23. Положеніе индивидовъ, какъ членовъ націи. Участіе въ выборахъ.

Изъ того Обстоятельства, что олицетворенная нація является первоначальнымъ носителемъ суверенитета, вытокаетъ ли для всѣхъ индивидовъ, какъ членовъ націи,право участія въ той или иной формѣ въ отправленіи публичной власти? Вопросъ сталъ знаменитымъ.

Изъ принципа національнаго суверенитета вовсе еще не вытекаетъ логически и съ необходимостью» чтобы членамъ націи, взятымъ индивидуально, принадлежало какое-либо право участія въ публичной власти. Въ самомъ дѣлѣ, нація въ цѣломъ есть лицо, отличное отъ с оставляющихъ ее индивидовъ; только она является носителемъ суверенитета, а отнюдь не индивиды; слѣдовательно, какъ таковые, они не являются вовсе участниками суверенитета; и они ле имѣютъ, какъ таковые, никакого права на участіе въ публичной власти. Законодатель долженъ опредѣлить условія, наиболѣе благопріятныя для выраженія національной воли, и указать лицъ, на которыхъ будетъ возложено выраженіе этой воли. Имъ можно дать имя избирателей, и, такимъ образомъ,

участіѳ въ выборахъ ость фушція и притомъ,—созданная конституціей и состоящая въ выраженіи національной воли. Таковъ въ дѣйствительности логическій выводъ изъ принципа національнаго суверенитета.

Ho подобный выводъ не могъ удовлетворить демократическихъ тенденцій, наполнившихъ собою весь XIX вѣкъ и приведшихъ, начиная съ 1848 r., во Франціи къ установленію всеобщаго, прямого и равнаго избирательнаго права, а въ другихъ странахъ—или къ установленію всеобщаго избирательнаго права, или къ постоянному его расши- ренію.Отсюда неувѣренность и колебаніянатего положительнаго законодательства и французской и ипостраннои науки относительно природы избирательнаго права.

Ж. Ж, Pyoco выводилъ, впадая въ нѣкоторое противорѣчіе, изъ принцдла суверенитета, покоящагося въ коллективности, TO ПОСлѢдСТВІѲ; ЧТО ВСЯКІЙ ИНДИВИДЪ; членъ коллектив- Е0сти? обладаетъ, какъ таковой; неприкосновеннымъ правомъ участія въ суверенитетѣ. *Я могъ бы, говоритъ онъ, привести немало еоображешйотносителъно врашівотума во всякомъ актѣ суверенитета; права* котораго ничто не можетъ отнятъ у гражданъ». И въ другомъ мѣстѣ: «Предположимъ, что государство состоитъ изъ 10.000 гражданъ. Суверенъ можетъ быть разсматриваемъ только коллективно и въ полномъ составѣ; но каждое частное лицо въ качествѣ подданнаго разсматривается, какъ ипдивидъ. Такимт> образомъ суверенъ находится къ подданномувъотношеніи 10.000 къ 1, т.-е. каждый членъ государства имѣетъ на свою долю одну десятитысячную частьсуверенной власти* *). Бросается въглазалротдворѣчіе этого рѣшенія съ доктриною единаго и нераздѣльнаго суверенитета коллективности, развитою въ Conirat sociaL Путемъ разсужденія Ж. Ж. Pyeco можно прійти не только къ вееоб-

i) Contud sodaL tm. IV, гл. I и кн. III, гл. I.

щему избиратрльному праву, но и къ всеобщему равному избирательному праву; всѣ члены націи должны имѣть равное право участія въ отправленіи публичной власти.

Національное Собраніе 1789 года, провозглашая вслѣдъ за Руссо доГму національнаго суверенитета, но болѣе послѣдовательно, чѣмъ одъ, не считало вовсе, что эта догма необходимо предполагаетъ активное участіе всѣхъ членовъ націи въ публичной власти. Слѣдуетъ принимать въ расчетъ только волю націи, единой, какъ лицо, а не волю избирателя; послѣдній является только ДОЛЖНОСТІІЫМЪ лицомъ, на которое возложено выраженіе воли націи. Слѣдовательно, всѣ члены націи, какъ таковые, не имѣютъ вовсе избирательнаго права, и лишь закопода- телю-учредителю принадлежитъ право опредѣлить условія, которыя индивидъ долженъ соединять въ своемъ лицѣ, чтобы быть въ состояніи осуществлять избирательную функцію.

Эта мысль была отчетливо выражена наиболѣе компетентными ораторами Собранія. Type въ засѣданіи 11 августа 1791 r. заявилъ: «Качество избирателя основано на rf;уолич- номъ порученіи> и публичная власть страны въ правѣ опредѣлить порядокъ его передачи». Окончательный текстъ конституціи 1791 г, былъ вотированъ.какъ иввѣетио?по общему докладу Туре. Вътомъ же засѣданіи 11 августа 1791 г. Бар- навъ говорилъ: «Качество иѳбирателя есть только публичная функція, на которую викто неимѣетъ права, и-общеетво располагаетъ имъ такъ» какъ это ему предписываетъ его интересъ; функція избирателя не является правомъ» 1).

Господствующая идея Собранія 1789 г. именно въ томъ и заключается, что участіе въ выборахъ не право, а функція. Нужно добавить, что, по мысли Собранія, эта идея комбинируется съ идеей права гражданина.

iJ Aichivespatletn., 1-я серія, XXIX, етр. 356 и 360.

За каждымъ индивидомъ, живущимъ въ обществѣ, признается индивидуальное право, стоящѳе надъ всякимъ положительнымъ закономъ д обязательное для законодателя. Это право вовсе не заключается въ правѣ вотировать: это есть право на признаніе себя составною частью націи, являющейся единственной носительницей публичной власти; гражданинъ можетъ вотировать только въ томъ случаѣ, если законодатель вручилъ ему эту функцію. Въ результатѣ гражданинъ-избиратель является одновременноиносителемъ права и лицомъ, облеченнымъ функціей: право—это то право, которое ему принадлежитъ ранѣе всякаго закона, какъ члену французской націи; функція— это избирательная функція гражданина, осуществляемая его участіемъ въ выраженіи національной воли и переданная ему закономъ.

Эта комбинація, созданная Національнымъ Собраніемъ изъ правъ гражданина и избирательной функціи, вытекаетъ очѳнь ясно изъ многочисленныхъ текстовъ. Она въ другой липгь формѣ повторяетъ различіе, сдѣланное въ 1789—91 годахъ между активными и пассивными гражданами- Всѣ французы являются пассивными гражданами: ато ихъ право.

Нельзя ли противопоставить этому ст. G Деклараціи правъ: «Законъ есть выраженіе общей воли. Ваъ граждеіне гишютъ право содѣйствовать личио или чрезъ своихъ представите-

лей образованію закона»? He является ли это утвержденіемъ что всѣ граждане имѣютъ стоящее выше самаго закона нраво участвовать въ публичной власти? Противорѣчіе только кажущееся. Мысль Собранія такова: законъ есть выраженіе коллективной воли, т.-е. воли олицетворенной націи; всѣ участвуютъ въ образованіи этой коллективной воли, въ выработкѣ закона, такъ какъ всѣ являются гражданами, т.-е. составными частями націи, и избиратели вполнѣ выражаютъ волю всѣхъ, такъ какъ являются агентами, облеченными со стороны закона функціей выраженія этой воли.

Въ Конвентѣ торжествуютъ идеи Ж. Ж. Руссо, и избирательное право всякаго гражданина признается необходимымъ послѣдствіемъ принципа національнаго суверенитета. Ст. 27 жирондистской деклараціи правъ, вотированной Конвентомъ, гласитъ; «онъ (суверенитетъ) покоится по самому существу въ цѣломъ народѣ, и каждый гражданинъ имѣетъ равное право содѣйствовать его осущест вленію». Тоже рѣшеніедано въ монтаньярской конституціи 1798 г. Участіе въ выборахъ есть право и только право, оно сливается съ правомъ гражданина; всякій человѣкъ, рождешшй и живущій BO Франціи,достигшій21-лѣтняго возраста, естьгражда- нинъ.

Bo время Консулата и Первой Имперіи участіе въвы- борахъ въ дѣйствительности болѣе не существуетъ, такъ какъ, несмотря на свое имя, избирательныя коллегіи, учрежденныя на основаніи сенатускон- сульта термидора S года, заняты скорѣе докладами, чѣмъ выборами. Реставрація и іюльское правительство возвращаются къ дѣйствительной и прямой подачѣ голосовъ, но ограниченной повышеннымъ цензомъ. Согласно избирательнымъ законамъ б февраля 1817 года, 29 іюня 1820 г. и 10 аирѣля 1831 г. участіе въ выборахъ есть исключительно функція; самое слово гражданинъ исчезаетъ изъ избирательныхъ законовъ; избиратель является лишь исполняющимъ функцію, и законъ разсматривается, какъ верховная компетенція для опредѣленія условій, открывающихъ доступъ къ этой функціи.

Декретъ временнаго правительства отъ 5 мая 1848 г. устапавливаетъ прямое, всеобщее и равное голосованіе. Конституція 1848 г. (ет. 1, 18, 23, 24 и 25) обращаетъ его въ конституціонный принципъ, а законъ 15 марта 1849 г. организуетъ и регламентируетъ его. Эти законы служатъ исходнымъ пунктомъ всего избирательнаго законодательства, примѣняемаго и до сихъ поръ.

ешься сходствомъ мыслей, принциповъ, доводовъ и

формулъ въ 1789—91 и въ 1848 гг. Какъ въ началѣ Революціи, право гражданства признается за всѣми французами, и участіе въ выборахъ признается въ очень широкихъ размѣрахъ. Однако это участіе вовсе не разсматривается, какъ право, присущее достоинству француза и даруемое всѣмъ безъ различія. Оно не дается женщинамъ, и ст. 27 конституцій 1848 г. гласитъ, что избирательный законъ укажетъ причины, которыя могутъ лишить француза права избирать или быть избраннымъ. Такимъ образомъ участіе въ выборахъ вовсе не является правомъ, присущимъ достоинству француза, а остается порученіемъ, даваемымъ закономъ французскому гражданину. Ни одинъ изъ послѣдующихъ законовъ (законъ-декретъ отъ 2 февраля 1852 r., законъ 30 ноября 1875 г.) не противорѣ- читъ такому пониманію.

Такимъ образомъ наше заключеніе будетъ таково: по французскимъ воззрѣніямъ, находящимся, кромѣ того, въ совершенномъ согласіи съ теоріей націи- лица, избиратель является одновременно и носителемъ права и облеченнымъ функціею; участіе въ выборахъ является вмѣстѣ и правомъ и функціей. Право заключается въ правѣ на признаніе качества гражданина, которое влечетъ за собою и власть вотировать, если оно сопровождается другими условіями, требуемыми положительнымъ закономъ для полученія права голоса. Функція заключается во власти, передаваемой опредѣленному инди-

ществленія опредѣленной публичной функціи, называемой вотумомъ.

Главное послѣдствіе, вытекающее изъ функціональнаго характера выборовъ, заключается въ томъ, ч^о избиратель такъ же обязанъ вотировать, какъ и всякое должностное лицо обязано исполнять лежащую на немъ функцію. Однако во Франціи обязанность вотума не была еще до сихъ поръ санкціонирована положительнымъ закономъ. Ho, можно сказать, эта обязанность существуетъ уже въ сознаніи людей; и въ ближайшемъ будущемъ она, конечно, будетъ освящена положительнымъ закономъ. Законъ 2 августа 1875 г. (ет. 18) установилъ обязательный вотумъ для избранія сенаторовъ. Избирательная обязанность освящена бельгійской консти- туціей,пересмотрѣннойвъ 1893 r., ст. 86, § 2: «вотумъ обязателенъ».

Такъ какъ участіе въ выборахъ является функціей, то законодателю слѣдуетъ опредѣлить условія, которыя должны быть налицо для возможности отправленія этой функціи, Эти условія всегда могутъ быть видоизмѣнены законодателемъ, всегда могутъ быть сдѣланы болѣе строгими, и все-таки тѣ, кто лишены путемъ этой законодательной модификаціи участія въ выборахъ, не могутъ протестовать. Дѣйствительно, законодателю всегдапринадлежитъправо регламентировать и измѣнять условія, необходимыя для осуществленія публичной функціи.

Такъ какъ участіе въ выборахъ есть функція, то избиратель не можетъ отъ нея отказываться. Это функція, которой онъ облеченъ и которую осуществляетъ въ общемъ интересѣ. Она возлагаетъ на него соціальную обязанность, отъ которой онъ не можетъ

окончательно укдониться. Онъ не можетъ даже, какъ мы видѣли, временно пренебречь ея исполненіемъ.

Ha томъ же самомъ основаніи законодатель можетъ, не совершая посягательства на принципъ національнаго суверенитета, признать за гражданами различную степень участія въ публичной власти. Онъ можетъ, напримѣръ, установить двухстепенпуго подачу голосовъ, или множественный вотумъ (voie plnraF). Принципамъ національнаго суверенитета нисколько не противорѣчитъ законъ, подобный за- ключающемусявъ бельгійскойконституціи 1893 г. (ст. 47), признающему право голоса за всѣми гражданами, достигшими полныхъ 25 лѣтъ, и дающему дополнительный вотумъ подъ условіемъ опредѣленнаго возраста (45 л.), уплаты налога и

положенія главы семейства, и два дополнительныхъ вотума на основаніи умственной зрѣлости, подтверждаемой опредѣленными университетскими степенями, при чемъ, однако, никто не можетъ соединять въ своемъ лицѣ болѣе трехъ вотумовъ.

Ho участіе въ выборахъ есть также и право. Этимъ объясняется, почему всѣ положительныя законодательства организуютъ особую процедуру, позволяющую носителю этого права добиваться его признанія и исполнять формальности, необходимыя для его осуществленія (занесеніе въ избирательные списки, см. §§ 101 и 102). Ho этотъ процессъ представляетъ нѣсколько своеобразныя условія, что объясняется тѣмъ, что ^шастіе въ выборахъ, котораго добиваются, есть не только субъективное право, но вмѣстѣ съ тѣмъ и публичная функція. Такимъ образомъ возникающій при этомъ вопросъ, есть вопросъ не только субъективнаго

но и объективнаго права, вопросъ нарушенной законности. Избирательный процессъ входитъ въ категорію искового производства, которое мы называемъ объективнымъ споромъ и природа котораго будетъ опредѣлена ниже (cp. §§ 44—46).

Этимъ именно объясняется, почему просьба о внесеніи въ избирательный списокъ или исключеніи изъ него можетъ быть подана не только самимъ заинтересованнымъ лицомъ, но также и всякимъ избирателемъ, внесеннымъ въ списки даннаго округа, и почему апелляція можетъ быть подана даже стороною, но участвовавшею въ процессѣ первой инстанціи (Орган, декретъ 2 февраля 1852 г , ст 19—22).

Природа участіи въ выборахъ, разсматриваемаго одновременно и какъ право и какъ функція, ітаходить общее признаніе у французскихъ авторовъ,въчастности уЭсмена и Opiy1). Мы сами пришли къ выводамъ, аналогичнымъ съ теоріей участія въ выборахъ, какъ права и функціи, признавъ за участіемъ въ выборахъ по нашей терминологіи объективную власть [56] [57]).

раста или душевнаго соетоянія не способенъ его осуществлять, и которое должно быть признано также и за женщинами, насчитываютъ многочисленныхъ сторонниковъ. Такова же общая идея, проникающая предложеніе, внесенное Жюлемъ Гедомъ въ бюро палаты депутатовъ 30 января 1894 r.: „проектъ закона, обезпечивающаго всеобщность такъ называемаго всеобщаго избирательнаго права" 1). Однако Жюль Гедъ сохранялъ нѣкоторыя основанія для лишенія этого права и не предлагалъ избирательнаго права женщинь. Послѣдній вопросъ въ настоящее время сталъ очереднымъ. Устраненіе женщинъ отъ всякаго прямого участія въ публичной власти можно объяснить, лишь какъ результатъ исторической эволюціи; логическихъ доводовъ въ пользу этого устраненія не существуетъ; мы не видимъ причины, почему женщины не компетентны такъ же, какъ и мужчины, участвовать въ выраженіи національной воли. Это исключеніе является результатомъ упорнаго предразсудка, который, мы вѣримъ, исчезнетъ въ ближайшемъ будущемъ. Избирательное право женщинъ вовсе не является, по нашему мнѣнію, послѣдствіемъ принципа національнаго суверенитета; это видно изъ предыдущаго. Мы полагаемъ, что избирательное право должно быть признано за женщинами, потому что онѣ такъ же хорошо, какъ и мужчины, способны выражать національную волю и несутъ такія же соціальныя тягости, какъ и мужчины.

Многіе штаты американскаго союза, Уоймингъ, Колорадо и Идахо, многія англійскія колоніи Австралазіи, Новая Зеландія и Южная Австралія распространили на женщинъ избирательное право. Въ Англіи вопросъ нѣсколько разъ подымался въ палатѣ общинъ. Женщины имѣютъ тамъ право голоса на тѣхъ же условіяхъ, какъ и мужчины, для муниципальныхъ выборовъ въ городскихъ и сельскихъ приходахъ и въ мѣстечкахъ и для выборовь въ совѣты

графствъ *). 16 марта 1904 г. палата общинъ 182 голосами противъ 68 вотировала резолюцію Макъ-Ларна въ пользу отмѣны тѣхъ ограниченій, которыя поражаютъ женщинъ, нарушающихъ парламвтпскія привилегіи* 28-го іюня 1904 г, палата лордовъ отвергла 57 голосами противъ 38 во второмъ чтеніи билль, внесенный лордомъ Бьючемпъ (Beauchamp) и вводившій для женщинъ право избранія въ мѣстные административные совѣты, Ho 31 марта 1905 г. палага общинъ вотировала по предложенію Шипмана билль, аналогичный отвергнутому въ 1904 году палатой лордовъ и признающій избирательное право женщинъ въ мѣстные административные совѣты. 2 марта 1906 года палата общинъ приступила къ обсужденію предложенія Чарльза Дилька, раепростра- * няющаго на женщинъ тѣ же политическія права, какими пользуются мужчины; но дальнѣйшаго движенія этотъ проектъ не получилъ 2),

Bo Франціи феминистское движеніе, дискредитированное, быть-можетъ, своими руководителями, не сдѣлало еще серьезныхъ успѣховъ. Однако можно упомянуть, какъ связанный съ этимъ движеніемъ идей, законъ 7 декабря 1897 r,, признающій за женщинами право быть свидѣтелями при письменныхъ сдѣлкахъ, законъ 23 января 1898 г.,устанавли- вающій для нихъ избирательное право для выборовъ въ коммерческіе суды, и законъ 1 декабря 1900 r., позволяющій женщинамъ, обладающимъ дипломомъ лиценціата правъ, приносить адвокатскую присягу и заниматься этой профессіей :*). Международпый конгрессъ женщинъ засѣдалъ въ ІТарижѣ съ 14 по 17 іюня 1906 г. Отчетъ о его трудахъ ещене опубликованъ.

Авторы, допускающіе теорію націи-органа, видятъ, конечно, вообще въ выборахъ только функцію. Избиратель — членъ

J) D. Jenks, L * a dmin Ыі ation local en Awgleterre7 франц. изд., стр. 48.

2) Cp. Jeze, Яеѵие du droitpublie, 1005, стр. 821. — Franqne- ѵШе, Les droits politiqucs des femmes m AngUtwrre. Aeadcmie des sciences morales et poUtiqztes, ХХХЩ, стр. 115.-Hanson Robinson, Le mouvement (тъіпЫе aux Ktats Unis7 JRevm politique et parlem*, 1898, XYII, стр. 259.

3) Cp. Turgeon, Le feminisme francais7 2 т., 1898; — Compte rendu du Congres femini&te, 1900, Mouvement socicdiste 15 октября и 1 ноября 1900 г.

націи; онъ—органъ-членъ и, какъ всякій органъ, не имѣетъ вовсе субъективнаго права; онъ только одно изъ орудій, помотцъю которыхъ государство осуществляетъ свои права если избиратель, ловидимому, и имѣетъ право, то только съ внѣшней стороны Еъ дѣйствительности же здѣсь только проявляется рефлексъ объективнагоконститущоннаго права 1). Такое рѣшеніе представляется единственно логичнымъ. Однако Еллинекъ, преподающій теорію націи-органа, допускаетъ, что участіе въ выборахъ является одновременно и функціей и правомъ. Да, говоритъ ученый профессоръ, избиратель есть должностное лицо, и, когда онъ вотируетъ, оит. осуществляетъ право, единственнымъ носителемъ котораго является госз7дарство;однако онъимѣетъисубъективноеправо^ но это не право вотума, а право на признаніе за нимъ всѢми, и даже государствомъ, качества, позволяющаго ему осуществить функцію вотума[58] [59]). Намъ представляется, что теорія Еллинека трудно совмѣстима съ представленіемъ о націи, какъ объ органѣ; пользуясь этой идеей логически, въ избирателѣ можно видѣть только должностное лицо, осуществляющее право, единственнымъ носителемъ котораго является государство, и такимь образомъ, съ точки зрѣнія логики, Лабандъ совершенно лравъ, возражая Едлинеку.

В, Территорія.