§ 3. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в структуре тактических операций

Тактические операции действительно носят характер алгоритмов, а соответственно, содержат в себе такой признак, как взаимосвязанность и согласованность всех элементов. Согласованность как признак тактической операции означает, что выполнение определенных составляющих и достижение того или иного результата влечет за собой возможность или невозможность последующих действий, а также определяет целесообразность дальнейших мероприятий, влияющих на конечный результат.

Как и любая другая деятельность, тактические операции могут быть направлены на изменение неблагоприятных условий расследования или сохранение благоприятных и проводятся в условиях сложных, проблемных, конфликтных или смешанных ситуаций, поэтому, прежде всего, направлены на преодоление имеющихся трудностей.

В проблемных и проблемно-конфликтных ситуациях целью тактических операций является преодоление неполноты и неопределенности имеющейся релевантной информации. В связи с этим цели тактических операций можно в наиболее общем виде представить как восполнение информационной неполноты и ликвидацию или уменьшение до допустимых пределов ее неопределенности. Сокращение имеющегося дефицита данных в ходе расследования может быть достигнуто посредством получения новых сведений из уже известных или еще неустановленных источников.

Известно, что любые переговоры или переписка предполагают наличие минимум двух участников, хотя следует учитывать, что современные технические средства связи допускают одновременное общение 10 и более устройств, например, конференц-связь. Таким образом, на момент планирования получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами может быть известен либо только один, либо двое и более участников. Чаще всего на стадии планирования известен только один субъект телефонных соединений, и он не всегда обладает необходимой информацией или намеренно ее скрывает. В связи с этим отметим ситуации, формирующиеся на момент принятия решения о производстве тактической операции с использованием получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. Прежде всего, это ситуации, характеризующиеся неполнотой сведений об участниках, их местонахождении, времени и обстоятельствах расследуемого события. Это также ситуации, когда показания известных участников события требуют подтверждения путем получения информации об абонентах или абонентских устройствах от оператора сотовой связи. Таким образом, следственное действие, предусмотренное ст. 186.1 УПК РФ, в совокупности с другими процессуальными, оперативно-розыскными и организационно-подготовительными мероприятиями является единственным и наиболее рациональным средством восполнения дефицита информации. В подобных ситуациях также могут быть достоверно известны носители искомой информации, однако они тщательно скрывают свою осведомленность и отрицают факт связи с другими лицами, причастными к совершению преступления. Подобные ситуации возникают при расследовании преступлений, совершенных группами, члены которых препятствуют установлению других участников, их роли и возможного нахождения. Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами позволяет установить факт соединений с предполагаемыми соучастниками, время, продолжительность и частоту вызовов. Кроме того, можно получить достоверную информацию о постоянном местонахождении или определить места, откуда чаще всего совершались звонки, и во взаимодействии с сотрудниками оперативных подразделений выявить лиц, скрывающихся от следствия.

Практике известны ситуации, когда преступниками посредством абонентских устройств поддерживается связь с потерпевшим или свидетелем. Такие ситуации возникают, когда неизвестные угрожают, высказывают требования, присылают сообщения, побуждающие к определенным действиям, и т. п. Угрозы чаще всего высказываются в адрес свидетелей, потерпевших, подозреваемых, содействующих следствию и дающих правдивые показания об обстоятельствах. Такие следственные ситуации требуют проведения тактической операции по установлению участников преступления и их изобличению. Казалось бы, что в рассматриваемых ситуациях, наиболее полную интересующую следствие информацию можно получить путем включения в тактическую операцию контроля и записи переговоров. Действительно, контроль и запись переговоров - достаточно эффективное следственное действие, и, несомненно, с его помощью пополняется доказательственная база по уголовному делу, но оно достаточно трудоемкое и требует основательной подготовки. Кроме того, контроль и запись переговоров позволяет узнать информацию, содержащуюся в телефонных переговорах, которые только будут совершены, что значительно его ограничивает. Во многих ситуациях время не позволяет ждать, когда случится очередной разговор между интересующими субъектами, поэтому необходимо искать альтернативу, которая позволит установить и изобличить виновных, а также дополнить «копилку» доказательственной и иной значимой информации. Поэтому в ряде случаев справедливо изначально включать в тактическую операцию получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, а затем, учитывая результаты, возможно и производство контроля и записи переговоров.

Для установления практического значения производства получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами необходимо рассмотреть его роль в структуре наиболее распространенных тактических операций, к которым отнесем операции по установлению лиц, причастных к совершению преступления, по изобличению подозреваемых, обвиняемых, проверку алиби лица, проверку признательных показаний подозреваемого, обвиняемого и других лиц.

Тактическая операция по установлению лиц, причастных к совершению преступления, является одной из самых распространенных в правоохранительной практике. Содержание такой операции включает в себя следующий набор действий: рассмотрение известных данных о личности предполагаемого преступника и потерпевшего, изучение и анализ оперативной обстановки и материалов уголовного дела, выдвижение версий, розыск и задержание подозреваемого, производство неотложных следственных действий, обращение к данным оперативных и криминалистических учетов.

Отметим, что тактическая операция представляет собой комплекс взаимосвязанных мероприятий, а не просто набор определенных действий. Соответственно, каждое последующее действие зависит от тактики, порядка и результативности предыдущего.

Получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами включается в структуру тактической операции по выявлению лиц, причастных к совершению преступлений, не только в тех случаях, когда преступное деяние продолжается, но и когда имеет место оконченное преступление. В обоих случаях важно знать, что преступник будет поддерживать связь с сообщниками. Путем производства указанного следственного действия станет известен круг абонентских номеров, с которыми связывался подозреваемый. По установлении необходимых сведений об интересующих абонентских номерах можно определить круг предполагаемых лиц, причастных к расследуемому преступлению. Дальнейшим действием будет установление их местонахождения и задержание. Подобные тактические операции применимы при расследовании уголовных дел о похищении человека, захвате заложников, заведомо ложном сообщении о террористическом акте, вымогательстве и других преступлениях, когда неизвестные ведут переговоры с помощью средств сотовой связи. Преступник осуществляет звонок с мобильного телефона, сообщает информацию о готовящихся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих угрозу безопасности общества, а в базе оператора сотовой связи остаются не только сведения об используемом устройстве (идентификационный код IMEI и данные SIM-карты), но и биллинговые значения, которые позволяют определить его местонахождение.

Рассматриваемые ситуации можно конкретизировать и разделить на две группы: когда местонахождение предполагаемых преступников неизвестно или когда известно место их пребывания, но отсутствуют сведения о личности. Добавим, что при подготовке преступники подбирают средства связи, не принадлежащие им (украденные, купленные с рук, без документов и т. п.), а также SIM-карты, оформленные на других лиц. Очевидно, что не во всех случаях следователь располагает верными и актуальными данными о личности преступника. Поэтому в таких ситуациях в первую очередь необходимо руководствоваться географическими координатами базовых станций, которые зафиксировали соединения абонентских устройств. Соответственно, представляется возможным установить примерный маршрут передвижения или точку, откуда наиболее часто совершались звонки. Таким образом, в тактическую операцию по установлению лиц, причастных к совершению преступления, включаются оперативно-розыскные мероприятия (опросы, наблюдение, наведение справок, получение компьютерной информации, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, в ряде случаев - прослушивание телефонных переговоров) и следственные действия (осмотры, допросы, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, обыск). В рамках рассматриваемой тактической операции именно результаты следственного действия, предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ, выступают в качестве отправной точки и ориентира для последующих действий и решений следователя.

В качестве примера рассмотрим ситуацию, где речь идет о захвате заложников. Как правило, на первоначальном этапе расследования известен абонентский номер, с которого поступил звонок, намного реже - место, откуда совершен звонок. Основной задачей в таких ситуациях является установление местонахождения предполагаемого преступника и сведений о его личности. Возможно дополнение тактической операции контролем и записью переговоров или прослушиванием телефонных переговоров. Так, в рассмотренном нами выше примере о похищении ребенка предпринимателя А., где в случае невыполнения их требований преступники угрожали убийством девочки, в течение нескольких дней похитители звонили родителям и торопили их со сбором денег. В результате проведения контроля и записи телефонных переговоров были установлены лица, возможно, причастные к похищению. Путем производства получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами были выявлены средства связи преступников, определен участок местности, откуда чаще всего совершались звонки. Соответственно, органам расследования стало известно примерное местонахождение похищенного ребенка. Технические возможности оператора связи также позволили определить и уточнить расстояние от переговорщиков до ближайшей базовой станции оператора. В ходе оперативно-розыскных мероприятий и последовавшей затем спецоперации преступники были задержаны, ребенок освобожден¹. Из представленной ситуации видно, что своевременная и грамотно спланированная тактическая операция, в структуру которой включены следственные действия, предусмотренные ст. 186 и 186.1 УПК РФ, позволила выявить круг подозреваемых, их местонахождение, а также найти и освободить заложника без риска для его жизни. При этом нельзя определить, какое из указанных следственных действий было центральным звеном тактической операции.

Приведем пример, когда получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в структуре тактической операции может выступать в качестве главного звена и сыграть основополагающую роль. Так, у гр. А. были похищены денежные средства путем мошенничества с использованием мобильного телефона. При производстве такого следственного действия, как получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, был установлен абонентский номер преступника. Установив точное географическое положение абонентского устройства, при содействии подразделений уголовного розыска, удалось обнаружить не только искомое устройство, но и преступника^{[146] [147]. Телефонные мошенничества характеризуются тем, что на первоначальном этапе расследования таких преступлений известен только факт совершения вызова, отправки SMS, перевода денежных средств и т. п., абонентский номер и IMEI-код устройства потерпевшего, абонентский номер лица, совершившего преступления, а также время совершения преступления. Естественно, что первым шагом будет производство тактической операции по установлению лиц, причастных к совершению преступления.}

Таким образом, в структуру тактической операции будут включены осмотр места происшествия, опрос потерпевшего, установление всех интересующих следствие фактов о событии преступления (время, место, какое количество звонков было совершено, каким способом переводились денежные средства, с каких номеров были совершены звонки), о лице, совершившем или причастном к преступлению, по крайней мере - проверка принадлежности абонентского номера определенному сотовому оператору. Кроме того, необходимо установить, были ли еще заявления о подобных преступлениях в ближайшее время, и какая информация есть по данным преступлениям (возможно, фигурирует тот же способ совершения, один и тот же абонентский номер, район происшествия). Все эти мероприятия будут вспомогательными, а ядром тактической операции будет получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. Именно по его результатам будет с точностью известно, на кого и когда зарегистрирован абонентский номер. Систематизировав вышесказанное, мы предлагаем схему тактической операции по установлению лиц, причастных к совершению преступления, куда в качестве основного (центрального) следственного действия входит получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами (приложение 6).

В рамках реализации тактической операции по установлению лиц, причастных к совершению преступления, куда входит получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, следует обращать внимание на тот факт, что преступники тщательно конспирируют свою деятельность. Г отовясь к совершению преступления, они приобретают SIM-карты по поддельным документам или с помощью знакомых, а также, пользуясь халатностью лиц, осуществляющих продажу SIM-карт, оформляют покупку вовсе без документов, на вымышленные имена, занимаются «перепрошивкой» идентификационных кодов IMEI, приобретают несколько абонентских устройств и SIM-карт. В таком случае основополагающей будет выступать информация о местоположении оборудования, с которого осуществлялись звонки в определенное время с известного абонентского номера. Возможны ситуации, когда потерпевшему звонили с разных номеров, но из одной и той же точки, тогда путем производства оперативно-розыскных мероприятий есть вероятность выявить возможное местонахождение сотовых телефонов, с которых были совершены звонки, и возможных участников преступления. Кроме того, если по результатам рассматриваемого следственного действия станет известно, что абонентский номер еще активен в сети, то появляется возможность отследить, с кем еще состоялись контакты. Представленные от оператора сотовой связи данные о местоположении абонента, осуществляющего звонки, позволяют определить конкретное место и проверить наличие там камер видеонаблюдения или свидетелей. Эти сведения расширяют круг ориентирующей информации и новых фактов по делу, обогащают доказательственную базу, а также влияют на дальнейшие действия.

Показательным примером использования получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в рамках тактической операции по установлению лиц, причастных к совершению преступления, является расследование по уголовному делу об убийстве российского политика Бориса Немцова. Исходя из показаний свидетелей и изъятой записи с камеры видеонаблюдения известно, что 27 февраля 2015 года, примерно 23.31, Борис Немцов возвращался домой со своей подругой по Большому Москворецком мосту, когда примерно на середине моста неизвестный произвел шесть выстрелов, три из которых поразили цель. Затем преступник скрылся на подъехавшем за ним белом автомобиле.

Следствием были запрошены данные системы «Поток» - с моста съезжал серебристый автомобиль ZAZ Chance. 1 марта 2015 года (через день после убийства) машину нашли брошенной в Трубниковском переулке. Все обнаруженные в ней биологические следы отправлены на экспертизу. Далее были запрошены все видеозаписи, свидетельствовавшие о передвижениях Немцова в тот вечер до момента убийства. Были установлено, что один неизвестный на тот момент мужчина появлялся рядом с Немцовым до убийства и после на месте совершения преступления.

Кроме других мероприятий следователями была запрошена детализация всех абонентских соединений в районе убийства. После кропотливого анализа представленной детализации было установлено 2 абонентских номера, которые были активны на месте преступления и были отключены сразу после убийства. Владельцы абонентских номеров вымышлены, очевидно, что телефоны приобретались специально, в рамках подготовки к совершению преступления. Лишь небольшая техническая деталь позволила установить личности преступников. Следователи заметили, что у одного из абонентов поменялся IMEI- номер. Вероятно, в телефоне села батарейка и SIM-карту просто переставили в другой аппарат. Следствием было установлено, что с данным IMEI-кодом использовалась SIM-карта, зарегистрированная на Губашева Шадида Шахидовича. Затем, используя данные детализации вызовов, были установлены и другие соучастники преступления, которые, как известно, дали признательные показания, подтвержденные иными вещественными доказательствами^[148].

Рассматривая тактическую операцию по изобличению подозреваемых (обвиняемых), заметим, что, как правило, к ней прибегают в условиях противодействия расследованию одного лица или группы лиц. Такие ситуации складываются, когда подозреваемые (обвиняемые) покрывают соучастников, умышленно утаивают их местонахождение, при этом поддерживают связь непосредственно или через посредника. Для изобличения подозреваемого в таких ситуациях немаловажную роль играют личные наблюдения следователя за поведением субъекта. Например, в ходе допроса при ответах на вопросы, касающиеся местонахождения интересующих следствие предметов или лиц, скрывающихся от уголовного преследования, лицо проявляет неуверенность, растерянность. Или у допрашиваемого проявляется реакция, подтверждающая его осведомленность при предъявлении ему косвенных доказательств. Признаками такой реакции могут выступать затянутость ответов, длительные паузы в ответах, несвязность фраз, внешние проявления волнения и озабоченности (цвет лица, жесты и т. п.).

При проявлении вышеуказанных признаков целесообразно получить информацию, изобличающую подозреваемого (обвиняемого), даже если она будет носить косвенный характер. В данном случае тактическая операция будет дополнена получением информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в целях установления фактов соединений лица с возможными соучастниками или иными лицами, сведения о которых послужат ориентирующей информацией. Исходя из этих данных, выстраивается тактика повторного допроса или принимается решение о вызове собственника установленного абонентского номера в качестве свидетеля. Если получена косвенная информация об абонентских соединениях или устройствах, то нельзя ею пренебрегать, так как она может быть основой такого тактического приема, как внезапное предъявление доказательств, изобличающих лицо.

В ситуациях, когда результаты получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами говорят о постоянной связи лиц, но допрос и иные следственные действия не позволяют изобличить интересующих лиц, возможно добавление в структуру тактической операции контроля и записи телефонных переговоров. В данном случае результаты детализации вызовов будут основанием для указанного следственного действия.

В качестве изобличающей информации, получаемой от оператора сотовой связи, могут выступать и биллинговые данные, отображающие примерный маршрут владельца абонентского устройства и конкретное время переговоров с привязкой к координатам местности. Эти сведения в совокупности с другими доказательствами не только позволяют восстановить цепочку событий преступления, но и выступают в роли криминалистически значимой информации. Такие сведения могут быть якобы случайно разглашены подозреваемому, например, следователь при разговоре с коллегами упоминает, что, исходя из данных о месторасположении приемопередающих базовых станций, на местности организуется поисковая операция. В процессе такого разговора может называться район, здания и другие расположенные вблизи от места сокрытия объектов или лиц. Возможна также демонстрация обстановки случайной подготовки к проведению поисковых мероприятий: определение границ поиска, разграничения обязанностей участников и т. п. Эти факты могут вынудить подозреваемого связаться и предупредить скрывающееся лицо, что отобразится в последующей детализации, или послужат поводом для дачи признательных показаний. Информация о местоположении абонента или конкретная географическая точка на местности являются основанием для производства поисковых мероприятий в помещениях и территориях, где скрываются разыскиваемые лица. В ситуациях, когда они находятся на участках местности или в помещениях, доступ в которые затруднен, а собственники, владельцы либо другие лица противодействуют обследованию помещений сотрудниками органов расследования, возникает необходимость проведения обыска. Завершающим этапом такой тактической операции будет задержание разыскиваемого лица.

Таким образом, тактическая операция по изобличению подозреваемого, обвиняемого может объединять в себе целый комплекс следственных и оперативно-розыскных мероприятий. Наряду с допросом, очными ставками, обыском, выемкой, получением информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, контролем и записью переговоров могут проводиться опросы, наводиться справки о личности или деятельности интересующих следствие лиц, могут быть исследованы предметы и документы, подтверждающие или опровергающие виновность лица. Однако, руководствуясь принципом экономии сил и средств и учитывая постоянную загруженность следователя, целесообразно из всего возможного комплекса мероприятий выбирать такое их сочетание, при котором в максимально короткий срок будет достигнута цель тактической операции. Схема рассмотренной тактической операции видится нам следующим образом. Цель - изобличение лица - достигается путем проведения комплекса мероприятий, включающего получение детализации вызовов, данных о местонахождении лица в интересующее следствие время, поиск свидетелей, наведение справок о личности подозреваемого, исследование предметов или документов, свидетельствующих о виновности лица, обыск, выемку, очную ставку и при необходимости контроль и запись переговоров. Все полученные доказательства могут быть использованы при допросе подозреваемого, что позволит изобличить виновного. Завершается тактическая операция предъявлением обвинения и допросом обвиняемого^[149].

Проверка алиби - одна из самых распространенных тактических операций, проводимых при расследовании. Понятие «алиби» закреплено в ст. 5 УПК РФ и означает нахождение подозреваемого или обвиняемого в момент совершения преступления в другом месте. Как верно отмечает О.Я. Баев, алиби может быть как истинным, так и ложным. В первом случае это средство защиты от необоснованного уголовного преследования, во втором - способ противодействия².

Тактическая операция по проверке алиби включает в себя деятельность по выявлению противоречий, установление новых обстоятельств или источников информации, реализацию различных методов проверки, отождествление фактов. Как тактическая операция проверка алиби требует неотложности в проведении, мобильности, использования оперативных и технических возможностей правоохранительных органов.

Чтобы проверить достоверность алиби, необходимо установить три основных элемента: время, место совершения преступления и место, где находился подозреваемый в указанное время. Как правило, на момент, когда необходимо проверить алиби лица, следователю уже известно время и место совершения преступления, и остается только установить и сопоставить, где находился в данный момент подозреваемый. В силу повсеместности применения средств связи и иных новшеств компьютерной техники подозреваемые (обвиняемые) в обоснование заявляемого ими алиби все чаще ссылаются на то, что в момент совершения преступления они работали на персональном компьютере, пользовались мобильным телефоном, находились в поле зрения камер видеонаблюдения, авторизовались в системах контроля доступа в помещение и т. п.

Таким образом, после заявленного алиби целесообразно допросить свидетелей или лиц, подтверждающих показания подозреваемого, в некоторых случаях установить наличие и изъять видеозаписи с камер видеонаблюдения с мест, которые указывает подозреваемый. Получить информацию о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами необходимо, предварительно выяснив у допрашиваемого, каким абонентским устройством он пользуется, с какой SIM-картой, на чье имя составлен договор о предоставлении услуг связи, не менял ли он телефон. Детализация вызовов и сведения о местоположении абонента выступают весомым доказательством и действительно могут либо подтвердить алиби, либо опровергнуть его. Однако следует учитывать, что в условиях сложных конфликтных ситуаций, когда противоборствующий субъект намерен стоять на своем до конца, несмотря на наличие доказательств, изобличающих его вину, целесообразно расширить тактическую операцию иными следственными действиями и оперативнорозыскными мероприятиями. В целях пополнения доказательственной информации в рамках проверки алиби лица после получения детализации рассматриваемая тактическая операция может быть дополнена опросами иных участников расследования, проведением очных ставок, следственным экспериментом или повторным допросом подозреваемого и иных лиц^[150].

Приведем пример из практики. В марте 2012 года в Брянске мать девятимесячной девочки Светлана Шкапцова сообщила в полицию, что ребенка похитили, когда она оставила коляску у зоомагазина. В рамках расследования ее сожитель, ранее судимый Кулагин, заявил алиби о том, что на момент совершения преступления находился в командировке, что подтверждалось рабочим графиком и данными, полученными от оператора сотовой связи, свидетельствующими о нахождении абонентского устройства в Москве. Однако следователи все же предполагали, что родители девочки что-то скрывают. В рамках тактической операции по проверке алиби Кулагина в их квартире провели повторный обыск, в ходе которого был обнаружен разбитый сотовый телефон. Компьютерно-

техническая экспертиза позволила восстановить все данные, в том числе стертые из памяти фотографии, где Кулагин был переодет в женскую одежду (парик, пальто, шарф). В ходе поквартирного обхода установили двух свидетелей, которые видели и опознали по фотографии переодетого в женскую одежду мужчину. Как выяснилось, начальником смены по месту работы Кулагина в Москве оказался его отец, который пояснил, что Кулагин оставил ему сотовой телефон и попросил отвечать на звонки жены, а затем больше не появлялся. Так Кулагину удалось создать себе алиби и ввести следствие в заблуждение по поводу его местонахождения в момент исчезновения дочери. С учетом имеющихся данных, при дальнейшей работе удалось добиться признательных показаний от жены, которая рассказала, как Кулагин, будучи в состоянии опьянения, несколько раз ударил девочку, от чего последняя скончалась. После этого родители решили сымитировать похищение ребенка^[151].

В качестве дополнения отметим, что 58,1 % опрошенных практических сотрудников используют получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами для проверки алиби лица (приложение 2).

Говоря о роли и месте рассматриваемого следственного действия в структуре тактических операций, нельзя обойти стороной проверку признательных показаний подозреваемого (обвиняемого) и других лиц. Нет сомнений, что данная тактическая операция крайне необходима при расследовании уголовных дел². Ведь если лицо признается в совершении преступления, то только ему достоверно известны все детали и обстоятельства. Но признательные показания приобретают по-настоящему самостоятельную доказательственную ценность только в совокупности с иными подтверждающими их сведениями. В этой связи верно пишет В.Н. Перекрестов: «Признание вины традиционно считается источником доказательств при условии, что оно сопровождается сведениями о противоправных действиях, совершенных обвиняемым (подозреваемым), проверяется и оценивается в совокупности с другими доказательствами, добытыми по уголовному делу»^[152].

Тактическая операция по проверке признательных показаний имеет важное значение при расследовании и раскрытии преступления, потому что ее цель заключается в установлении истины и подтверждении виновности лица. Перед проведением данной тактической операции необходимо удостовериться, что показания лица содержат в себе ответы на ряд важнейших вопросов: когда, где, при каких условиях и обстоятельствах было совершено преступление, кем и каким образом продумывались действия, направленные на совершение преступления, какие средства, орудия использовались и каким путем были добыты, кто еще был задействован, какую роль выполняли соучастники, как осуществлялось взаимодействие, какие действия были направлены на сокрытие следов, какие технические средства использовались, куда сбыто похищенное имущество, приметы соучастников и их местонахождение.

Несомненно, что тактическая операция по проверке признательных показаний лица является сложной, требующей использования значительного числа сил и средств правоохранительных органов. Следователю необходимо приложить усилия по проверке всех обстоятельств, которые отражаются в признательных показаниях. Ведь лицо может намеренно взять вину на себя в силу различных обстоятельств (например, угрозы от соучастников преступления, родственные связи с лицом, совершившим преступление, денежное вознаграждение, намерение ввести следствие в заблуждение и в дальнейшем отказаться от своих показаний, скрыть более тяжкое преступление, попав в места заключения, и т. п.).

Представляется, что такая тактическая операция предполагает всевозможные сочетания следственных действий, оперативно-розыскных мероприятий, иных процессуальных и других действий.

Считаем, что комплекс мероприятий такой тактической операции будет зависеть от конкретной следственной ситуации и эффективности применения следователем тактических комбинаций. Получив в рамках тактической операции информацию о проверяемых обстоятельствах, следователь, усомнившись в правдивости показаний лица, проводит повторный допрос, оперируя ставшими известными сведениями. При этом особое значение при проверке признательных показаний приобретает не тактическая операция, а не менее эффективные тактические комбинации, используемые в рамках следственных действий. Они более простые по структуре, не требуют сложной подготовки, но достаточно действенные. В качестве ремарки отметим, что тактическая комбинация - комплекс тактических приемов и следственного действия, объединенных одним замыслом, проводимых по единому плану, с учетом следственной ситуации и направленных на решение сложной промежуточной задачи^[153].

В рамках тактической комбинации при последующих следственных действиях, например, повторном допросе лица, дающего ложные признательные показания, проверке показаний на месте, очной ставке, следственном эксперименте, следователь использует не только результаты получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами и иные доказательства, но и подходящие тактические приемы.

Тактическая комбинация может сочетать в себе следующие тактические приемы:

а) производство «тактических» очных ставок по существенным противоречиям в показаниях допрошенных лиц (ч. 1 ст. 192 УПК РФ). Их цель - создать психологический дискомфорт, расшатать волю к сопротивлению;

б) демонстрация доказательств не полностью, «как бы невзначай», к примеру, сообщить лицу, что следствию стало известно об использовании им второго абонентского номера или устройства, но не говорить, что по ним уже получены сведения о соединениях, опровергающие показания;

в) упоминание об имеющихся доказательствах или их простое перечисление с указанием источников происхождения, например упоминание о входящих вызовах, о местоположении абонентского устройства лица в определенное время;

г) создание информационной неосведомленности о результатах обысков, проведенных в отсутствие подозреваемых (обвиняемых) в соответствии с п. 11 ст. 182 УПК РФ, и ее применение в ходе допроса;

д) умелое использование результатов некоторых других процессуальных действий, особенно результатов судебных экспертиз, контроля и записи переговоров, получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами;

е) передача косвенной, скрытой информации, действующей «в обход» доминирующей у конфликтующего субъекта психологической установки на умолчание или дачу ложных показаний, в силу сложных ассоциативных отношений приводящая к неизбежному и внезапному признанию. Именно наличие информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами является косвенным доказательством, позволяет реализовать данный тактический прием.

По нашему мнению, именно через тактические комбинации, с учетом уже имеющихся результатов следственных действий, в том числе и получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами, можно достичь цели тактической операции по проверке признательных показаний лица в максимально короткие сроки, не используя при этом всего спектра процессуальных и иных действий. Схема рассмотренной тактической операции приведена в приложении 9.

Очевидно, что перечень тактических операций, в рамках которых можно рассмотреть вопрос о роли получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами в их структуре, может быть расширен. Кроме отмеченных, данное следственное действие включается в структуру тактических операций по розыску и задержанию лица, поиску похищенного имущества или безвестно отсутствующих лиц и др.

Вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что, являясь средством достижения цели тактической операции, получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами может выступать в качестве основного (центрального), а также в качестве подготовительного или вспомогательного следственного действия, по результатам которого будет принято решение о дальнейшем ходе расследования.

К имеющим центральное значение в структуре тактической операции относятся те следственные действия, которые позволяют полностью решить главные задачи. Например, в рамках тактической операции по проверке алиби, связанного с использованием средств сотовой связи, результаты следственного действия, предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ, подтвердились иными доказательствами и позволили его опровергнуть. Также, если необходимо получить доказательственную информацию о принадлежности сотового телефона тому или иному лицу, определить местоположение устройства в определенный период времени, или проверка показаний невозможна без информации, содержащейся в базе данных оператора сотовой связи, то данное следственное действие, позволяя решить эти задачи в полном объеме, приобретает центральное значение.

Однако проведенное исследование, а также результаты анкетирования^[154], свидетельствуют о том, что получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами чаще выступает в качестве вспомогательного мероприятия в структуре тактических операций. Это обусловлено тем фактом, что данное следственное действие используется при расследовании любого преступления, где упоминается об использовании мобильного телефона, SIM-карты или есть сведения, что участники контактируют посредством сотовой связи, и т. п. В этих случаях производство следственного действия, предусмотренного ст. 186.1 УПК РФ, необходимо для восстановления полноты картины преступного события, получения информации об обстоятельствах, подлежащих установлению, подтверждающих данные о лице или иные сведения, которые будут носить ориентирующий характер, для предупреждения и преодоления противодействия, оказываемого участниками расследования, или для организации поиска. Результатом его производства могут быть сведения о личности, местонахождении абонентского устройства, неизвестного или скрывающегося от следствия субъекта. Как правило, такие результаты служат основанием для проведения других следственных действий или оперативно-розыскных мероприятий.

Таким образом, в зависимости от сложившейся ситуации, рассматриваемое следственное действие в структуре тактической операции выступает в качестве вспомогательного либо центрального звена, а информация, полученная в ходе тактической операции с использованием рассматриваемого следственного действия, носит как ориентирующий характер, так и может выступать в качестве основополагающей, на которой выстраиваются версии. Важность и необходимость данного вопроса очевидна, так как основными целями тактических операций, куда входит данное следственное действие, выступают расширение доказательственной базы, восполнение дефицита информации, а также подтверждение или опровержение уже имеющихся фактов по расследуемому уголовному делу.