§ 2. Принципы правового регулирования государственной службы КНР

Целями правового регулирования государственной службы

Закон КНР от 27 апреля 2005 года провозглашает:

а)         регулирование управления госслужащими;

б)         обеспечение их законных прав и интересов;

в)         усиление контроля за госслужащими;

г) повышение компетентности и эффективности госслужбы;

д)            снижение коррумпированности госслужащих (статья 1).

на основе следующих принципов, сформулированных четко и не­двусмысленно в статье 4:

а)         марксизм-ленинизм;

б)         идеи Мао Цзедуна.

в)         теории Ден Сяопина,

г) идеи «тройного представительства».

д)         принцип руководства со стороны Коммунистической партии Китая в решении кадровых вопросов. При этом указывает­ся, что страна имеет

е)         курс начального этапа социализма.

Таким образом, здесь не провозглашается принцип разделе­ния властей, искусственно муссирующийся в Российской Федера­ции. Зато конкретные условия страны, Китая, связаны в большой степени с признанием или отторжением идеологии Конфуция (Учителя).

При соответствующем рассмотрении и в прошлой истории Китая, и в настоящее время некоторые ученые обнаруживают на­личие в его государственном аппарате определенных «сдержек», являющихся основным смыслом теории разделения властей. Так, Л.С. Переломов находит, что уже в учении Конфуция можно най­ти их разнообразие. Суждения о Правилах взаимоотношений вла­сти и народа, требование постоянной обратной связи между влас­тью и обществом базируются у Конфуция, по мнению Л.С. Пере- ломова, на трех составляющих: «власть ни в коем случае не должна терять народного доверия; она несет ответственность за его благо­состояние; подлинная власть отвечает за стабильность в государ­стве»¹. Учитель сказал: «В государстве, где царит Дао-Путь, стыд­но быть бедным и незнатным. В государстве, лишенном Дао-Пу- ти, — стыдно быть богатым и знатным». Ответственность же за правильный Дао-Путь лежит на совести управляющих.

В период III века до н.э. в Китае выдвинулась школа легис- тов, представленная трактатом Хан Фэйцзы. Ее характеризовал подход к администрации, в соответствии с которым предлагалось наличие постоянно действующих законов, чтобы власть основыва­лась не на добродетели правящих (правление людей), а на подчи­нении закону (правление закона)², то есть проводилась идея раз­личия права и закона, характерная западноевропейской культуре. Но эта школа не имела большого влияния на большинство китай­ского населения и навсегда уступала влиянию конфуцианства.

Основываясь на представлениях, что учение Конфуция глу­боко вошло в жизнь простого народа, Л.С. Переломов, замести­тель руководителя Центра исследования духовной цивилизации стран Восточной Азии Института Дальнего Востока РАН, предсе­датель российской секции Международной конфуцианской ассо­циации, академик РАЕН, доктор исторических наук, пишет: «Роль независимой судебной власти была отведена верховному арбит­ру — Небу.

¹ Переющв Л.С. Конфуций: жизнь, учение, судьба. — М., 1993, стр. 207— 262.

² Правовые системы стран мира. Энциклопедический справочник / Отв.

ред. А.Я. Сухарев. — М.. Иад-во НОРМА, 2001, стр. 319- «Небо недовольно правителем». И действительно, вскоре втом же году скончался Председатель КНР»^[40]. Возможно, наличие конфу­цианства в Китае Л.С. Переломовым надумано, а на самом деле там господствует прагматизм современного капитализма. Прямо­го деления власти на законодательную, исполнительную и судеб­ную в Законе КНР от 27 апреля 2005 года не видно. Связь смерти Мао с недовольством Неба правителем трудно признать основа­тельной.

Тем не менее специалисты по Китаю находят, что в Китае на протяжении тысячелетий функционировала своя «система разде­ления властей», отличающаяся от системы разделения властей в США или Европе. Она была материализована в двух понятиях: «Фа» (Закон) и «Ли» (Правила). Обе системы регулирования об­щественных отношений обладали равной силой, и человек обязан был соблюдать и «фа», и «ли». Закон и Правила в Китае, вероятно, можно переводить в данном случае как право и мораль. По мне­нию Л.С. Переломова, на протяжении тысячелетий Правила игра­ли в жизни народа большую роль, нежели Закон, китайцы уже в детстве начинают заучивать целые тексты из «Четверокнижмя». куда входят «Лунь юй» («Суждения и беседы») Конфуция и трак­тат его ближайшего ученика Мэн цзы. Одним из постулатов Мэн цзы является то, что народ в государстве «составляет главный элемент, духи земли и хлебов — второстепенный, а государь — последний (легкий)». (Мэн цзы», УП.Б14)^[41]. Конфуций также на­ставлял правителя: «Если народ перестает доверять, то государству не устоять» («Лунь юй», 12.7).

Сложность оценки содержания и основных черт законода­тельства КНР о государственной службе порождается фактом пра­вового закрепления в статье 4 Закона отсылочных позиций кочень важным и серьезно влияющим обстоятельствам, идеологическим догматам. Анализ действия законодательства о государственной службе Китая невозможно сделать в полном объеме только на основании Закона, поскольку необходимо кроме его положений учесть также и политические лозунги, документы и программы всех шести составляющих совокупность принципов государствен­ной службы, сформулированных в статье 4.

Одним из ключевых партийных документов, в соответствии с которым строится вся система правового регулирования государ­ственной службы, является Временное положение о работе по подбору и назначению на руководящие должности кадровых ра­ботников партийных и государственных органов, принятое ЦК КПК 9 февраля 1995 г. С учетом указанного партийного докумен­та развивается система законодательства о государственной служ­бе КНР, отмечает А.Ф. Ноздрачев^[42]. Это похоже на выпуск из подполья списка кадрового резерва для замещения должностей государственной службы, предусмотренного в статье 11 Федераль­ного закона № 58-ФЗ от 27 мая 2003 года «О системе государ­ственной службы» в Российской Федерации. Ранее такой список кандидатов на выдвижение был чисто партийным инструментом, а теперь узаконен правом, приобрел характер государственного акта.

Влияние на всю систему правового регулирования государ­ственно-служебных отношений в Китае оказывает и учение Дэн Сяопина о «социализме с китайской спецификой». Оно отража­ется в понятии «сяо кан» («общество малого благоденствия»). Л.С. Переломов находит в этом современном лозунге название «первой социальной утопии Конфуция». Дэн Сяопин, таким об­разом, вернул Китай на традиционные конфуцианские рельсы, естественно, в модернизированном виде. В 2001 г. Цзян Цзэминь также призвал вернуться к испытанной национальной системе властвования, провозгласив, что, наряду с «Принципом управлять страной на основании Фа», необходимо ввести «Принцип управ­ления страной на основании Дэ»^[44]. Среди этих принципов идея «тройного представительства», выдвинутая заместителем Генераль­ного секретаря Цзян Цзэминем, означает, что Коммунистическая партия Китая обязана всегда выполнять требования а) опережаю­щего развития производительных сил Китая, б) поступательного развития передовой культуры Китая, в) представлять коренные интересы самых широких масс народа Китая. Эта теория не связа­на с идеями конфуцианства.

Другие принципы, более формализованные, сформулирова­ны в статье 5:

а)         законность;

б)         гласность;

в)         равноправие;

г) конкуренция;

д)         предпочтение отличившимся.

Провозглашается также (статья 6 Закона), что управление государственными служащими основывается на двойном принци­пе: «принципе контроля и принципе стимулирования и защиты».

Особенность конфуцианского мышления в Китае формули­руется учеными так, что здесь на первое место следует ставить доктрину «хэ» — «достижение Единства через разномыслие». Док­трина «хэ» отражает сложившееся еще до Конфуция представле­ние о борьбе противоположностей, двух полярных начал (ян — инь), как объективном законе существования природы. Термин «хэ» означает Единство. Единение на иной, соглашательской ос­нове, когда все участники обсуждения добровольно одобряют лю­бое предложение, исходящее от главы государства», выражается термином «тун»¹.

«Учитель сказал: «Благородный муж стремится к «хэ», ма­ленький человек стремится к «тун» (Лунь юй. 13.23)». Или: «Учи­тель сказал: Благородный муж постигает справедливость. Малый человек постигает выгоду»². Переплетение в Законе о государ­ственной службе принципов централизации и децентрализации, возможно, отражает именно специфику Китая, не принимающего слепо ни доктрину разделения властей, ни иные модные концеп­ции строительства государства в Западной Европе.

Восстановление роли учения Конфуция началось в 1972— 1976 годах, после суда над зачинателями кампании «критики Линь Бяо и Конфуция». Тогда был провозглашен лозунг «сяо кан», по­строение «социализма с китайской спецификой». Он был воспри­нят в странах с влиянием учения Конфуция как знак возвращения Китая к истокам’. Очевидно, курс первоначального социализма, заявленный в статье 4 Закона о государственной службе, отража­ется в термине «сяо кан». «Сяо кан» — «общество малого благо­денствия», — воспринято из Конфуция. Дэн Сяопин связывал этот термин с достижением китайцами среднезажиточного уровня в 800—1000 долларов. Другие ученые, например, профессор Куан

¹ Переломов Л.С. Конфуций и доктрина разделения властей (размышления по прочтении книги Петра Баренбойма «3000 лет доктрины разделения властей СудСыотера») М.. 1996. стр 124.

’ Конфуций Уроки мудрости. Лунь юи. — М. Эксмо-Пресс; Харьков: Фолио, 1999, стр 33.

’ Перелое ов Л.С. Конфуций и доктрина разделении властей (размышления по прочтении книги Петра Баренбойма «3000лет доктрины разделения властей. Суд Сьютера»). М., 1996, стр. 125.

Ямин, утверждали, что в обществе «сяо кан» было мало чиновни­ков, а «правитель при назначении на должности подбирал талант­ливых, добрых и человеколюбивых, отдавая им предпочтение пе­ред родственными связями»^[45]. Идея Конфуция о единстве прави­тельства и народа была воспринята в качестве программной и в деятельности Чан Кайши на Тайване, который объявил, что пост­роит здесь «сяо кан». Характерно провозглашение идеи Конфу­ция, — достижение доверия народа к власти.

Благородный муж, чиновник на государственной службе, в учении Конфуция — это образец нравственного совершенства, человек, который всем своим поведением утверждает нормы мо­рали. Именно по этим критериям Конфуций предлагал выдвигать людей на государственную службу. «Если выдвигать справедливых и устранять несправедливых, народ будет подчиняться»^[46]. «Конти­нентальному Китаю, так же как и Тайваню, присуща вера в силу социального действия «благородного мужа» как неотъемлемого фактора нормального функционирования не только общества, но прежде всего исполнительной власти. Отсюда целый ряд поста­новлений ЦК КПК и письменных предложений депутатов ВСНП, призывающих к «формированию неподкупного руководства» и «разработке закона о честном руководстве», — пишет и Л.С. Пере­ломов^[47].

Таким образом, принципы государственной службы, закреп­ленные в Законе от 27 апреля 2005 года, образуют довольно слож­ную систему ценностей, включающих в себя всю многотысячелет­нюю культуру громадного народа. Их применение, несомненно, составляет определенную сложность и специфику правового регу­лирования и функционирования государственной службы в Ки­тае.