2. СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ МОЛОДЕЖНЫХ ПРЕСТУПНЫХ ГРУПП

Рассмотрение данного аспекта представляется полезным для понимания закономерностей, определяющих поведение молодого человека в конкретной преступной группе. По мнению В.М. Быкова «лишь уяснив это, можно выявить цели и интересы каждого члена преступной группы, предугадать его поведение в критический момент – в период разоблачения группы, ареста и привлечения к уголовной ответственности ее участников»^[19].

Кроме этого, умение сотрудника правоохранительных органов определять степень уже произошедшей криминализации группировки важно для избрания им наиболее эффективных средств по предотвращению совершения преступлений данной группой и в конечном итоге, для ее развала.

Одним из важнейших процессов групповой динамики, влияющих на развитие малой группы (которой является преступная группа), является процесс ее образования. Спецификой формирования молодежных преступных групп является характер их преобразования из досуговых групп несовершеннолетних. По классификации И.П. Башкатова, это, так называемые, социально-нейтральные (озорные) группы общения, сформировавшиеся по «домовому», «дворовому» или «уличному» принципу по месту жительства^[20]. Чаще всего возникают такие группы стихийно, объединяя подростков, оказавшихся без дела и ищущих, чем бы заняться. У них, как правило, слабо выражены мотивы группообразования. По сути, асоциальной группы практически нет. Основная цель участия в ней – удовлетворение потребности в интимно-личностном общении со сверстниками. Совместная организованная деятельность чаще всего отсутствует.

В поисках развлечений могут безответственно приставать к прохожим, царапать стены, лифты, автомашины, бить стекла, ломают лифты, деревья и т. д. Таким образом они самоутверждаются среди своих товарищей. Некоторые из проступков, такие, как отнимание денег у учащихся младших классов и избиение их, порча школьного имущества, битье стекол в поездах и трамваях и другие уже выходят за пределы озорства и влекут за собой административную, а в отдельных случаях и уголовную ответственность.

Характерной особенностью этих групп является то, что взаимоотношения подростков в них фактически не опосредуются совместной деятельностью или опосредование очень незначительно. Подготовка к групповой деятельности отсутствует. Антиобщественные действия совершаются отдельными членами внезапно по инициативе наиболее подвижных и деятельных членов стихийно возникшей группы. Ни о какой организованности, сплоченности, устойчивости группы здесь не может быть и речи. Внутригрупповой структуры тоже нет. Здесь все равны, отношения нейтральны, нет ни особой дружбы и товарищества, нет вражды и ненависти. Интересы, нормы и ценности существуют только на личностном уровне. Выбор партнеров для общения осуществляется на основе взаимных симпатий, общей привлекательности, интеллектуального или физического преклонения.

Известен пример начального периода развития банд несовершеннолетних Казани. Отсутствие развлечений и вражда с другими группировками ориентировала молодежь из «Теплоконтроля» на занятие спортом. Как и другие группировки, они обустраивают в подвалах своих многоэтажек спортзалы (первый такой зал появился в 1970 г.), где занимаются боксом и «качаются». Время от времени совершаются вылазки в соседние районы и там устраиваются массовые побоища с применением заточек, велосипедных цепей и монтировок^[21].

Важнейшим содержанием процесса становления малой группы в качестве психологической общности является развитие групповой сплоченности. По словам Г. Андреевой, «в ходе этого развития группа не просто продуцирует некоторые нормы и ценности, а члены ее не просто усваивают их. Осуществляется гораздо более глубокая интеграция группы, когда ценности о предметной деятельности группы все в большей степени разделяются отдельными индивидами, не потому, что они им больше или меньше «нравятся», а потому, что индивиды включены в саму их совместную деятельность»^[22].

Таким образом, важнейшим двигателем, обеспечивающим развитие преступной группы является совместная преступная деятельность.

Так, досуговые группы несовершеннолетних под влиянием ряда негативных факторов (безнадзорность, отрицательное влияние старших или деятельность наиболее инициативных членов группы, отсутствие полезных занятий и др.) перерастают сначала в криминогенные, а позже и в антиобщественные группы. Согласно исследованиям Ю.М. Антоняна, «ориентация данных групп, направленная на культ наживы, стяжательства, в стремлении к «красивой жизни» и асоциальное поведение, выражающееся в пьянстве, разврате, нежелании работать и учиться, приводит к тому, что они могут стать на путь совершения преступлений»^[24]. Чаще всего, их совместная деятельность, отмечает И.П. Башкатов, носит хулиганский характер. Отдельные члены этих групп могут совершать более серьезные преступления, но эти преступления не являются групповыми, так как совершаются не всей группой, а только отдельными ее членами. Для совместного совершения преступлений данной группе еще не хватает организационного единства, сплоченности и устойчивости. В них только начинают появляться элементы организации, выкристаллизовывается «руководящий центр», появляются лидеры-вожаки и ведомые. При первой неудаче группы сразу же распадаются^[25].

Успешная же деятельность обеспечивает развитие преступной группы несовершеннолетних. Если в течение длительного времени группа остается неразоблаченной, ее участники приобретают уверенность в своей безнаказанности, что стимулирует их на совершение новых преступлений.

Отношения в группе в этот период все более укрепляются, и в ней преобладают центростремительные силы, обеспечивающие интеграцию участников группы и ее дальнейшее развитие. Совместная преступная деятельность появляется эпизодически. Нет общих целей. Наиболее типичными преступлениями этих групп являются кражи, хулиганство, грабеж, нанесение телесных повреждений, разбойные нападения, изнасилования и другие, которые совершаются уже в полном составе, но после совершения группы сразу распадаются.

В организационной структуре данных групп уже четко выделяется лидер и ядро группы, вокруг которых сплачиваются остальные члены. Заметно распределение прав и обязанностей. Влияние группы на личность уже усиливается. Подростки начинают все больше сознавать причастность к определенному кругу лиц, связывают с ним свои стремления, ожидания и планы.

Наблюдается определенная подготовка к совершению правонарушений и преступлений, разрабатываются планы «операций», распределяются обязанности. В случае разоблачения, они, как правило, теряют свою сплоченность и устойчивость: наблюдается дезорганизация, каждый член группы начинает перекладывать свою вину на других.

Пример преступной группы, находящейся приблизительно на данном этапе своего развития, взят из уголовного дела Краснодарского краевого суда. «Гр. Х. и гр. С. признаны виновными в том, что совместно с гражданами Б. и Р. образовали преступную группу с целью нападения на кассира предприятия ОАО «Воджилстрой» и завладения денежными средствами в крупном размере. Из материалов уголовного дела усматривалось, что все четверо проживают в одном районе и знакомы по учебе в школе. План совершения разбоя был составлен за день до самого нападения.

На другой день, подстроив на дороге аварийную ситуацию, несовершеннолетние, угрожая применением насилия, опасного для жизни и здоровья, забрали у кассира С. сумку с деньгами и скрылись с места преступления»^[28].

Из данного примера видно, что группа образовалась для совершения одного преступления. До этого никто из них преступлений не совершал. За очень короткий период времени эта группа приобрела некоторые признаки, характеризующие ее как организованную преступную группу, но в полном смысле слова таковой еще не стала.

По мере развития молодежной преступной группы в процессе асоциальной деятельности происходит дальнейшее укрепление внутригрупповых связей, усиление организационного и ценностно-ориентационного единства. Одним из признаков устойчивой преступной группы является четкая организационная структура. Во главе группы всегда стоит более опытный преступник, старший по возрасту, имеющий уголовный стаж. При непосредственном участии лидера и «руководящего центра» заранее разрабатываются планы преступлений, распределяются роли, намечаются сроки проведения преступных операций, подводятся их итоги. В группах всегда присутствует жесткая зависимость членов друг от друга, основу которой составляет круговая порука. Поэтому количественный состав устойчивых криминальных групп более или менее постоянный.

Это законспирированные объединения, совершающие преступления замаскированными способами. Каждое новое преступление все более четко определяет роли участников группы: одни непосредственно исполняют деяние, другие подыскивают объекты преступлений, третьи обеспечивают сбыт похищенного и т.д. Функциональная структура определяется личным составом преступной группы, видом совершаемого преступления, объектом посягательства и другими факторами.

Прагматические, а не дружеские и товарищеские отношения в таких группах приобретают решающий характер; значение вторых (эмоциональных, личных) – постепенно утрачивается, а в ряде случаев и полностью исчезает.

Членство в высокоорганизованных молодежных преступных группировках все больше начинает ассоциироваться у их членов с высокими материальными доходами. Романтика уходит на второй план. Группировки больше не рассматриваются как средство решения внутренних, психологических проблем. В них видят лишь средство решения сугубо меркантильных потребностей^[30]. На данном этапе подростково-молодежные группы переориентируются с борьбы за сферы чисто территориального влияния в борьбу за сферу экономического влияния на данной территории. Причем эти группировки отчаянно борются со взрослыми преступниками^[31]. Здесь иллюстративен пример развития казанских преступных группировок, когда в 1992 году конец кровопролитным территориальным войнам был положен договором «асфальт не делим».

Обладая определенным преступным опытом и навыками совместной деятельности, участники данных преступных групп совершают преступления более квалифицированно, чаще применяется оружие и технические средства, тщательнее скрываются следы преступлений и предметы, добытые преступным путем, нередко заранее договариваются о том, как вести себя в случаях задержания, на следствии и суде. Несовершеннолетние зачастую пытаются выгородить взрослых подстрекателей и организаторов, скрыть их действительную роль.

В группе есть «общий котел», являющийся материальной базой объединения и сплочения группы. Из «общака» оказывается материальная помощь тем членам преступных групп, кто отбывает наказание в колониях и их семьям. В Набережных Челнах и Казани семьям подростков-правонарушителей, погибших в межгрупповых «войнах», выплачивались из «общей кассы» значительные суммы, равные стоимости «жизни»^[32]. Правила «общего котла» принуждают каждого подростка и молодого человека жить интересами преступной группы, охранять и преумножать общие блага.

Успешность групповой деятельности обеспечивает и сравнительно большую длительность существования групп. В отличие от групп, находящихся на более ранних стадиях своего развития, устойчивые преступные группы несовершеннолетних и молодежи не распадаются по мере взросления своих участников, а являются резервом взрослой организованной преступности.

Так, из приговора Верховного Суда Республики Татарстан от 27 июля 2005 г. по уголовному делу в отношении организатора банды «Перваки» Н. и восьми участников этого преступного объединения, устойчивость и сплоченность банды кроме прочего подтверждены и длительным ее существованием (с 2000 г.)^[33].

Другим примером организованной группы во главе со взрослым участником (что часто имеет место у данного типа группы) может служить уголовное дело Курганского РОВД. «На протяжении длительного времени трое несовершеннолетних граждан П., Н. и В., во главе со взрослым гр. Д. совершали грабежи, разбои, кражи по всему Курганскому району, в городах Пензе и Таганроге. В названном составе, ближе к вечеру преступники врывались в станичный магазин и, угрожая продавцу, требовали выдать им деньги из кассы. Для устрашения использовали пистолет (как было установлено в ходе следствия, кустарного производства в нерабочем состоянии, без патронов). В случае оказания сопротивления один из подростков по заранее продуманному плану должен был брызнуть из газового баллончика в лицо жертве. Двое в этот момент забирали деньги и еще что-нибудь из вещей либо продуктов. А в это время взрослый участник гр. Д. находился где-нибудь за углом магазина в а/м ВАЗ 2106. Все четверо из данной станицы, хутора, поселка уезжали и больше там не появлялись. На допросах подростки показывали, что взрослый гр. Д. сам определял место и время совершения грабежа (разбоя), выбирал маршрут движения группы туда и обратно»^[34].

Разрушение устойчивых преступных подростково-молодежных групп – сложная задача, так как арсенал средств и способов сплочения и организации этих групп обширен и достаточно эффективен. Это, во-первых, уверенность участников в защищенности от негативного воздействия внешнего мира (вместе легче защититься от других несовершеннолетних правонарушителей, легче самоутвердиться в глазах людей, чьи мнения и оценки авторитетны для подростка, в группе легче приобрести материальные блага путем хищений и пр.). Во-вторых, в случаях, когда перечисленные выше стимулы не действуют или перестают действовать, они могут быть замещены противоположной тактикой: запугивания, угроз, насилия и даже физического уничтожения члена группы, совершившего «измену»^[35].

В то же время следователи и дознаватели должны знать, что в случае стабильной неудачи группы в ней значительно ухудшается качество межличностных отношений, увеличивается число конфликтов, которые могут быть тактически грамотно использованы для разложения группировки. Таким образом, сама эффективность следственных действий является важным разобщающим группировку фактором.

_____________