«Поведенческая» ответственность и ответственность в силу факта преобладающего участия

«Проникновение за корпоративные покровы», как будет показано далее, в подавляющем большинстве случаев вызывается поведением доминирующих участников, злоупотребляющих своими правами и совершающих правонарушения.

При определенных обстоятельствах такой участник может понести негативные издержки и своего бездействия. Уклонение от действия часто влечет ответственность, когда деятельность директора очевидно ведет компанию к финансовой несостоятельности, а пассивное безучастие осведомленного доминирующего участника свидетельствует о молчаливом одобрении политики такого руководителя. В этом случае участник вправе вмешаться в оперативную деятельность исполнительного органа и обязан не допустить увеличения имущественного ущерба третьим лицам. Такой подход имеет место в судебной практике Нидерландов^[53], России (признаки сходной позиции содержатся в п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве), а также во многих других странах. Следует помнить, что почти всегда бездействие осведомленного участника свидетельствует о его сговоре с руководителем компании и об их согласованном поведении. Поэтому привлечение к ответу за бездействие также представляет собой форму поведенческой ответственности.

От динамического аспекта управленческой деятельности^[54] (т.е.

поведенческой ответственности) следует отличать ответственность, возникающую в силу преобладающего участия в уставном капитале либо иных обстоятельств, свидетельствующих о наличии высокой степени экономической интеграции (Strukturhaftung, или Zustandshaftung)^[55]. Смысл такой

«ответственности» за статический аспект корпоративного контроля в пресечении возможности участника злоупотреблять корпоративной формой. При этом такая дискретность может быть реализована в форме совершения действий, доказать которые бывает затруднительно с т.зр.

Ratio legis «ответственности» в силу доминирования заключается не только в том, чтобы стимулировать контролирующее лицо к положительным действиям, когда обстановка этого требует, но и обусловлено практическими соображениями облегчения доказывания обстоятельств, установить которые затруднительно для лиц, не вовлеченных в управление зависимым обществом, т.е. для его кредиторов. Строго говоря, такое «статическое обязательство» является ответственностью не за сам факт преобладающего участия, а за убыток, возникший у подконтрольной организации, т.к. именно он является основанием возникновения охранительного правоотношения. Дело в том, что при наличии у зависимого юридического лица убытка по результатам окончания финансового года, он должен быть ex proprio vigore (автоматически) покрыт за счет доминирующего участника.

Иными словами, в основе как «поведенческой» ответственности, так и ответственности в силу факта преобладающего участия лежат патологические случаи использования т.н. унитарного управления^[56], т.е. правонарушений, совершенных контролирующим компанию лицом, которое действовало, не считаясь с законными интересами зависимой корпорации и ее кредиторов.

1.1.4.