Маршалл и кембриджская школа

• «Но наличные деньги не приносят дохода. Полому каждый человек уравнивает (более или менее автоматически и инстинктивно) выгоды, которые он получил бы от расширения своего запаса денег, с теми выгодами, кото-рые принесло бы ему вложение какой-то части этого запаса в ювары-скажем, в пальто или пианино,-о г которых он получил бы непосредственный полезный эффект, или же в деловое предприятие, или биржевые ценные бумаги, которые принесли бы ему денежный доход».

Более того, ( Маршалл полагал, ч го выбор между деньгами и товарами (пальто или пианино) зависит не только от прямой выгоды-полезности-товаров. Он зависит также от ожиданий изменения цены товаров. Если ожидается повышение цены товаров, тогда деньги могут быть израсходованы «на покупку товаров в гот момент, когда рынки находятся в депрессивном состоянии и, следовательно, вещи могут быть приобретены по низким ценам», с тем чтобы впоследствии «продать товары, когда рыночная ситуация изменится и цены будут высоки». Исходя из этих ожиданий ценовых изменений, Маршалл сформулировал (Marshall, 1926) свой «закон тезав-рации»: «Спрос на благородный металл для целей тезаврации увеличивается при длительном росте его стоимости (длительном снижении абсолютного уровня цен) и снижается при длительном снижении стоимости, ибо люди, занимающиеся тезаврацией, полагают, что если стоимость чего-го повысилась, то она будет возрастать и дальше, и наоборот».

Следовательно, Маршалл, явившийся инициатором современной тракювки понятия к, оікрьпо анализировал влияние на этот показатель ставки процента по облигациям и ожидаемого темпа изменения цен.

Но что особенно важно в его исследовании краткосрочных колебаний спроса на деньги, так это ю, что, подобно Торнстону и другим авюрам, он акцентировал внимание на резких колебаниях доверия. В законе те- заврации представлена простейшая теория систематического формирования экспектации, однако в других местах Маршалл подчеркивал, что экспектации в отношении деловой конъюнктуры и, следовательно, ожидания будущих изменений цен подвержены резким изменениям. Подобные скачки вызываются «войнами и слухами о войнах, хорошими и плохими урожаями, учреждением новых многообещающих предприятий и последующим крахом многих надежд, связанных с ними» (Marshall, 1925).

Развитие количественной теории в Кембридже продолжили ученики Маршалла, и в особенности Пигу, Лавинггон, Робертсон и Кейнс. Во всех их работах открыто анализировались факторы, определяющие спрос на деньги, и в этом отношении, как мы увидим в гл. 9, Кейнс был наиболее верным последователем Маршалла. Кейнс, однако, в своей «Общей теории занятости, процента и денег» сделал ударение на наличии устойчивой связи между спросом на деньги (и, следовательно, кембриджским к) и нормой процента и уделил недостаточное внимание (хотя и не игнорировал вовсе) вопросу о влиянии па спрос на деньги ценовых зкспекіаций и резких скачков доверия.

С другой сюроны, Робертсон продолжал подчеркивать значение экспектаций и изменений доверия при определении спроса на деньги. Стоит также особо отме- іиіь такую отличительную черту работ всех кембриджских экономистов, как идея о том, что различные индивиды не похожи друг на друга. Чтобы выявить факюры спроса на деньги частного сектора, необходимо отдельно проанализировать влияние на спрос различных групп, причем наиболее часто применялось выделение двух ка- I его рий-деловых фирм и потребителей. Подобную идею можно обнаружить в работах более ранних авторов, например Адама Смита и Тука, но это одна из тех проблем, которые, как мы увидим в последующих главах, в значительной степени игнорируются современными ав-торами в сфере посткейнсианской денежной геории. Кстати, Эшаг (Eshag, 1963) считает, что чрезмерное акцентрирование различий в спросе на деньги разных групп явилось отчасіи причиной заката кембриджской количественной теории, и, следовательно, мы можем предположить, что игнорирование этих различий отно-сится к сильным сторонам современной теории денег.