или заниматься определенной деятельностью ве­дущее значение придает именно как дополнительному наказанию, поскольку оно включено в санкции статей Особенной части УК РФ в качестве дополнительного

в 5 раз больше, чем как основного. Кроме того, лишение права занимать опреде­ленные должности или заниматься определенной деятельностью занимает первое место в числе дополнительных наказаний по представленности в санкциях статей Особенной части УК РФ.

Этот вывод подтверждает также и судебная практика. Так, если динамика использования лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве основного наказания демонстрирует не­гативные тенденции (сокращение доли осужденных с 0,09% в 2007 г. до 0,03% в 2016 г.), то использование его в качестве дополнительного показывает положи­тельную динамику — почти тридцатикратное увеличение доли осужденных за более чем десятилетний период (с 0,03% в 2005 г. до 8,1% в 2016 г.). Соответст­венно, отнесение лишения права занимать определенные должности или зани­маться определенной деятельностью к числу постоянных дополнительных будет способствовать преодолению дезорганизации системы уголовных наказаний по критерию внешней обусловленности, поскольку судебная практика свидетельст­вует о потребности в нем именно как в дополнительном наказании.

Признание исследуемого наказания только дополнительным будет согласо­ваться и с опытом зарубежных стран (например, Польши, Швейцарии и др.), по­скольку в ряде развитых стран лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может быть назначено только в до­полнение к основному наказанию.

Некоторые авторы высказывают весьма категоричную позицию по поводу изучаемого наказания.

совершения лицом деяния, запрещенного законом, и выступает только в качестве правового последствия, носит “некарательный” характер и поэтому должно отно­

ситься к иным мерам уголовно-правового характера, а не к видам наказания»¹. Такая позиция спорна, аргументы автора недостаточно убедительны и размыты. Следует заметить, что уже на протяжении нескольких веков наказания с похожи­ми ограничениями используются в уголовном законодательстве не только России, но и зарубежных стран, они хорошо зарекомендовали себя и широко применяют­ся на практике.

В истории России, по сравнению с современной регламентацией, аналогич­ное наказание имело более широкое содержание и включало набор целого ряда прав, которые могли быть ограничены или которых мог быть лишен осужденный по решению суда, от лишения сословных прав до лишения прав семейных и иму­щественных. Например, по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. поражение служебных прав и преимуществ включало: лишение занимае­мой должности, лишение права вступать в государственную или общественную службу, сана, звания, права участвовать в выборах, вступать в гильдии или полу­чать свидетельства на торговлю, быть свидетелем при заключении договоров, быть избираемым в третейские судьи, лишение чинов, орденов, знаков отличия, дипломов, патентов, аттестатов (прил. 2).

Поражение в правах было полным и сопровождало лишение свободы, а также близкие к нему уголовные наказания (например, каторжные работы, ссылку), либо частичным («лишение лишь некоторых указанных прав и преиму­ществ») и являлось дополнительным наказанием. В советский период поражение в правах было сохранено как в полном, так и в частичном виде и конкретизирова­но в отдельных наказаниях, некоторые разновидности лишения прав из дополни­тельных были переведены в разряд основных^{[549] [550].}

увольнение от должности; лишение воинских и других званий, а также орденов, медалей, почетных грамот и почетных званий.

В современном зарубежном уголовном законодательстве в некоторых стра­нах также говорится об одном наказании — лишении прав, которое включает в себя ограничение или лишение ряда прав, перечисленных в законе (прил. 3). Ис­ключение составляет УК Испании¹, где наказания, связанные с лишением прав, признаются самостоятельными, но объединены в одном отделе, который так и на­зывается «Наказания в виде лишения прав».

Учитывая изложенное, считаем, что отечественный исторический и зару­бежный опыт может быть положен в основу совершенствования УК РФ. Так, вы­ше было сказано о необходимости корректировки названия исследуемого наказа­ния, в связи с чем предлагаем назвать его «Лишение определенных прав», а в со­держании статьи конкретизировать, о каких именно правах идет речь.

Анализ статистических данных показал, что, несмотря на то что лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятель­ностью в числе дополнительных наказаний занимает первое место по частоте на­значения, тем не менее доля осуждения к нему относительно невелика (8,1% от общего числа осужденных в 2016 г.). Это может быть обусловлено, во-первых, недостаточной четкостью объекта воздействия исследуемого наказания. В литера­туре неоднократно обращалось внимание на то, что виды деятельности, которые может ограничить суд, необходимо конкретизировать. Л. Ч. Сыдыкова, например, говорит, что это может быть не любая деятельность, а только такая, на занятие ко­торой требуется специальное разрешение уполномоченных государственных ор­ганов^{[551] [552]. Аналогичной позиции придерживается и В. Ю. Стромов[553]. Н. Мирошни­ченко справедливо уточняет, что речь должна идти не столько о запрете деятель­ности, осуществляемой на основании специального разрешения, сколько о лише­}

нии некоего специального права, удостоверенного тем или иным свидетельством, сертификатом, разрешением¹. Опираясь на приведенные точки зрения, предлагаем применительно к иной деятельности использовать следующую формулировку: «лишение права на занятие деятельностью, требующей специального разрешения (лицензии)».

Во-вторых, это может быть связано с крайне узкой сферой применения. Отечественный исторический и зарубежный опыт свидетельствует о необходимо­сти расширения перечня прав, которые могут быть ограничены за совершенное преступление. В литературе также высказывались предложения о дополнении ст. 47 УК РФ. Так, например, X. Г. Файзуллин, К. К. Серен-Чимит говорят о необ­ходимости введения в ст. 47 УК РФ лишения права на приобретение, ношение и хранение огнестрельного оружия, мотивируя это тем, что в настоящее время об­щее количество преступлений, совершенных с использованием огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ и взрывных устройств, увеличивает­ся, и его введение, с одной стороны, оправдано интересами общественной безо­пасности, а с другой — лишение такого права предотвратит совершение новых противоправных деяний^{[554] [555]. М. С. Капелюшник предлагает в интересах усиления борьбы с экономической преступностью заимствовать опыт некоторых зарубеж­ных государств, например Дании, Латвии, Польши и др., и предусмотреть в ст. 47 лишение права на определенный вид или все виды предпринимательской дея­тельности[556]. В. И. Зубкова говорит о включении в УК РФ лишения политических прав, которое применялось бы в отношении лиц, занимающих выборные или го­сударственные должности, являющихся общественными деятелями, бизнесмена­ми[557]. А. И. Максимов пишет по этому поводу: «Законодатель поступил достаточно нелогично, искусственно сузив сферу применения такого наказания, как лишение}

права занимать определенные должности или заниматься определенной деятель­ностью, поэтому разумным было бы предусмотреть возможность распростране­ния такого вида наказания на отдельно взятые, требующие собой охраны со сто­роны государства, сферы социально-культурной жизни общества, как то, напри­мер, здравоохранение, сфера социально-культурного обслуживания несовершен­нолетних и инвалидов и т. д.»¹. В. К. Дуюнов считает, что «полезным было бы проведение специальных исследований на предмет возможного “импорта” из за­рубежного законодательства для использования в качестве дополнительных нака­заний или т. н. дополнительных правовых последствий совершения преступления лишения или ограничения прав в виде: специального поражения в правах на оп­ределенный срок (Испания); активного или пассивного избирательного права (Испания, США и Англия); отстранение (или увольнение) от должности (Испа­ния); опубликование судебного постановления (Франция); лишение гражданства (США); лишение права на хранение и ношение оружия на определенный срок (Испания, Франция)»^{[558] [559].}

Соглашаясь с приведенными позициями, полагаем, что в настоящее время назрела необходимость расширения сферы применения анализируемого наказа­ния. Дополнительное наказание индивидуализирует наказание, воздействуя изби­рательно на отдельные негативные черты личности, обеспечивая тем самым мак­симальную соразмерность наказания совершенному преступлению с учетом всех обстоятельств дела. Иными словами, расширение сферы применения исследуемо­го наказания будет согласовываться с требованиями справедливости, обеспечивая соответствие системы уголовных наказаний критерию качества. На наш взгляд, в УК РФ может идти речь о лишении следующих прав: а) занимать определенные должности; б) на занятие профессиональной деятельностью; в) на занятие дея­тельностью, требующей специального разрешения (лицензии); г) специального,

воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград (с не­которыми редакционными уточнениями, о которых будет сказано ниже).

Некоторые могут возразить, в чем выразилось расширение, если содержа­ние наказания практически не изменилось, а лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград в УК РФ суще­ствовало и ранее в качестве самостоятельного наказания.

Во-первых, по УК РФ лишение права занимать определенные должности ограничивается только должностями в органах государственной власти или мест­ного самоуправления. М. С. Капелюшник отмечает по этому поводу: «В настоя­щее время (по сравнению с советским периодом, когда все было государствен­ным, а общественные организации не получили значительного развития и не име­ли значительного политического веса. — И. П.) ситуация радикально изменилась. Негосударственный коммерческий сектор занял в экономике преобладающие по­зиции, сложилась совершенно иная система партий, общественных, самодеятель­ных, профессиональных и иных организаций. Как коммерческие структуры, так и общественные образования могут достаточно эффективно влиять на государст­венную жизнь. Поэтому представляется целесообразным изменить редакцию ч. 1 ст. 47 УК РФ в плане распространения данного наказания и на должности в ком­мерческих организациях, предприятиях и общественных объединениях»¹. Сход­ную позицию занимает и А. И. Максимов^{[560] [561].}

В Модельном уголовном кодексе для государств-участников СНГ (ч. 2 ст. 49) наказание с аналогичным наименованием регламентируется следующим образом: «Лишение права занимать определенные должности или заниматься оп­ределенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на госу­дарственной службе, в органах местного самоуправления, на предприятиях любой формы собственности или в общественных объединениях либо заниматься опре­деленной деятельностью».

Реалии таковы, что в лишении права занимать определенные должности в том виде, в котором оно существует сегодня, нет необходимости. Так, А. А. Нече- пуренко верно замечает: «Тот же эффект закрытия для лица, совершившего пре­ступление, надолго или навсегда определенных сфер трудовой деятельности дос­тигается наличием судимости, а после ее погашения или снятия — мерами уго­ловной безопасности, рассредоточенными по многим федеральным законам»^[562]. Развивая и подтверждая данный тезис, отметим, что ограничения в связи с нали­чием судимости обнаружены нами более чем в двухстах Федеральных законах: в Гражданском кодексе, в Трудовом кодексе, в Жилищном кодексе, в Воздушном кодексе, в Законе о несостоятельности (банкротстве), в Градостроительном кодек­се, в Основах законодательства о нотариате, в Семейном кодексе, в Законе о заня­тости населения, в Законе об оружии, в Законе о Федеральной службе безопасно­сти, в Законе о государственной кадастровой оценке и др. Как правило, речь идет о неснятой или непогашенной судимости, являющейся препятствием для занятия определенной должности или для занятия определенной деятельностью.

Вместе с тем в ряде случаев говорится и о снятой (погашенной) судимости, выступающей препятствием для принятия на работу. Например, в ст. 331 ТК РФ к педагогической деятельности не допускаются лица, имеющие или имевшие суди­мость, подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголов­ное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим осно­ваниям), за определенный круг преступлений. В соответствии со ст. 16 Федераль­ного закона от 3 апреля 1995 г. № 40-ФЗ «О Федеральной службе безопасности» граждане Российской Федерации не могут быть приняты на службу или на работу в органы федеральной службы безопасности при наличии судимости в настоящее время или в прошлом. В статье 14 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесе­нии изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в чис­

ле ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, указано осуж­дение лица за преступление по приговору суда, вступившему в законную силу, а равно наличие судимости, в том числе снятой или погашенной. В соответствии со ст. 4 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Фе­дерации» судьей может быть гражданин Российской Федерации, не имеющий или не имевший судимости. Изучение других нормативных правовых актов также по­казало, что наличие даже снятой или погашенной судимости выступает препятст­вием для занятия должностей в органах государственной власти или местного са­моуправления.

Все сказанное позволяет предложить законодателю отказаться от ограничи­тельного толкования такой разновидности исследуемого наказания, как лишение права занимать определенные должности, а в разъяснениях Пленума Верховного Суда (в частности, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания») «переориентировать» правоприменителя на использование анализи­руемого наказания в сфере, не связанной с государственной или муниципальной службой. Это обусловлено с тем, что применительно к данным разновидностям службы институт судимости достаточно полно обеспечивает реализацию такой задачи уголовного права, как предупреждение совершения новых преступлений, посредством исключения из нее лица, имеющего или имевшего судимость.

Во-вторых, конкретизация иных видов деятельности и указание на то, что это деятельность должна быть связана с получением специального разрешения, позволит лишать права заниматься различными видами деятельности, начиная от управления транспортным средством, занятия охотой, приобретения, хранения, ношения оружия и заканчивая различными видами предпринимательской дея­тельности, которые требуют специального разрешения (лицензии).

В-третьих, за счет включения лишения специального, воинского или почет­ного звания, классного чина и государственных наград и расширения сферы его применения. В современной редакции ст. 48 УК РФ при осуждении за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления с учетом личности виновного суд может

ъп

лишить его специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Суть данного наказания состоит в аннулировании — лишении права на юридическое закрепление определенных заслуг лица (звания, классного чина, государственных наград), которые влекут за собой определенные правовые последствия, в том числе льготы и преимущества. Именно поэтому, а также опираясь на отечественный исторический и зарубежный опыт, диссертант посчитал возможным рассматривать исследуемое наказание как разновидность

лишения прав.

Специальные звания присваиваются работникам различных ведомств, реа­лизующих свои полномочия в рамках государственной службы, в частности со­трудникам таможенной и налоговой служб, дипломатической службы и др. Поря­док присвоения и лишения специальных званий, предоставления связанных с ни­ми льгот и преимуществ определяется соответствующими нормативными актами (например, Указ Президента РФ от 31 октября 2009 г. № 1229 «Об утверждении перечня должностей высшего начальствующего состава в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы и соответствующих этим должностям специ­альных званий»¹, Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»^{[563] [564], Федеральный закон от 27 июня 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации»[565]).}

В соответствии с Указом Президента РФ от 7 сентября 2010 г. № 1099 «О мерах по совершенствованию государственной наградной системы Россий­ской Федерации»^[566] в России устанавливаются следующие виды государственных наград: а) высшие звания Российской Федерации; б) ордена Российской Федера­ции; в) знаки отличия Российской Федерации; г) медали Российской Федерации; д) почетные звания Российской Федерации. Наряду с почетными званиями Рос­сийской Федерации осужденный может быть лишен и иных почетных званий, присвоенных на основании нормативных актов местного значения, например

почетного звания «Почетный гражданин города Ростова-на-Дону». Поэтому нельзя согласиться с Е. В. Благовым в том, что все почетные звания являются государственными наградами¹. В соответствии с названным Указом государст­венными наградами являются только почетные звания Российской Федерации, в свою очередь, существуют еще почетные звания, присваиваемые на уровне субъекта федерации и муниципальных образований. Спорно и предложение Ю. В. Бочкаревой о необходимости внести в ст. 48 УК РФ следующее уточне­ние: «Осужденный может быть лишен только тех званий, которые учреждены Положением о государственных наградах Российской Федерации»^{[567] [568]. Поскольку тем самым ограничивается сфера действия этого наказания.}

Вместе с тем не ясна позиция законодателя в части установления возможно­сти лишения только государственных наград, но при этом всех почетных званий, некоторые из них, в свою очередь, являются разновидностью иных наград. Так, согласно ст. 3 Областного закона Ростовской области от 1 августа 2011 г. № 639- ЗС «О наградах Ростовской области»^[569] наградами Ростовской области являются: 1) звание «Почетный гражданин Ростовской области»; 2) орден «За заслуги перед Ростовской областью»; 3) орден Атамана Платова; 4) медаль ордена «За заслуги перед Ростовской областью»; 5) медаль «За доблестный труд на благо Донского края». В соответствии с Положением «О Почетном звании и наградах города Рос- това-на-Дону»^[570] почетным званием города является звание «Почетный гражданин города Ростова-на-Дону», к наградам города относятся: Юбилейная настольная медаль «В честь 250-летия города Ростова-на-Дону», Почетная грамота Председа­теля городской Думы, главы города Ростова-на-Дону, Благодарность главы Ад­министрации города Ростова-на-Дону, Знак отличия «За заслуги перед городом

Ростовом-на-Дону», Знак отличия «За ратную службу» и др. Полагаем, что в це­лях унификации законодательства в уголовном законе должна речь идти не толь­ко о государственных, но и об иных наградах. Тем самым также будет существен­но расширена сфера применения исследуемого наказания, что согласуется с тре­бованиями справедливости.

Пленум Верховного Суда разъяснил, что перечень правоограничений, ука­занных в ст. 48 УК РФ, является исчерпывающим и расширительному толкова­нию не подлежит. Суд не вправе лишать осужденного ученых степеней, ученых званий и других званий, носящих квалификационный характер¹. Соответственно, уточняет Л. О. Рожкова, «невозможно применение данного наказания к следую­щим категориям граждан, имеющим: ученые степени и звания (кандидат, доктор наук, доцент, профессор), квалификационные звания (спортивные, профессио­нальные разряды), награды и почетные звания, учреждаемые общественными ор­ганизациями и т. д.»^{[571] [572].}

Исходя из текста ст. 48 УК РФ, обязательным условием назначения анали­зируемого наказания является совершение виновным преступления определенной категории— тяжкого или особо тяжкого (ст. 15 УК РФ). Статистика показала крайне низкое использование его на практике. Так, доля осужденных к лишению специального, воинского или почетного звания, классного чина и государствен­ных наград в 2007 г. составила 0,016%^[573], к 2016 г. она незначительно увеличилась до 0,023%. При этом в отдельные годы количество осужденных исчислялось еди­ницами, например, в 2011 г. — 2 человека, в 2012 г. — 6 человек^[574].

В связи с этим некоторые авторы¹ предлагают исключить из УК РФ лише­ние специального, воинского или почетного звания, классного чина и государст­венных наград. С приведенной позицией нельзя согласиться. Напротив, считаем необходимым для усиления реализации превентивной роли наказания более ши­роко использовать лишение различных прав в качестве дополнительного наказа­ния. Тем самым будет обеспечиваться максимальная индивидуализация наказа­ния, что соответствует требованиям справедливости, так как ограничиваются именно те права, которыми виновный злоупотребил или на обладание которыми утратил моральное право.

Следует заметить, что более широкое использование данного наказания на практике затруднено также тем, что его назначение ограничено категорией пре­ступления. В то время как сходное наказание, которое также связано с лишением определенных прав, предусмотренное ст. 47 УК РФ, не имеет таких ограничений. Весьма показательный пример в этой связи привел А. С. Михлин: заслуженный учитель России осуждается за развратные действия в отношении своих учеников. Преступление, предусмотренное ст. 135 УК РФ, является преступлением средней тяжести (в современной редакции ч. 1 ст. 135 УК РФ — преступление небольшой тяжести). Но может ли этот осужденный носить почетное звание заслуженного учителя?^{[575] [576] Отнесение лишения специального, воинского или почетного звания, классного чина, государственных и иных наград к разновидности лишения прав автоматически снимает эту проблему, так как оно будет иметь те же границы применения — за все категории преступлений.}

Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград не включено ни в одну из уголовно-правовых санкций, т. е. законодатель его назначение отдал на усмотрение суда. Суд вправе лишить одновременно всех званий, чинов и наград либо только части из них.

В современной редакции ст. 48 УК РФ предполагается, что осужденный ли­шается соответствующего звания, чина или награды навсегда, а соответственно, и всех льгот и преимуществ, связанных с обладанием ими. Вместе с тем не все ис­следователи согласны с таким решением законодателя. Так, по мнению Л. О. Рож­ковой, при назначении и исполнении данного наказания необходимо расширить рамки его индивидуализации посредством дифференцированных сроков его от­бывания¹. Однако с приведенной позицией автора не можем согласиться. Одним из условий назначения исследуемого наказания является учет личности виновно­го, предполагающий, что совершенное преступление ставит под сомнение воз­можность сохранения за осужденным соответствующего звания и т. д. Например, военнослужащий свершил государственную измену и был лишен воинского зва­ния и государственных наград, при установлении срочности анализируемого на­казания через некоторое время его нужно будет восстановить в звании и вернуть награды? Это как минимум нелогично, а как максимум противоречит критерию качества системы — требованиям справедливости, поскольку в таком случае ут­рачивается смысл назначения дополнительного наказания.

В-четвертых, в литературе для более широкого использования лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятель­ностью предлагается увеличить количество санкций с данным наказанием^{[577] [578]. Но, полагаем, что в санкциях статей Особенной части УК РФ невозможно предусмот­реть все случаи, когда по обстоятельствам дела и с учетом личности осужденного нужно будет лишить его того или иного права. В настоящее время эта проблема удачно решена в действующей редакции ст. 47 УК РФ, которая описывает случаи возможного назначения данного наказания в качестве дополнительного, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ. Полагаем,}

что для более широкого использования дополнительных наказаний на практике этот опыт может быть распространен и на иные дополнительные наказания.

В третьей главе, опираясь на требования справедливости, автор пришел к выводу о том, что присоединяемое наказание не может быть строже основного, а также указал на необходимость описания в статьях Общей части УК РФ, к како­му основному наказанию оно может быть присоединено. Лишение определенных прав влечет достаточно серьезные последствия по сравнению с иными дополни­тельными наказаниями и, по мнению диссертанта, должно занять третье место в подсистеме дополнительных наказаний. С учетом этого полагаем, что лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятель­ностью может присоединяться к таким наказаниям, как принудительные работы, штраф, лишение свободы на определенный срок.

С учетом высказанных ранее предложений предлагается следующая редак­ция статьи (возможное место статьи в законе, с присвоением номера показано в теоретической модели главы 9 УК РФ в приложении к работе):

«Лишение определенных прав

1. Лишение определенных прав заключается в лишении права занимать оп­ределенные должности, заниматься профессиональной деятельностью либо дея­тельностью, требующей специального разрешения (лицензии), а также в лишении специального, воинского или почетного звания, классного чина, государственных

и иных наград.

2. Лишение права занимать определенные должности, заниматься профес­сиональной деятельностью либо деятельностью, требующей специального разре­шения (лицензии), устанавливается на срок от шести месяцев до трех лет. В ис­ключительных случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особен­ной части настоящего Кодекса, лишение указанных прав может быть назначено на срок до двадцати лет. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина, государственных и иных наград предполагает безвозвратную ут­рату соответствующего звания, чина, награды.

3. Лишение определенных прав может быть присоединено к принудитель­ным работам, штрафу, лишению свободы на определенный срок.

4. Суд вправе назначить лишение определенных прав и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодек­са, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного придет к выводу о невозможности сохране­ния за ним соответствующего права.

5. В случае назначения лишения права занимать определенные должности, заниматься профессиональной деятельностью либо деятельностью, требующей специального разрешения (лицензии), в дополнение к штрафу, а также при услов­ном осуждении его срок исчисляется с момента вступления приговора суда в за­конную силу. В случае назначения лишения права занимать определенные долж­ности, заниматься профессиональной деятельностью либо деятельностью, тре­бующей специального разрешения (лицензии), в дополнение к принудительным работам либо лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов уголовного наказания, но при этом его срок исчисля­ется с момента их отбытия».

Подведем итоги. Во-первых, опираясь на отечественный исторический и за­рубежный опыт, а также на мнение ряда ученых, предлагаем лишение права за­нимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью заменить таким наказанием, как «лишение определенных прав», которое бы включало: а) лишение права занимать определенные должности; б) лишение пра­ва на занятие профессиональной деятельностью; в) лишение права на занятие дея­тельностью, требующей специального разрешения (лицензии); г) лишение специ­ального, воинского или почетного звания, классного чина, государственных и иных наград. Это приведет к расширению сферы применения названного наказа­ния, что согласовывается с требованиями справедливости, так как дополнитель­ное наказание индивидуализирует наказание, воздействуя избирательно на от­дельные негативные черты личности, обеспечивая тем самым максимальную сораз­мерность наказания совершенному преступлению с учетом всех обстоятельств дела.

Во-вторых, кроме уточнения видов деятельности, на занятие которыми мо­жет быть наложен запрет, для расширения использования лишения определенных прав на практике предлагается также: 1) отказаться от ограничительного толкова­ния такой разновидности исследуемого наказания, как лишение права занимать определенные должности, а в разъяснениях Пленума Верховного Суда (в частно­сти, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 де­кабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уго­ловного наказания») «переориентировать» правоприменителя на использование данного наказания в сфере, не связанной с государственной или муниципальной службой; 2) не устанавливать ограничения по применению лишения специально­го, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, связанные с категорией преступления; 3) предусмотреть возможность лишения не только государственных, но и иных наград.

В-третьих, лишение определенных прав влечет достаточно серьезные по­следствия по сравнению с иными дополнительными наказаниями и должно занять третье место в подсистеме дополнительных уголовных наказаний. С учетом этого автор считает, что оно может сочетаться только с принудительными работами, штрафом и лишением свободы на определенный срок.