Глава 6 ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС 1998 ГОДА КАК ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ РЫНОЧНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ И РЕАКЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ НА СИСТЕМНОЕ УЛУЧШЕНИЕ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ


Несмотря на крайне тяжелое течение кризиса, институциональные изменения в российской экономике происходили очень быстро. Влияние государства на базовые экономические процессы (формулирование производственных целей, распределение ресурсов, установление цен и т.д.) кардинально сократилось буквально за 1-2 года, в то время как сфера действия рыночных механизмов столь же кардинально расширилась.
Как следствие, уже к середине 1990-х годов российскую экономику можно было считать вполне рыночной и вполне денежной. Тем не менее, этот институциональный переход сам по себе проблемы не решил - в условиях макроэкономической политики 19951998 гг. механизмы рыночного самодействия вывести национальную экономику из кризиса так и не смогли. Производственный спад замедлился, но не прекратился (см. табл. 4.5 и 4.6).
Меры и методы, применявшиеся в рамках этой макроэкономической политики российских властей, напоминали «дурную бесконечность». Сходные по смыслу действия, раз за разом приносившие отрицательные результаты, повторялись, тем не менее, вновь и вновь. Ставка упорно делалась на очень ограниченный набор мер монетарного, бюджетного и фискального характера[14]. Основными среди них были следующие: • Безусловный приоритет антиинфляционных действий над действиями по стимулированию производства и капиталообразующих инвестиций.
  • Постоянные попытки использовать в качестве основного (и, по сути, единственного) метода борьбы с инфляцией урезание денежного предложения. При этом борьба за сокращение денежного предложения в экономике включала в себя невыполнение финансовых обязательств перед бюджетными организациями; неоплату продукции, произведенной по госзаказу; задержку в выплатах пенсий и другие аналогичные «антиинфляционные» действия.
  • Использование завышенного обменного курса рубля в качестве номинального якоря, который должен был сдерживать инфляционные ожидания.
  • Сохранение высоких налоговых ставок с целью уменьшения текущего дефицита государственного бюджета.
  • Так называемое неинфляционное финансирование дефицита федерального бюджета за счет получения доходов от продажи на рынке государственных долговых обязательств (ГКО-ОФЗ и др.). При этом объем размещения ГКО-ОФЗ постоянно увеличивался (1995 г. - 159,5 млрд. руб.; 1996 г. - 430,5 млрд. руб.; 1997 г. - 502,0 млрд. руб.)50, а необходимый объем спроса на эти обязательства обеспечивался высокими процентными ставками и крупномасштабным привлечением иностранного спекулятивного капитала. Помимо прочего, такая ориентация на внешние финансовые ресурсы потребовала снятия почти всех ограничений на вывоз капитала из России.
  • Безусловный приоритет фискальных и идеологических мотивов приватизации над мотивами, связанными с поиском эффективных собственников.

Ожидания, возлагавшиеся на эти меры, не оправдались даже в малой степени. Чисто монетарные способы сдерживания инфляции в условиях тотальной неопределенности и всеобщего недоверия оказались абсолютно неэффективны прежде всего с макроэкономической точки зрения. Хотя формально рост цен в стране замедлился, это событие само по себе так и не породило рыночные импульсы, которые обеспечили бы, в соответствии с теорией, прирост инвестиций и активизацию мо- дернизационных процессов.
Экономические агенты по- прежнему не верили в стабильность финансовой ситуации, считали уровень рисков слишком высоким и отказывались от масштабных вложений в основной капитал. При этом огромный вклад в поддержание высокого уровня недоверия в российской экономике вносило само государство, которое, применяя сомнительные антиинфляционные методы, превратилось в самого крупного нарушителя финансовых обязательств. Кроме того, описанная политика заведомо не могла справиться с той составляющей инфляции, которая возникала вследствие воздействия других немонетарных факторов - структурнотехнологических перекосов в экономике, ценовых всплесков на мировых рынках и т.п. Как следствие, вплоть до 1999 г. объем инвестиций в основной капитал продолжал сокращаться опережающими темпами (см. табл. 4.5 и 4.6).
Прочие аспекты макроэкономической политики тех лет также оказывали угнетающее воздействие на динамику производства. Излишнее денежное сжатие генерировало рост неплатежей, взаимозачетов и бартерных сделок, что, помимо прочего, резко увеличивало трансакционные издержки предприятий. Завышенный курс рубля существенно снижал ценовую конкуренте способность отечественных производителей. Чрезмерное фискальное давление увеличивало либо долговую нагрузи лояльных предприятий, либо неформальную антиналоговую активность нелояльных.
Попытка финансировать дефицит федерального бюджета за счет финансовых рынков также имела целый ряд негативных макроэкономических последствий. Во-первых, искусственно завышенная прибыльность операций с государственными ценными бумагами оттягивала и без того ограниченные денежные ресурсы из реального сектора в финансово-банковскую сферу. Во-вторых, ориентация расходов федерального бюджета на рефинансирование рынка ценных бумаг резко ограничивала возможности государства по поддержке экономики и социальной сферы. В-третьих, стремительный рост долговой нагрузки государства генерировал очень серьезные дополнительные риски, связанные с курсовыми колебаниями рубля и ценных бумаг. В-четвертых, либерализация трансграничных валютных операций ослабляла защиту российской экономики от утечки капитала и от внешнего давления на рубль.
Закономерными следствиями неудачной макроэкономической политики стали непрекращающийся спад производства; денежный голод в реальном секторе экономики и социальной сфере27; крупномасштабная утечка капитала из страны; дальнейшее углубление структурно-технологических диспропорций; анклавизация экономики, выражавшаяся в резком ослаблении хозяйственных связей между благополучными и неблагополучными секторами; низкий уровень жизни населения; постоянно усиливающийся оппортунизм предприятий и т.д.
На этом фоне в стране происходило постепенное ухудшение макрофинансовой ситуации. Внутренний и внешний государственный долг постоянно увеличивался, а возможности по его рефинансированию быстро сокращались. А в конце 1997 г. четко обозначилось ускорение негативных финансовых процессов - значительно выросли процентные ставки по государственным ценным бумагам и межбанковским кредитам, резко пошла вниз стоимость российских корпоративных ценных бумаг. В частности, средний доход по ГКО на вторичном рынке (для всех сроков размещения) в Ш кв. 1997 г. составлял 19%; в IV кв. - уже 26,3%; в I кв. 1998 г. - 29,1%; во П кв. - 49,2%. При этом усредненная ставка по однодневным рублевым кредитам на московском межбанковском рынке увеличилась с 16,6% в Ш кв. 1997 г. до 25,2% в I V кв.; до 26,8% в I кв. 1998 г. и до 44,4% во П кв. [106]. Такое развитие событий породило острый приступ пессимизма у финансовых инвесторов, усилило их желание вывести капитал из России и увеличило давление на обменный курс рубля.
Поскольку уход иностранных портфельных инвесторов и обесценение рубля лишали проводимую макроэкономическую и макрофинансовую политику всякого смысла, федеральные власти предприняли попытки переломить негативные тенденции. Они попытались получить новые займы у международных финансовых организаций (Международный валютный фонд, Мировой банк и др.) и иностранных правительств, а также неоднократно повышали процентные ставки по государственным ценным бумагам. Однако любые внутренние и внешние финансовые ресурсы, к которым могла прибегнуть федеральная власть, по сравнению с масштабом возникавших проблем были заведомо недостаточными. Реальный сектор национальной экономики, находившийся в еще более бедственном положении, чем финансовая сфера, оказать помощь в этой ситуации также не мог.
К августу 1998 г. российские власти утратили последние ресурсы для поддержания обменного курса рубля и рефинансирования краткосрочного государственного долга. В результате 17 августа 1998 г. федеральному правительству и Центральному Банку пришлось фактически отказаться от поддержки рубля, а также объявлять себя неспособными выплатить долги по ключевым видам государственных ценных бумаг [51]. По сути дела это был окончательной крах всей макроэкономической политики, проводившейся после 1992 г.
Последствия финансового кризиса 1998 г. оказались достаточно парадоксальными. С одной стороны, российская экономика получила очень тяжелый удар, следствием которого стали кратное обесценение национальной валюты, новый этап производственного спада, скачкообразный рост инфляции, резкое снижение уровня жизни населения. С другой стороны, экономический спад оказался кратковременным и очень быстро сменился весьма и весьма масштабным экономическим подъемом (табл. 6.1 и 6.2).
Быстрый переход от крайне затяжного и глубокого экономического спада к уверенному восстановительному росту объяснялся целым рядом причин. Безусловно, значительную роль в этом сыграли и перемены в макроэкономической политике российских властей. Эти перемены не носили глобального характера, но, тем не менее, разница в практических действиях по экономическому регулированию была ощутимой.

Официальный обменный курс рубля по отношению к доллару США в 1997-2000 гг., руб./долл.*

О
о
о
lt;N
00
05
05
00
05
05
00
!Гі
г-
05
05
оо
05
05
00
05
05
50
lt;N
00
05
05
05
05
05
О
о
о
lt;N
О
го

5,96
6,17
6,29
9,33
15,91
20,65
27,00
28,16
5560,00

* После 1.1.1998г. обменный курс указан е деноминированных рублях. Соотношение между деноминированными и неденоминированными рублями -1:1 ООО.
Источник:              База              данных              Банка              России              по              курсам              валют.
http://www.cbr.ru/currency_base/dynamics. asp
Таблица 6.2
Некоторые официальные показатели социально-экономической динамики в 1997-2000 гг. (Россия, в % к предыдущему году)
Показатель 1997 1998 1999 2000
ВВП
Объем промышленного
101,4 94,7 106,4 110,0
производства Инвестиции в основной ка 102,0 94,8 111,0 112,0
питал 95,0 88,0 105,3 117,4
Индекс потребительских цен
Реальные денежные доходы
111,0 184,4 136,5 120,2
населения Фактическое конечное потребление домашних хо 106,0 84,0 88,0 113,0
зяйств 103,9 97,3 97,6 105,9

Источник: Российский статистический ежегодник. 2003. М.: ГКС РФ, 2003.
Новая российская макроэкономическая политика гораздо меньше ориентировалась на абстрактные и сильно идеологизированные теоретические схемы, но существенно больше учитывала реальные потребности национальной экономики. Отношение российских властей к советам международных финансовых организаций также стало более спокойным и взвешенным - рекомендации этих организаций перестали восприниматься как руководящие указания, обязательные для скорейшего внедрения.
Прежде всего, изменения коснулись антиинфляционной и финансовой политики.
Во-первых, сдерживание инфляции перестало быть абсолютным приоритетом. Возобновление экономического роста стало рассматриваться как более важная целевая установка.
Во-вторых, использование в российских условиях искусственно завышенного курса рубля в качестве номинального антиинфляционного якоря было признано неэффективным. После августа 1998 г. курсообразование рубля де-факто стало рыночным. Хотя этот переход и привел к краткосрочному всплеску ценовой динамики (прежде всего, за счет резкого удорожания импорта), прочие его эффекты оказались для российской экономики весьма благотворными. В частности, снижение обменного курса рубля резко уменьшило величину издержек российских производителей, измеренную в долларовом выражении. Благодаря этому обстоятельству, заметно выросла ценовая конкурентоспособность отечественной продукции как на внутреннем, так и на внешнем рынках. Особенно сильно выиграли те предприятия, все элементы издержек которых имели российское происхождение. Помимо этого, рыночное курсообразование облегчило накопление золото-валютных резервов, что, в свою очередь, повысило устойчивость национальной финансовой системы.
В-третьих, более гибким стало монетарное регулирование. В целом политика, предусматривавшая ограничение денежного предложения в целях борьбы с инфляцией, сохранилась. Однако при этом власти постарались избавиться от задержек по выплатам бюджетных зарплат, пенсий и пособий. Например, если в III кв. 1998 г. задолженность по бюджетным зар-

платам составляла 20,9 млрд. руб., то в I кв. 2000 г. она сократилась до 7,1 млрд. руб. [107]. Кроме того, власти почти полностью отказались от практики невыполнения плановых финансовых обязательств перед бюджетными организациями и подрядчиками по государственным заказам. Такой подход позволил не только нормализовать финансовую ситуацию в бюджетной сфере, но и заметно повысить уровень доверия к действиям государства в экономике.
В-четвертых, с учетом крайне неудачного предшествующего опыта было решено, что финансирование бюджетного дефицита посредством масштабных рыночных заимствований не обеспечивает необходимого антиинфляционного эффекта, создавая при этом слишком большие риски для экономической стабильности. Следствием этого решения стал отказ от восстановления рухнувшего рынка государственных обязательств. Помимо прочего, демонтаж пирамиды ГКО-ОФЗ снизил прибыльность инвестиций в ценные бумаги и соответственно повысил привлекательность вложений в товарные активы [113]. Благодаря этому, заметная часть высвободившихся финансовых ресурсов была перенаправлена в реальный сектор, что также стало одной из причин возобновления производственного роста.
В-пятых, в конце 1998 г. и в 1999 г. федеральное правительство смогло достаточно успешно использовать такой рычаг как регулирование цен на продукцию естественных монополий [127]. Вследствие этих действий темпы роста цен естественных монополистов (электроэнергетики, газовой промышленности, железнодорожного транспорта) были в 1,5-2 раза ниже темпов роста цен по экономике в целом, и такое положение дел сохранялось вплоть до начала 2000 г. [177]. В результате удалось не только замедлить динамику инфляции, но и придать дополнительный импульс росту производства во всей национальной экономике, поскольку удельные затраты на энергию и транспорт у большинства российских предприятий в этот период фактически сократились.
Таким образом, можно сказать, что новые подходы в основном заключались в отказе от наиболее неадекватных мер предыдущей экономической политики. Тем не менее, этого оказалось достаточно, чтобы разблокировать активность экономических агентов и кардинально усилить позитивные импульсы, исходящие от рыночных механизмов.
Разумеется, позитивные сдвиги в политике федеральных властей были не единственным фактором, предопределившим начало экономического подъема в России. В частности, очень существенную роль сыграло фактическое снижение заработной платы наемных работников, а также уменьшение прочих денежных доходов российских граждан. Например, в 1998 г. реальные денежные доходы населения провалились на 10 проц. п. глубже, чем объем ВВП и промышленного производства. А в 1999 г. реальные денежные доходы снова значительно упали, несмотря на то, что объем ВВП и объем промышленного производства в стране в этот период уже весьма заметно выросли (см. табл. 6.2). Иными словами, стартовый рывок российской экономики в 19992000 гг. в значительной степени был оплачен населением.
Переход к экономическому подъему облегчило и то обстоятельство, что за годы глубокого спада была выведена из оборота и фактически законсервирована значительная часть производственных ресурсов - зданий и сооружений, машин и оборудования, рабочей силы. Но как только в конце 1990-х годов объемы рыночного спроса стали увеличиваться, значительная часть этих резервов была заново введена в действие. При этом повторный запуск ранее простаивавших мощностей не требовал сколько-нибудь значительных капиталовложений, что обеспечило быстрый и очень значительный прирост объемов производства при минимальном привлечении дополнительных средств извне.
Еще одной значимой причиной экономического подъема стал рост цен мирового рынка на основные товары российского экспорта, и прежде всего на нефть, нефтепродукты и газ. Вместе с тем, следует учесть, что рост мировых цен на углеводороды фактически начался только в 2000 г. и вплоть до 2004 г. имел ограниченные масштабы (табл. 6.3). Иначе говоря, само по себе увеличение доходов от сырьевого экспорта было не столько основой экономического подъема, сколько дополнением к ранее сформировавшимся положительным тенденциям. Кроме того, не следует забывать, что в описываемые годы сырьевой экспорт сопровождался масштабной утечкой капитала из России, и это обстоятельство значительно снижало положительный эффект от благоприятной ценовой конъюнктуры.
Таблица 6.3
Динамика рыночных цен на нефть
Год В номинальных (текущих) ценах, долл./барр. В ценах 2008 г., долл./барр.
1997 18,64 24,67
1998 11,91 15,52
1999 16,56 21,12
2000 27,39 33,79
2001 23,00 27,59
2002 22,81 26,94
2003 27,69 31,97
2004 37,66 42,35
2005 50,04 54,01
2006 58,30 61,37
2007 64,20 64,93

Источник:
http://inflaticndata.com/inflation/Inflation_Rate/Historical_Oil_PricesJTable.asp (По данным Департамента энергетики США (US DOE)).
Несмотря на начавшийся в стране рост производства и положительные сдвиги в макроэкономической политике властей, внешние условия работы российских предприятий менялись довольно медленно. Структурно-технологические диспропорции и институциональные изъяны, которые накапливались десятилетиями, были слишком глубоки и не могли исчезнуть в короткие сроки. Как следствие, большинство из проблем форсмажорного характера, с которыми экономические агенты сталкивались в начале 1990-х годов и которые были описаны в Гл. 4, продолжали в той или иной степени препятствовать работе предприятий и в посткризисный период. Этот факт со всей наглядностью подтверждается, в частности данными анкетных опросов предприятий реального сектора российской экономики, которые с 1999 г. проводятся Институтом народнохозяйственного прогнозирования РАН52.
Например, стремительный рост цен и высокая инфляция создали российским предприятиям очень большие сложности осенью 1998 г., когда стоимость почти всех товаров и услуг в стране увеличилась, как минимум, на десятки процентов. И хотя в дальнейшем острота этой проблемы постепенно снижалась, ее влияние на деятельность предприятий все последние годы оставалось весьма значительным. Особенно сильно российские предприятия были обеспокоены высоким уровнем цен на транспорт и энергоресурсы. В 2002 г. эту проблему к числу наиболее сложных относили 56,32% опрошенных предприятий; в 2005 г. - 47,85%; в 2007 г. - 38,33%. А в 2008 г. произошло новое обострение проблемы, в результате чего доля респондентов, обеспокоенных ценами на сырье и энергию поднялась до 51,48%, а доля респондентов, обеспокоенных высокой инфляцией, увеличилась до 31,36% (табл. 6.4). Примерно то же самое можно сказать и о проблеме резкого изменения ценовых соотношений - в годы экономического подъема она стала в целом менее острой, но при этом не исчезла насовсем. Причины сохранения этой проблемы заключаются в следующем.
gt;
СВ
о.
ч
«е §
3
f
о
оо
Август-сентябрь 2007 г. ед.
%
Август-сентябрь 2006 т. ед.
%
Февраль-март 2004 г. ед
%
Июль-август 2005 г. ед.
%
Июль-август 2002 г. ед.
%
Период
53
31,36
56
31,11
60
36,59
85
55,19
97
52,15
109
62,64
Недостаточный платежный спрос со стороны потребителей
51
30,18
55
30,56
44
26,83
44
28,57
54
29,03
58
33,33
Высокий уровень конкуренции со стороны других российских производителей
48
28,40
46
25,56
45
27,44
32
20,78
39
20,97
44
25,29
Высокий уровень конкуренции со стороны иностранных производителей
53
31,36
26
14,44
27
16,46
14
9,09
26
13,98
16
9,20
Высокий уровень инфляции
17
10,06
19
10,56
Р СО V СО 12
7,79
23
12,37
Р (О о • Невозможность получить краткосрочный (до 1 года) кредит под разумный процент
32
18,93
26
14,44
40
24,39
38
24,68
53
28,49
62
35,63
Невозможность получить долгосрочный (свыше 1 года) кредит под разумный процент
87
51,48
69
38,33
77
46,95
76
49,35
89
47,85
98
56,32
Высокий уровень цен на транспорт и энергоресурсы
59
34,91
74
41,11
65
39,63
79
51,30
  1. 47,85
88
50,57
Высокий уровень налогообложения предприятий
35
20,71
40
22,22
37
22,56
38
24,68
46
24,73
38
21,84
Высокий уровень бюрократизма и коррупции в органах государственной власти
26
14,44
25
15,24
26
16,88
39
20,97
43
24,71
Отсутствие нормальных законов, регулирующих экономическую деятельность
34
20,12
42
23,33
28
17,07
29
18,83
36
19,35
38
21,84
Бездеятельность органов государственной власти в экономической сбеое
ОО
То ? оо
18
10,00
20
12,20
21
13,64
36
19,35
36
20,69
Низкая платежная дисциплина на рынке
94
55,62
97
53,89
64
39,02
48
31,17
50
26,88
34
19,54
Нехватка качественной рабочей силы
Lo SO ю —] От OS
to 5 \'*¦ о
О© so
18
10,34
Засилье криминальных и полу- криминальных способов ведения дел в экономике
о
О =5 СО
1
0,56
2
1,22
1
0,65
1
0,54
0
0,00
Макроэкономические проблемы страны не создают каких-либо особых трудностей для нашего предприятия
21
12,43
ОО 11
6,71
0
0,00
11
5,91
11
6,32
Другое
і СГ\\
vO
• оо о \' ? 1 оо gt; оgt; On -U Всего ответивших предприятий

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №2, 2009.
О
н
со
CD
н
?
Таблица 6.4

Во-первых, следует учитывать, что у немалой части российских предприятий до сих пор продолжают функционировать энергоемкие и ресурсорасточительные производственные мощности, введенные в действие еще в советское время. Пока эти мощности не будут заменены или полностью модернизированы, предприятия продолжат нести финансовый ущерб от ценовых пертурбаций начала 1990-х годов, которые привели к кардинальному удорожанию сырья, энергии и транспортных услуг.
Во-вторых, российская экономика пока не смогла избавиться от резких ценовых скачков, обусловленных либо общей экономической нестабильностью, либо монопольными действиями некоторых крупных корпораций. Например, быстрое обесценение рубля в конце 2008 г. привело к очень значительному увеличению затрат производителей, работающих на импортном сырье, в том числе многих химических, фармацевтических, пищевых, швейных и других предприятий. Зажатые между ростом издержек и относительным сокращением доходов населения, такие предприятия понесли немалый урон. А фактический картельный сговор национальных нефтяных компаний привел к опережающему росту цен на автомобильный бензин в 2003-2006 гг. и в 2008 г. [155], что нанесло ощутимый ущерб большинству предприятий из других отраслей.
Резкое обострение проблем, связанных с утратой значительной части сбережений и оборотных средств, произошло в 1998-1999 гг. Вследствие финансового кризиса множество российских частных банков фактически разорилось, в том числе такие крупные как СБС-Агро, Российский кредит, ОНЭКСИМ банк, Инкомбанк, Мосбизнесбанк и др. Из-за этих событий многие предприятия полностью или частично лишились своих денег, размещенных на счетах в лопнувших банках. Большинство попыток вернуть свои деньги хотя бы в рамках процедур по банкротству оказались безуспешными. Например, держатели обязательств ОНЭКСИМ банка, не принадлежавшие к категории частных вкладчиков и государственных учреждений, получили после его банкротства менее 25% номинальной суммы своих вкладов. После банкротства Токо-банка аналогичная категория вкладчиков получила назад 21,7% вложенных средств, после банкротства Инкомбанка - лишь около 3,5%, а после банкротства банка СБС-Агро - ничего. При этом во всех упомянутых случаях деньги были возвращены лишь через несколько лет [23].
Однако в дальнейшем эта проблема превратилась в относительно малозначимую. Общее укрепление национальной финансовой и банковской системы, усиление контроля за деятельностью финансовых учреждений, улучшение макроэкономической ситуации выправили ситуацию. Это подтверждается и данными опросов. Например, если в 1999 г. об умышленных задержках платежей банками сообщали 28,23% опрошенных предприятий, то с 2002 г. по середину 2008г. доля жалоб на такие задержки не превышала 7-11% (табл. 6.5).
Еще одним свидетельством того, что обеспеченность предприятий оборотными средствами улучшилась, стало неуклонное сокращение использования неденежных форм оплаты. В частности, по данным опросов в период с 2001 г. по 2008 г. доля предприятий, не практикующих бартерные сделки и взаимозачеты, выросла с 22,60 до 70,29% (табл. 6.6).
Как и в предшествующие годы, большие сложности для предприятий создавал высокий уровень налогового бремени.
В 2002-2004 гг. эту проблему в числе наиболее сложных для себя называли 50-51% участников опросов ИНП РАН. Лишь по мере общего улучшения финансового положения предприятий доля респондентов, обеспокоенных высокой налоговой нагрузкой, стала постепенно снижаться, уменьшившись к лету 2008 г. до 34,91% (см. табл. 6.4).
При этом нельзя сказать, что ситуация в российской налоговой сфере была неизменной. С одной стороны, российские власти, понимая нежелательность чрезмерного фискального давления на предприятия, а также надеясь стимулировать вывод финансовых потоков «из тени», предприняли некоторые действия по снижению налоговых ставок. В частности, в 2002 г. с 35 до 24% был снижен налог на прибыль (с 1.01.2009 г. - до 20%); в 2004 г. с 20 до 18% уменьшился налог на добавленную стоимость.
Ответы на вопрос: «Сталкивалось ли Ваше предприятие с умышленной задержкой прохождения платежей банками за последний год?» (сумма ответов = 100%)
Период Да Нет Трудно
судить
Всего
ответивших
предприятий
Август-сентябрь 1999 г., всего
ед. 35 Н.Д. Н.Д. 124
% 28,23 - - 100
Июнь-август 2001 г., всего
ед. 35 97 53 185
% 18,92 52,43 28,63 100
Июнь-август 2002 г., всего
ед. 13 110 48 171
% 7,60 64,33 28,07 100
Июнь-июль 2003 г., всего
ед. 19 125 34 178
% 10,68 70,22 19,10 100
Август-сентябрь 2004 г., всего
ед. 22 147 29 198
% 11,11 74,24 14,65 100
Июль-август 2005 г., всего
ед. 18 137 30 185
% 9,73 74,05 16,22 100
Август-сентябрь 2006 г., всего
ед. 12 122 27 161
% 7,45 75,78 16,77 100
Август-сентябрь 2007 г., всего
ед. 19 140 20 179
% 10,61 78,21 11,18 100
Август-сентябрь 2008 г., всего
ед. 15 110 34 159
% 9,44 69,18 21,38 100
Апрель-май 2009 г., всего
ед. 30 122 41 193
% 15,54 63,21 21,25 100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №6, 2009.
Ответы на вопрос: «Как за последние 6 месяцев изменилась доля бартерных сделок и взаимозачетов у Вашего предприятия по сравнению с предшествующим периодом времени)?» (сумма ответов 100%))
Период Возросла Осталась на том же уровне Умень
шилась
Не практикуем Всего
ответивших
предприятий
Январь-март 2000 г.
ед. 18 49 60 - 127
% 14,17 38,59 50,00 - 100
Июнь-июль 2000 г.
ед. 10 54 71 - 135
% 7,41 40,00 52,59 - 100
Янв.-февраль 2001 г.
ед. 6 39 92 40 177
% 3,39 22,03 51,88 22,60 100
Июнь-август 2001 г.
ед. 12 40 89 42 183
% 6,56 21,86 48,63 22,95 100
Янв.-февраль 2002 г.
ед. 3 37 64 41 145
% 2,07 25,52 44,14 28,28 100
Июль-август 2002 г.
ед. 12 71 44 43 170
% 7,06 41,76 25,88 25,29 100
Дек. 2002 г.-янв. 2003 г.
ед. 9 52 31 40 132
% 6,82 39,39 23,48 30,31 100
Июнь-июль 2003 г.
ед. 12 54 59 58 183
% 6,56 29,51 32,24 31,69 100
Февраль- март 2004 г.
ед. 5 51 39 51 146
% 3,42 34,93 26,71 34,93 100
Август-сентябрь 2004 г.
ед. 10 55 52 81 198
% 5,95 27,78 26,26 40,71 100
Февраль-март 2005 г.
ед. 7 42 38 86 173
% 4,05 24,27 21,97 49,71 100
Июль-август 2005 г.
ед. 2 62 40 76 180
% 1,11 34,45 22,22 42,22 100
Март-апрель 2006 г.
ед. 4 45 39 82 170
% 2,35 26,47 22,94 48,24 100
Период Возросла Осталась на том же уровне Умень
шилась
Не практикуем Всего
ответивших
предприятий
Август-сентябрь 2006 г.
ед. 4 32 35 90 161
% 2,48 19,88 21,74 55,90 100
Февраль-март 2007 г.
ед. 1 22 45 90 158
% 0,63 13,92 28,48 56,96 100
Август-сентябрь 2007 г.
ед. 2 24 36 113 175
% 1,14 13,72 20,57 64,57 100
Март-апрель 2008 г.
ед. 1 12 28 97 138
% 0,72 8,70 20,29 70,29 100
Август-сентябрь 2008 г.
ед. 5 30 15 103 153
% 3,27 19,61 9,80 67,32 100
Апрель-май 2009 г.
ед. 32 35 9 112 188
% 17,02 18,62 4,79 59,57 100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №6, 2009.
Помимо этого, за счет снижения базовых ставок, а также введения регрессивной шкалы обложения в 2005 г. был уменьшен размер единого социального налога.
С другой стороны, снижение налоговых ставок сопровождалось ужесточением налогового администрирования и ликвидацией значительной части налоговых льгот. Особенно болезненной для отраслей реального сектора оказалась отмена 50процентной инвестиционной льготы по налогу на прибыль. Это подтверждалось и данными опросов ИНП РАН. В частности, в 2004 г. эту фискальную новацию к числу наиболее неудачных отнесли 67,9% опрошенных предприятий.
Вследствие такой противоречивости фискальной политики властей подавляющее большинство отечественных предприятий не заметило сколько-нибудь существенного снижения налоговой нагрузки в посткризисный период (табл. 6.7).
Ответы на вопрос: В течение 3-5 последних лет федеральное правительство внедрило ряд новаций в налоговой сфере. Как, по Вашим оценкам, в результате этих новаций изменилась реальная налоговая нагрузка на Ваше предприятие? (сумма ответов = 100%)
Период Существенно
выросла
Немного
выросла
Практически не изменилась Немного
уменьшилась
Существенно
уменьшилась
Всего ответивших предприятий
Август-сентябрь 2004 г.
ед. 28 33 64 68 3 196
% 14,29 16,84 32,65 34,69 1,53 100
Февраль-март 2006 г.
ед. 20 24 66 56 4 170
% 11,76 14,12 38,82 32,94 2,36 100

Источник: данные опросов ИНПРАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2006.
Проблема высоких трансакционных издержек также никогда не теряла своей актуальности. На протяжении последнего десятилетия российские предприятия неизменно жаловались (и по-прежнему жалуются) на вынуждено высокий уровень непроизводительных затрат. Вместе с тем набор факторов, предопределяющих завышение трансакционных издержек российских предприятий, за прошедшие годы существенно изменился. В 1990-е годы рост трансакционных издержек был следствием распада прежних кооперационных связей, отсутствия опыта работы в рыночных условиях, а также высокой цены услуг новых посредников, которые стали обслуживать производственный оборот вместо структур Госснаба и Госплана [17]. Эти причины постепенно были устранены, и в большинстве случаев российские предприятия сумели выстроить вокруг себя новые системы связей, основанные на прямых контактах с проверенными в рыночных условиях партнерами.
Однако с течением времени у предприятий стали расти другие виды затрат, связанных с обслуживанием производственной деятельности. В частности, усложнение экономического законодательства и усиление государственного контроля в России привели к тому, что многократно увеличилось число контактов с различными структурами власти для получения разного рода согласований, разрешений, лицензий, сертификатов, регистраций, аккредитаций, свидетельств, актов экспертизы и прочих обязательных документов. При этом многие из упомянутых документов должны регулярно обновляться и переоформляться. Кроме того, значительно выросло число проверок, осуществляемых различными государственными ведомствами, что также вынудило предприятия расходовать дополнительные усилия и ресурсы.
Вследствие этого предприятия стали тратить гораздо больше денег на прямую оплату бюрократических услуг, на выплату накладываемых проверяющими инстанциями штрафных санкций, а также на покрытие собственных дополнительных издержек по работе с органами власти (увеличение численности административно-управленческого персонала, рост затрат на транспорт и связь, оборудование новых рабочих мест и т.д.). Помимо этого, существенно увеличились финансовые потери, связанные с затягиванием решения различных административных вопросов.
Уплата предприятием нескольких сотен тысяч или даже миллионов рублей за получение комплекта разрешительной документации стала совершенно обычным явлением. Например, небольшой семейный кооператив из Хабаровского края, запуская в 2007-2008 гг. цех по переработке мяса, должен был заплатить за подобный комплект 834 тыс. руб., что примерно вдвое превышало размер инвестиций в создание производства [180].
К сожалению, несмотря на неоднократно объявлявшиеся властями кампании по дебюрократизации, никаких серьезных успехов в этой сфере достигнуто не было. Более того, у российских предприятий в последние годы складывается впечатление, что уровень бюрократической нагрузки скорее растет, чем падает. Во всяком случае, по данным опросов ИНП РАН, доля предприятий, которые считают, что бюрократических сложностей стало больше, в 10 раз превышает долю предприятий, придерживающихся противоположной точки зрения (табл. 6.8).
Таблица 6.8
Ответы на вопрос: «Как в последние 2-3 года на деятельности Вашего предприятия сказывался бюрократизм органов государственной власти?» (сумма ответов 100%))


Февраль-март 2007 г. ед.
%

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.
Данные опросов о забюрократизированности конкретных ведомств также не свидетельствуют о каком-либо принципиальном улучшении ситуации в последние годы. Снижение уровня бюрократизма в одних структурах власти (федеральные министерства и ведомства, региональные и местные администрации, судебные органы) сопровождается ростом бюрократических проблем в других (архитектурно-планировочные и землеустроительные службы, органы санитарного надзора, природоохранные органы). При этом лишь в одном случае (местные отделения казначейства) доля негативных ответов не является двузначной (табл. 6.9).

Ответ на вопрос: «Какие органы государственной власти являются наиболее забюрократизированными?» (сумма ответов gt; 100%)
Ведомства янв.-фев. 2001 г. январь 2003 г. фев.-март 2005 г. фев.-март 2007 г.
Федеральные министерства и ведомства
ед. 49 24 37 26
% 34,27 19,83 24,03 17,93
Региональная администрация
ед. 43 33 29 24
% 30,07 27,27 18,83 16,55
Местная администрация
ед. 43 28 31 30
% 30,07 23,14 20,13 20,69
Налоговые органы
ед. 80 66 81 67
% 55,94 54,55 52,60 46,21
Местное отделение казначейства
ед. 17 8 6 3
% 11,89 6,61 3,90 2,07
Архитектурно-планировочные службы
ед. 32 23 27 38
% 22,38 19,01 17,53 26,21
Землеустроительные службы
ед. 36 30 45 61
% 25,17 24,79 29,12 42,07
Природоохранные органы
ед. 41 25 34 54
% 28,67 20,66 22,08 37,24
Органы санитарного надзора
ед. 45 30 32 49
% 31,47 24,79 20,78 33,79
Органы пожарного надзора
ед. 39 23 26 40
% 27,27 19,01 16,88 27,59
Правоохранительные органы
ед. 27 15 18 20
% 18,88 12,40 11,69 13,79

Судебные органы
ед. 35 16 14 20
% 24,48 13,22 9,09 13,79
Таможенные органы
ед. Н.Д. 47 34 44
% - 38,84 22,08 30,34
Другие органы
ед. 8 3 10 12
% 5,59 2,48 6,49 8,28
Всего ответивших предприятий
ед. 143 121 154 145

Источник: данные опросов ИНПРАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.
Еще одним существенным элементом трансакционных издержек российских предприятий остаются затраты, связанные с коррупцией.
С одной стороны, было бы неверно утверждать, что по сравнению с 1990-и годами коррупционное давление на российские предприятия выросло.
Данные опросов свидетельствуют скорее об обратном - обеспокоенность коррупцией в большинстве случаев постепенно снижается (см. табл. 6.11). Более того, частота ответов о наличии проблем с коррупцией заметно уступает частоте ответов о наличии проблем с бюрократизмом, что хорошо видно при сравнении между собой данных табл. 6.8 и 6.10. Такое развитие ситуации стало следствием, прежде всего, постепенного наведения порядка в стране, что выразилось в улучшении экономического законодательства, а также в совершенствовании судебной и правоприменительной практики.
С другой стороны, удельный вес предприятий, обеспокоенных коррупцией, пока еще очень далек от того, чтобы считать его стремящимся к нулю. К тому же в системе российской государственной власти существуют выраженные «болевые точки» - сферы, где коррупция уже много лет находится на критическом уровне. Критичность ситуации заключается не только в высокой частоте коррупционных фактов, но и в особой важности некоторых структур государственной власти для нормального экономического развития. В частности, многочисленные упоминания правоохранительных и судебных органов в числе наиболее коррумпированных структур (табл. 6.10) означают, что в нашей стране до сих пор отсутствует полноценная система защиты законных экономических интересов.
Таблица 6.10
Ответы на вопрос: «Как за последние 2-3 года изменилась степень коррупционного давления чиновников на Ваше предприятие?» (сумма ответов =100%)
Период Коррупционное
давление
увеличилось
Коррупционное давление сохранилось примерно на том же уровне, что и 2-3 года назад Коррупционное
давление
уменьшилось
В последние 2-3 года с коррупционным давлением наше предприятие практически не сталкивалось Всего ответивших предприятий
Февраль-март 2007 г.
ед. 37 60 11 48 156
% 23,72 38,46 7,05 30,77 100

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.
Такое положение дел, разумеется, серьезно сдерживает хозяйственную активность предприятий, способствуя, в конечном счете, замедлению темпов развития всей национальной экономики.
Помимо этого, сокращение формальных масштабов коррупции в России было связано еще и с видоизменением институциональных барьеров для работы предприятий. Еще в начале 1990-х годов предприятия, обращаясь в различные государственные ведомства, в большинстве случаев получали разрешительную документацию бесплатно или за очень небольшие деньги. В то время считалось, что поскольку работа ведомств финансируется государственным бюджетом, который формируется в основном за счет налогообложения предприятий и граждан, официальное взимание денег с последних за услуги чиновников является экономически неправомерным действием.
Ответ на вопрос: «Какие органы государственной власти являются наиболее коррумпированными?», (сумма ответов gt; 100%)
Ведомства январь- февраль 2001 г. январь 2003 г. февраль-март 2005 г. февраль- март 2007 г.
А 1 2 3 4
Федеральные министерства и ведомства
ед. 44 26 22 20
% 38,94 26,80 19,82 18,52
Региональная администрация
ед. 38 27 30 19
% 33,63 27,84 27,03 17,59
Местная администрация
ед. 40 25 30 27
% 35,40 25,77 27,03 25,00
Налоговые органы
ед. 27 28 19 21
% 23,89 28,87 17,12 19,44
Местное отделение казначейства
ед. 7 8 2 1
% 6,19 8,25 1,80 0,93
Архитектурно-планировочные службы
ед. 21 16 20 19
% 18,58 16,49 18,02 17,59
Землеустроительные службы
ед. 19 21 24 31
% 16,81 21,65 21,62 28,70
Природоохранные органы
ед. 21 17 18 22
% 18,58 17,53 16,22 20,37
Органы санитарного надзора
ед. 25 33 21 26
% 22,12 34,02 18,92 24,07
Органы пожарного надзора
ед. 28 29 25 21
% 24,78 29,90 22,52 19,44
Правоохранительные органы
ед. 54 46 48 33
% 47,79 47,42 43,24 30,56
А 1 2 3 4
Судебные органы
ед. 37 36 29 31
% 32,74 37,11 26,13 28,70
Таможенные органы
ед. Н.Д. 36 27 32
% - 37,11 24,32 29,63
Другие органы
ед. 5 5 4 6
% 4,42 5,15 3,60 5,56
Всего ответивших предприятий
ед. 113 97 111 108

Источник: данные опросов ИНПРАН, Проблемы прогнозирования, №5, 2007.
Однако в дальнейшем ведомства всех уровней и отраслевых принадлежностей, используя свой административный ресурс, в массовом порядке продавливали легализацию дополнительных вознаграждений за свою обычную работу. Иными словами, оплату работы чиновников со стороны предприятий и частных лиц, которую раньше считали чисто коррупционным явлением, сейчас относят всего лишь к бюрократическим барьерам. И хотя номинально коррупционное давление на экономику заметно уменьшилось, это не привело к соответствующему снижению трансакционных издержек.
Масштаб проблем, связанных с агрессивным поведением уголовной преступности, в 2000-х годах заметно уменьшился. С одной стороны, к этому времени несколько укрепились государственные институты, ответственные за противодействие уголовной преступности - милиция, прокуратура, органы государственной безопасности. Повышение качества работы этих институтов значительно снизило уровень давления криминальных группировок на предприятия. С другой стороны, лучше стали выполнять свои функции и те государственные институты, которые занимаются регулированием собственно экономических отношений. Более четким и логичным стало налоговое законодательство; улучшили свою работу арбитражи; государство в лице экономических ведомств, региональных и местных администраций стало больше вникать в проблемы компаний и со временем создало достаточно разнообразную систему субсидий. В эти же годы в России сформировалась сеть квалифицированных консалтинговых и юридических компаний. Благодаря такому развитию событий, значительно сократилось пространство для спроса на «услуги» преступных группировок в части разрешения экономических споров и в части помощи в организации экономических правонарушений. Как следствие, грубый бандитизм, угрозы физического насилия, ничем не прикрытое нарушение законов стали относительной редкостью и почти перестали встречаться за пределами маргинальных разновидностей бизнеса и регионов со сложной социальной или этнической обстановкой. Благоприятная динамика ситуации в этой сфере подтверждается и данными опросов ИНП РАН. Если в 2002 г. «засилье криминальных и полукриминальных способов ведения дел в экономике» к числу наиболее сложных проблем относили 10,34% опрошенных предприятий, то к 2008 г. доля таких ответов снизилась до 5,33% (см. табл. 6.4).
К сожалению, успехи государства в борьбе с грубыми формами уголовной преступности не полностью избавили предприятия от криминальных посягательств извне. С конца 1990-х годов в России начало набирать силы рейдерство - недружественный захват предприятий (или, по крайней мере, части их активов) посредством принудительной смены владельцев. Ключевым признаком рейдерства является получение контроля над активами не за счет выплаты прежним владельцам адекватной денежной компенсации, а с помощью использования пробелов в законодательстве, умышленных судебных ошибок и коррумпированных чиновников.
При этом рейдеры редко захватывают предприятия с намерением развивать основное производство и получать прибыль за счет улучшения технико-экономических показателей. Как правило, замысел рейдеров заключается либо в дальнейшей перепродаже активов предприятия (полностью или по частям) по более высокой цене, либо в перепрофилировании на более выгодный в краткосрочном плане вид деятельности. Иными словами, рейдеры почти всегда хотят, чтобы операция захвата принесла им максимальную прибыль в минимальные сроки. Как следствие, в большинстве случаев после рейдерского захвата предприятия новые владельцы стремятся его закрыть, а персонал - уволить.
Чаще всего жертвами рейдерских атак становятся небольшие предприятия, располагающие какими-либо ценными активами - «дорогими» городскими или пригородными землями, зданиями, помещениями, современным оборудованием, социально-экономическими объектами. Целью рейдеров может быть и небольшая фабрика, и сельхозпредприятие, и даже маленький магазин или прачечная. После захвата такие предприятия практически всегда ликвидируются или перепрофилируются, а принадлежащие им активы пускаются «в дело». Например, на бывшей территории предприятий организуется строительство дорогостоящей жилой или коммерческой недвижимости. При этом промышленное оборудование может быть продано на рынке в качестве подержанной техники или даже в виде металлолома.
Крупные предприятия также периодически подвергаются рейдерским атакам. В частности, считается, что типичной попыткой рейдерского захвата был конфликт 2005-2007 гг. вокруг комбината «Тольяттиазот» - одного из крупнейших мировых производителей синтетического аммиака [147]. Захватив крупное предприятие, рейдеры нечасто решаются на прямое закрытие или перепрофилирование производства, поскольку это грозит громкими публичными скандалами с последующими серьезными разбирательствами. Поэтому в подобных случаях главной целью рейдерской атаки являются либо установление контроля над крупномасштабными финансовыми потоками, либо спекулятивная перепродажа предприятия стратегическому инвестору.
По экспертным оценкам, в последнее десятилетие в России ежегодно совершается тысячи рейдерских атак на предприятия. Эти данные опираются на статистику правоохранительных органов. Хотя лишь очень небольшая часть рейдерских попыток становится предметом расследования, число уголовных дел по фактам недружественных корпоративных захватов в России в последние годы измерялось сотнями. В частности, по данным Следственного комитета при МВД России в 2004 г. было возбуждено - 171 подобное дело, в 2005 г. - 346, в 2006 г. - 367, в 2007 г. - 512, в 2008 г. - 353 [159, 163].
Вследствие такого развития ситуации многие предприятия вынуждены выстраивать защиту от реальных и потенциальных рейдерских атак, что требует создания юридических, институциональных и даже физических барьеров. В конечном счете все это опять-таки выливается в значительный рост трансакционных издержек. В последние годы российские власти активизировали борьбу с рейдерством: были ликвидированы некоторые «дыры» в законодательстве (в частности, был достаточно серьезно поправлен Закон о банкротстве), увеличилось число возбуждаемых уголовных дел и судебных разбирательств. Тем не менее, проблема недружественных корпоративных захватов еще очень далека от того, чтобы считаться в основном решенной. В том числе и из-за упомянутой выше значительной коррумпированности правоохранительных и судебных органов.
Проблемы российских предприятий в 2000-е годы не ограничивались преодолением трудностей, порожденных особенностями экономического перехода и ошибками реформаторов. Наряду с проблемами форс-мажорного характера предприятия должны были также решать задачи, которые были вполне типичны для нормальной рыночной экономики. В частности, к числу наиболее трудных для себя проблем предприятия относили недостаток платежеспособного спроса со стороны потребителей; высокий уровень конкуренции со стороны других российских и иностранных производителей; очень сложный доступ к краткосрочным и особенно к долгосрочным банковским кредитам; низкая платежная дисциплина на рынке; нехватка качественной рабочей силы и т.д. Во многих случаях проблемы чисто рыночного характера становились для предприятий (см. табл. 6.4) более значимыми, чем трудности, вызванные ошибками макроэкономической политики.
Тем не менее, по мере улучшения макроэкономической ситуации в России острота проблем рыночного характера в большинстве случаев либо снижалась, либо, по крайней мере, не росла. Например, доля предприятий, серьезно обеспокоенных недостаточным платежеспособным спросом, снизилась с 62,64% в 2002 г. до 31,36% в 2008 г. Низкая платежная дисциплина на рынке в 2002 г. создавала значительные трудности 20,69% опрошенных предприятий, тогда как в 2008 г. эту проблему упомянуло только 8,28% респондентов (см. табл. 6.4).
Весьма примечательно в 2000-х годах развивалась конкурентная ситуация на российском рынке. Несмотря на постоянное укрепление рубля по отношению к ведущим мировым валютам и соответствующий рост издержек российских производителей в долларовом измерении, уровень опасений по поводу иностранной конкуренции в годы экономического подъема почти не менялся. Доля предприятий, для которых конкуренция со стороны иностранных производителей представляла серьезную проблему, колебалась между 20 и 28%. При этом в 2002 г. это доля была равна 25,29%, а в 2008 г. - 28,40%. Сходным образом выглядела ситуация и в сфере внутренней конкуренции. Удельный вес предприятий, считавших внутреннюю конкуренцию острой проблемой, снизился с 33,33% в 2002 г. до 30,18% в 2008 г. (см. табл. 6.4). Такое благоприятное развитие событий объяснялось, прежде всего, высокими темпами экономической динамики в России. На постоянно растущем рынке все время открывались новые сбытовые возможности, и это обстоятельство заметно смягчало конкурентную борьбу.
Впрочем, по мере того как в процессе экономического подъема неиспользовавшиеся в период спада производственные резервы стали подходить к концу, российские предприятия начали все чаще сталкиваться с ресурсными проблемами. В некоторых случаях им стало не хватать сырья, в других - энергетических или транспортных возможностей, оборудования и т.д. Но самым острым дефицитом для предприятий стала нехватка квалифицированных трудовых ресурсов. Если в 2002 г. нехватку качественной рабочей силы к наиболее сложным проблемам относило 19,54% предприятий, то в 2008 г. таких предприятий стало уже 55,62% (см. табл.6.4). Что касается структуры трудового дефицита, то острее всего в 2000-е годы чувствовалась нехватка квалифицированных рабочих. Уже в 2001 г. на такой дефицит указывало 84,77% предприятий, а к 2007 г. частота сообщений о нем достигла 95,18%. Иными словами, нехватка квалифицированных рабочих приобрела тотальный характер. Проблема с другой ключевой категорией сотрудников - инженернотехническими работниками (ИТР) - была менее выраженной, но гоже достаточно существенной. О дефиците ИТР в разные годы сообщало от 25 до 35% опрашиваемых предприятий (табл. 6.12).
Таблица 6.12
Ответы на вопрос: «Дефицит каких работников Ваше предприятие ощущает в настоящее время?» (сумма ответовgt; 100%)
Период Управленческого
персонала
ИТР Квалифициро
ванных
рабочих
Низкоквалифи-
циро-ванных
рабочих
Обслуживающего
персонала
Всего ответивших предприятий
Январь-февраль 2001 г. ед. 31 39 128 7 6 151
% 20,53 25,83 84,77 4,64 3,97 -
Январь-февраль 2002 г. ед. 34 47 110 7 6 133
% 25,56 35,34 82,87 5,26 4,51 -
Июнь-июль2003 г.
ед. 36 48 139 12 8 160
% 22,50 30,00 86,88 7,50 5,00 -
Август-сентябр. 2004 г. ед. 40 46 156 17 14 181
% 22,10 25,41 86,19 9,39 7,73 -
Июль-август 2005 г. ед. 27 49 138 18 14 163
% 16,56 30,06 84,66 11,04 8,59 -
Август-сентябрь 2006 г. ед. 23 47 131 13 6 146
% 15,75 32,60 89,73 8,90 4,11 -
Август-сентябрь 2007 г. ед. 16 58 158 18 14 166
% 9,64 34,94 95,18 10,84 8,43 -
Август-сентябрь 2008 г. ед. 21 50 141 25 12 169
% 12,43 29,59 83,43 14,79 7,10 -

Источник: данные опросов ИНП РАН, Проблемы прогнозирования, №2, 2009.
Таким образом, на протяжении всего посткризисного экономического подъема как рыночные, так и нерыночные проблемы в целом сохраняли свою остроту и потому требовали от предприятий активных действий. Как и следовало ожидать, российские предприятия не сидели сложа руки - они в полной мере постарались использовать свой многолетний опыт и знания в деле адаптации к сложным внешним условиям.

<< | >>
Источник: Д.Б.Кувалин. Экономическая политика и поведение предприятий: механизмы взаимного влияния, 2010. 2010

Еще по теме Глава 6 ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС 1998 ГОДА КАК ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ РЫНОЧНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ И РЕАКЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ НА СИСТЕМНОЕ УЛУЧШЕНИЕ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ:

  1. Содержание
  2. Глава 6 ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС 1998 ГОДА КАК ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ РЫНОЧНОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ И РЕАКЦИЯ ПРЕДПРИЯТИЙ НА СИСТЕМНОЕ УЛУЧШЕНИЕ МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИХ УСЛОВИЙ
- Авторское право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -