Реабилитационный синдром и действительный долг историка

Устоявшиеся десятилетиями оценочные характеристики политического или кулацкого бандитизма применительно к повстанческим движениям украинского крестьянства в одночасье сменились разноголосицей представителей новых подходов.

чем, представителей не бескорыстных и ориентированных на новый социальный заказ. Хотя новое часто оказывалось забытым старым.

Симптоматично, что в центре исследований и обсуждений их результатов оказался все тот же разрыв объективной действительности и субъективного прочтения намерений действующих лиц со стороны вольных или невольных участников событий. Троцкий, Бухарин, Махно и другие крупные имена стали синонимом новых подходов. Краткий, но всеобщий интерес испытали десятки фигур революционной эпохи.

Иногда, правда, казалось, что эти фигуры извлекаются по старинке, в силу социального заказа. По сути, так и было. Редкие из публикаций того времени обладают абсолютной новизной материала, просто они помещены в особый контекст, который можно назвать "реабилитационным". Успеть реабилитировать или обнаружить границу - кого уже можно, а кого еще нельзя, в предчувствии, что, как только можно будет реабилитировать всех, процедура потеряет значение.

K чести ведущих историков, часть из них просто "выпала" из процесса. Ha время. Справедливо решив, что время серьезных научных работ придет уже после спада ажиотажа.

Большому повороту в исторической науке в конце 80-х годов сопутствовала частичная реабилитация некоторых фигур движения в сталинской и постсталинской исторической науке. Особенно это было связано с отрицательным переосмыслением роли Л.Д. Троцкого в гражданской войне. Ho переосмысление остановилось на первых шагах, а процессы реабилитации, затронувшие множество ко-

мандиров гражданской войны, так и не коснулись лидера украинских повстанцев H. Махно.

B седьмой период развития историографии махновщины новое проявляется через публикации B,M.

Ko времени перестройки относится и возобновление анархистского движения на территории СССР. Растут самодеятельные журналы и газеты, формируются местные организации с попытками кустарного налаживания своеЙ периодики. Быстро распадается коллектив издания "Община", объединявший сторонников П.А. Кропоткина. Индивидуальным делом M.B. Цовмы становятся номера журнала "Освобождение личности". Хулигански и экстремистски выглядит газета "Черная звезда". Ha Украине формируется и быстро гаснет Конфедерация анархистов-синдикалистов и Федерация анархистов Донбасса. Заметных попыток исследовать прошлое они не проявляют, но в агитационной и пропагандистской деятельности используют материалы, известные с 20-х годов.

Распад Союза и образование независимых государств на его руинах создали новую ситуацию и в исторической науке, и в историографии. Тема гражданской войны ушла на второй план, а если рассматривалась, то через призму национального движения.

Появившейся возможностью распространять идеи жадно пользуется молодое поколение нонконформистов, не без скандалов и перехлестов, но с устойчивой тягоЙ к оформлению анархистского и

неоанархистского сектора общественного мнения, больше, правда, в Москве, чем на периферии.