§ 115. Возложеніе (Modus) *). Предположеніе (Voraussetzung).

I. Modus—есть возложеніе (Auflage), присоединяемое къ безвоз­мездному предоставленію имущества²). Возложеніе обыкновенно встрѣ-

чается при дареніяхъ и распоряженіяхъ на случай смерти; но оно допускается при всякихъ одностороннихъ предоставленіяхъ извѣст­ныхъ выгодъ, напр.

Обычная форма возложенія такова: «при условіи, что>, но по­добная редакція отнюдь не означаетъ присоединенія условія въ тех­ническомъ смыслѣ.

Содержаніе возложенія заключается чаще всего въ денеж­ныхъ выдачахъ ^[990]), но оно можетъ состоять и въ другихъ дѣй­ствіяхъ, напр. въ принятіи имени наслѣдодателя ^[991]).

Сдѣлки съ возложеніемъ преслѣдуютъ двоякую цѣль. Главная ихъ цѣль—актъ щедрости по отношенію къ извѣстному лицу; этой цѣлью опредѣляется характеръ самой сдѣлки. Побочная цѣль за­ключается въ осуществленіи возложенія.

Возложеніе должно быть сдѣлано съ тѣмъ намѣреніемъ, чтобы юридически обязать данное лицо. Въ противномъ случаѣ оно будетъ простымъ совѣтомъ ^[992]), желаніемъ, на исполненіе котораго можно надѣяться въ расчетѣ на чувства благодарности или приличія, но безъ какой-либо юридической гарантіи.

Исполненіе возложеній обезпечивается различно при дареніяхъ и при распоряженіяхъ на случай смерти.

1. При распоряженіяхъ на случай смерти исполненія возло­женія могутъ требовать прежде всего наслѣдники. Въ настоящее время не рѣдко назначаются душеприказчики, на обязанности ко­торыхъ лежитъ между прочимъ и забота о выполненіи возложеній-

2. При дареніяхъ ^[993]) наблюдать за исполненіемъ возложеній дол­женъ самъ даритель, или, послѣ его смерти, его наслѣдники.

a) Онъ имѣетъ право требовать возвращенія дара въ томъ слу­чаѣ, если возложеніе не будетъ исполнено въ установленный или обусловленный \'обстоятельствами дѣла срокъ.

b) Исполненіе возложенія даритель можетъ требовать еще пу­темъ actio praescriptis verbis въ томъ случаѣ, если дѣло идетъ о денежной выдачѣ, къ которой другая сторона обязалась при при­нятіи дара ^{[996] [997] [998]).}

Если при возложеніи имѣлись въ виду интересы третьяго лица, то это послѣднее располагало самостоятельнымъ искомъ объ исполненіи возложенія, несмотря на то, что обыкновенно въ Римѣ третьи лица не имѣли права иска изъ договоровъ, заключенныхъ контрагентами въ ихъ пользу¹¹).

Возложеніе имѣетъ общія черты съ произвольнымъ суспен­сивнымъ условіемъ. Какъ то, такъ и другое присоединяется къ сдѣлкѣ съ намѣреніемъ побудить другую сторону къ извѣстному дѣйствію или упущенію, но цѣль въ обоихъ случаяхъ достигается различными путями: Условіе отлагаетъ, возложеніе же обязываетъ^²). Присоединеніе условія производитъ болѣе сильное воздѣйствіе, такъ какъ сдѣлка осуществляется только въ томъ случаѣ, если лицо условно управомоченное исполнитъ возложенное на него дѣйствіе. Это не­рѣдко ведетъ къ уничтоженію самой сдѣлки. Такт, будетъ, напр., въ случаѣ условнаго отказа, когда легатарій умретъ прежде, чѣмъ успѣетъ выполнить поставленное ему условіемъ дѣйствіе. Если же къ отказу присоединено будетъ возложеніе, то легегарію не грозитъ

— 317

подобная опасность, такъ какъ предоставленіе сохранитъ свого дѣйствительность не смотря на то, что исполненіе возлоаіенія было невозможно съ самаго начала, или стало невозможнымъ впослѣдствіи безъ вины лица обремененнаго имъ ^[999]), и даже когда оно безнрав­ственно.

II. Не всѣ новѣйшіе юристы усматриваютъ въ возложеніи особую форму юридической сдѣлки. Многіе подводятъ его подъ по­нятіе предположенія ^[1001]).

Виндшейдъ, авторъ этого ученія, называетъ предположеніемъ всякое фактическое представленіе лица, побудившее его къ заключенію сдѣлки-, при этомъ считается безразличнымъ, предполагается ли что-нибудь уже случившимся, или оно по предпѳложенію стороны лишь должно случиться въ будущемъ. Не требуется, чтобы предпо­ложеніе было стороной ясно высказано. Если впослѣдствіи оно не оправдается, то надо считать, что выраженная воля совершить сдѣлку была «недѣйствительна», «неистинна», и потому сдѣлка подлежитъ оспариванію. Предположеніе такимъ образомъ является, какъ бы «неразвившимся условіемъ».

Подобная конструкція подкапывается подъ прочность граж­данскаго оборота. То, что установили п о чемъ согласились стороны, ставится въ данномъ случаѣ въ зависимость отъ нигдѣ не выражен­наго представленія одного изъ участниковъ въ сдѣлкѣ. Такой теоріей можно поколебать надежность любого договора. На самомъ же дѣлѣ съ точки зрѣнія практики нѣтъ даже сомнѣнія, что стороны заклю­чаютъ сдѣлку неизмѣнно, и что опѣ принимаютъ на свой страхъ воз­

можность неосуществленія тѣхъ предположеній, которыя имѣлись ими въ виду при заключеніи сдѣлки ^[1002]).

Предположеніе, какъ общее юридическое понятіе, не можетъ найти примѣненія. Съ правовой точки зрѣнія имѣетъ значеніе только то, что входитъ въ сдѣлку какъ ея составная часть, въ особенности чтб является основаніемъ имущественнаго предоставленія ^{[1003] [1004]) — causa сдѣлки—наконецъ, что присоединяется къ ней какъ возложе­ніе—modus ’8). Неисполненіе послѣдняго является причиной оспо­римости сдѣлки не потому, что исполненіе возложенія «предпола­гается», а потому что оно представляетъ собой составную часть сдѣлки.}