Сводить счеты с предшественниками не является делом историка

Сводить счеты с предшественниками и уличать их во всех смертных грехах не есть дело историка, OH должен понять, почему они предложили такие подходы и получили такие результаты, в чем их величие, беда и вина.

Может показаться, что отсечение всех непродуктивных подходов - верх методологической виртуозности, но не бьто случая, чтобы новое поколение историков не повторяло прежних ошибок, как только о них переставали вести дискуссию. Вот почему важно понять, что неоспоргшые истины вне науки, а наука занимается постоянной проверкой собст- веннъис предпосылок. Беспредпосылочное знание не дано в исторической науке, а то, что задано однажды, может пересматриваться. Что же отражает историк? He прямой ли это вопрос к историографу?

Представления историософа об истории, возможно, требуют углубления теории исторической науки, тоЙ области, которую мы назвали историоло- гией. Попытки увидеть "мудрость истории" помимо самой истории, поверх участвующих в ней сил приводит нас к проектам, использующим историю для обоснования перехода в будущее. Эти исторические силы неоднородны и даже антагонистичны, их борьба не ушла из истории, и, следовательно, отображение сил и выражение их интересов не всегда совпадают.

История есть совокупность проектов свободы, то есть проектов сил, участвующих в историческом процессе, где одни выступают как освобождающие и освобождаемые, другие - как пытающиеся coxpa-

нить доступные им степени свободы. Как известно, никто не борется против свободы вообще. И разумеется, что в социуме нет ни полностью свободных, ни полностью инертных сил.

Историк выявляет, какими были эти проекты, как сложились, эволюционировали, к чему пришли и привели. Позиция участников событий не устраняется, а включается в позиции вновь участвующих в истории.

Прогресс историко-юридической науки опирается на существенные сдвиги в сфере практического регулирования отношений между слоями и группами населения, несущими в своем опыте поведения пласты традиций, уходящие корнями в прошлое страны.

Без знания исторических традиций народа юриспруденция оказывается не только формальным масштабом, прилагаемым к карте с неизвестными обозначениями, но и беспомощной шпаргалкой перед лавиной необъяснимых феноменов. Периодические изменения в поведении населения в отношении собственности, власти, имущества, земли, гражданских свобод, законов и т.д. не являются лишь отражением ответов на изменения в текущем законодательстве.

Через много десятилетий историкам и юристам предстоит связать прошлое и будущее. Историограф же исследует, каким образом и насколько адекватно эта тенденция отражена в литературе.

По-видимому, при работе над источниками цензура и самоцензура не позволяют отождествлять документальную базу и максимальные возможности.

"Можно получить доступ к 99,9 % архивов, которые отражают официальную точку зрения на события, но не

уразуметь их сути, потому что правдивая информация сосредоточена в недоступных для исследователя 0,1 % документального массива"¹⁵.