§2. Подготовка законодательных предложений Правовой комиссией

Важную роль в законодательном процессе Соединенного Королевства играют Правовые комиссии. Подобные органы функционируют во многих государствах, относящихся к англосаксонской правовой семье, к примеру, в Австралии, Канаде, Новой Зеландии, Индии^[173] ^{^[174].}

После победы на выборах в 1965 году лейбористы по настоянию своего соратника, одного из самых главных английских реформаторов лорда-канцлера Джеральда Г ардинера приняли решение создать независимые органы, которые бы осуществили ревизию существующего законодательства. И в этом же году был принят Акт о Правовых комиссиях, согласно которому соответствующие

комиссии были учреждены для Англии и Уэльса и отдельно для Шотландии . Аналогичная комиссия была создана в Северной Ирландии только в 2007 году. В настоящее время Правовые комиссии часто взаимодействуют друг с другом, одним из общих проектов является реформирование избирательного законодательства Соединенного Королевства. Поскольку комиссии имеют схожую структуру и единые цели деятельности, в данном параграфе речь пойдет об английской Правовой комиссии.

Правовая комиссия состоит из пяти членов, осуществляющих свою деятельность на постоянной основе. Их работе содействуют около 20 служащих правового управления правительства, 2 парламентских драфтсмена и представители научного сообщества. Председатель Правовой комиссии регулирует ее работу и представляет Комиссию в отношениях с органами государственной власти.

В Правовой комиссии создаются рабочие группы, в частности, по вопросам собственности, доверительного управления и семьи; предпринимательского и общего права; уголовного права; публичного права.

В соответствии с Актом о Правовых комиссиях 1965 года с целью упрощения и совершенствования законодательства Комиссия обязана рассматривать все поступающие в ее адрес предложения о реформе законодательства; подготавливать и представлять министру юстиции программы реформирования отдельных отраслей права; изучать соответствующий опыт зарубежных стран.

Объектом деятельности Правовой комиссии являются те области права, которые с течением времени были слишком усложнены для понимания или попросту устарели.

Подготовка Комиссией проекта правовой реформы, впоследствии приобретающего форму законопроекта, состоит из большого количества стадий: предварительной консультации со специалистами и заинтересованными группами; разработки членами Комиссии соответствующего проекта; публичных слушаний; анализа поступивших поправок к проекту; публикации на официальном сайте Комиссии сводной таблицы поправок; согласования заключительных рекомендаций; публикации окончательной версии проекта правовой реформы.

В 80-90гг. прошлого столетия работа Правовой комиссии оценивалась достаточно критически, как не оправдавшая возлагавшихся на нее надежд. Было высказано мнение, что деятельность Комиссии «тормозится» из-за фактической зависимости ее членов от Правительства¹. Скорее всего, именно по этой причине в 2009 году в Акт о Правовых комиссиях были внесены соответствующие поправки. Согласно данным изменениям, по окончанию года лорд-канцлер представляет Парламенту подготовленный им доклад, в котором отражаются основные предложения Правовой комиссии, полностью или в части воплощенные Правительством в законодательстве, а также те инициативы, которые были не реализованы, и причины отказа от них Правительства.

Тем самым, была повышена эффективность работы Комиссии, а заодно и прозрачность деятельности Правительства, которое теперь должно обосновывать причины отказа от предложений, формируемых членами комиссии.

К тому же, на основании Акта 2009 года также был подписан соответствующий протокол между лордом-канцлером в качестве представителя Правительства и Правовой комиссией о порядке их взаимодействия.

Первый подобный доклад лорда-канцлера был опубликован 24 января 2011 года, а последний, четвертый доклад - в мае 2014 года. В докладе за 20132014 гг. отмечается, что за отчетный период ряд предложений Правовой комиссии приобрели форму законодательного акта, среди которых Акт о трастах (капитале и прибыли) 2013 г., Акт о потребительском страховании 2013 г.

и Акт о преступлениях и судах 2013 г., о котором речь пойдет в дальнейшем.

В докладе также указывается, что некоторые инициативы Правовой комиссии находятся на рассмотрении Парламента, а ряд проектов ожидают правительственного решения относительно их имплементации.

В 2009 году был введен новый, упрощенный порядок рассмотрения в Парламенте биллей, подготовленных на основании предложений Правовой комиссии и не вызывающих споров между членами Парламента. Такой порядок, в частности, был применен в отношении билля о трастах.

Упрощенный порядок в данном случае не является синонимом ускоренного. До внесения правительственного билля, основанного на докладах Правовой комиссии, проводятся соответствующие консультации, в рамках которых чиновники должны удостовериться, что билль подходит для упрощенной процедуры и не вызовет значительных дебатов на стадии второго чтения.

Основное отличие упрощенного порядка от обычного заключается в том, что на стадии второго чтения как в Палате общин, так и в Палате лордов, законопроект передается не на рассмотрение всей палаты, а в комитет второго чтения.

Работа Правовой комиссии организована по трем основным направлениям. Первое направление - это кодификация законодательства. Экс- председатель Правовой комиссии Д.М. Арден характеризовал кодификацию как «процесс, завершающийся созданием кодекса, т.е. акта, который может служить основным источником права в определенной области^[175]».

В монографии «Кодификация в Британской империи и Америке» М.Ю. Лэнгом достаточно подробно анализируются трудности процесса восприятия английской правовой системой самой идеи кодификации и отмечается, что еще в 1549 году Палата общин предложила Палате лордов совместно подготовить кодекс, содержащий одновременно нормы статутного и общего права. По мнению данного автора, наибольший вклад в движение по кодификации сложного английского права был внесен И. Бентамом. В 1823 году им был опубликован труд «Предложения кодификации», а в 1829 году - Петиция за кодификацию, которая не набрала необходимого количества сторонников и по этой причине не была внесена в Палату общин.

По словам И. Бентама, английское статутное и общее право находились в столь хаотичном состоянии, что не только обыватель, но и профессиональный юрист не мог зачастую в них разобраться. И единственным логичным выходом из подобной ситуации представлялась кодификация^[176].

Среди других сторонников идеи кодификации стоит назвать Д. Остина, Ф. Поллока, Т.Е. Холланда, Ш. Амоса.

Сложность процесса кодификации обуславливается необходимостью качественной переработки не только статутного права, но и системы прецедентов и норм права справедливости, относящихся к затрагиваемому вопросу^[177]. Желание английских драфтсменов добиться того результата, когда статут будет до мельчайших подробностей регулировать очерченные им правоотношения, также не упрощает процесс кодификации.

По сравнению с иными странами общего права, в том числе и с Великобританией, кодификация получила наибольшее распространение в Соединенных Штатах Америки. В США действует целый ряд отраслевых кодексов, в том числе процессуальных, но и они отличаются во многом от привычных для нас кодификаций, характерных для континентальной системы права^[178] ^{^[179] ^[180].}

В настоящее время большое внимание уделяется упрощению уголовного законодательства, поскольку именно оно относится к наиболее развитым областям английского права в связи с тем, что в основном регулируется статутными нормами.

Первая попытка систематизировать английское уголовное право, основанное на столь значительном количестве источников, была предпринята в 1833 году. Уильям IV уполномочил королевскую комиссию, в состав которой вошли У. Уайтхолл, Д. Остин и Э. Амос, подготовить проект уголовного кодекса. После направления восьми докладов о проделанной работе и смены своего состава, комиссия в 1843 году, наконец, представила первый проект .

В 1877 году сэр Джеймс Фицджеймс Стифен опубликовал свой знаменитый труд «Дигесты уголовного права» («Digests of criminal law»), который оказал сильное впечатление на государственных мужей Англии.

Д. Стифен отмечал, что «английское уголовное право, основанное на здравом смысле, складывающейся годами судебной практике и доктрине, имеет один существенный недостаток - отсутствие системы. При наличии кодификации английская система имеет все шансы стать совершенной» . Впоследствии ему и другим членам специальной королевской комиссии Правительством было поручено разработать новый проект уголовного кодекса, работа над которым была уже завершена уже в 1878 году. Указанный проект точнее и детальнее регулировал отношения, складывающиеся в уголовно-правовой сфере, чем все его предшественники, но и ему не было суждено стать одобренным Парламентом. Рассмотрение билля, внесенного Генеральным Атторнеем, постоянно затягивалось на стадии комитета, в него вносились многочисленные поправки, и спустя несколько лет он попросту был снят с обсуждения.

Но значительная работа составителей данного проекта не пропала даром, стифеновский проект уголовного кодекса стал основой соответствующих кодификаций различных государств общего права, в том числе Канады ^[181] ^{^[182].}

После «провала» принятия уголовного кодекса в конце девятнадцатого века, процесс систематизации английского уголовного права был приостановлен почти на сто лет, до тех пор, пока несколько ученых под руководством профессора Дж. Смита и под покровительством Правовой комиссии не приступили к разработке нового проекта уголовного кодекса. Данный проект был опубликован в 1985 году и уже несколько десятилетий ждет своего принятия².

Фактором, который в определенной мере может повлиять на решение Правительства все же провести через Парламент проект уголовного кодекса Правовой комиссии, некоторые ученые в свое время называли требования Римской конвенции и соответственно Акта о правах человека 1998 года. Статья 7 Конвенции предусматривает, что никто не может быть осужден за совершение какого-либо деяния или за бездействие, которое согласно действовавшему в момент его совершения национальному или международному праву не являлось уголовным преступлением.

Рассматривая дело Уэлч против Соединенного Королевства, ЕСПЧ подчеркнул, что уголовный закон должен быть максимально точно определен. В настоящее же время английское уголовное законодательство не удовлетворяет данному требованию^[183] ^{^[184] ^[185]. Но прошло уже более пятнадцати лет, как Римская конвенция была имплементирована в национальное законодательство, а дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Поскольку проект, подготовленный в 1985 году, частично устарел, до принятия Правительством волевого решения по кодификации Правовая комиссия продолжает работу по упрощению отдельных сфер уголовного права. Помимо проектов, которые будут рассмотрены в дальнейшем, члены Правовой комиссии широко обсуждают возможность упрощения таких видов преступлений, как измена, похищение и нарушение общественного порядка.
Вторым направлением работы Правовой комиссии является консолидация законов.
В российском восприятии консолидация является такой формой систематизации, при которой «несколько нормативных актов объединяются в новый нормативный акт без внутренней переработки и восполнения пробелов» ². Иначе дело обстоит в английском праве, в котором существует два типа консолидации: «чистая» (простое объединение) и «широкая» (с внесением в
-э
объединяемые положения соответствующих изменений) .
Для регламентации «широкой консолидации» в 1949 году был принят соответствующий Акт о процедуре консолидации^[186]. Важная роль в подготовке консолидирующих актов отводится лорду-канцлеру, поскольку ему предоставлено право подготавливать новые законодательные предложения.
Среди подготовленных Правовой комиссией консолидированных статутов можно назвать Акт о парламентских расходах 2006г., Акт о школьных инспекциях 1996 г. и т.д. Правовая комиссия осуществляет так называемую «широкую» консолидацию.
К третьему направлению работы комиссии относится подготовка актов о признании утратившими силу отдельных актов Парламента. Она представляет собой не механический учет устаревших законов, а очень кропотливую работу, поскольку зачастую акты, принятые еще в средних веках, являются правовой основой современных законов. С 1965 года, то есть с момента учреждения Правовой комиссии, полностью или частично таким образом было отменено около 5000 актов. В начале 2013 года был принят новый Акт о признании утратившими силу отдельных актов парламента. Данный закон является крупнейшим из когда-либо созданных Комиссий и отменяет полностью 817 актов Парламента. В соответствии с ним отмене подлежат, как и старинные источники права, датируемые 1322 годом (Акты казначейства), так и современные, к примеру, нормы, принятые в 2010 году и регулирующие вопросы налогообложения.
В то же время, члены Правовой комиссии приглашаются для участия в заседаниях парламентских комитетов в целях обсуждения законопроектов, притом, не только тех, которые были разработаны на основании предложений Комиссии.
В настоящее время Правовая комиссия работает над большим количеством проектов. Наиболее интересной, на наш взгляд, является подготовка программы реформы законодательства, регулирующего такой вид преступлений против правосудия как неуважение к суду.
На примере реформирования института неуважения к суду можно проследить, как на изменение британского законодательства влияют решения Европейского суда по правам человека, как проводятся обсуждения проектов и формируются Правовой комиссией поправки в британское законодательство.
Правовой институт неуважения к суду, основным назначением которого является обеспечение независимости суда и целостности судебного процесса, долгое время регулировался нормами английского общего права.
В сентябре 1972 г. «Санди Таймс» опубликовала статью «Наши талидомидные дети - причина национального позора», которая была посвящена рождению в 1959-1962 гг. детей с физическими отклонениями по причине приема их матерями препарата «Талидомид». Впоследствии газета объявила о своем намерении опубликовать дополнительную статью с материалами журналистского расследования о процессе изготовления и тестирования данного лекарства.
В это же время многие родители подали в суд исковые заявления против изготовителя «Талидомида» компании Distillers. По этой причине ответчик обратился к Генеральному Атторнею с заявлением, что действия газеты представляют собой неуважение к суду, поскольку публикация такой статьи может сформировать предвзятое отношение общественности и суда к рассматриваемому делу. Данный спор рассматривался в Высоком и Апелляционном судах, но окончательную точку в нем поставила Палата лордов, признав незаконными действия газеты «Санди Таймс» и установив запрет на издание подобной статьи. Не согласившись с указанным решением, «Санди Таймс» обратилась в Европейский суд по правам человека^[187].
В своей жалобе заявители утверждали, что примененное национальное право, регулирующее вопросы неуважения к суду, было настолько расплывчатым и неопределенным, что наложенный запрет на опубликование статьи не может рассматриваться как «установленный законом».
В связи с этим Европейский суд по правам человека отметил, что слово «закон» в выражении «установлены законом» охватывает не только статуты как акты, изданные законодательным органом власти, но и неписаное право. Соответственно, Суд не придал значения тому обстоятельству, что институт неуважения к суду является детищем общего права.
По мнению Суда, из выражения «установлены законом» вытекают два основных требования. Во-первых, право должно быть доступно и понятно гражданам, а во-вторых, нормы права должны быть сформулированы с той степенью точности, чтобы человек мог осознать, что именно эти нормы в данном конкретном случае регулируют его поведение и последствия такого поведения. Соответственно, нельзя допускать того, чтобы толкование или применение права становились вопросом практики. «Размытый» характер правового регулирования в данном конкретном деле иллюстрировал тот факт, что судьи различных инстанций не могли прийти к единому мнению, что же является неуважением к суду: давление на мнение общественности или публикация статьи, которая предвосхищает судебное решение.
Дело «Санди Таймс» против Соединенного Королевства» стало первым случаем, когда Страсбургский суд разрешал конфликт между правом на свободу высказываний и правом на справедливый и независимый суд. В итоге Суд пришел к выводу, что общественный интерес, выраженный в сохранении свободного освещения судебных дел в прессе и обеспечении жертв трагедии необходимой информацией, перевешивает интересы правосудия¹.
Во исполнение постановления ЕСПЧ британский Парламент принял в 1981 году Акт о неуважении к суду . Данный статут, направленный на защиту свободы слова, предусматривает правило «строгой ответственности» (a strict liability rule), аналог российского принципа объективного вменения. Согласно данному правилу, действия, представляющие собой вмешательство в процесс судебного разбирательства, будут рассматриваться как неуважение к суду вне зависимости от того, был ли у лица умысел осуществить такое вмешательство или нет.
Указанное правило распространяется только на «публикации», под которыми понимаются выступления, вещание теле- или радиопрограмм, ^[188] ^{^[189] издание статей и иных материалов, обращенных ко всем членам общества или его части.}
В Акте о неуважении к суду закреплены два обязательных условия применения «строгой ответственности». Во-первых, это правило распространяется только на те публикации, которые создают существенный риск того, что отправление правосудия в конкретном деле может быть затруднено или предвзято. Во-вторых, гражданское или уголовное дело, которого касается публикация, должны «находиться в активной стадии».
Оценивая, создает ли данная публикация существенный риск вынесения предвзятого судебного решения, суд должен рассмотреть следующие обстоятельства:
- возможность ознакомления с данной статьей или программой будущих присяжных заседателей;
- влияние публикации на мнение рядового читателя на момент ее издания;
- длительность временного промежутка, разделяющего выход публикации и дату первого судебного разбирательства^[190].
Для целей применения правила прямой ответственности уголовное дело считается возбужденным в случае: ареста подозреваемого без ордера; выдачи ордера; вызова подозреваемого в суд; предъявления обвинительного заключения; предъявления обвинения в устной форме.
Уголовное дело перестает считаться находящимся в активной стадии: после вынесения оправдательного или обвинительного приговора; после вынесения иного процессуального акта, прекращающего производство по делу; в случаях, предусмотренных законом. Гражданское дело начинает считаться «активным» в момент назначения судебного заседания, а перестает быть таковым после вынесения решения суда или отзыва искового заявления.
Согласно статье 8 Акта неуважением к суду признаются также действия, направленные на получение, раскрытие или предоставление любых сведений о заявлениях, мнениях и высказываниях, сделанных присяжными заседателями во время различных процессуальных действий. Данная статья не распространяется на случаи раскрытия указанных сведений при вынесении вердикта или их использования в качестве доказательства, если, по мнению следствия, правонарушение против присяжного заседателя было совершено в момент разбирательства по рассматриваемому им делу.
Акт 1981 г. устанавливает также ответственность за внос в зал судебного заседания и использование без разрешения суда машинописных и звукозаписывающих устройств. Положения Акта предусматривают всего два вида наказаний за проявление неуважения к суду: штраф до 2500 фунтов стерлингов и лишение свободы на срок до 2 лет.
В 1996 году британский Акт о неуважении к суду вновь стал предметом рассмотрения Страсбургского суда. Английский журналист Ульям Гудвин, обвиненный в неуважении к суду за отказ раскрыть своего информатора, также сослался в своей жалобе на неопределенность формулировки статьи 10 Акта 1981 года, согласно которой «никакой суд не может требовать от лица раскрыть источник информации, содержащейся в публикации, если судом не будет установлено, что раскрытие информации необходимо в интересах правосудия или национальной безопасности или в целях предотвращения беспорядков или преступлений». В своем постановлении ЕСПЧ отметил, что содержание статьи 10 Закона не наделяет английские суды неограниченным правом усмотрения, к тому же подобная «гибкость законодательного формулирования» бывает желательна для развития национального права. Однако, рассмотрев жалобу по существу, Суд сделал вывод, что поскольку заявитель не стал публиковать статью, являющуюся предметом спора, то «как и судебный приказ, требующий от заявителя раскрыть источник своей информации, так и наложенный на него штраф за отказ сделать это представляют собой нарушение его права на свободу слова в соответствии со статьей 10 Конвенции»¹.
С 1979 года одним из направлений работы Правовой комиссии в рамках реформирования уголовного законодательства была подготовка предложений по отмене или изменению сути такой формы проявления неуважения к суду как «злословие о суде» (scandalising the court, scandalising the judiciary, scandalising judges). Под «злословием» следует понимать действие, выразившееся в опубликовании определенных сведений, которые преследовали цель опорочить суд или конкретного судью и, тем самым, снизить авторитет судебной власти.
Считается, что данное деяние стало считаться преступным в четырнадцатом веке. В истории «злословие о суде» неоднократно использовалось в борьбе властьпридержащих с инакомыслящими. Но
постепенно, как и многие институты общего права, оно стало архаизмом, о существовании которого знали лишь наверно правоведы.
В Англии и Уэльсе за данное преступление практически перестали привлекать к ответственности уже в конце девятнадцатого века. Но попытки возродить данный вид преступления предпринимались и в современное время. В 1999 году Генеральный Атторней обратился в Высокий суд в целях назначения тюремного заключения для бизнесмена Джеффри Скривена, который обвинил судей в коррупции, лжесвидетельстве и мафиозных связях^[191] ^{^[192]. Эти действия, по мнению прокурора, полностью подпадали под состав злословия о суде. Высокий суд его позицию не поддержал.}
В августе 2012 года Правовая комиссия опубликовала свой отчет с предложением реформировать данный институт общего права. К обсуждению были привлечены судьи, академики, представители законодательной ветви власти.
Самым весомым аргументом в пользу декриминализации данной формы неуважения к суду стала ссылка на закрепленную в Римской конвенции свободу выражения мнения, в том числе предусматривающую обоснованную критику деятельности суда. Но, как верно отметили противники подобной реформы, отсутствие ответственности за лживые высказывания о суде повлечет за собой стремительное увеличение клеветнических заявлений.
В связи с этим, в качестве компромиссного варианта члены Правовой комиссии предлагали закрепить такой вид преступления как публикация ложных обвинений в коррупции или о совершении неправомерных действий со стороны судей. Но введение подобного состава вошло бы в противоречие с имеющимся нормативным регулированием: такое уголовное преступление как клевета в печати (criminal libel) было отменено в 2009 году Актом о коронерах и юстиции.
Возможной альтернативой также представлялся «перевод» злословия из сферы уголовного права в область гражданского.
Рассмотрев все отзывы на свое предложение, Правовая комиссия рекомендовала декриминализировать такой вид преступления как злословие о суде. Эта поправка вошла в билль о преступлении и судах, который после одобрения обеими палатами стал Актом Парламента в 2013 году. Статья 33 данного Акта «Упразднение злословия о судебной власти как формы неуважения к суду» закрепляет: «1) Злословие о судебной власти (называемое также злословие о суде или злословие о судьях) упраздняется как форма неуважения к суду в соответствии с общим правом Англии и Уэльса. 2) Данное упразднение не отменяет судебного преследования за неуважение к суду, возбуждаемого против лица за поведение, которое непосредственно перед данным упразднением представляло собой злословие о судебной власти и другую форму неуважения к суду.» ^[193].
В настоящее время члены Правовой комиссии работают над дальнейшим совершенствованием Акта о неуважении к суду 1981 года. Поскольку данный статут был принят до широкого использования Интернета, он, по их мнению, не может в настоящее время адекватно регулировать правонарушения, совершенные с использованием новых информационных технологий.
Поводом к обсуждению дальнейшего эффективного правоприменения Акта о неуважении к суду стали недавние судебные процессы, привлекшие к себе внимание общественности, к примеру, когда присяжный заседатель, преподаватель университета Теодора Даллас рассказала другим присяжным сведения о подсудимом, которые она нашла в Интернете^[194] ^{^[195].}
Работа комиссии ведется по двум основным направлениям. Первое - оценка необходимости изменения текста Акта 1981 года в связи с повышающимся влиянием интернет-изданий и социальных медиа. Второе направление связано с совершенствованием законодательства об актах неуважения к суду, совершенных присяжными заседателями.
31 января 2013 года Правовой комиссией был проведен симпозиум для обсуждения рекомендаций по реформированию законодательства о неуважении к суду, на который было приглашено более 100 видных юристов, парламентариев, ученых, адвокатов и журналистов. В конце того же года был опубликован доклад «Неуважение к суду: ненадлежащее поведение присяжных заседателей и интернет-публикации», который, с нашей точки зрения, представляет определенный интерес с точки зрения развития правовой мысли в
Л
Великобритании . В связи с этим, предлагается более подробно остановиться на основных выводах и предложениях, сделанных Правовой комиссией по вопросу реформирования законодательства о неуважении к суду.
Правовая комиссия считает, что с целью предотвращения нарушений Акта о неуважении к суду на владельцах интернет-сайтов лежит обязанность проводить мониторинг содержащихся в их архивах публикаций. По мнению Комиссии, в связи с этим суды должны быть наделены полномочиями обязывать средства массовой информации удалять из своих архивов сведения, имеющие отношение к рассматриваемому делу.
Предложение, предлагаемое к обсуждению Правовой комиссией, предполагает конфискацию по решению судьи у присяжных заседателей мобильных телефонов или иных подобных устройств, имеющих выход в сеть Интернет, на время их нахождения в зале судебных заседаний и комнате обсуждения. Согласно проекту, присяжный заседатель, осуществляющий в интерактивном режиме поиск информации по делу, которое им рассматривается, будет привлечен к уголовной ответственности. Ряд участников обсуждения посчитали, что подобная конфискация нарушает права присяжных, предусмотренные Европейской конвенцией о правах человека и основных свободах и ее Протоколами, в частности, право на частную жизнь и свободное использование собственности.
Не все участники обсуждения проекта Правовой комиссией согласились с тем, что введение дополнительной уголовной ответственности для присяжных заседателей будет являться эффективной мерой. В первую очередь, совершение данного преступления очень сложно вычислить. Во-вторых, вряд ли кто-то из присяжных заседателей будет готов донести на своего коллегу. И подобное правонарушение, воспринимаемое простыми гражданами как обычный проступок, будет влечь уж слишком серьезное наказание.
В качестве наказания для лица, опубликовавшего соответствующую статью, и присяжного заседателя, чьи действия нарушили положения Акта о неуважении к суду, Правовая комиссия предлагает избрать лишение свободы на срок до двух лет или наложение штрафа в неограниченном размере^[196]. Некоторые респонденты, принявшие участие в обсуждении предложений Комиссии, посчитали даже установленные сейчас законодательством санкции слишком жесткими. Как отметил Национальный союз журналистов, в каждом конкретном случае суд должен основываться на степени тяжести совершенного проступка и личности нарушителя, в том числе, его способности оплатить такой штраф. Ведь, как известно, многие журналисты в настоящее время являются фрилансерами и не имеют стабильного заработка.
По словам профессора Дэвида Ормерода, который является главным куратором данного проекта, целью введения указанных норм является защита правосудия и права обвиняемого на справедливое судебное разбирательство. Исследование профессора Шерил Томас в 2010 году показало, что около 12% из присяжных заседателей, участвующих в громких делах, признали, что искали информацию о рассматриваемых ими преступлениях^[197].
Именно информация относительно девиантного поведения присяжных заседателей, предоставленная профессором Ш. Томас, натолкнула членов Правовой комиссии на мысль о необходимости внесения изменений в статью 8 Акта о неуважении к суду, касающуюся ответственности за разглашение информации о ходе обсуждений присяжными заседателями.
Рассмотренные рекомендации Правовой комиссии по внесению изменений в Акт о неуважении к суду вошли в содержание билля об уголовном судопроизводстве и судах, внесенного Правительством в Парламент в феврале 2014 года.
Правовые комиссии в Соединенном Королевстве в своей истории претерпевали достаточно сложные периоды. Спустя пятнадцать-двадцать лет после их учреждения было высказано мнение, что данные органы не могут добиться поставленной перед ними задачи реформирования национального права из-за отсутствия, в том числе, желания Правительства воплощать их рекомендации.
По прошествии относительно большого промежутка времени, в 2009 году положение об установлении обязанности Правительства отчитываться о реализации проектов английской Правовой комиссии было закреплено в законодательстве, что дало новый, мощный толчок для развития деятельности этого органа.
Правовые комиссии для Англии и Уэльса, Шотландии и Северной Ирландии находятся в постоянном взаимодействии, имеют общие проекты правовых реформ. Известны случаи, когда законотворческие инициативы, подготовленные одной правовой комиссией, были имплементированы в законодательство правительством другого региона Соединенного Королевства.
Объектом работы Правовой комиссии являются те правовые положения, которые в настоящее время устарели или стали сложны для понимания и применения. Ее деятельность организована по трем направлениям - кодификация, консолидация законодательства и подготовка актов о признании утратившими силу отдельных актов Парламента.
Подготовка Правовой комиссией соответствующего проекта носит открытый и дискуссионной характер. Прежде чем разработать текст своего доклада, члены Комиссии проводят консультации с экспертами, причем сам доклад может быть основан на предложениях, поступивших в адрес Комиссии со стороны различных органов, ученых и организаций. Первоначальный текст доклада обсуждается в ходе публичных слушаний и научных симпозиумов, после чего Правовой комиссией готовится сводная таблица поступивших поправок и предложений к тексту доклада. Окончательный, согласованный вариант доклада публикуется и представляется лорду-канцлеру. Предложения Правовой комиссии могут стать основой приказа о реформе или законопроекта, подлежащего внесению в Парламент.
Однако, не все важные проекты, подготовленные Правовой комиссией, подлежат воплощению в законодательстве. Несмотря на то, что большинство норм уголовного права закреплено в статутах, в Соединенном Королевстве до сих пор не принят уголовный кодекс. По каким-то причинам Правительство так и не решилось внести в Парламент в качестве законодательной инициативы проект уголовного кодекса, подготовленный под руководством Правовой комиссии в 1985 году.
В настоящее время Правовая комиссия работает над большим количеством проектов, посвященных упрощению отдельных сфер уголовного права. Один из них - правовой институт неуважения к суду, являющийся детищем общего права.
Во исполнение постановления ЕСПЧ по делу «Санди Таймс» против Соединенного Королевства» для регулирования вопросов неуважения к суду британским Парламентом в 1981 году был принят соответствующий статут. В нем, в частности, определяется понятие «неуважение к суду», круг лиц, которые могут быть привлечены к ответственности за совершение данного деяния, и меры юридической ответственности к правонарушителям. Однако, сейчас, в эпоху информационных технологий, данный Акт Парламента в определенной степени не отвечает требованиям времени. Предложения членов Правовой комиссии, касающиеся ужесточения ответственности за ненадлежащее поведение присяжных заседателей и публикации в сети Интернет информации о рассматриваемых судебных делах, направлены на его дальнейшее совершенствование.
Стоит также отметить оперативность подготовки Правовой комиссией своих проектов. Симпозиум по обсуждению проблем реформирования законодательства о неуважении к суду был проведен в начале 2013 года, а уже в конце того же года итоговый доклад был опубликован Комиссией и направлен для изучения министру юстиции. Подготовленные рекомендации нашли свое отражение в билле об уголовном судопроизводстве и судах, который был внесен Правительством в Парламент уже в феврале 2014 года.
По словам канцлера Высокого суда Т. Эфертона, было бы верным сказать, что, помимо Парламента и министерств Правительства, ни один государственный орган не имеет большего воздействия на право и жизнь британских граждан, как Правовая комиссия. Шаг за шагом Правовая комиссия приближается к поставленной ее создателями цели - добиться отмены всех «мертвых законов» и сделать действующее право максимально современным, справедливым и эффективным.}

<< | >>

↑

Источник: ПОПОВА МАРИЯ АЛЕКСАНДРОВНА. ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС В ПАРЛАМЕНТЕ ВЕЛИКОБРИТАНИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме §2. Подготовка законодательных предложений Правовой комиссией: