ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В рамках настоящей диссертационной работы автором было выполнено всестороннее сравнительно-правовое исследование всех элементов правового статуса арбитров международного коммерческого арбитража.

1. Смешанная теория лучшим способом отражает правовой статус арбитров МКА. Во-первых, данная теория проявляется в том, что полномочия арбитров, с одной стороны, основаны на договоре сторон, то есть на арбитражном соглашении. Так как арбитры являются частными лицами, они участвуют в разрешении спора сторон, а не в защите интересов государства. Во-вторых, решение арбитров характеризуется невозможностью пересмотра по существу. Следовательно, происходит взаимодействие как гражданско-правовых, так и процессуальных элементов.

2. Правовой статус арбитров международного коммерческого арбитража в современном понимании сформировался в результате многовековой эволюции и имел свои прообразы в различные исторические периоды.

Во-первых, в Древнем мире арбитрами являлись пользующиеся авторитетом представители религиозной власти, например епископы, и иные высокопоставленные лица, обладающие непоколебимой репутацией. Основанием для обращения к арбитру, третейскому судье (в тот период эти понятия полностью совпадали) служило соглашение (обращение) сторон. Арбитры выступали в роли посредников, по сути — медиаторов, и на основании принципов справедливости разрешали тот или иной спор.

Во-вторых, в Средние века наблюдались две тенденции, касающиеся правового статуса арбитров: с одной стороны, компетенция арбитров была ограничена вследствие влияния феодальных традиций (только король или князья имели право передавать свои дела на разрешение третейского судьи). С другой стороны, в этот период в ряде государств, в которых постоянно развивался торговый оборот, роль третейского судьи (арбитра) постепенно повышается в связи с развитием морских купеческих третейский судов, а также ярмарочных судов или «судов пыльных ног».

В-третьих, правовой статус арбитров в Новое время и в Новейшей истории характеризуется следующими особенностями:

— произошло окончательное и полное отделение государственных судов от арбитражей, что повлияло на закрепление принципа обязательности арбитража при наличии арбитражной оговорки;

— в различных европейских странах на национальном уровне впервые происходит закрепление правового статуса арбитра, что нашло отражение как в национальном регулировании, так и в актах негосударственного регулирования, а именно в регламентах;

— в-третьих, этот период ознаменован принятием ряда важных международных договоров в сфере международного коммерческого арбитража, которые окончательно сформировали правовой статус арбитра международного коммерческого арбитража.

3. Правовой статус арбитров международного коммерческого арбитража в современном понимании сформировался в результате многовековой эволюции и имел свои прообразы в различные исторические периоды (в Древнее время, в Средние века, в Новое и Новейшее время). Однако в качестве единого правового комплекса норм (прав, обязанностей и требований), складывающегося в рамках международного коммерческого арбитража, возник лишь в связи с принятием универсальной Нью-Йоркской конвенции, в которой закреплен правовой механизм юридически обязательного исполнения решений арбитров, вынесенных за рубежом. Именно в середине XX в. международный коммерческий арбитраж превращается в самостоятельный комплекс норм, поскольку бурное развитие международной торговли, а позже глобализация экономической жизни породили заинтересованность хозяйствующих субъектов разных стран в грамотном и эффективном разрешении трансграничных коммерческих споров.

4. Проанализировав проблему соотношения правового статуса арбитра МКА и судьи государственного суда в России, заключаем, что арбитры международного коммерческого арбитража осуществляют схожее с судьями государственных судов судопроизводство. Данный вывод основан на разрешении частноправовых споров на основании принципа автономии воли сторон, а также на вынесении обязательного для сторон решения, основанного на правовых актах (международных договоров, национальных законов), а также актах негосударственного регулирования. Однако, при данном сходстве, в международном коммерческом арбитраже отсутствует одна из стадий правоприменительной деятельности — принудительного исполнения решения, что, на наш взгляд, не может полностью отождествлять производство в международном коммерческом арбитраже с судопроизводством в классическом его понимании. Поэтому делаем вывод, что арбитры международного арбитража осуществляет «судопроизводство», которое можно назвать квазисудебным. То есть данное производство имеет схожие черты с судопроизводством, но имеет свои отличия исходя из своей природы.

Квазисудебное производство — это особая форма правоприменения, которая определяется сторонами арбитражного соглашения, законом и регламентом конкретного арбитражного центра.

5. Рассмотрев соотношение правового статуса арбитров и иных субъектов, осуществляющих негосударственное разрешение частноправовых споров (медиаторов, посредников и т.д.), следует сделать вывод, что

правовой статус арбитров существенным образом отличается от статуса медиатора (посредника). Во-первых, арбитры наделены полномочиями выносить обязательное для сторон решение, которое имеет процессуальные последствия (прежде всего возможность принудительного исполнения в государственном суде); во-вторых, в установлении в законодательстве повышенных требований как к самим арбитрам, так и к процедуре рассмотрения ими споров; в-третьих, при разрешении трансграничных коммерческих споров арбитры международного коммерческого арбитража, как и судьи государственных арбитражных судов, руководствуются нормативными актами (международными договорами, национальными законами, а также нормативными актами негосударственного регулирования).

Следовательно, можно утверждать, что арбитры МКА занимают промежуточное положение между судьей и субъектами, осуществляющими негосударственное разрешение споров (медиатором, арбитром рекомендательного арбитража, посредником при переговорах), тем самым осуществляют квазисудебное производство.

6. Основным требованием, предъявляемым к арбитрам международного коммерческого арбитража, является независимость и беспристрастность, закрепленное в виде общей нормы без раскрытия конкретного содержания в законах и других нормативных актах.

Наличие юридических и фактических обстоятельств, свидетельствующих о связях арбитров со сторонами спора, способных повлиять на правовую позицию арбитров по конкретному делу (организационно-правовых, профессиональных, родственных, финансовых и др.) нарушает принцип независимого и беспристрастного разрешения спора. Указанные обстоятельства устанавливаются на основании, как норм законодательства и регламентов международного коммерческого арбитража, так и актов негосударственного регулирования, основным из которых являются Руководящие принципы международной ассоциации юристов относительно конфликта интересов в международном арбитраже (Принципы IBA).

7. Аргументирован вывод о наличии самостоятельного института ответственности арбитров международного коммерческого арбитража. Ответственность арбитров, возникающая в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением их функций характеризуется ограниченным иммунитетом — арбитры несут ответственность за свои действия или бездействия в строго определенных случаях, в частности, когда доказано, что такое действие (бездействие) являлось умышленным и намеренным правонарушением с точки зрения применимого права (ст. 51 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации», ст. 31.1 Регламента Лондонского международного коммерческого арбитражного суда 2014 г., ст. 40 Арбитражного регламента Международной торговой палаты 2017 г.).

Право, применимое к гражданско-правовой ответственности арбитра, определяется: во-первых, соглашением сторон, а во-вторых, при отсутствии такого соглашения, правом страны места проведения арбитража.

8. Сформулирована конструкция правового статуса арбитров международного коммерческого арбитража. Она включает в себя пять нормативных составляющих: во-первых, нормативные требования, которым должен соответствовать арбитр (наличие образования, опыта, квалификации, профессиональных знаний и пр.); во-вторых, нормативные требования к процедуре назначения арбитров (порядок и сроки предложения сторонами кандидатур арбитров, порядок и сроки формирования состава арбитража и пр.); в-третьих, нормативные основания для отвода арбитров и иных изменений в составе арбитража, включая правовые последствия совершения данных действий; в-четвертых, права и обязанности арбитров; в-пятых, ответственность арбитров за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей.

Источниками формирования данных нормативных составляющих являются международные договоры, нормы национального права и нормы негосударственного регулирования, а также соглашение сторон спора, что позволяет сторонам самостоятельно формировать требования к арбитру, исходя из конкретных обстоятельств спора, его существа, сложности и других обстоятельств.

9. Анализ наиболее востребованных центров международного коммерческого арбитража позволил выявить некоторые современные дополнительные требования к правовому статусу арбитров, повышающие уровень этих требований:

1) требование к гражданству арбитров, согласно которому единоличные арбитры или председатель состава арбитража не должны назначаться из лиц, имеющих такое же гражданство, какое имеет одна из сторон (п. 1 ст. 13 Арбитражного регламента Международной торговой палаты 2017 г., ст. 6.1 Регламента Лондонского международного

коммерческого арбитражного суда 2014 г.);

2) требование к наличию у арбитров реального времени для рассмотрения дела по существу (п. 1 ст. 13 Арбитражного регламента Международной торговой палаты 2017 г., ст. 13.3 Арбитражного регламента Международного арбитражного центра в Сингапуре 2016 г., п. 3 ст. 18 Арбитражного регламента Арбитражного института Торговой палаты Стокгольма 2017 г.).