§ 1.2 Международное сотрудничество в сфере борьбы с преступностью: формы, направления

Переходя к анализу конкретных проявлений деятельности государств в сфере борьбы с преступностью, прежде всего, следует отметить, что в доктрине уголовного процесса отсутствует единство в определении форм и направлений международного сотрудничества в данной области.

характерные для форм и направлений сотрудничества, которые будут важны нам

22

для достижения целей, поставленных в настоящей главе исследования.

Итак, переходя к анализу форм международного сотрудничества, опять же отметим отсутствие единства в их понимании. Так, В. М. Волженкина указывает на то, что «... сложились две основные международно-правовые формы сотрудничества: договорно-правовая (заключение договоров в сфере уголовной юстиции) и институциональный механизм - сотрудничество в рамках международных объединений общего и регионального характера». В. П. Панов ^{[22] [23] аналогичные категории определяет в качестве двух «видов сотрудничества государств в борьбе с международной преступностью: договорно-правовой, или конвенциональный механизм путем заключения специальных соглашений и институциональный механизм в рамках международных соглашений».[24] Иной подход к определению форм международного сотрудничества использует В. Ф. Цепелев, который классифицирует их по разным основаниям. Так, в зависимости от содержания деятельности по реализации международного сотрудничества автор выделяет такие формы как: оказание взаимной правовой помощи по уголовным делам, выдача лиц, совершивших преступления для привлечения к уголовной ответственности или исполнения приговора, обмен оперативной, правовой и иной информацией и т.д.}

Приведенные трактовки категории формы международного сотрудничества, естественно, за некоторым исключением, характеризуют интересующую нас сферу деятельности государств с организационной стороны. Иными словами, форма международного сотрудничества показывает, как устроено межгосударственное взаимодействие в области борьбы с преступностью, освещает основные элементы данного устройства, их взаимоотношения между собой, что, к слову, совпадает с философским значением понятия форма, под которой подразумевается способ организации и способ существования предмета, процесса, явления. Однако для нас, как уже неоднократно отмечалось, важны конкретные механизмы международной кооперации, а потому, учитывая полученный вывод, рассмотрение форм сотрудничества останется за границами исследования. В то же время другое взятое для анализа понятие - направления международного сотрудничества, думается, в полной мере будет отвечать заявленным критериям.

Так, при определении различных направлений, которые, заметим, также не отличаются единством у разных авторов, в процессуальной литературе указываются конкретные проявления деятельности государств в интересующей нас области. И. Б. Осмаев, например, выделяет следующие направления: сотрудничество в сфере осуществления уголовного правосудия (получение свидетельских показаний; оказание помощи в проведении расследований; проведение розыска и ареста имущества и т.д.), сотрудничество в сфере оперативно-розыскной деятельности (обмен информацией; обмен сотрудниками; проведение совместных операций и т.д.).^{[26] [27]} Детально демонстрирует направления международного сотрудничества профессор А.

27

профессионально-технической помощи; 8) предупреждение преступлений.

Таким образом, обозначенные трактовки понимания направлений международного сотрудничества для нас важны в следующих аспектах. Во- первых, они рассматриваются в качестве конкретных проявлений деятельности государств в определенной области. Во-вторых - указанные области (сферы) деятельности в рамках сотрудничества различны: это и материально-правовая сфера (например, деятельность по криминализации деяний в качестве составов международных преступлений), и организационно-техническая (например, деятельность по координации действий сотрудников правоохранительных органов разных государств), и информационная (деятельность по созданию систем обмена информацией между государствами). Однако в данном случае важно то, что среди них особое место занимает деятельность в сфере уголовного судопроизводства и именно анализ тех механизмов, которые в ней используются, представляет для нас наибольший интерес.^[28]

Окончательно убедившись в том, что одним из направлений сотрудничества государств в сфере борьбы с преступностью является взаимодействие в области уголовного судопроизводства, мы сталкиваемся с другим не менее важным вопросом: на основании каких критериев тот или иной механизм будет отнесен к сотрудничеству именно в сфере уголовного судопроизводства?

Необходимость установления таких критериев обусловлена тем, что помимо наличия широкого спектра институтов международного сотрудничества, перед которыми зачастую поставлены смежные задачи, для целей настоящей работы также важно определиться с правовой природой конкретного механизма.

Итак, останавливаясь в первую очередь на целевом критерии, следует заметить, что все институты, которые будут непосредственно относиться к предмету исследования, применяются в рамках осуществления уголовного судопроизводства и, соответственно, направлены на решение задач, возникающих в ходе уголовного преследования лиц, подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений. Таким образом, среди них в качестве примера следует выделить такие как: проведение следственных действий и получение доказательств на территории другого государства, выдача лиц для осуществления уголовного преследования или для привлечения к ответственности, содействие органам международного правосудия и др. Непосредственно вытекающим из целевого критерия является и иное обстоятельство, на основании которого мы будем относить конкретный механизм к сотрудничеству государств в рамках уголовного судопроизводства, - полномочия на их применение предоставлены компетентным органам государств, на которые возложены функции осуществления производства по

29

уголовному делу.

Однако обозначенным критериям в рамках сотрудничества государств в сфере уголовного судопроизводства также удовлетворяет ряд институтов, которые не относятся к предмету настоящего исследования, хотя они и применяются для организации межгосударственной кооперации в области уголовной юстиции. Так, с целью координации действий и взаимной помощи в расследовании уголовных дел и осуществлении уголовного преследования как на международном, так и на региональном уровне создан целый ряд ^[29]

международных организаций таких как Международный уголовный суд, Международная организация уголовной полиции (Интерпол), Евроюст и ряд других, которые в полной мере следует относить к институтам,

функционирующим в рамках сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства. Однако мы уже неоднократно отмечали, что предмет настоящего исследования составляют конкретные процессуальные механизмы, которые используют государства для организации своего взаимодействия в целях эффективного осуществления уголовного преследования, а потому нас будут интересовать лишь те институты, которые обладают сугубо процессуальным характером.

В продолжении размышлений относительно институтов сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства важно отметить, что их качественные характеристики постоянно совершенствуются. ^[31] Однако существуют традиционные проявления, которые непосредственно и относятся к предмету работы. Такими процессуальными механизмами являются институты выдачи (экстрадиции) и правовой помощи по уголовным делам. Обозначенные правовые конструкции, которые, к слову, уже давно закрепились в качестве устоявшихся элементов, международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства, полностью удовлетворяют отмеченным выше критериям: имеют сугубо процессуальный характер и применяются в целях расследования и судебного рассмотрения уголовных дел. Выбор же пал именно на них отнюдь не случайно. Немного забегая вперед, отметим, что даже беглый взгляд на характерные особенности институтов выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам позволяет прийти к выводу о наличии общих точек соприкосновения с интересующими нас в данном исследовании механизмами в рамках Европейского Союза, а потому именно они взяты для анализа. Однако детальное сравнение и, соответственно, характеристика отдельных свойств обозначенных конструкций составляет предмет следующих глав работы. Здесь же мы лишь остановимся на том, в каком понимании они будут использованы далее.

Так, говоря о выдаче, в юридической литературе указывается на то, что наиболее точным определением экстрадиции является понятие, приведенное в решении Верховного Суда США по делу Terlinden vs Ames, где данная процедура обозначается в качестве: «передачи одной нацией другой лица, обвиняемого или осужденного за преступление, совершенное за пределами собственной территории первой и в рамках территориальной юрисдикции

32

требующей передачи стороне, которая компетентна судить и наказывать его».

Несмотря на наличие в доктрине уголовного процесса массы других определений, стоит отметить, что понятие экстрадиции является устоявшимся и не вызывает фундаментальных споров среди ученых-юристов.^{[33] [34] [35]}

Аналогичный вывод нельзя сделать относительно института взаимной правовой помощи по уголовным делам. В работе будет использовано понятие, разработанное В. В. Милинчук, в соответствии с которым под институтом правовой помощи по уголовным делам понимается «основанная на внутреннем законодательстве деятельность компетентных органов запрашиваемого государства по исполнению, в соответствии с условиями международного договора, следственных поручений судебных и иных компетентных органов запрашивающего государства о производстве на территории запрашиваемого государства процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий для получения доказательств по расследуемому в запрашивающем государстве

34

уголовному делу».

Вместе с тем следует отметить, что правовая природа обозначенного института имеет дискуссионный характер. Так, одни авторы в понятие правовой помощи включают широкий перечень мер таких как экстрадиция, уголовное преследование, передача предметов, передача осужденных для исполнения приговора иностранного суда, по сути отождествляя его с категорией международное сотрудничество в сфере борьбы с преступностью. Другие прямо утверждают об отсутствии принципиальных различий между международным сотрудничеством и правовой помощью, указывая на то, что это одна и та же деятельность разного уровня.^[36] Детальный анализ обозначенной дискуссии лежит за пределами границ настоящего исследования, однако все же необходимо остановиться на тех основаниях, учитывая которые, мы будем использовать в работе то, а не иное понимание института.

В данной связи следует отметить следующее: обозначенная трактовка выбрана потому, что она, во-первых, полностью приемлема для сопоставления взаимной правовой помощи и схожих, интересующих нас институтов в рамках Европейского Союза и, как следствие, достижения целей, поставленных в исследовании. Во-вторых - понимание правовой помощи по уголовным делам в качестве одного из механизмов, посредством которого осуществляется международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства (который не тождественен ему) наиболее точно, с нашей точки зрения, характеризует современное состояние рассматриваемого института и его юридическую природу. Так, на сегодняшний день детально регламентирована и установлена прочная нормативная база взаимной правовой помощи, причем как на международном, так и на национальном уровнях. Подтверждением тому является широкий перечень международных договоров, среди которых можно выделить такие как Европейская конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам (1959 г.), Конвенция СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (1993 г.). В ряде зарубежных стран приняты специальные законодательные акты,

детализирующие положения о правовой помощи. В Англии, например, действует закон о международном сотрудничестве по уголовным делам (2003 г.),^{[37] [38] [39] в Португалии принят закон о международном судебном сотрудничестве по}

уголовным делам (1999 г.).^[40] В иных странах такие положения закреплены в процессуальных кодексах. Ярким примером тому может служить Франция, где разделяются положения, регулирующие правовую помощь с государствами- членами ЕС и остальными странами.^[41]

Однако необходимо обратить особое внимание на то, что применение анализируемого института преследует собственные цели - получение доказательств на территории другого государства. Механизм его реализации также отличается специфическими особенностями, которые отделяют его от других элементов международного сотрудничества. С другой стороны, отождествление института правовой помощи и международного сотрудничества (даже в одной только сфере уголовного судопроизводства, хотя, как мы помним, таких сфер можно выделить несколько), с нашей точки зрения, устанавливает весьма абстрактные рамки данного понятия, при этом размывая сущность как международного сотрудничества, так и института взаимной правовой помощи по уголовным делам. Безусловно, деятельность государств в рамках оказания правовой помощи является проявлением международного сотрудничества в сфере уголовной юстиции, что может послужить поводом для отождествления обозначенных категорий. Однако взаимодействие государств в данной области, как было показано выше, также осуществляется путем реализации института экстрадиции. Более того, существует ряд механизмов, которые не являются сугубо процессуальными, но перед ними поставлены смежные цели. Среди них можно выделить признание и исполнение приговоров иностранных судов, оказание содействия органам международного правосудия, передача лиц для отбывания наказания в государстве, гражданином которого он является и ряд других - речь идет о многосторонней и полифункциональной деятельности. Посредством применения всех перечисленных мер осуществляется достижение целей сотрудничества государств, а потому выделение какого-либо одного из институтов и наделение его признаками комплексной деятельности размывают его сущность и ставят под сомнение целесообразность функционирования остальных правовых конструкций. Таким образом, именно данные обстоятельства стали основанием того, что в дальнейшем в работе институт взаимной правовой помощи по уголовным делам будет трактоваться как один из механизмов реализации взаимодействия государств в области уголовного судопроизводства.

Приближаясь к завершению анализа теоретических основ международного сотрудничества в сфере борьбы с преступностью, необходимо сделать ряд выводов. Рассмотрение понятия, составляющего предмет настоящей главы, позволило нам выделить присущие ему характерные особенности, такие как деятельностный аспект, борьба с проявлениями международной и внутригосударственной преступности, нормативно-правовая база в виде наднационального и национального регулирования. Далее мы пришли к выводу о том, что данная деятельность осуществляется в нескольких сферах, одной из которых является уголовная юстиция, в результате чего можно говорить о международном сотрудничестве в сфере уголовного судопроизводства. Реализуется же обозначенный вид взаимодействия государств путем применения механизмов, имеющих сугубо процессуальную природу, как институты выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам.

Таким образом, путем рассмотрения базовых основ международного сотрудничества в сфере борьбы с преступностью, мы не только попытались заложить определенный теоретический фундамент для дальнейшего исследования, но и определили границы работы. Теперь же с учетом полученных выводов нам предстоит продемонстрировать то, как анализируемая деятельность государств реализуется в пространстве Европейского Союза, в первую очередь обращая внимание на институты выдачи и взаимной правовой помощи по уголовным делам.