Основные признаки международной коммерческой сделки

Очевидно, что значительный объем трансграничных сделок составляют именно международные коммерческие сделки, к основным признакам которых относятся:

1) предпринимательский характер;

2) трансграничный характер.

Предпринимательский характер подчеркивается в многочисленных международных договорах, унифицирующих коллизионные и материально-правовые нормы, регулирующие международные коммерческие сделки. Во-первых, конвенции прямо исключают из сферы своего регулирования договоры, заключаемые в личных, семейных и домашних целях; во-вторых, в конвенциях используется конструкция «коммерческое предприятие», а его могут иметь только субъекты, занимающиеся предпринимательской деятельностью в качестве основной цели своей деятельности. Кроме того, для сделок с участием потребителя в ГК РФ (ст. 1212) установлено отдельное коллизионное регулирование, что дает основания предполагать, что ст. 1210 и 1211 ГК РФ направлены на регламентацию прежде всего международных коммерческих сделок.

Трансграничный характер сделки влечет за собой включение иного механизма правового регулирования, отличного от регулирования внутренних сделок.

Рис. 3. Особенности правового регулирования трансграничных сделок

Важно Квалификация сделки в качестве трансграничной влечет за собой применение норм разд. VI ГК РФ, регулирующего отношения, осложненные иностранным элементом. Такая квалификация имеет первоочередное значение для последующего результата разрешения спора, так как применимыми к спору могут оказаться нормы международных договоров, а также нормы иностранного права.

Итак, зачем необходимо иметь определение международной коммерческой сделки? Зачем квалифицировать сделку как международную коммерческую?

Это связано с особенностями правового регулирования: к международным коммерческим сделкам применяются нормы разд.

Ситуация для российских правоприменителей осложняется тем, что ни в законодательстве, ни в доктрине не существует единого мнения относительно того, какой признак делает сделку «трансграничной» или «международной». Это может быть экспортно-импортный характер сделки, разная национальность (государственная принадлежность) сторон сделки, местонахождение коммерческих предприятий сторон сделки на территории разных государств и иные критерии (табл. 2).

Таблица 2. Квалифицирующие признаки международной коммерческой сделки

Окончание табл. 2

В настоящее время в международно-правовых актах, направленных на унификацию права международной торговли, в национальных законах, в том числе российских, чаще всего используется критерий местонахождения коммерческих предприятий сторон на территории разных государств.

Однако применение указанного критерия в российской практике осложняется отсутствием легитимного определения «коммерческого предприятия». Так, в ст. 1 Венской конвенции 1980 г. говорится:

1) настоящая Конвенция применяется к договорам купли-продажи товаров между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся в разных государствах;

2) то обстоятельство, что коммерческие предприятия сторон находятся в разных государствах, не принимается во внимание, если это не вытекает ни из договора, ни из имевших место до или в момент его заключения деловых отношений или обмена информацией между сторонами;

3) ни национальная принадлежность сторон, ни их гражданский или торговый статус, ни гражданский или торговый характер договора не принимаются во внимание при определении применимости настоящей Конвенции.

А в ст. 10 той же Конвенции отмечается:

«а) если сторона имеет более одного коммерческого предприятия, ее коммерческим предприятием считается то, которое с учетом обстоятельств, известных сторонам или предполагавшихся ими в любое время до или в момент заключения договора, имеет наиболее тесную связь с договором и его исполнением;

Ь) если сторона не имеет коммерческого предприятия, принимается во внимание ее постоянное местожительство».

Норма ст. 10 Конвенции применима при наличии, например, у стороны сделки филиалов в иностранных государствах.

Термин «коммерческое предприятие стороны» не корреспондирует с категориальным аппаратом российского гражданского законодательства: в соответствии со ст. 132 и 113 ГК РФ термин «предприятие» используется для обозначения, соответственно, объекта гражданских прав — имущественного комплекса и особого субъекта гражданских прав — унитарного предприятия, что с очевидностью расходится с содержанием английского термина «place of business», употребляемого в Венской конвенции 1980 г.

Термин «коммерческое предприятие стороны» в значении «place of business» не известен гражданскому законодательству и применяется только для целей квалификации международных коммерческих сделок.

Российские суды и арбитражи не исследуют или не всегда исследуют вопрос, где находится коммерческое предприятие (place of business) конкретного участника спора, а за основу принимается место регистрации компании. Тем самым игнорируются нормы Конвенции 1980 г., в соответствии с которыми «ни

национальная принадлежность сторон, ни их гражданский или торговый статус... не принимаются во внимание» (п. 3 ст. 1). Место регистрации компании в большинстве случаев совпадает с местом ведения ею своего бизнеса. Однако наиболее ярким примером, свидетельствующим о необходимости учета фактического статуса сторон сделки без учета места регистрации, выступают споры с участием офшорных компаний.

Таким образом, в настоящее время вопрос квалификации международной коммерческой сделки находится в юрисдикции правоприменительных органов, которые, не имея четких критериев в законодательстве, преимущественно опираются на сложившуюся судебную и арбитражную практику, которая также не отличается единообразием.

Российские суды редко обращаются к понятию «коммерческое предприятие». В качестве исключения можно привести постановление ФАС Уральского округа от 9 ноября 2009 г., когда суд исследовал термин «коммерческое предприятие»: в Венской конвенции 1980 г. оно подразумевает постоянное место осуществления деловых операций, и коммерческим предприятием может являться место нахождения главной конторы юридического лица, а также его представительства, филиала. Если место деятельности представительства, филиала продавца или покупателя тесно связано с договором купли-продажи и его исполнением, именно их следует рассматривать как коммерческое предприятие для целей Конвенции.

Иностранные суды квалифицируют понятие «коммерческое предприятие» с учетом собственного национального права.

В деле «McDowell Vally Vineyards, Inc. v. Sabate USA Inc., Sabate SA et al.» Федеральный окружной суд штата Калифорния квалифицировал в качестве коммерческого предприятия французского продавца (Sabate SA) место нахождения ее американского дистрибьютора (Sabate USA) на том основании, что именно американская компания вела переговоры, выставляла инвойсы, принимала меры к урегулированию споров.

Такой расширительный подход, свойственный англо-американской практике, нацелен на защиту разумных ожиданий контрагента. Контрагент вправе полагаться на место нахождения того коммерческого предприятия, через которое другое лицо вступает с ним в деловые отношения, и не обязан разбираться в сложностях построения внутренней корпоративной структуры другой стороны. Это также актуально в отношении дочерних и материнских компаний.

В деле «Svolamar Shipping Со. Ltd v. Hellenic Steel Со.» (дело «The Komnino S») (1991 г.) договор транспортировки стали из Греции был заключен между греческим грузоотправителем и греческим судовладельцем. Фрахт подлежал оплате в Греции в греческой национальной валюте. Портом доставки был итальянский порт. Выданные коносаменты, по мнению английского суда, свидетельствовали о выборе сторонами английского права, содержали условия об ограничении ответственности перевозчика, действительные по английскому праву, но недействительные по греческому.

Как английский суд квалифицировал сделку? Какое право применил? Английский суд решил, что стороны вправе были выбрать право, так как место доставки товара, характеризующее место исполнения обязательств, находится за рубежом. Этого достаточно для признания сделки трансграничной. В качестве применимого было определено английское право, как исключающее действие императивных норм греческого права.

А. В. Асосков выделяет два критерия определения трансграничности сделки: коллизионный (юридический) тест и экономический (функциональный) тест.

Коллизионный (юридический) тест (Россия, страны ЕС, Швейцария):

— трансграничный характер сделке придают отдельные элементы: место нахождения стороны; место ведения бизнеса (place of business); место нахождения объекта; место исполнения обязательства;

— как правило, не учитываются как не имеющие юридического значения для выбора права: место заключения договора, место учреждения юридического лица.

Экономический (функциональный) тест (страны англо-американской правовой семьи):

— необходимо оценивать связь договора с областью международной торговли и оказания услуг;

— следует учитывать экономическую взаимосвязь с другим трансграничным договором.

Подведем итоги.

1. В настоящее время в международно-правовых актах, в национальных законах чаще всего используется критерий местонахождения коммерческих предприятий сторон на территории разных государств (place of business).

2. Применение этого критерия в российской практике осложняется отсутствием легитимного определения «коммерческого предприятия».

3. Российские суды и арбитражи часто не исследуют вопрос, где находится коммерческое предприятие стороны спора, а за основу принимается место регистрации компании.

4. Место регистрации компании в большинстве случаев совпадает с местом ведения бизнеса.

5. В российских и иностранных судах применяется комбинация признаков, единообразная практика отсутствует.

Дополнительные признаки международной коммерческой сделки.

В связи с тем, что в российском законодательстве, а также в судебной практике отсутствует единообразный подход к вопросу об основном квалифицирующем признаке международной коммерческой сделки, практическое значение приобретает целый ряд дополнительных признаков международных коммерческих сделок, которые либо вообще отсутствуют в одноименных гражданско-правовых «внутренних» сделках, либо имеют существенно меньшее значение.

К ним можно отнести целый ряд признаков, которые реализуются в самих международных коммерческих контрактах в виде особых оговорок:

— оговорка о применимом праве;

— арбитражная оговорка или оговорка об ином особом порядке разрешения споров, в том числе путем избрания различного рода несудебных процедур (медиация);

— валютная оговорка, обусловленная использованием иностранной валюты и связанными с этим валютными рисками;

— оговорки о гарантиях исполнения договорных обязательств;

— особый порядок осуществления расчетов;

— регулирование вопросов перевозки;

— таможенная очистка;

— страхование;

— форс-мажорная оговорка;

— оговорка о затруднении и пр.

Все эти условия обусловлены трансграничным характером сделки и подробно прописываются в международных коммерческих контрактах. Отдельные оговорки будут более подробно рассмотрены ниже.

С учетом вышеизложенного можно дать следующее определение международной коммерческой сделки:

Определение Международная коммерческая сделка — это трансграничная сделка, опосредующая предпринимательскую деятельность, совершаемая между сторонами, коммерческие предприятия которых находятся на территории разных государств.

Это определение общего характера содержит квалифицирующие признаки международной коммерческой сделки, но не исключает возможности правоприменительного органа квалифицировать ту или иную сделку в качестве трансграничной, руководствуясь иными признаками.