Четвертый историографический период

знаменуется фактическим установлением жестких оценочных стандартов для исторической науки и

завершением сталинизащш всех общественных наук в СССР.

Резкое сокращение числа и снижение качества публикаций в 1934-1940 годах вполне понятно.

Марксово понимание ситуации крестьянина активно использовалось для догматизации, хотя само догматичным не было. Догматизм заключался в многократном повторении без опоры на новые данные.

"Россия - единственная европейская страна, в которой "земледельческая община" сохранилась в национальном масштабе до наших дней. Она не является, подобно Ост- Индии, добычей чужеземного завоевателя. B то же время она не живет изолированно от современного мира. C одной стороны, общая земельная собственность дает ей возможность непосредственно и постепенно превращать парцеллярное и индивидуалистическое земледелие E земледелие коллективное, и русские крестьяне уже осуществляют его на лугах, не подвергающихся разделу. Физическая конфигурация русской почвы благоприятствует применению машин в широком масштабе. Привычка крестьянина к артельным отношениям облегчаеі ему переход от парцеллярного хозяйства к хозяйств} кооперативному, и, наконец, русское общество, так долго жившее на его счет, обязано предоставить ему необходимые авансы такого перехода. C другой стороны

одновременное существование западного производства, господствующего на мировом рынке, позволяет России ввести в общину все положительные достижения, добытые капиталистическим строем, не проходя сквозь его кавдинские ущелья"¹¹.

"Чтобы спасти русскую общину, нужна русская революция. Впрочем, русское правительство и "новые столпы общества" делают все возможное, чтобы подготовить массы к такой катастрофе. Если революция произойдет в надлежащее время, если она сосредоточит все свои силы, чтобы обеспечить свободное развитие сельской общины, последняя вскоре станет элементом возрождения русского общества и элементом превосходства над странами, которые находятся под ярмом капиталистического строя"¹².

И все же сталинисты напрасно именовали себя "учениками", ибо сути выводов из сказанного классиками так и не усвоили. Стихийные рабочие движения вроде махаевщины с ее антиинтеллигент- ским, а по сути антиэлитарньш пафосом, равно как и анархо-синдикализм среди рабочих или анархо- коммунизм среди крестьян, не рассматривались марксистами в качестве существенно влияющих на характер борьбы в городе и деревне. B них видели ошибку, преодолеваемую успехами общего движения, но не предупреждение о множественности путей реальных революционных сил.