Зарубежный опыт принудительного исполнения *(59)

Одним из достаточно широко распространенных в правоведении методов является метод сравнительного правоведения, который можно с успехом использовать и в гражданском исполнительном праве.

Прежде всего, отметим, что гражданское исполнительное право играет огромную роль в любом государстве, при любой правовой системе. Именно возможность принудительного исполнения актов юрисдикционных органов важна для реальной защиты и восстановления нарушенных прав, законности, поддержания правопорядка в обществе. В конце концов, безусловное и неукоснительное исполнение актов юрисдикционных органов на своей территории - важная составляющая государственного суверенитета любой нации.

В этом и может помочь метод сравнительного правоведения, посредством которого полезно проанализировать, как те или иные проблемы принудительного исполнения, характерные для российской исполнительной практики, решаются за рубежом.

В большинстве стран континентальной Европы судебные исполнители не состоят на государственной службе, а являются частными лицами, работающими по лицензии. Управление судебными исполнителями осуществляют региональные и национальные палаты в качестве органов самоуправления.

Так, например, во Франции исполнительное производство реализуется не только судебными исполнителями, но и генеральными прокурорами, прокурорами Республики, командирами и офицерами полицейских сил.

К кандидатам в исполнители предъявляются строгие требования: наличие юридического образования, успешное прохождение двухгодичной стажировки в соответствующей конторе, сдача государственного квалификационного экзамена. В определенных случаях Министерство юстиции по заключению Национальной палаты судебных исполнителей может освободить отдельных лиц от прохождения стажировки или от предъявления диплома. В дисциплинарном плане судебные исполнители подчиняются непосредственно прокурорам Республики*(60).

Схожая ситуация наблюдается в Германии, где меры по принудительному исполнению осуществляют регистраторы суда, у которых имеется специальный сертификат, дающий им право исполнять решения суда. В Израиле служба исполнителей находится при магистратских судах, которую возглавляет ее директор, являющийся судьей или регистратором данного суда. В Греции к основным органам исполнительного производства относится не только исполнитель, но и нотариус, в функции которого входит исполнение судебных актов о взыскании денежных средств.

В США функции исполнительного производства осуществляют шерифы и их заместители, маршальская служба на федеральном уровне, судебные приставы-исполнители, частные юридические агентства. Шерифы, например, налагают арест на имущество должника.

Подводя некоторый итог, отметим, что, во-первых, органы принудительного исполнения (а также органы, обеспечивающие принудительное исполнение, либо содействующие исполнительному процессу) за рубежом характеризуются множественностью, что обеспечивает гибкость правоприменения.

Во-вторых, во многих странах принудительное исполнение осуществляется частными лицами, что несвойственно для России, хотя многими авторами в последние годы и предлагается передача отдельных исполнительных полномочий частным лицам, которые могли бы сдавать соответствующие квалификационные экзамены и получать лицензии на данную деятельность, выступая, по сути, в статусе частных предпринимателей.

Другим немаловажным вопросом являются процедурные аспекты исполнения актов юрисдикционных органов за рубежом.

Прежде всего нас интересуют меры, обеспечивающие исполнение актов

юрисдикционных органов.

В ряде стран используется такая мера, как тюремное заключение. Прообраз тюремного заключения за неисполнение судебного решения о выплате денежных средств был известен еще в древних правовых системах.

В настоящее время ситуация такова. В США при отсутствии у кредитора информации о месте нахождения имущества должника, на которое может быть обращено взыскание, он обращается в суд. Если, получив повестку суда, должник не является в судебное заседание или во время рассмотрения данного вопроса в суде не раскрывает информацию о месте нахождения имущества, то к нему может быть применено тюремное заключение без установления какого-либо конкретного срока: как только должник раскроет нужную информацию, он сразу же будет освобожден. В Англии тюремное заключение было отменено лишь в 1970 г. (за исключением некоторых категорий дел). В Германии ответчик помещается в тюрьму, если не внес требуемую сумму. В Нидерландах исполнение судебных решений обеспечивается, как правило, наложением штрафа, однако возможно применение и тюремного заключения. В Израиле в соответствии с решением Верховного суда должник может быть помещен в тюрьму, но только после того, как с достоверностью будет установлено, что он отказывается платить по решению суда, хотя у него была возможность произвести выплаты или исполнить решение иным путем.

И.В. Решетникова в цитируемой статье предлагает модифицированный способ использования зарубежного опыта, в частности, замену тюремного общественными работами или выплатой штрафа в размере суммы, причитающейся должнику по исполнительному документу в бюджет государства. Нам такого рода подход кажется негуманным - ограничение личной свободы, на наш взгляд, возможно лишь в случае совершения преступления, а принудительный труд, кстати, прямо запрещенный Конституцией РФ, также вряд ли можно приветствовать.

Наряду с тюремным заключением отмечают и иные средства, способствующие обеспечению исполнения судебных актов. Законодательство Израиля, например, предусматривает, что если должник собирается покинуть страну и тем самым воспрепятствует исполнению решения, директор службы исполнителей вправе отдать приказ о запрете выезда такого должника из страны.

Для обнаружения у должника наличия необходимых финансовых средств производится следствие, инициатором которого могут быть сам должник, кредитор и директор.

В Израиле существует возможность применения законодательства об ответственности за неуважение к суду. Например, суд может обязать должника ежедневно выплачивать определенную денежную сумму как штраф до тех пор, пока тот не согласится с приказом.

В США взыскатель может обратиться в агентство по взысканию, основная функция которого - оказание определенного давления на должника в форме письменного обращения с сообщением о предполагаемом начале против него правовых действий. Интересное несудебное средство воздействия на должника - сообщение о его неплатеже в агентство по кредитным сведениям.

Взыскатель в США после получения исполнительного листа вправе обращаться (в зависимости от штата) за помощью к атторнею (его функции в чем-то схожи с нашим прокурором), в агентство по взысканию или к частному сыщику.

есть продать его, как и любой иной объект собственности.

В качестве достаточно своеобразной меры, вряд ли применимой в России, где большинство населения не имеет такого специального права, в США выступает изъятие водительских прав. Подобная мера охватывает и все виды деятельности, требующие лицензии.

Использование подобных мер принуждения должника к исполнению судебного акта в российских условиях нам представляется вряд ли возможным, а, главное, отвечающим принципу справедливости, хотя, по мнению, например, И.В. Решетниковой, установление аналогичных мер вполне возможно и в российском законодательстве.

В законодательстве об исполнительном производстве многих зарубежных стран, так же как и в России, установлен перечень имущества, не подлежащего описи. Например, в Италии этот перечень подразделен на две группы: абсолютное имущество, которое ни при каких обстоятельствах не подпадает под опись (предметы, считающиеся святынями, предметы отправления религиозных культов; обручальные кольца и предметы быта (например, мебель, домашняя и кухонная утварь и пр.) в пределах личных потребностей дебитора и совместно проживающих членов его семьи, за исключением дорогих предметов мебели, в том числе с учетом художественной или антикварной ценности; продовольственные запасы и запасы топлива из расчета на один месяц потребления для дебитора и совместно проживающих членов его семьи; приборы, предметы, книги, необходимые для профессиональной, художественной деятельности или ремесла дебитора; оружие, а также предметы, которые дебитор обязан хранить в целях исполнения служебных обязанностей; украшения, письма, журналы и документы семейной переписки, а также рукописи, за исключением коллекционных), и относительное, которое может быть описано при определенных условиях (например, движимое имущество, используемое владельцем земельного участка в целях поддержания участка в надлежащем состоянии и возделывания земли, может быть описано отдельно от самой недвижимости только в случае отсутствия иного движимого имущества).

В Греции применяется система пропорционального распределения взысканного имущества, то есть каждый кредитор получает процент от взысканной суммы в соответствии со своим требованием. При этом в законодательстве установлено два приоритета: общий (который позволяет преимущественное удовлетворение требований для всех видов имущества, ликвидируемого на публичном аукционе) и специальный (который приводит к преимущественному удовлетворению требований от ликвидации специальных видов собственности). Только после удовлетворения двух групп привилегированных требований удовлетворяются требования иных кредиторов.

Законодательство Марокко проводит разграничение между двумя видами исполнения решения: прямым и эквивалентным исполнением. Прямое исполнение означает, что решение касается определенного предмета, обязанности должника. Эквивалентное обычно относится к денежным суммам, так как либо предмет обязательств составляют деньги, либо обязанность может быть выполнена в денежной форме.

В законодательстве Италии предусмотрена конверсия имущества, то есть дебитор вправе потребовать замены описи имущества на выплату денежных сумм, равных судебным издержкам и размеру кредитов, выданных ему кредитором, подавшим требование об описи имущества, и иными кредиторами, подавшими прошение об участии в процессе.

В большинстве стран вопросы принудительного исполнения регулируются гражданскими процессуальными кодексами. В Швеции, однако, действует Кодекс исполнительного производства, в котором проводится различие между публичными и частными делами.

В последнее время большинством авторов предлагается создание Исполнительного кодекса Российской Федерации, который бы регламентировал все вопросы принудительного исполнения*(61). На наш взгляд, кодификация законодательства об исполнительном производстве действительно была бы разумным и долгожданным шагом, намного облегчившим бы правоприменение, особенно в современных условиях.

Возможен, по нашему мнению, и более "узкий" анализ тех или иных вопросов принудительного исполнения за рубежом.

Например, А.Г. Чобанян подробно описывает алгоритмы дознания и розыска судебных приставов, используемые в США, Англии, Германии, Франции и ряде других стран. В частности, он пишет, что в США принудительным исполнением занимается Федеральная служба маршалов, которая является одним из старейших правоохранительных органов. Маршальская служба работает в тесном контакте с ФБР, полицией и другими правоохранительными органами, обеспечивает не только исполнение решений, но и безопасность судебных учреждений и участников процесса. Маршалы США осуществляют розыск должников, также они наделены правом производства расследования и осуществления оперативно-розыскных мероприятий. Уголовное преследование маршальской службы в США, как и в Англии - судебными исполнителями, шерифами округов и других органов, представляет собой прокурорское обвинение от имени народа или Короны соответственно. Этапы предварительного расследования в США и Великобритании не находят воплощения в отдельных процессуальных документах. Так, этап возбуждения уголовного дела в этих странах складывается из процессуальных действий и решений различных должностных лиц и органов (обысков, выемок, арестов, допросов и т.п.). Кроме того, в США действует Федеральная сводная бригада по исполнению судебных решений (СБИСР), представляющая собой орган, координирующий усилия службы Прокурора США, Федеральной службы маршалов, Службы пробации США, Федерального бюро расследований, Службы почтовой инспекции США и Генеральных инспекторов различных федеральных ведомств. Она защищает целостность федеральной системы отправления правосудия, законные интересы налогоплательщиков и потерпевших от преступлений. СБИСР проводит расследование в целях установления

местонахождения имущества людей, которые уклоняются от исполнения назначенного им наказания по уголовным или гражданским делам в части материального взыскания. Как только местонахождение имущества установлено, служба Прокурора США возбуждает соответствующее производство по обращению на них взыскания. Если будет установлено, что лицо, несущее ответственность по уголовному или гражданскому делу, намеренно скрывало имущество или предоставило службе Прокурора США, другим представителям власти ложную информацию о своем финансовом положении, против него может быть начато уголовное преследование*(62).

Другими ведомствами в США, занимающимися исполнением судебных решений и заинтересованными в его эффективности, являются службы пробации, почтовой инспекции, Генеральных инспекторов различных федеральных ведомств и Федеральное бюро расследований. Сводная бригада по исполнению судебных решений состоит из сотрудника ведомства Прокурора США в ранге помощника Прокурора США, который является руководителем отдела по исполнению судебных решений в части денежных взысканий, сотрудников отдела по исполнению судебных решений в части денежных взысканий, сотрудника Службы Маршала Соединенных Штатов, сотрудника Службы пробации Соединенных Штатов, оперативно-следственного сотрудника ФБР, оперативно-следственного сотрудника Службы почтовой инспекции Соединенных Штатов и оперативно-следственных сотрудников служб генеральных инспекторов различных федеральных ведомств. Сотрудник Службы Маршала США осуществляет расследование с целью розыска скрывающихся должников и установления местонахождения их имущества. По отдельным делам он налагает арест на имущество, управляет и распоряжается им. Сотрудник Службы Маршала также занимается организационно-исполнительскими вопросами производства по делу и исполняет судебные приказы, которые издаются в результате действий СБИСР. Сотрудник Службы пробации производит розыск имущества и действует в качестве связующего звена для передачи дел Сводной бригаде от Службы пробации США. Федеральное бюро расследований назначает своего оперативно-следственного сотрудника для координации конкретных действий СБИСР по установлению финансовой информации, касающейся тех вопросов, которые были предметом расследования, ранее проводившегося ФБР. Основная задача оперативно-следственного сотрудника - удовлетворение запросов других членов бригады о получении информации. Оперативно-следственный сотрудник Службы почтовой инспекции производит необходимую целевую оперативную работу по конкретным делам. Оперативно-следственные сотрудники служб Генеральных инспекторов проводят расследования в целях обнаружения мошеннически скрываемого имущества. Эти сотрудники выполняют обязанности, связанные с производством оперативной работы и расследования как по уголовным, так и по гражданским делам*(63).

Много полезной информации можно почерпнуть и у других авторов. Среди редко используемых приведем работы некоторых зарубежных авторов по указанному вопросу, с которыми было бы полезно ознакомиться: Martin R., Martin J. France // International encyclopedia of Laws. Civil Procedure. Vol. 1. The Hague; London; Boston: Kluwer, 1998.; Yessious - Faltsi P. Hellas. International encyclopedia of Laws. Civil Procedure. Vol. 1.; W le R de Vos BA LLM LLD Civil Imprisonment: The impact of the new Constitution // Stell Law Review. 1994. N 2.; Goldstein S. Israel // International encyclopedia of Laws. Civil Procedure. Vol. 1.; Lindell B. Sweden // International encyclopedia of Laws. Civil Procedure. Vol. 2.

Мы же, в продолжение материала параграфа, рассмотрим редко поднимаемый сегодня, но все более и более актуальный вопрос о практике рассмотрения Европейским Судом по правам человека дел о нарушении прав человека вследствие длительного неисполнения судебных решений.

Данные дела многочисленны, но достаточно однотипны. Они составляют около 53% от всех рассмотренных Европейским Судом по правам человека дел по вопросам нарушений имущественных и связанных с ними прав граждан. Автором тщательно исследовано 123 таких дела и количественно-качественные выводы о позиции Суда по таким категориям споров представляются весьма объективными.

Во-первых, для данной категории дел также характерна высокая степень удовлетворения такого рода жалоб: около 50%, причем в 30% случаев дело заканчивается мировым соглашением. Во-вторых, надо отметить, что в документах Европейского Суда по правам человека достаточно четко прослеживаются вопросы реального исполнения решений Суда по удовлетворенным жалобам и степень исполнения высока. И, в-третьих, только лишь в 1,6% случаев жалобы признаются неприемлемыми и в 1,7% направляются государствам-ответчикам.

Вопрос о неисполнении судебных решений на национальном уровне, к сожалению, очень "популярен" в отношении бывших государств социалистического лагеря, в том числе России и Украины. Это объясняется тем, что данные государства, стремясь стать полноправными членами мирового сообщества, в которых уважаются и соблюдаются права личности, "не рассчитали" своих внутренних сил и ресурсов для

реальной реализации прав граждан, сменили тоталитарную "вывеску" на демократическую и гуманистическую, однако за "фасадом" по-прежнему скрывается массовой нарушение прав человека.

В качестве примеров приведем дела "Дубенко против Украины" (N 74221/01), "Гиззатова против России" (N 5124/03), "Попова против Молдавии" (N 74153/01), "Деркач и Палек против Украины" (N 34297/02 и 35574/02)*(64) и многие-многие другие. Суд здесь, как правило, находится на стороне истца.

Однако, например, рассмотрим дело "Грищенко против России" (N 75907/01 )*(65). По делу обжаловался длительный срок исполнения исполнительного листа. Суд установил, что заявительница жалобы имела государственную облигацию, по которой государство обязывалось предоставить ей сделанный в России легковой автомобиль конкретной модели. Однако ей предложили автомобиль другой модели, от которого она отказалась, поскольку он был дешевле того, на который она имела право. В феврале 2001 года заявительница обратилась в суд с иском к государству по поводу ненадлежащей замены предмета облигации. Суды удовлетворили ее исковые требования и присудили ей сумму денег в размере стоимости автомобиля. Заявительница обжаловала решение суда на том основании, что присужденная ей сумма денег была недостаточной, но в апреле 2001 года решение суда о присуждении денег было оставлено в силе определением Верховного Суда Российской Федерации. Вскоре после этого заявительница предъявила соответствующим властям исполнительный лист, который ей был возвращен ввиду неправильного указания в нем наименования должника. Она представила новый исполнительный лист, и платеж был перечислен на ее банковский счет в мае 2002 года.

Жалоба признана неприемлемой, что касается Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (по вопросу как продолжительности исполнительного производства, так и непродолжительного непредставления автомобиля заявительнице). С учетом поправок, внесенных в соответствующее законодательство, на государстве больше не лежала обязанность предоставлять автомобиль, и долг государства быть урегулирован выплатой суммы денег. Что касается вопроса продолжительности исполнительного судебного производства, то Европейский Суд замечает следующее: хотя в исполнительном производстве имелись формальные дефекты, которые могли бы быть выявлены самими властями при наличии у них большего тщания, общая продолжительность исполнительного производства (один год, один месяц и двадцать дней) не является чрезмерной. Жалоба признана явно необоснованной.

По делу "Карахлиос против Греции" (N 62503/00)*(66) Европейский Суд по правам человека установил, что заявитель является подрядчиком по выполнению общественных работ. Он обратился в суд с иском об обеспечении неуплаченного платежа за выполненные работы согласно договору государственного подряда. Решением с Карахалиосу было присуждено возмещение и установлен размер подлежащих уплате греческими властями сумм. Судебное решение вступило в силу, но, несмотря на предпринятые заявителем меры, власти до сих пор не выплатили требуемую сумму.

Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (по поводу возражения о неиспользовании всех внутригосударственных средств правовой защиты): вопрос о том, что дополнительное производство в отношении государства, будучи средством правовой защиты, введенным в результате конституционной реформы 2001 года, является способом возмещения государственных задолженностей. Однако на время подачи заявителем жалобы в Европейский Суд такой возможности не существовало. Поэтому нельзя винить заявителя в том, что он не пользовался данной возможностью перед тем, как обратиться в Европейский Суд. Хотя данная новая процедура в настоящее время предоставляет заявителю право на получение сумм причитающейся ему задолженности, она не могла служить средством исправления положения, при котором государство затягивает исполнение вступившего в силу судебного решения, установившего размер выплаты. Поэтому возражение властей Греции отклоняется.

Стандартны в этом плане и постановления Европейского Суда по правам человека по жалобам граждан против Италии (дела по жалобам Аудиторе (N 35550/97), Фиорентини Виццини (N 39451/98), Чиккариелло (N 34412/97), И.П. (N 34658/ 97), Марини (N 35088/97), С.Т. (N 35428/97), Толомей (N 35637/97), Карлони и Бруни (N 35777/97), Ди Тулио (N 34435/97), Чекки (37888/97), Кандела (N 35997/97), Капеллини (N 64009/00), Вольино (N 48730/99), Карбоне (N 48842/99), Моттола (N 58191/00), Аттене (n 62135/00), Карлони Тарли (N 48840/98), Антонио Инделикто (N 344442/97), Скалера (N 56924/00), Д. Алоэ (N 61667/00), Николаи (N 62848/00), Петрини (N 63543/00), ООО "Национальный институт Касе" (NN 41932/98, 41935/98 и 42732/98), Делла Рокка (N 59452/00), Гамберини Монджене (N 59635/00), Лючиано России (N 30530/96), Чилиберти (N 30879/96), В Т. (30972/96), Т.К.У. (N 31548/96), Гнеки и Баригацци (N 32006/96), Л. и П. (N 32542/96), Фолли Каре (N 32577/96), Д.В. (N 32589/96), Тоси (N 33204/96), Тона (N 33252/96), Кау (N 34819/97) и многие другие)*(67), которые касаются составления графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении длительного неисполнения судебного решения и отсутствия возможности судебной проверки решения префектуры о составлении графика оказания полицией содействия в исполнении судебных приказов о выселении жильцов. В таких случаях Суд, как правило, усматривает в действиях государства нарушения пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола N 1, а дела, в большинстве случаев, оканчиваются мировым соглашением.

По делу "Пиберник против Хорватии" (N 75139/01) ставился вопрос о продолжительности исполнительного производства и затянувшемся неисполнении судебного решения о выселении жильцов с занимаемой площади. По делу "Сабин Попеску против Румынии" (N 48102/99) ставился вопрос о законности неисполнения властями Румынии судебного решения, которым признавался правовой титул на конкретный земельный участок. По делам "Боканчеа и другие против Молдовы" (всего 9 жалоб), "Шмалько против Украины" (N 60750/00) и "Кройтору против Молдовы" (N 18882/00) ставился вопрос о проволочке властей в исполнении судебных решений о выплате компенсации, взыскании денежных сумм. Во всех случаях Европейским Судом по правам человека усмотрены нарушения положений Конвенции *(68).

По делу "Качмао против Словакии" (N 40290/98), в котором рассматривался вопрос о правомерности отказа судов по гражданским делам исполнить решение арбитражного суда, которым предписывалось заключить договор о передаче собственности, а также вопрос о правомерности передачи собственности третьей стороне в период, когда исполнительное производство еще не было завершено, Суд, напротив, не усмотрел нарушения требований Конвенции *(69).

Сюда же, видимо, можно отнести и те дела, по которым ставится вопрос о продолжительности производства по делу, когда это отражается на праве собственности, а также схожие правовые случаи.

Так, по делу "Перони против Италии" (N 44521/98)*(70) был поднят вопрос о продолжительности производства по делу о банкротстве и о том, как эта продолжительность отразилась, в числе прочего, и на правах собственности банкрота. В данном случае Суд усмотрел нарушение пункта 1 статьи 6 и статьи 8, статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, а также иные нарушения.

По делу "Компания "Финтека" против Турции" (N 70493/01)*(71) обжаловалось обязательство данной итальянской компании произвести платеж в обеспечение судебных издержек на депозит турецкого суда, рассматривающего дело, по которому она была стороной, несмотря на положения Конвенции, ратифицированные Италией и Турцией. Заявителем являлась компания, которая имела зарегистрированный офис в Италии. Между компанией "Финтека" и турецкой компанией - производителем электроэнергии, заключившими контракт на строительство гидроэлектрической станции, возник спор. Заявитель подал иск в суд на турецкую компанию с целью возместить ущерб, причиненный нарушением контрактных обязательств. Турецкая компания потребовала возмещения ущерба в связи с неправомерным расторжением контракта. Суд по торговым спорам Турции обязал заявителя, inter alia, произвести платеж в обеспечение судебных издержек и расходов, а также вреда, который, возможно, будет присужден турецкой компании, путем внесения денежной суммы на депозит турецкого суда. Своим промежуточным приказом суд установил обеспечительную сумму в размере 17 846 830 американских долларов и 532 127 944 итальянские лиры, то есть 20% от суммы, указанной заявителем. Тем не менее, заявитель, ссылаясь на Гаагскую конвенцию по вопросам гражданского процесса, ратифицированную Турцией, указал, что от него, как от истца, участвующего в процессе, не может быть потребовано никакого залога или обеспечения в какой бы то ни было форме на основании того, что он является иностранной компанией или не имеет постоянного или временного места жительства в Турции. После отклонения судом возражений, представленных заявителем, залог был зачислен на заблокированный счет в Турции.

Жалоба коммуницирована властям Турции в отношении пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Отдельно можно выделить дела о неисполнении вступивших в законную силу судебных решений по делам о возврате конфискованного имущества.

Так, по делу "Тимофеев против России" (N 58263/00)*(72) Европейский Суд по правам человека установил следующее.

В 1981 году в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело по обвинению в распространении антисоветской пропаганды. В его доме был произведен обыск, и конфискованы различные вещи. Позднее заявителя признали невиновным ввиду невменяемости и поместили в психиатрическую лечебницу. В 1986 году он был освобожден. В 1992 году областная прокуратура обнародовала заявление, которым признавалось, что заявитель подвергался преследованию по политическим мотивам государством незаконно. Между 1995 и 1997 годами он несколько раз безуспешно обращался с просьбами вернуть конфискованное имущество. В 1996 году Тимофеев обратился в суд с иском о восстановлении во владении имуществом и возмещении ущерба. В июле 1998 года районный суд частично удовлетворил его требования и постановил о выплате ему компенсации за конфискованное имущество. Данное судебное решение при обжаловании было оставлено вышестоящим судом без изменений. В феврале 1999 года заявитель обратился с требованием об обеспечении исполнения решения суда, принятого в июле 1998 года, согласно исполнительному листу. Исполнительное производство не дало никаких результатов, и заявитель обратился с жалобой в суд по поводу должностной халатности судебного пристава. В июле 1999 года районный суд отклонил его жалобу, заключив, что исполнительное производство по его делу было приостановлено судебным приставом правомерно, на том основании, что прокурор возбудил надзорное производство в отношении решения суда, принятого в 1998 году. Согласно российскому законодательству, исполнительные действия не могут производиться в случае приостановления исполнительного производства до принятия решения в надзорном порядке. По этой причине исполнительное производство приостанавливалось несколько раз. В апреле 2001 года, после подачи прокурором протеста о пересмотре дела в порядке надзора, областной суд отменил решение суда, принятое в июле 1998 года, и последующее решение вышестоящего суда, оставившее в силе данное решение. После повторного рассмотрения дела районный суд присудил заявителю новую компенсацию за конфискованное имущество, а также вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных расходов. Требования заявителя о восстановлении его во владении конфискованным имуществом и о возмещении морального вреда были отклонены. Жалоба на данное решение была оставлена без удовлетворения.

Жалоба признана приемлемой, что касается пункта 1 Статьи 6 Конвенции и Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Заявитель указывал на невозможность исполнения вступившего в силу судебного решения, вынесенного против государства, частично потому, что надзорное производство воспрепятствовало исполнению судебного решения. Он также указывал на то, что спор по его делу не был разрешен в разумные сроки. Власти Российской Федерации утверждали, что после отмены судебного решения, принятого в 1998 году, было назначено новое рассмотрение дела, и что производство по делу было еще не завершено. В определенных случаях тот факт, что производство по делу не завершено на внутригосударственном уровне, может являться препятствием для рассмотрения Европейским Судом жалоб о нарушениях Статьи 6 Конвенции, особенно по уголовным делам, где необходима оценка соответствия обстоятельств производства по делу требованиям пункта 1 Статьи 6 Конвенции на основании рассмотрения всего процесса производства по данному делу. Однако нельзя утверждать, что данное соображение применяется к настоящему делу, поскольку представляется неясным, в какой мере отмена судебного решения, дающего заявителю право на получение определенного материального возмещения, могла влиять на тот факт, что заявитель не смог добиться исполнения постановления.

После представления властями Российской Федерации своих доводов, дело заявителя было пересмотрено и вынесено новое окончательное судебное решение. Возражение властей Российской Федерации о том, что жалоба была подана преждевременно, было отклонено.

По делу "Продан против Молдовы" (N 49806/99)*(73) было установлено, что заявительница, дом родителей которой был национализирован советскими властями в 1946 году, обратилась в суд с иском о восстановлении права собственности на этот дом. В поддержку своих требований она сослалась на закон 1992 года, дающий гражданам возможность возврата конфискованной или национализированной собственности. В марте 1997 года районный суд принял решение и пользу заявительницы и распорядился восстановить ее право собственности на дом. Поскольку этот дом был разделен на шесть квартир, суд предписал выселить жильцов из всех квартир; муниципальный совет должен был расселить их. В августе 1998 года решение окружного суда вступило в силу, так как было оставлено в силе Верховным судом Молдавии. Однако муниципальный совет уведомил заявительницу о том, что не может исполнить решение суда из-за недостатка средств, необходимых для строительства квартир для выселяемых жильцов.

Заявительница обратилась в суд с требованием выплаты компенсации за ущерб, причиненный ей проволочками в исполнении судебного решения. Ее иск был отклонен. Позже она вновь обратилась в суд с требованием к муниципальному совету выплатить ей деньги вместо восстановления ее в праве собственности на квартиры и доме (в отношении пяти квартир), В октябре 2000 года районный суд частично исправил способ исполнения первоначального решения, предписав муниципальному совету выплатить заявительнице сумму денег в размере рыночной стоимости пяти квартир. Это решение обрело принудительную силу в январе 2001 года. Муниципальный совет выплатил заявительнице юридически предусмотренную сумму в ноябре 2002 года. Что же касается выселения жильцов из шестой квартиры заявительницы, то муниципальный совет до настоящего времени все еще не исполнил решения суда, вынесенное в марте 1997 года, ввиду отсутствия средств.

По поводу предварительных возражений государства-ответчика.

По вопросу о неисчерпании внутригосударственных средств правовой защиты. На стадии рассмотрения вопроса о приемлемости данной жалобы государство-ответчик не упомянуло тот факт, что заявительница не прибегла в защиту своих интересов к двум процедурам, предусматривавшимся старым Гражданским процессуальным кодексом, а также не продемонстрировало в достаточной мере эффективность нового средства правовой защиты, предусмотренного новым Гражданским процессуальным кодексом Молдавии. Возражения государства-ответчика по данному вопросу отклоняются.

По вопросу о сохранении статуса жертвы нарушения Конвенции. Выплата заявительнице денежных сумм в возмещение стоимости пяти квартир не повлекло за собой никакого признания властями факта предположительного нарушения Конвенции в ее отношении. Более того, первоначальное решение суда о выселении всех жильцов осталось неисполненным в отношении шестой квартиры. Тем самым заявительница может требовать сохранения за собой статуса жертвы нарушения Конвенции. Возражения государства-ответчика поданному вопросу отклоняются.

По поводу пункта 1 Статьи 6 Конвенции. Исполнение судебного решения должно считаться неотъемлемой частью "судебного разбирательства" по делу для целей применения положений Статьи 6 Конвенции. Государственная власть не вправе ссыпаться на отсутствие средств или альтернативных форм урегулирования вопроса в оправдание своего неисполнения судебного решения. Задержка исполнения судебного решения может иногда быть оправдана в особых обстоятельствах, но не может быть таковой, чтобы размыть самое суть охраняемого права человека.

В рассматриваемом деле нельзя препятствовать заявительнице воспользоваться выгодами своего успеха в судебном разбирательстве, которое - что касается решения, вынесенного в марте 1997 года - имело отношение к вопросу о выселении жильцов из всех квартир, и - что касается решения, вынесенного в октябре 2000 года - имело отношение к вопросу о присуждении денежной суммы в размере рыночной стоимости пяти квартир. Не предпринимая в течение нескольких лет никаких необходимых мер по исполнению вступивших в законную силу судебных решений, власти Молдавии лишили положения пункта 1 Статьи 6 Конвенции всякого полезного смысла.

Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу допущено нарушение требований пункта 1 Статьи 6 Конвенции (принято единогласно).

По поводу Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Тот факт, что заявительница не имела возможности добиться своевременного исполнения вступивших в законную силу судебных решений, принятых в марте 1997 года и октябре 2000 года, составляет вмешательство в реализацию ее права на беспрепятственное пользование своим имуществом. Неисполнение государством этих решений означает, что заявительнице не дали возможности получить выгоду от получения денег, на которые она разумно рассчитывала, и от выселения жильцов. Государство-ответчик не выдвинуло в Европейском Суде никаких оправданий такому вмешательству в реализацию права собственности, а отсутствие средств или альтернативных форм урегулирования вопроса не может оправдать государство. Посему Европейский Суд пришел к выводу, что имело место нарушение положений Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Европейский Суд пришел к выводу, что в данном вопросе по делу допущено нарушение требований Статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции (принято единогласно).

В порядке применения Статьи 41 Конвенции. Европейский Суд присудил выплатить заявительнице компенсацию в размере 14 тысяч евро в возмещение причиненного ей материального ущерба и морального вреда. Суд также вынес решение в пользу заявителя о возмещении судебных издержек и иных расходов, понесенных в связи с судебным разбирательством.

Европейский Суд отложил принятие решения в контексте данной Статьи Конвенции в отношении длящейся ситуации, касающейся невосстановления права собственности на шестую квартиру.

Авторы отмечают, что "основные прецедентные нормы, которые Европейский Суд по правам человека использовал для защиты прав человека в данных делах, сводятся к таковым из дела "Бурдов против России": не исполняя решения национального суда, власти лишают пользование правом на судебную защиту какого-либо полезного смысла; неисполнение решений о присуждении сумм или имущества влечет за собой нарушение права собственности; государство не вправе ссылаться на недостаток средств в оправдание неисполнения решения суда. Постоянное появление так называемых клоновых дел, то есть дел, в которых продолжаются жалобы на нарушения, аналогичные тем, которые уже были установлены Европейским судом, - явный признак того, что Российская Федерация не приняла необходимых мер для устранения нарушений ст. 6.1. Конвенции и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции... Очевидно, что если решения Европейского Суда об установлении одних и тех же нарушений следуют друг за другом, ...меры государством не приняты"*(74).

В комментариях к судебной практике составители Бюллетеня Европейского Суда по правам человека справедливо указывают, что главной проблемой, поднимаемой ныне российскими заявителями, остается неисполнение судебных решений по гражданским делам, прежде всего, по делам о выплатах пособий, пенсий, компенсаций. Первое Постановление Европейского Суда по России по делу Бурдова (N 59498/00) от 7 мая 2002 г. касалось именно длительности производства по делу, но не в силу судебных проволочек, типичных для производства по делам в итальянских, французских или греческих судах, а именно ввиду неисполнения судебного решения в течение нескольких лет по выплате "чернобыльского" пособия из-за "отсутствия средств" у органов социального обеспечения. Такая же ситуация с длительным неисполнением судебного решения по восстановлению прав гражданина, репрессированного в годы гонений на политических диссидентов, повторилась в деле "Тимофеев против России" (N 58263/00, Постановление Европейскою Суда от 23 октября 2003 г.), в котором предметом спора была символическая сумма, но органы исполнения судебных решений искали надлежащего ответчика несколько лет.

В силу принципа, установленного в прецедентах Европейского Суда, неисполнение судебного решении означает незавершенность производства по делу, "судебного разбирательства", выражаясь языком Статьи 6 Концепции. Именно это обстоятельство подвигло Пленум Верховного Суда Российской Федерации на четкую запись в своем Постановлении от 10 октября 2003 г. \'\'Сроки судебного разбирательства по гражданским делам в смысле пункта 1 статьи 6 Конвенции начинают исчисляться со времени поступления искового заявления, и заканчиваются в момент исполнения судебного акта". Отсюда делается вывод: "Таким образом, по смыслу Статьи 6 Конвенции, исполнение судебного решения рассматривается как составляющая судебного разбирательства".

Немало жалоб, направленных в Страсбург из России, вписывается в проблематику конфликта частного и общественного интереса. В этой связи большой интерес представляет дело "Рябых против России" (52854/99, Постановление

Европейского Суда от 24 июля 2003 г.), когда вышестоящий суд пять раз (!) отменял решение суда первой инстанции, вынесенного в пользу заявительницы по очень чувствительному для миллионов россиян делу - справедливой индексации вкладов в Сбербанк, "сгоревших" в 1991-1992 годах. Именно в отмене надзорной инстанцией обретенного в суде права (res judicata) усмотрел Европейский Суд нарушение права человека на "справедливое судебное разбирательство" в силу создавшейся ситуации правовой неопределенности, растянувшейся на несколько лет.