40. Просрочка должника. Предположенія.

Если должникъ по собственной винѣ не исполнитъ своего обязательства въ надлежащее время, то онъ считается промед­лившимъ— in mora^{[205] [206] [207] [208] [209]}).

Для наличности просрочки необходимо:

1. Наступленіе срока требованія.

Такимъ образомъ, необходимо, чтобы наступилъ надлежащій срокъ уплаты, или чтобы послѣдовало со стороны кредитора увѣдом­леніе о намѣреніи осуществить свое требованіе, если это было услов­лено въ договорѣ, или чтобы исполнилось включенное въ договоръ условіе.

Просрочка не наступаетъ для того, кто можетъ защищаться при помощи жсцепціи*) или состоитъ должникомъ по одному лгішь натуральному обязательству

2. Далѣе, для возникновенія mora должника, по общему пра­вилу, необходимо напоминаніе ему объ исполненіи (interpellatio) со стороны вѣрителя

Ига interpellatio должна произойти въ надлежащее время и въ надлежащемъ мѣстѣ^[210]). Вѣритель имѣетъ право напоминанія лишь въ

— 107 —

томъ случаѣ, если онъ вмѣстѣ съ тѣмъ и управомоченъ къ приня­тію уплаты^{[211] [212]). Его мѣсто могутъ заступить уполномоченные и закон­ные представители, но отпюдь не лица, ведущія его дѣла безъ полномочія"). Напоминаніе должно быть произведено или самому должнику[213] [214]), или же его повѣренному, уполномоченному на принятіе подобныхъ заявленій[215] [216]).}

Но иногда просрочка должника возможна и безъ предваритель­наго напоминанія, а именно въ слѣдующихъ случаяхъ:

a) если долгъ возникъ вслѣдствіе похищенія чужой вещи или иного злостнаго ея присвоенія¹¹);

b) если должникъ уклоняется отъ напоминанія¹*); это бы­ваетъ тогда, когда, напр., его невозможно найти ни въ мѣстѣ жи­тельства или торговой осѣдлости, ни въ мѣстѣ, гдѣ по договору назначено исполненіе, а въ то же время онъ не оставилъ нигдѣ

— 108 —

своихъ уполномоченныхъ, такъ что попытки вѣрителя сдѣлать напо­минаніе остаются напрасными¹³);

с) если соглашеніемъ установленъ опредѣленный срокъ уп­латы и ея въ этотъ срокъ не послѣдовало.

*\'\') Пѣтъ необходимости, чтобы вѣритель сдѣлалъ заявленіе передъ судомъ, какъ этого требуетъ Mommsen, loc. cit., стр. 74. Вѣритель долженъ только опредѣленно выра­зить свою волю, чтобъ обязательство было исполнено. Поэтому, между прочимъ, доста­точно, чтобы вѣритель лично или отъ его имени нотаріусъ явились въ квартиру долж­ника и составили тамъ актъ о неуспѣшное™ попытки добиться уплаты; см. Brinz, т. 2, стр. 2.97, прим. 28. См. теперь также Windscheid, т. 2, § 278, прим. 12.

^ls) Это одинъ изъ самыхъ знаменитыхъ спорныхъ вопросовъ обще-германскаго права. Ужо глосса „committitur" къ і. 9. 1). Ii. t. 22. 1 учила, что „interpellari videtur ab ipsa die constituta"; будучи всѣми усвоенъ, такой взглядъ получилъ и въ Германіи общее признаніе и примѣненіе, пока Savigny въ своихъ Vorlesungen и затѣмъ Neustetel въ Arcliiv tiir civ. Praxis, т. 5, статья 8 не выступили противъ пего. Съ тѣхъ норъ мнѣ­нія раздѣлились; см. писателей, приведенныхъ у Windscheid’a, § 278. прим. 4. Что рим­лянамъ было неизвѣстно положеніе „dies interpellat pro homine", видно изъ слѣдующаго, а) Правило, что mora возникаетъ вслѣдствіе напоминанія—non ex re, sed ex persona—. выражено, какъ безусловно общій принципъ, 1. 32 pr. D. h. t. 22. 1; оно требовало бы огра­ниченія, если бы не примѣнялось ко всѣмъ долгамъ съ опредѣленнымъ срокомъ уплаты, т. е. въ весьма нерѣдкихъ случаяхъ. Ь) Юристы упоминаютъ въ различныхъ мѣстахъ о существованіи исключеній изъ этого общаго правила. Такъ, mora возникаетъ „ali­quando" ex re, именно, если нельзя отыскать должника. Развѣ не было бы естественнѣе упомянуть здѣсь о срочномъ обязательствѣ\'? Чѣмъ можно объяснить, что такое важное- въ практическомъ отношеніи положеніе, разъ оно дѣйствительно существовало, нигдѣ ясно не выражено? Молчаніе источниковъ по этому поводу является, но папизму мнѣ­нію, полнымъ доказательствомъ отсутствія такого положенія, с) Въ 1. 17, § 4.

109 —

3. Промедленіе должно произойти по винѣ должника™)™).

Такимъ образомъ, существуетъ разница между злостнымъ и добросовѣстнымъ должникомъ, подобно тому, какъ въ области вещ­наго права—между добросовѣстнымъ и недобросовѣстнымъ владѣль­цемъ. Впрочемъ, это положеніе не должно служить прикрытіемъ лицемѣрія и злостной проволочки и вести къ подрыву кредита. Кто нс уплатилъ своевременно своего долга, тотъ уже въ силу этого предполагается виновнымъ¹\'¹).

Поэтому, если должникъ желаетъ опровергнуть признаніе за нимъ вины, то онъ съ своей стороны долженъ указать на оправды­вающія его обстоятельства.

Послѣднія могутъ заключаться во внѣшнихъ препятствіяхъ, мѣшающихъ исполненію, напр., наводненіи, войнѣ или революціи, прерывающихъ сообщеніе^{[217] [218] [219] [220]).}

Должникъ можетъ оправдываться также и тѣмъ, что не зналъ о существованіи требованія. Впрочемъ, къ такому заявленію слѣду­етъ относиться съ большою осторожностью. Должникъ обязанъ по возможности удостовѣриться относительно существованія и объема направленнаго противъ него требованія^[221]). Онъ можетъ быть изви­ненъ только въ томъ случаѣ, если докажетъ, что его убѣжденіе въ отсутствіи долга было вполнѣ обосновано.

Недостатокъ средствъ для уплаты никогда пе считается обстоятельствомъ, оправдывающимъ неисполненіе обязательства’

110