<<
>>

ГЛАВА 3. Ценности и приоритеты правовой политики по формированию правовой доктрины современной России.

В настоящей главе мы намереваемся обосновать тезис о взаимообусловленности правовой доктрины с ценностями и приоритетами современной правовой политики. Как известно, и правовая доктрина, и правовая политика являются вполне самостоятельными категориями современной юридической науки.

Во всяком случае, в рамках настоящего диссертационного исследования нами была предпринята попытка обосновать данный тезис.

В этой связи ним представляется, что категориальный анализ понятия «правовая доктрина» невозможен без анализа одного из важнейших составляющих данной дефиниции - ценностей и приоритетов. Поэтому, обозначив ценностно-приоритетный аспект проблемы, мы намереваемся доказать взаимообусловленный характер этих двух категорий, взяв за основу общее положение: и правовая политика, и правовая доктрина относятся к явлениям духовного (мировоззренческого) характера, то есть являются структурирующими элементами российской правовой системы.1

Вместе с тем, и правовая доктрина, и правовая политика, безусловно, относятся к явлениям субъективным. Рассматривая субъектно-объектные отношения, взывающие к жизни многие социальные явления духовного мировоззренческого характера, следует обратить особое внимание на механизм формирования этих явлений и объектов, то есть природу человека.

В современной науке существует постоянно проявляющаяся

См.: Бабаев В.Н Общая теория государства и права. Н.Новгород. 2003. С. 118

137

субъективная сторона, без учета которой трудно понять, почему люди в рамках сходных социально-экономических или исторических обстоятельств, принадлежа к одному слою или группе и исходя из общих интересов, ведут себя по-разному. Значение такой стороны политической мотивации емко выразил B.C. Соловьев: «Есть у народа интерес, есть у него и совесть», без которой, действительно, невозможно установить пределы действия, реализации этого своего, столь важного для человека или социальной общности интереса.

2

Если такие регуляторы отсутствуют, политика и властная сфера вообще становятся полем игры эгоистических инстинктов, что ведет общество к разрушению, а политика перестает быть силой социальной интеграции. «Человеческое лицо» политики в значительной степени зависит от мира ценностей — субъективных предпочтений людей, их представлений о желательных или нежелательных событиях и предметах, которые выражают их значимость для человека.

Именно ценности служат ядром важнейших направляющих компонентов юридической деятельности, а, следовательно, и правовой политики. Например, в идеологии - это система ценностей и групповых предпочтений и убеждений; в политико-правовой культуре - модели ориентации и поведения в политике, включающей познания, эмоции, оценки и служащей критерием отбора политической информации; в правовой системе - ценности и институты, определяющие характер организации и осуществления государственной. Вместе с тем и сама политика часто определяется как установление и распределение ценностей в обществе авторитарным способом.3

1 Малахов В.П. Концепция философии права. Научное издание. М., 2007. С. 4

2 Соловьев B.C. Соч.: В 2-х т. T.I. М., 1989. С. 63

3 Демидов А.И. Мир политических ценностей //Правоведение. 1997. № 4. С. 18

138

Такая роль ценностей определяется тем, что в мир политики люди постоянно переводят свои собственные представления о наиболее желаемом или, наоборот, нежелаемом (а ценности как раз и представляют собой «желаемые события, цели-события»).1

Вполне понятно, что не все ценности являются политическими, а таковыми их делают три признака: возможность реализации ценностей только в результате совместных коллективных действий людей; активное влияние ценностей на все аспекты существования механизма государственной власти, та или иная форма связи ценностей с единым интересом социальной общности.2

В ценностной системе координат, как нам представляется, люди формулируют наиболее значимые для себя каналы взаимодействия с политической, социальной и правовой средой.

Эта система включает в себя, во-первых, интересы как инструментальные ценности,

способствующие достижению основных целей, во-вторых, цели, то есть модели представления о будущем формируются на основе ценностных представлений: нежелательное событие или состояние не может быть целью политических действий, в-третьих, идеалы, или цели, обладающие высшей ценностной значимостью для человека, в-четвертых, приемлемые способы их достижения отбираются на основе не только прагматических, но и ценностных критериев.

Результатом преломления ценностной составляющей становится координация действий субъектов сообразно с устоявшейся системой ценностей, то есть в соответствии с их ценностными представлениями. При определении возможностей дальнейших действий достижение одних из этих предпочтений может блокироваться как несоответствующих избранным ценностям, других наоборот, стимулироваться в результате благожелательного к ним отношения. Таким образом, исключительно на

1 Неновски Н. Право и ценности. М., 1987. С. 12

2 Мартышин О.В. Теория государства и права. М., 2007. С. 57

139

ценностной основе решается дилемма вхождения в контакт или воздержания от контактов с социально-политической и правовой средой.1

Ценности в явной или скрытой форме присутствуют в политических декларациях, влияют на процессы принятия решений, составляют основу политического воспитания, воздействуют на выбор способов разрешения политических конфликтов и ведения политических диалогов. По способам воздействия на политическую деятельность их можно условно разделить на две группы: ценности-цели и ценности-средства.

К наиболее значимым ценностям, которые должны быть реализованы в правовой политике государства, следует отнести следующие.

Благосостояние — это критерий отношения индивида, группы к экономической системе общества, характеризующий степень удовлетворения системой их потребностей. 2 Представления о благосостоянии определяются широтой и качеством потребностей людей, предельными значениями которых служат нищета и изобилие.

Ценность политической системы зависит от ее способности обеспечить поступательное движение от первого ко второму.

Безопасность. Ее смыслом является, прежде всего, отсутствие угрозы жизни и основным атрибутам человеческого существования, к которым, несомненно, относятся семья, этнос, окружающая среда, собственность, культура. К. Дейч справедливо определяет безопасность как защищенность, обеспечение сохранности основных жизненных ценностей,9 это — условие их накопления, при его отсутствии или недостатке ценностная структура истощается и деформируется, сужаясь до простой самозащиты. Облик безопасности достаточно многообразен и включает в себя, по крайней мере, следующие аспекты, по которым и осуществляется ее оценка. Прежде всего, это военный аспект

1 Глинский Я.И. Социология девиантного поведения. СПБ., 2003. С. 49

2 Здравомыслов А.Г. Потребности. Интересы. Ценности. М., 1986. С. 59

140

безопасности, предполагающий не только защиту членов сообщества от внешней угрозы, но и противодействие созданию ее самим государством. Затем мы можем говорить о правовом аспекте безопасности, который включает реальные гарантии личности от преступных посягательств и от насилия со стороны государства. Можно выделить и экологическую безопасность, которая заключается в охране государством природной среды обитания человека. В настоящее время особе внимание уделяется возможности получения адекватной и разносторонней информации всеми членами общества, их свободу от воздействия химерических идеологических систем.1 Наконец, актуальной сегодня является и экономическая безопасность, требующая обеспечения со стороны государства условий для удовлетворения фундаментальных потребностей личности, применения ею своих трудовых навыков и способностей.

Антиценностью, противоположной безопасности, служит состояние социальной катастрофы, характеризующейся предельно низким уровнем обеспечения безопасности, наступающим вследствие полного разрушения властных механизмов, когда возможности реализации или защиты человеческих ценностей просто блокируются, разрушаются.

Порядок (правопорядок) - это наиболее целесообразное функционирование всех звеньев политической (правовой) системы общества, регулярные и гармоничные отношений между ними, предполагающие наличие эффективных средств и гарантий поддержания всех аспектов безопасности в обществе, обеспечение высокой степени его зависимости от разного рода случайных обстоятельств. Его важнейшими атрибутами служат законы, ограничения, постоянство, регулярность,10 которые в своем генезисе и функционировании выходят далеко за рамки

1 Доктрина информационной безопасности Российской Федерации // Российская газета. 2000.28 сентября. № 187.

141

собственно политической сферы, опираются на мощный моральный, культурный, религиозный фундамент в осуществлении упорядочивающей общественные отношения функции: «Правовой порядок существует лишь там, где признается, что общество независимо от государства располагает средствами и санкциями, необходимыми для того, чтобы привести индивида к признанию и соблюдению общекультурных по своему происхождению нравственных норм».

В связи с этим важнейшим аспектом данной политической ценности служит то, что можно назвать порядочностью — соответствием организационных и политических структур человеческим интересам и потребностям, когда порядок существует и на улице, и в душе. Разрыв таких сторон социальной упорядоченности рано или поздно ведет общество к антиценности — хаосу, состоянию наивысшей степени неупорядоченности, который оборачивается тотальной угрозой человеческому существованию, рассогласованием различных аспектов властного механизма, когда нормы морали противоречат правовым, политическая власть бросает вызов нравственности, а симпатии членов общества оказываются на стороне преступников.

Развитие (прогресс), еще одна из общечеловеческих ценностей, составляющих смысл и содержание правовой политики. Прогресс есть это возможность изменения к лучшему состояния социальной системы, вера в совершенствование основных показателей социального существования.

В реальной политике существует и приверженность противоположной развитию политической ценности — стабильности, которая также может считаться важнейшим условием социального процветания.

Справедливость — это очень емкая и распространенная ценность, без апелляции к которой не обходится ни один политический документ, политически значимый шаг. Ее назначение заключается во внесении моральной проблематики и наполненности в политические действия и

142

отношения. Специфика этой ценности заключается в ее неоднозначной трактовке разными политическими силами и тем более в разные исторические эпохи. Среди ее смыслов можно выделить следующие. Прежде всего, закрепление в правовом регулировании доктринальной идеи справедливости как соответствие высшим этическим критериям (Представляется, что этот аспект нами уже был всесторонне освещен в предыдущих главах исследования). Кроме того, смысл справедливости предполагает и пропорциональность воздаяния заслуг, благ и ответственности, наказаний по делам, наконец, еще одна из вариаций справедливости основывается на человеческом оправдании или неприятии тех или иных реалий. '

На основе данной ценности формируется активное отношение человека к политике, выражающееся в его целенаправленных действиях. Поскольку основное назначение ценностной компоненты политического сознания состоит в переводе дескриптивной информации в прескриптивную, то именно данная ценность оказывается способной стимулировать осуществление такого процесса. В этой ценности политика подходит к глубине жизненных основ личности, которая в указанном случае просто не может оставаться безучастной и безразличной. Если справедливость рождает личную сопричастность, то несправедливость воспринимается как личное оскорбление.

Реальной мерой справедливости в отношениях между людьми служит использование критериев равенство и неравенство. Равенство — это ценность, активно используемая в политической лексике и программатике, во всем, что связано с апелляцией к массовому участнику политики, с поиском его поддержки. Равенство служит выражением степени доступности основных ценностей для живущих в обществе людей, поскольку основное назначение политической власти, по заключению

1 Неновски Н. Право и ценности. М., 1987. С. 93

143

многих авторитетных политологов и юристов, состоит в распределении ценностей и ресурсов. Степень прямого и косвенного воздействия данной ценности на политические процессы чрезвычайно высока. Правда, воздействие в значительной мере корректируется действующими в обществе традициями, принятыми идеологическими установками, конфессиональными принципами, повседневным опытом людей — непосредственных участников политических отношений. Смысловое наполнение этой ценности зависит и от степени широты искомой поддержки для реализации той или иной политической цели. Чем меньше политик нуждается в массовой поддержке, тем больше он ограничивает набор качеств, по которым люди, по его мнению, могут оказаться равными друг другу.

В зависимости от типологии и состояния политических систем значимость данной ценности может, как возвышаться, так и падать (или вообще обращаться в свою противоположность, когда ценностное значение приобретает именно неравенство), но она всегда есть там, где существует заинтересованность в массовом участии в политике. {

Легитимность — это выражение момента долженствования в политических отношениях, способности и готовности их участников следовать определенным правилам и принятым обязательствам, принятие политической власти теми людьми, на которых она распространяется. К. Дейч справедливо обратил внимание именно на ценностную природу легитимности, как раз вырастающей из различных форм сочетания ценностей: «...во-первых, совместимости политических действий с господствующей в данном сообществе системой ценностей и, во-вторых, совместимости общих целей и практики с частными целями и особенностями индивидов». Следствием признания политического

1 Право, свобода, демократия // Вопросы философии. 1990. № 6. С. 5.

2 См.: Демидов. Мир политических ценностей // Правоведение. 1996. № 4. С. 19

144

порядка легитимным становятся добровольное подчинение граждан законам и установлениям власти, их оценка как справедливых, морально оправданных и приемлемых.

Содержание представлений о легитимности входе эволюции политики претерпело значительные изменения, а его необходимыми составляющими в условиях современного общества являются такие политические качества, как: разделение властей, означающее, что ни одна из действующих властей в обществе не может использоваться другой властью как средство; народный суверенитет (носителем которого в принципе может быть и монарх), смысл которого заключается в признании, что вся полнота власти не может принадлежать ни какому-либо члену или группе членов общества, ни какому-либо органу государственной или иной власти, а только всем людям, живущим в данном обществе; выборное представительство, определяющее возможность народа — носителя властного суверенитета — влиять на процессы формирования и функционирования органов политической системы; сменяемость носителей власти, наличие которой дает в принципе каждому члену общества вероятность самому стать ее носителем и уравнивает возможности людей для участия в ней; необходимость отражения в политической системе и ее конституционном механизме специфики интересов разных социальных групп, что может быть только результатом консенсуса, согласования интересов и мнений этих групп и ни в коем случае продуктом давления или обмана; плюрализм, обусловленный признанием существующего в любом обществе социального, культурного, экономического и политического многообразия и предполагающий в сфере реальной политики не только наличие множественности интересов и ориентации в деятельности, но и их совместимость.1

Законность (легальность) — это способность и желание всех

1 Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. М., 2007. С 40

145

участников политических отношений действовать в рамках устанавливаемых государством пределов, готовность взять на себя определенные обязательства и не нарушать их. Отказ носителей политической власти от данного принципа ломает элементарную упорядоченность социальных отношений, предопределяет

неэффективность и неприемлемость такой власти для общества, усиливает ее деструктивный потенциал. ]

Власть, не ограниченная законом, оказывается неэффективной и нежелательной, лишенной ценностного смысла и просто опасной для людей. Эта ценность отражает важную черту политики — обязательную встроенность в нее правовых отношений, взаимообращенность политики и права, что позволило B.C. Соловьеву назвать власть «дееспособной законностью», а законность — «основным естественным принципом политического общества».

Право как «должное в человеческих отношениях»2 служит, по сути дела, нормативным выражением ценностной стороны культуры общества, это — «образец жизненного уклада». Такая роль права не может быть реализована за счет действия его собственно нормативной, кодифицированной структуры; она опирается также на более широкие, в том числе моральные и ценностные, основания, традиции, стереотипы поведения.

Свобода - важнейшая из общечеловеческих (политико-правовых) ценностей - это весьма высокочтимая в политике и человеческом существовании ценность, ее реализация как цели находится в основе формирования многих политических движений, а определение отношения к ней служит необходимым компонентом практически любой

1 Чиркин В.Е. Легализация и легитимация государственной властиЛ Государство и право. 1995. № 4.

2 Соловьев B.C. Право и нравственность: очерк из прикладной этики. СПб., 1899. С. 36

146

политической программатики. Если сфера политики задает ряд внешних условий человеческого существования, то она, естественно, не может обойти вниманием проблему собственного определения в отношении саморазвития и самодеятельности человека, его способности действовать в соответствии с собственным выбором, интересами и потребностями.

Свобода в политике и праве отождествляется с возможностью разнообразия и роста, оказывается ключевым фактором в реализации и самой трактовке многих других ценностей, влияет на их содержательное наполнение, смысловую нагрузку. Но понимание свободы в значительной степени зависит (а иногда полностью меняет смысл на противоположный) от типа, природы политического движения; различной оказывается и степень значимости этой ценности — от доминирующей до вспомогательной.

В политике наряду с ценностями-целями большое значение имеют и ценности-средства, использование которых служит условием реализации тех или иных фундаментальных ценностей, оказывает регулирующее воздействие на течение политических процессов. К разряду таких ценностей относится власть. Сущностными ее чертами являются способность достижения других ценностей (К. Дейч), возможность реализации собственной воли (М. Вебер) и распределения социальных ценностей (Д. Истон), дееспособная законность (В. Соловьев).

Очевидно, что феномен власти связан с реализацией объективно необходимой функции упорядочения, структурирования социальных отношений. В обществе она берет на себя функцию, которую выполняет естественный отбор в живой природе. Без этого атрибута социум гибнет, разрушается под действием внутренних противоречий. Оформляя,

1 Мартышин О.В. Теория государства и права. М., 2007. С. 49

2 См.: Институциональная политология: Современный институционализм и политическая трансформация России. М., 2007. С 81

147

структурируя отношения интересов в обществе, власть участвует в выборе различных возможностей, тенденций бытия социальной системы. При отсутствии или параличе власти увеличивается возможность нарушения социальной упорядоченности из-за воздействия чисто случайных факторов и мотивов поведения, снижается уровень безопасности, растет неуверенность, беспокойство, напряженность в обществе. И в данном случае воочию проявляется неразрывность управленческой и ценностной сторон власти; обладая выраженными объективными показателями управленческой эффективности, власть рождает целую гамму субъективных отношений и смыслов.

При этом естественным, нормальным служит отношение к власти как к средству решения других социальных проблем, инструменту реализации других целей. Превращение же власти в самодостаточную ценность, цель, подчиняющую себе все другие интересы и устремления человека, формирует специфический тип «авторитарной личности», для которой является характерным отсутствие самокритики в отношении собственных действий, перенос ответственности и враждебности вовне; мышление упрощенными категориями, черно-белое, оппозиционное; желание власти, понимание счастья как «чувства растущей власти»; оправдание своего поведения поведением других людей; авторитарная агрессивность — яростное отвержение тех лиц, которые не следуют твоим собственным убеждениям; вера в наличие дьявольских сил, восприятие собственных действий как необходимого противостояния им. х

Подобная ценностная ориентация личности формирует в человеке качества, опасные и нежелательные как для других людей, так и для него самого. Личность оказывается ущербной и саморазрушительной. Все перипетии воспринимаются таким человеком на пределе их жизненного смысла; для человека власти политическая смерть и смерть физическая

1 Щербинин А.И. Драматургия власти // Полис. 2003. № 6. С. 108

148

сливаются воедино». И это действительно так, ибо такой человек не мыслит иных модусов существования, кроме политического, а иных радостей, кроме наслаждения властью, для него просто не существует.

Высочайшей и политической и правовой ценностью является мир — состояние отсутствия внешней угрозы, неиспользования вооруженных сил для решения тех или иных политических проблем. Значимость мира как политической ценности определяется тем, что он служит условием реализации всех целей политики, предпосылкой сохранения всех других ценностей, в том числе и самой значимой среди них — человека. Состояние мира открывает возможность для совершенствования всех форм политической деятельности и политической регуляции общественных отношений.

В литературе существует давняя традиция — сопоставление ценности революции и реформ как средств достижения социальных перемен. ' Среди достоинств революции отмечают решительность, полноту, всесторонность наступающих в ходе нее преобразований, ее необходимость, обусловленность нарастающим социальным кризисом, наличием в обществе непреодоленных социальных антагонизмов. Но революции сопряжены с гигантским напряжением общественных сил; их напрасной растратой, непредсказуемостью наступающих последствий, которые могут быть весьма неожиданными и трагичными для инициаторов революционных перемен; с острой борьбой как вне, так и внутри революционного лагеря. Очевидным является то, что общество, возникающее в ходе революционных изменений, сильно отличается от его первоначального проекта. Реформа характеризуется постепенностью намечаемых преобразований, акцентом не столько на полноте и радикальности намечаемых изменений, сколько на доведении до конца

1 Демидов Мир политических ценностей // Правоведение. 1996. № 4. С. 20-22

149

последовательной трансформации отдельных сторон общественной жизни, "которым придается решающее значение. Считается, что такие изменения «вытягивают» за собой цепочку всех остальных. При этом весьма существенной оказывается зависимость хода реформ от социального согласия, поддержки, при отсутствии которых всегда существует возможность блокирования хода реформ, ухода их от решения назревших проблем.

Исторический опыт показывает, а практика свидетельствует, что политика зависит от широкого круга взаимодействующих ценностных доминант. Их своеобразие заключается в том, что, оказывая мощное воздействие на политическую жизнь, собственно, подчиняя ее себе, они, как правило, имеют неполитическое происхождение, продуцируются в более фундаментальных для человеческого существования сферах бытия: морали, религии, экономике. Политика служит средством реализации этих ценностей, и под их воздействием находятся структура собственно политических ценностей, соотношение и содержание которых может существенно изменяться под воздействием такого давления; осуществление отбора политических приоритетов и приоритетов в праве; определение характера политической аргументации; формирование инструментария политических действий - программа политической и правовой деятельности, представления о границах и возможностях ее влияния на общественную жизнь.

Как известно, сформированная в конкретном обществе и государстве система ценностей, в свою очередь формирует и систему приоритетов. Это вполне можно отнести и к правовой доктрине.

Представляется, что в процессе выработки и реализации стратегических правовых идей следует ориентироваться на обретенные в процессе эволюции человечества, принципиально важные для его дальнейшего развития универсальные ценности, об этом мы уже говорили

150

выше - свобода, мир, законность, правопорядок, справедливость и многое другое. Именно эти ценности должны быть безусловным приоритетом по­литики в сфере правового регулирования, тем ориентиром, который объединяет в единое целое все ее направления. Не имеющая достойных ориентиров политика представляет собой всего лишь средство управления обществом, и то не всегда эффективное.

Таким образом, вопрос о приоритетах правовой политики в наши дни приобретает особый смысл, а необходимость его изучения в рамках политической и юридической науки очевидна.

Прежде всего, следует отметить отсутствие единства в научной терминологии. Это проявляется, в первую очередь, в том, что категория «приоритет правовой политики» не является общепринятой (впрочем, как и многие другие категории, с помощью которых описывается правовая политика). С одной стороны, единым термином охватываются совершенно разные по своей природе и социальному предназначению явления, допус­тим, такие как стратегические цели данной политики и ее тактические задачи. С другой стороны, когда речь, несомненно, идет об одном и том же явлении, его вроде бы синонимичные наименования на поверку оказываются в принципе не тождественными понятиями.

Такими свойствами обладают, например, понятия «приоритет» и «элемент» правовой политики. В науке наряду со словосочетанием «приоритет правовой политики» нередко встречаются и другие выражения, в частности, «основные задачи правовой политики», «первоочередные задачи Российской Федерации в области правового регулирования», «принцип государственной политики», «элемент правовой политики», «приоритетное направление правовой политики», «важнейшее направление правовой политики», «ориентиры правовой политики государства».

Представляется, что в целях конкретизации самого понятия «правовая

151

политика», следует уточнить и сходные с ним термины. Сделать это возможно путем уяснения основных задач правовой политики.

Когда речь идет приоритетах политики в сфере правового регулирования, то чаще всего имеются в виду стратегические перспективы ее осуществления и дальнейшего совершенствования. Приоритеты вырабатываются, как правило, на перспективу. Когда же говорят об основных задачах правовой политики, то подразумевают тактику ее проведения.1 Иными словами, конкретные задачи политики в той или дру­гой отрасли правового регулирования целиком определяются на основании ее приоритетов и этим приоритетам подчинены.

Таким образом, мы можем отметить, что понятие «основные задачи» удачно дополняет категорию «приоритеты правовой политики», конкретизируя ее. Однако нужно избегать подмены одного понятия другим и употребления их в качестве синонимов. Тоже самое следует отметить pi в отношении другого, подобного понятия - первоочередные задачи Российской Федерации в области правового регулирования. Поскольку это выражение того же плана, высказанные замечания в равной степени могут быть отнесены и к нему.

Что же касается принципов государственной политики, то, как нами уже было отмечено, в русском языке под словом «принцип» понимается «основное, исходное положение какой-нибудь теории, учения, науки и т. п.».2 Принцип государственной политики, таким образом - это ее основополагающая идея. И если приоритет правовой политики рассматривается как нечто внешнее по отношению к ней, то принцип заложен внутри самой политики, аккумулирует в себе всю ее суть. Таким

1 Матузов Н.И., Малько А.В., Шундиков К.В. Правовая политика современной России: предлагаем проект концепции для обсуждения // Правовая полтика и правовая жизнь. 2004. №1. С. 14

2 Ожегов С. И. Словарь русского языка / Под ред. Н. Ю. Шведовой. М., 1984. С. 515

152

образом, понятие «приоритет» и «принцип» — схожие, но не тож­дественные понятия, поскольку используются для обозначения разных явлений.

Понятие «элемент правовой политики» в нашем случае вообще выпадает из смыслового содержания. Авторов, использующих этот термин, можно упрекнуть в отсутствии логики, ведь, по идее, словом «элемент» обозначается «составная часть чего-нибудь» в данном случае, вероятно, составная часть деятельности государства в сфере правового регулирования. Между тем, судя по общему смыслу рассуждений сторонников анализируемой позиции, имеются в виду отнюдь не отдельные составляющие правовой политики, а ее важнейшие, первоочередные цели, задачи, приоритеты. Поэтому замещение термина «приоритет» правовой политики понятием «элемент» едва ли будет возможным.

Приоритетное направление правовой политики также весьма часто используется и в политологии, и в правоведении, в том числе в теории государства и права. У некоторых специалистов оно употребляется вместо слова «приоритет», у других — наряду с ним. Некоторые авторы прямо определяют категорию «приоритет» через слово «направление». Например, по мнению М. А. Викут, приоритеты — это «обусловленные историческими, экономическими и социальными условиями направления законодательной деятельности». '

Думается, что понятия «приоритет» и «приоритетное направление» не тождественны друг другу. Приоритет — это ориентир правовой политики, ее акцент, первоочередная цель стратегического характера. А приоритетное направление — это самое главное направление правовой политики. Образно выражаясь, приоритет лежит вне самой политики, а

1 Викут М. А. Актуальные вопросы гражданского процессуального права //Правоведение. 1998. № 1. С. 162

153

приоритетное направление является ее составной частью. Правовая политика и ее приоритет соотносятся между собой как деятельность и цель этой деятельности, а правовая политика и приоритетное направление — как целое и его часть. Кроме того, если одно или несколько направлений правовой политики признать приоритетными по отношению к другим, то на практике это будет означать их безоговорочное преимущество, скажем, уголовно-правовой политики по сравнению с уголовно-исполнительной. Такое положение вещей способно в корне разрушить основополагающий принцип построения всей правовой политики государства — принцип ее единства.

Разумеется, оба термина имеют право на существование, но, поскольку ими обозначаются все-таки разные явления, употребление их в качестве синонимов вносит нежелательную терминологическую путаницу. Еще одно выражение можно довольно часто встретить в научной литературе - ориентир правовой политики. Наиболее близко по смысловой нагрузке к слову «приоритет» находится понятие «ориентир». В русском языке оно обозначает «предмет, по которому ориентируются». В свою очередь, одно из значений слова «ориентироваться» — это «устанавливать направление движения». С учетом этого замена понятия «приоритет» правовой политики понятием «ориентир» вполне допустима.

Тем не менее, наиболее предпочтительным, на наш взгляд, является использование в научном обороте термина «приоритет правовой политики». Представляется, что следует более подробно рассмотреть данную научную категорию.

В энциклопедических источниках понятие «приоритет» (от лат. prior — первый, старший) толкуется по-разному, в частности, как «первенство во времени в осуществлении какой-либо деятельности». '

В юридической науке под приоритетами подразумеваются

1 Новый энциклопедический словарь. М., 2002. С. 968

154

первоочередные задачи, проблемы, вопросы, которые необходимо незамедлительно решать сейчас и в ближайшей перспективе. '

Приоритеты правовой политики представляют собой определенные социальные ценности, или, в некотором смысле, те завоевания, которые человеческое сообщество приобрело в процессе своей эволюции и охраняет с помощью правовых средств. Эти ценности являются достоянием всего человечества и поэтому носят универсальный для любого прогрессивного общества характер. Бережное отношение к ним и их правовая защита являются залогом поступательного развития социального организма. К таким ценностям относятся, в частности, не­отъемлемые и неотчуждаемые права и свободы человека и гражданина.

Таким образом, приоритеты правовой политики, как формулирует данное понятие Матузов Н.И. — это наиболее важные общечеловеческие ценности, защищаемые правом, на которые должна быть сориентирована деятельность государства в сфере правового регулирования.

Наличие в политике определенных приоритетов позволяет расставить акценты, избрать верные средства и методы достижения поставленных целей и задач, сконцентрироваться на главном, а, кроме того, дает возможность интегрировать усилия всех субъектов в процессе выработки и реализации стратегических правовых идей, что, несомненно, должно положительно отразиться на качестве проводимой в государстве правовой политики.

К сожалению, на сегодняшний день вопрос о приоритетах в деятельности государства остается открытым. Какой-либо согласованности в подходах к его решению не наблюдается ни в теории,

1 Матузов Н.И. Понятие и основные приоритеты российской правовой политики//Правоведение. 1997. №4. С. 13

2 Там же, С. 7

155

ни на практике. Это приводит к тому, что многие нормативно-правовые акты, принимаемые на разных уровнях (федеральном, субъектов РФ, местном), зачастую не подчинены единой стратегической задаче, не связаны между собой, а иногда и. вовсе концептуально противоречат друг другу. Порой государство пытается вырабатывать политику относительно малозначимых аспектов правовой жизни общества, а по-настоящему важные вопросы оставляет без должного внимания.

Нельзя забывать и об отдельных направлениях правовой политики, каждое из которых имеет и свои собственные, частные приоритеты. При выборе последних, как правило, не осознается в полной мере характер той связи, которая объективно существует между самой правовой политикой как единым целым и тем или иным ее направлением как частью. 2

Соответственно, и приоритеты отдельно взятого направления политики в правовой сфере избираются исходя из целей и задач только этого направления. В результате опять-таки нарушается важнейший принцип построения всей правовой политики государства — принцип ее единства.

Чтобы переломить ситуацию в корне, необходимо осознать, что эффективное осуществление правоприменительной деятельности невозможно без четкого представления о приоритетах правовой политики и готовности постоянно ориентироваться на них в повседневной юридической практике.

В процессе создания и реализации правовых норм приоритеты правовой политики получают свое законодательное закрепление и дальнейшее воплощение в правовой реальности. Поэтому взвешенный подход к решению данного вопроса подразумевается сам собой.

1 Матузов Н.И., Малько А.В., Шундиков К.В. Правовая политика современной России: предлагаем проект концепции для обсуждения // Правовая полтика и правовая жизнь. 2004. №1. С. 16

2 Рыбаков В.А. О приоритете правовой политики в сфере частного права // Правоведение. 1998. № 1. С. 151

156

Отдельные направления правовой политики должны быть увязаны воедино, подчиняться единым целям и задачам, ориентироваться на одни и те же социальные ценности.

Получение практическими работниками, хотя бы в минимальном объеме, знаний о политике в сфере правового регулирования и об ее приоритетах должно способствовать формированию у них более сознательного отношения к созданию и реализации норм права, адекватных изменениям, происходящим в нашем обществе. В этом смысле можно полагать, что учение о правовой политике, разработанное в рамках теории государства и права, стало бы хорошей основой для правотворче­ской и правоприменительной деятельности соответствующих органов.

Нужно отметить, что и среди ученых нет единства мнений в вопросе о том, какие именно из общечеловеческих ценностей надлежит признать приоритетами правовой политики и как расставить в ней акценты. Бросается в глаза явная тенденциозность в решении поставленной задачи — в каждой отрасли юридической науки, исследуемые в ней проблемы считаются приоритетными для всей государственной правовой политики.

В результате складывается впечатление, что любой даже незначительный вопрос правового характера заслуживает того, чтобы почитаться самым главным на сегодняшний день. А поскольку любые теоретические недоработки рано или поздно негативно отражаются на социальной практике, это обстоятельство, безусловно, предопределяют и низкую эффективность проводимой в государстве правовой политики.

Так, по мнению некоторых авторов, приоритет правовой реформы состоит в том, чтобы поставить в центр правовой системы личность как высшую социальную ценность с ее многосторонними духовными и материальными интересами. Соответственно приоритеты современной

1 Матузов Н.И. Понятие и основные приоритеты российской правовой политики // Правоведение. 1997. №4. С.6-7

157

правовой политики — личность, семья, общество, государство.

Мы полагаем, что подобный подход к определению приоритетов правовой политики отнюдь не безупречен. Категории личности, семьи, общества и государства из-за глобальности и разноплановости охватываемых ими явлений слишком многозначны для того, чтобы служить для обозначения приоритетов правовой политики. Кроме того, говоря о приоритете, мы подразумеваем наиважнейший из ориентиров, следовательно, ставятся в один ряд личность и государство, хотя они находятся, образно выражаясь, в «разных весовых категориях».

Один из видных современных российских правоведов В.Н. Синюков отмечает, что правовая политика России должна ориентироваться на обретение человеком полноты своих социальных характеристик и может быть достижима при наличии следующих условий.

Во-первых, лишь при условии признания того факта, что полноценное обеспечение прав личности возможно только в рамках конкретного общества и культурного пространства, с которыми эта личность идентифицируется. Неповторимость индивидуальности обнаруживает себя именно в той роли, которую играет человек в общественной жизни.

Поэтому не может быть и речи об утилитарной «автономизации» личности от общества, ведущей к правовой «милитаризации» человека, наращиванию изощренно технизированных юридических средств борьбы людей с социальностью, государством, друг с другом. Эти средства требуют колоссальных материальных затрат и, как правило, недоступны значительной части населения, расслаивая общество еще и по признаку

'■у

«юридической обеспеченности. Начавшуюся в эпоху Просвещения

своеобразную гонку формально-правовой вооруженности общества,

1 Соловьев В. В. О понятии и приоритетах современной правовой политики // Правоведение. 1997. № 4. С. 149

2 Синюков В. Н. Приоритеты правовой политики в гуманитарной области //Правоведение. 1997. №4. С. 160

158

которая разрушает функционирование традиционных — моральных и религиозных — регуляторов, необходимо ввести в социально обос­нованные рамки. Такая «гонка» не ведет, в конечном итоге, к повышению уровня безопасности граждан, а лишь стимулирует новое отчуждение человека от государства, власти, демократии, от смысла человеческой жизни.

Во-вторых, необходимо признать, что индивидуальность личности нерасторжима с общественной, коллективистской сущностью человека. Индивидуальность возможна только через социальность, и, наоборот, коллективизм немыслим без индивидуальности его членов. Защита индивидуальности — важный приоритет правовой политики, но эта защита возможна только в пределах и в целях достижения человеком подлинного общественного статуса. На пути противопоставления индивидуального общественному правовая политика неизбежно заходит в тупик именно в сфере обеспечения прав человека. России необходим такой тип правового статуса личности, который имеет социальный вектор, а не составляет аморфную конгломерацию формальных прав. 1

Понятие «обретение человеком полноты своих социальных характеристик» звучит красиво, но, к сожалению, нуждается в дополнительной и довольно пространной расшифровке, а потому едва ли может служить основой для определения ориентиров правовой политики.

Так, например, А.И. Демидов полагает, что важнейшим приоритетом политики становится правовое обеспечение экономического роста - поощрение производителей, разработка правового механизма изъятия средств производства у тех владельцев, которые не могут обеспечить производство конкурентоспособных товаров для последующей конкурсной передачи (продажи) в другие руки, владельцам, способным организовать такое производство, и т. д. Должна быть принята программа

1 Там же, С. 164

159

сокращения государственного аппарата и его вмешательства в экономическую жизнь, с четкой фиксацией ее целей, этапов, средств, ресурсов. '

Кроме этого, А.И. Демидов предлагает использовать опыт других стран, в частности США и Германии, чтобы блокировать свойственные любому государственному аппарату тенденции к слиянию (смешению) политической и экономической деятельности. Для этого существует раз­нообразный комплекс мер, среди которых — строгий контроль за деятельностью чиновников, увольнение с государственной службы и судебное преследование преступивших закон.

Для эффективности мер борьбы с организованной преступностью следует наладить такую систему отслеживания движения преступно нажитых капиталов, которая делала бы их использование в «нормальной» экономике неэффективным и опасным, а также предусмотреть возможность конфискации имущества, имеющего следы преступного происхождения. 2

Признавая разумность и целесообразность введения перечисленных автором мер, следует, тем не менее, заметить, что правовое обеспечение экономического роста является, скорее, ближайшей задачей правотворческой деятельности, нежели приоритетом правовой политики.

Н. И. Матузов упоминает следующие наиболее общие приоритеты в современной российской правовой политике: формирование правового государства и гражданского общества, совершенствование законодательства и практики его применения, углубление конституционной реформы, создание надежной правовой базы проводимых реформ, борьба с преступностью, выработка эффективных антикоррупционных мер, наведение порядка во власти, усиление защиты и

1 Демидов А. И. Реализм как принцип правовой политики // Правоведение. - 1997. №4. С. 159

2 Там же, С. 161

160

гарантий прав человека, преодоление правового нигилизма и др.

Другой видный отечественный ученый А.В. Малько относит к основным приоритетам правовой политики, в частности,

в частности, обеспеченные права и свободы личности, изменение статуса законодательной, исполнительной и судебной власти, реальную юридическую ответственность для высших должностных лиц. 2

В последние годы, определенные представления о приоритетах правовой политики государства сложились не только в теории государства и права, но и в отдельных отраслях юридической науки. Например, В. А. Рыбаков с сожалением констатирует противоречивость и непоследовательность правовой политики государства в сфере частного права, поскольку основные законодательные акты, очевидно, не согласуются между собой, нередко взаимно исключают друг друга. Все это, по его мнению, вносит нестабильность в процесс регулирования частноправовых отношений, плодит правовой нигилизм, а порой приводит к разрушению рыночных инфраструктур. Поэтому одним из важнейших приоритетов правовой политики в частноправовой сфере является укрепление и развитие частного права на основе принципов независимости и автономии личности, признания и защиты частной собственности, свободы договора и договорных отношений.

Итак, в юридической науке не существует единого подхода к определению приоритетов правовой политики. И в этом нам видится основная проблема, разрешение которой в перспективе имеет огромное теоретическое и практическое значение. Существенность тех аспектов

Матузов Н. И. Понятие и основные приоритеты российской правовой политики // Правоведение. 1997. № 4. С. 13

Малько А. В. Современная российская правовая политика и правовая жизнь // Правовая политика и правовая жизнь. 2000. № 4. С. 25 3 Рыбаков В. А. О приоритете правовой политики в сфере частного права // Правоведение. 1998. №1.С. 151

161

правовой действительности, на которые обращают внимание специалисты, сомнению не подлежит. Однако до сих пор остается открытым вопрос -действительно ли эти установки приоритетны, да еще для всей правовой политики государства?

Представляется, что в качестве приоритетов правовой политики могут выступать только такие достаточно обобщенные ориентиры, которые в равной степени были бы важны как для права в целом, так и для любой из его отраслей, для каждого отдельного направления политики в сфере правового регулирования.

Кроме того, когда речь идет о приоритетах правовой политики, то имеется в виду не произвольный набор ценных с точки зрения права и политики вещей, а лишь те ценности, которые имеют действительное зна­чение на современном этапе становления российской государственности. Понятно, что приоритеты правовой политики советского государства были качественно иными, нежели приоритеты государства нынешнего, постперестроечного: в советском обществе приоритет безоговорочно отдавался государственным интересам, а уже во вторую очередь обращали внимание на интересы личности. Большинство политических решений той поры было продиктовано исключительно соображениями государственной выгоды. Таким образом, приоритеты правовой политики - это, прежде всего, актуальные ориентиры. Их не может быть много и не должно, но они являются несомненной ценностью для всего политико-правового развития российского государства.

По поводу приоритетов существует еще одна точка зрения, которая, на первый взгляд, выглядит весьма обоснованной. Эта точка зрения С. С. Алексеева на проблему. Он акцентирует внимание на трех основных приоритетах права и всей российской правовой политики: приоритет прирожденных прав человека; высокое, достойное частное право;

162

верховенство правосудия.

Действительно, названные приоритеты вроде бы отвечают всем предъявляемым к ним требованиям и образуют систему: они взаимосвязаны, оказывают взаимное влияние и вытекают один из другого.

Но все же, на наш взгляд им нельзя отдавать предпочтение, а тем более ставить на первое место.

Верховенство правосудия — не самоцель. Более того, бесконечное усиление независимости судебной власти опасно, поскольку чревато абсолютной бесконтрольностью ее, игнорированием самого закона. Главное предназначение правосудия заключается в защите прав и свобод человека и гражданина. Возможность беспрепятственного обращения за судебной защитой с целью их восстановления в случае нарушения — важ­нейшая гарантия соблюдения прав и свобод индивида со стороны государства. Поэтому верховенство правосудия не может выступать самостоятельным приоритетом правовой политики, а является лишь условием для реализации одного из ее приоритетов.2

Высокое, достойное частное право — это право личности. Его становление и дальнейшее развитие является необходимой предпосылкой для реализации личностью принадлежащих ей от рождения прав и свобод. В отрыве от блага каждого конкретного индивида частное право, как и независимое правосудие, не имеет самостоятельной ценности.

Принимая во внимание изложенные соображения, можно сделать вывод о том, что правовая политика государства на современном этапе развития российского общества должна ориентироваться, прежде всего, на соблюдение и защиту прирожденных и неотъемлемых прав и свобод личности. Справедливость этого вывода подтверждается и законодателем:

1 Алексеев С. С. Основы правовой политики в России: Курс лекций. М., 1995. С. 72

2 Бородин СВ., Кудрявцев В.Н. О судебной власти в России // Государство и право. 2001. № 10. С. 21-27

163

в соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы провозглашаются высшей ценностью, а на государство возлагается обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина. Норма ст. 2 является фундаментальной, стержневой идеей российской Конституции. Она определяет содержание Основного закона и конституционно-правового регулирования в целом, а также отражает стремление законодателя к гуманизации всей правовой системы.

Институт прав и свобод личности является безусловным достижением цивилизации, историческим завоеванием, характеризующим высокий уровень развития социума и его прогрессивную направленность. Соблюдение и защита государственным механизмом прирожденных и неотъемлемых прав и свобод личности создает необходимые предпосылки для самовыражения индивида, расширяет границы индивидуальной свободы.

Однако права и свободы личности не следует абсолютизировать, ибо последнее неизбежно приводит к вседозволенности и произволу, подготавливает благодатную почву для возникновения социальных конфликтов. Индивидуальная свобода не может быть беспредельной, она подлежит введению в определенные разумные рамки, за которыми простирается либо свобода другого индивида, либо общественный интерес, общее благо.

Умеренное ограничение прав и свобод личности допустимо для устранения чрезмерных злоупотреблений правом и свободой, которое обеспечивается возложением на индивида соответствующих обязанностей (например, в ч. 2 ст. 15 Конституции РФ закреплена обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединений соблюдать Конституцию РФ и законы).

На современном этапе развития человеческого сообщества позитивное право должно ориентироваться в первую очередь на общепризнанные

164

естественные и неотъемлемые права и свободы личности, быть носителем этих прав и свобод, а также обеспечивать их соблюдение и эффективную защиту. В противном случае мы будем иметь дело с так называемым неправовым содержанием закона. А такой закон, как известно, способен причинить больше вреда, чем принести пользы.

Важно не просто провозгласить и конституционно закрепить основные права и свободы человека и гражданина, нужно разработать целый комплекс реально работающих гарантий их соблюдения со стороны отдельных государственных органов и должностных лиц, а также создать специальный механизм их защиты в случае нарушения, включая финансовое обеспечение. Не секрет, что на практике признание естественных прав не всегда сопровождается созданием надлежащих условий для их реализации индивидом. Например, в соответствии с ч. 2 ст. 47 Конституции РФ, в случаях, предусмотренных федеральным законом, обвиняемый в совершении преступления имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей. Однако воспользоваться своим конституционным правом могут далеко не все обвиняемые, поскольку суд присяжных функционирует лишь в некоторых субъектах Российской Федерации.

Соблюдение и защита прирожденных и неотъемлемых прав и свобод личности является основополагающим принципом построения правового государства, его качественной характеристикой. В правовом государстве позитивное право становится в полном смысле слова отражением естественного права, его носителем и приобретает черты права гражданского общества. И хотя в реальной жизни этот идеал, по-видимому, недостижим, к нему можно и нужно стремиться.

К числу несомненных приоритетов правовой политики современного российского государства следует, на наш взгляд, отнести и проблему регионального правотворчества. Это обусловлено, прежде всего, тем, что

165

современный период наиболее злободневно встает вопрос о создании концепции правовой политики субъектов РФ. Конечно, сама правовая политика регионов во многом должна определяться общефедеральными целями и задачами (и соответствующим уровнем правовой политики). Однако на сегодняшний день они не вполне ясны, что, несомненно, препятствует выстраиванию стратегии и тактики правового развития регионов.

В рамках концепции правовой политики субъектов РФ все более существенное значение приобретает правотворческая форма реализации подобной политики.

В содержательном плане приоритетными здесь выступают проблемы разграничения полномочий между центром и регионами. Анализ названных проблем приводит к выводу о необходимости разработки общефедеральной правовой политики и принятия новой Конституции РФ, в которых в связи с рассматриваемыми вопросами важно установить только полномочия федеральных органов государственной власти. Полномочия же региональных органов следует определять правовой политикой и соответствующими документами субъектов РФ.

Приоритеты правовой политики регионов должны найти свое отражение в целом пакете нормативных актов, четко разграничивающих и полномочия, и ответственность. Сама правовая политика субъектов РФ, ориентируясь в первую очередь на федеральное законодательство, призвана выражать региональные интересы и особенности.

Сегодня все более очевидно, что разграничения полномочий в индивидуальном режиме (с помощью договоров регионов с центром) неизбежно приводит к конфликтным ситуациям, юридическим противоречиям.

В связи с тем, что договоры все больше превращаются в препятствия для формирования единого правового пространства, для выстраивания

166

общефедеральной правовой политики, для утверждения принципов равноправия субъектов РФ, в правотворческом процессе при создании новой Федерации ставку необходимо делать не на договоры о разграничении полномочий между центром и регионами, а на законы (как федеральные, так и региональные).

В Послании Президента РФ Федеральному Собранию Российской Федерации «России надо быть сильной и конкурентоспособной» В. В. Путин, в частности, отметил, что «на практике само существование таких договоров часто приводит к фактическому неравенству в отношениях между субъектами Российской Федерации. А, в конечном счете, значит — и между гражданами, которые проживают в разных территориях России. Причем, в большинстве случаев разграничение полномочий произошло лишь «на бумаге». Недаром из 42-х имевших такие договоры субъектов — 28 их уже расторгли». '

Вместе с тем все ценные правовые механизмы, эффективно регулирующие двусторонние отношения центра и регионов, необходимо сохранить и перевести в режим законодательного регулирования.

Правовая политика субъектов РФ в сфере взаимоотношений их с центром должна включать в себя алгоритм решения как минимум следующих юридических задач; согласование результатов регионального правотворчества с общероссийским; выработка механизмов предупреждения и преодоления юридических коллизий федеральных и региональных правовых актов, создание инструментов отстаивания на общефедеральном уровне опережающих региональных законов и т. п.

Положение осложняется тем, что на сегодняшний день, как отмечает Ф. Р. Муратшин, нет должного научного обеспечения всех процессов формирования законодательства в субъектах Федерации, каждый регион

1 Российская газета. 2002. 19 апреля

167

«варится в своем соку» и старается поменьше информировать центр и своих соседей о состоянии собственного законодательства. Это объясняется, как желанием субъектов РФ скрыть свои недоработки от «посторонних глаз», так и боязнью того, что центр, узнав о фактах противоречия регионального законодательства федеральному, постарается принять меры по отмене коллизионных актов регионального уровня. Поэтому и наблюдается двойственная ситуация, когда, с одной стороны, центр недостаточно информирован не только о ходе процессов принятия важных концептуальных решений на уровне региона, но и о состоянии его законодательства в целом, что нарушает принципы правовой политики в масштабах Российской Федерации; с другой стороны, у самого центра нет единого подхода ни к тому, каким же должно быть законодательство субъектов РФ, ни к тому, какие же меры можно применить к субъектам РФ для обеспечения соответствия регионального законодательства федеральному''

Нужно заметить, что в ряде случаев деятельность соответствующих региональных структур по принятию, изменению и отмене правовых норм весьма слабо напоминает правотворчество. К сожалению, о правотворчестве подчас речь не идет, ведь на этом уровне в основном копируются общефедеральные нормативные акты, дублируются общероссийские юридические нормы. Правотворчество же, как и всякое иное творчество, должно быть связано с появлением новых, оригинальных правил поведения, отражающих в наиболее полной мере специфику регио­на.

Итак, подводя итоги сказанному, следует отметить, что приоритеты правовой политики — это наиболее важные общечеловеческие ценности,

1 Мурашин Ф. Р. Законодательство субъекта Федерации - реальность, требующая осмысления//Журнал российского права. 1999. №9. С. 78

168

защищаемые правом, на которые должна быть сориентирована деятельность государства в сфере правового регулирования. Приоритеты и ценности правовой политики символизируют собой те завоевания, которые человеческое сообщество приобрело в процессе своей эволюции и которые стремиться всеми силами охранять при помощи правовых средств. Эти ценности являются достоянием всего человечества, а потому носят универсальный характер для любого прогрессивного государства и общества. Бережное отношение к ним и их соответствующая правовая защита являются залогом поступательного развития социально-правовой системы.

Наличие в политике и праве определенных приоритетов позволяет расставить акценты, избрать верные средства и методы достижения поставленных целей и задач правового развития российского общества, концентрировать усилия на главном, кроме того, дает возможность интегрировать усилия всех субъектов права в процессе выработки и реализации стратегических правовых идей, что, несомненно, должно положительно отразиться на качестве и эффективности проводимой в государстве правовой политики.

К сожалению, на сегодняшний день вопрос о приоритетах в деятельности российского государства до сих пор остается открытым. При этом отсутствует и согласованность в подходах к его решению. При чем данное состояние наблюдается как в теории, так и на практике. Реально это приводит к тому, что многие нормативно-правовые акты, издаваемые на различных уровнях (федеральном, субъектном и местном), зачастую не подчинены единой стратегической задаче, а, следовательно, не связаны между собой, а иногда и концептуально противоречат друг другу.

Иногда государство делает попытку выработать политику относительно отдельных малозначительных аспектов правовой жизни

169

общества, а действительно важнейшие проблемы государственно-правового развития страны остаются без должного внимания. Представляется, что в этой связи государство должно оптимизировать деятельность в этом направлении в целях стабилизации правовой ситуации в российском обществе.

170

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В результате проведенного исследования проблемы становления и развития российской правовой доктрины нашли свое подтверждение следующие выводы.

Во-первых, концептуальное осмысление правовой доктрины позволило рассматривать ее как самостоятельную правовую категорию, представляющую собой систему общепризнанных правовых явлений и ценностей, отражающих закономерности и тенденции государственно-правового развития, которые направлены на формирование определенного типа правопонимания, и в соответствии с которым функционирует и развивается российская правовая система.

Во-вторых, получил доказательство тезис о том, что правовая доктрина, в своем концептуальном выражении, на основе общепринятых идей, взглядов и представлений, выступает в качестве системы детерминант, являющихся критериями развития правовой жизни российского общества, российской правовой системы, степени свободы личности, ее защищенности от произвола со стороны государства и обуславливающие механизмы взаимной ответственности государства и человека в трансформирующемся российском социуме.

В-третьих, в результате системного анализа нашло свое подтверждение положение о том, что правовая доктрина современной России влияет на процессы изменения как внутригосударственного, так и международного права, обуславливая при этом характер их взаимодействия. Так, Российская Конституция в ч.4 ст. 15 закрепила статус общепризнанных принципов и норм международного права и международные договоры в качестве составляющих российской правовой системы. Это в свою очередь проявляет еще одну тенденцию в развитии российской правовой доктрины, которая выражается в

171

интернационализации внутреннего права. Сегодня, как отмечают некоторые авторы, эта тенденция является определяющей в правовом развитии большинства государств. При этом роль правовой доктрины в процессе интернационализации права и выраженного им законодательства проявляется в сближении принципов права и национальных законодательств, углублении взаимного влияния правовых систем. Примером подобного процесса может служить доктрина возрожденного естественного права, объединяющая своей идеей не только европейские государства, но и многие другие, в том числе и российскую правовую систему.

В новых экономических и политических условиях правовые системы различных государств должны быть совместимы и способны взаимодействовать друг с другом. Главным инструментом этого взаимодействия становится несущая правовая доктрина, которая, реализуя правоположения Конституции, обеспечивает, во-первых, признание приоритета международного права на внутренним, а, во-вторых, осуществляется интенсивное изменение внутреннего права под воздействием международного.

В-четвертых, правовая доктрина как культурно-правовой феномен, отражающий качество и специфику современно правовой жизни, способствует тем самым процессу гармонизации российского законодательства с законодательством европейских стран и стран СНГ. Необходимость такого сближения продиктована едиными социо­культурными, экономическими историческими и традиционными и иными связями, а также интеграцией российского государства в общемировое пространство. Поэтому, акценты сегодня должны быть смещены, на наш взгляд, в сторону усиления охранительной функции права и расширению охранительной подсистемы, направленной на ограничение, прежде всего, вредных последствий научно-технического

172

прогресса. Особенно это касается ядерных и биологических технологий, атомной энергетики, медицинской биологии и других сфер, несущих в себе угрозу человечеству. Законодательством должен быть установлен жесткий контроль за теми сферами и процессами социальной жизни, аномальное функционирование которых может представлять опасность. Представляется, что доктринальная оценка этих процессов, как и ее воплощение в действующем законодательстве современной России сегодня явно отстает от требований времени.

В-пятых, в работе получила свое обоснование проблема влияния правовых традиций на формирование правовой доктрины российского государства. Автором было доказано, что для российской правовой системы естественно-правовая доктрина дала толчок к новому направлению правовой мысли и творческого поиска, сориентированных на выявление ценностно-этической, мировоззренческой основы, на поиск правовых основ и корней в самой природе и реальной жизни социума. Реализация нормативно-позитивной доктрины в правовом пространстве современной России связана с утверждением нормативных начал, основанных на осознании необходимости порядка, эффективности правового регулирования, унификации законодательства, правопорядка и законности и т.д.

Помимо этого, автором было обосновано влияние либерально-юридической традиции на современную российскую правовую систему, которое осуществляется по двум направлениям: во-первых, в закреплении принципа формального равенства, когда основным критерием формирования и развития законодательства становится идея субъективных прав человека, которой подчинен основной нормативный массив правовой системы, а, во-вторых, в незамедлительном реагировании правоохранительной и правообеспечительной системы на все случаи нарушения в государстве прав и свобод человека и гражданина.

173

В-шестых, в результате исследования тенденции развития правовой доктрины как составляющего элемента российской правовой системы, была выявлена еще одна характерная особенность правовой доктрины, которая вызвана расширением сферы взаимодействия права и политики. Опосредование правовыми нормами все более широкого спектра политических отношений в государстве свидетельствует о расширении данной тенденции. Вместе с тем, в случаях столкновения права и политики верховенство в большинстве остается за политикой. В этой связи общепризнанная правовая доктрина должна способствовать утверждению открытого демократического и продуктивного характера политики, обеспечению контроля над деятельностью власти со стороны народа (идея служебной роли государства), что в свою очередь будет способствовать усилению регулятивной роли права, в том числе и в сфере политических отношений.

174

<< | >>
Источник: БАТУРИНА СВЕТЛАНА ВЛАДИМИРОВНА. ТРАДИЦИИ РОССИЙСКОЙ ПРАВОВОЙ ДОКТРИНЫ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. г. Краснодар - 2008. 2008

Еще по теме ГЛАВА 3. Ценности и приоритеты правовой политики по формированию правовой доктрины современной России.:

  1. Основные подходы к определению правового статуса личности в информационном обществе
  2. 1.1. Формирование и развитие концепции прав и свобод человека и гражданина и механизма их обеспечения: российский и зарубежный опыт
  3. § 8. Применение экономического анализа права в условиях российской правовой системы
  4. § 3.3. Основные функции современной правовой идеологии
  5. § 1. Проблемы теории конституционного государства в отечественной политико-правовой мысли второй половины XIX - начала ХХ века
  6. § 4. Значение отечественного конституционализма второй половины XIX - начала ХХ века для современной российской государственности
  7. Сущность и основные течения консервативной правовой идеологии России
  8. Государственно-правовой механизм обеспечения личной безопасности несовершеннолетних лиц
  9. РАЗДЕЛ 3 ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ СОТРУДНИЧЕСТВА УКРАИНЫ С МЕЖДУНАРОДНЫМИ МЕЖПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ – НАТО; ЕС, В СФЕРЕ ПОСТРОЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ СИСТЕМЫ ЕВРОПЕЙСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
  10. § 4. Права и свободы пациента как объект уголовно-правовой охраны
  11. § 1. Уголовно-правовая охрана прав и свобод пациента в законода- тельстве стран-участниц Содружества Независимых Государств и Балтии
  12. § 3. Современная правовая политика России в сфере легализации ограничений прав и свобод
  13. § 2. Особенности формирования российского неолиберального политико-правового учения как интегральной доктрины конца XIX - начала XX вв.
  14. §3. Социальное правовое государство как государственно­правовой идеал в концепциях неолиберальных мыслителей
  15. Глава 4. Дефекты организационно-правового обеспечения экологической безопасности
  16. § 1. Понятие правосознания и его теоретико-исторические предпосылки формирования
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -