XXIV. Большая свобода и новыя ограниченія.

Значѳніе обязательнаго выкупа 1881 г.— Переходъ на выкупные платежи государственныхъ крестьянъ.—Расширеніе правъ крестьянъ на землю и сокращеніе права ихъ борьбы съ кабакомъ.—Юридическое и экономическое значеніе пьянства.—«Кабацкая конституція».—Ограничительныя для крестьянъ правила 14 мая 1885 г.~Что нужно?

Независимо отъ облегченія въ платежахъ, несоразмѣрныхъ съ цѣнностью и доходностью земли, полученной отъ помѣщиковъ, 88- конъ объ обязательномъ вывунѣ 28 декабря 1881 г.

Закономъ 12 іюня 1886 r., всѣ государственные крестьяне Европейской Россіи также были переведены на вывуаные платежи съ 1 января 1887 г. Реформа эта замѣнила собою переоброчку черезъ 30 лѣтъ, предположенную по закону 24 ноября 1866 r. Государственные крестьяне обязывались выкупать тѣ земли, которыми до сихъ иоръ только пользовались. 1 января 1931 г. онн должны сдѣлаться собственниками этихъ земель. Сумма ежегодныхъ выкупныхъ платежей опредѣлялась въ 49.036,884 руб.

Правила о преобразованіи оброчной подати и замѣняющихъ ее сборовъ, а также лѣснаго налога, въ выкупные платежи, 12 іюня 1886 r., были весьма кратки и устанавливали столь важную окончательную реформу въ общихъ чертахъ. Оттого нримѣненіе ея на практикѣ должно было встрѣтить множество вопросовъ, затрудненій и сомнѣній. Ho законодательная власть отказывалась и впослѣдствіи опредѣлить ее подробнѣе. Предоставлялось исполнительной власти—министру финансовъ—«дать подлежащимъ учрежденіямъ ближайшія указанія въ развитіе изложенныхъ выше правилъ н разрѣшать, по соглашенію съ министрами внутреннихъ дѣлъ и государственныхъ имуществъ, когда въ такомъ соглашеніи окажется необходимость, могущія встрѣтиться при исполненіи сихъ правилъ недоразумѣнія».

Такимъ образомъ, благодаря выкупу, и бывшіе помѣщичьи, и бывшіе удѣльные, и бывшіе государственные крестьяне поставлены, въ концѣ концовъ, въ такое отношеніе къ состоявшей въ ихъ пользованіи зеилѣ, которое постепенно будетъ превращаться въ право собственности,—впрочеиъ, право крайне неопредѣленное, возбуждающее относительно своего объема цѣлый рядъ вопросовъ, неразрѣшимыхъ иначе, какъ въ законодательномъ порядкѣ "). *)

Ho въ противорѣчіе этому, ограничено быдо, втеченіе извѣстнаго времени, весьиа существенное нраво, связанное со владѣніемъ 8еидею,—нраво, безусловно принадлежавшее крестьянамъ и тогда, когда они были только постоянныии арендаторами земли. Рѣчь идетъ о правѣ борьбы съ тбакомъ, которое всегда предоставлялось крестьянамъ. Среди аричинъ нынѣшняго деревенскаго нестроенія, пьянство считается одною ияъ важяѣйшнхъ.Значеніе ѳго,насамомъ дѣдѣ, даже еще болѣе гибельно, чѣмъ предполагается. Пьянство— это настоящая явва, разъѣдающая государственный и народный opra- шгамъ. Независимо отъ пагубнаго экономическаго значенія, пьянство принижаетъ личность крестьянина, его человѣческое достоинство. A такимъ путемъ оно разрушающимъ образомъ отражается на всѣхъ правахъ н отношеніяхъ крестьянина, и въ этомъ смыслѣ влечетъ за собою множество невыгодныхъ для него юридическихъ послѣдствій.

Съ признаніемъ гибельнаго значенія пьянства, самымъ естественнымъ образомъ соединяется мысль о необходимости предоставить народу право и вовможность бороться съ нимъ, поставить въ зависимость отъ населевія число питейныхъ ваведеній и другія условія торговли крѣпкими папитвами.

Въ полную противоположность этимъ началамъ, статьею 27 правилъ 14 мая 1885 г. о раздробительной торговлѣ крѣпкими напитками устанавливалось, что согласіе на открытіе питейныхъ заведеній въ селеніяхъ изъявляется владѣльцами усадебъ, которые не обязаны испрашивать дозволенія на то сельскихъ сходовъ. A такихъ владѣльцевъ къ 1885 году оказывалось уже очень много и число ихъ постоянно и быстро увеличивалось.

Ha основаніи правилъ 14 мая 1885 r., питейная продажа въ трактирныхъ заведеніяхъ, а также на постоялыхъ дворахъ или корчмахъ, не могла быть воспрещаема въ селеніяхъ, имѣющихъ не менѣе 5 тыс. наличныхъ душъ обоего пола, а изъ селеній съ меньшимъ числомъ населенія,—во всѣхъ базарныхъ, торговыхъ, промышленныхъ и фабричныхъ селахъ, а также при станціяхъ желѣзныхъ дорогъ, у пристаней и перевозовъ большихъ рѣкъ, на проѣвшихъ трактахъ и вообще въ мѣстахъ значительнаго скопленія или проѣяда постороннихъ людей. Очевидно, что столь широкое опредѣленіе, формулируемое въ выраженіяхъ общихъ, дѣйствительно, допускало на практикѣ возможность подвести почти всякое селеніе подъ понятіе селеній, въ которыхъ питейная торговля не можетъ быть воспрещаема.

Оченьестествевно, чтопри той темнотѣ,котороюокутаны крестьянскія права, при неопредѣленности отношеній и зависимости отъ всякихъ вліяній,—подобное тяжелое положеніе еще отягчалось усердіемъ крестьянскихъ властей. Такъ напр., корреспонденція «Сельскаго Вѣстника» (Лг 6 за 1889 г.) изъ золотовской волости, Саратовской губерніи, рисовала слѣдующее характерное положеніе: «Здѣшнія сельскія общества составили полюбовные приговоры, чтобы никому не ходить въ винныя лавки и неисполнителей этихъ приговоровъ подвергать штрафу. Волостное правленіе этихъ приговоровъ не утвердило. Ho крестьяне стоятъ на своемъ и водку пить не хотятъ. Виноторговцы, получившіе въ праздники немало убытка, думаютъ предъявлять къ обществамъ судебные иски, а крестьяне съ усмѣшкой говорятъ: должно быть, скоро наступитъ время, когда десятники будутъ гнать въ кабаки пить водку». Вообще, есть много доказательствъ, что крестьяне готовы вести борьбу съ кабакомъ. Ho, сознавая свою слабость, силу порока и вліяніе собла8на,—они желаютъ всякихъ ограничительныхъ мѣръ по отношенію къ питейной торговлѣ eo стороны правительства. Они идутъ очень далеко въ этонъ отношеніи, нерѣдко выражая желаніе, чтобы была уничтожена вполнѣ питейная торговля... Ни изъ какихъ экономическихъ, финансовыхъ и юридическихъ началъ не могли быть выведены наложенныя на нихъ стѣсненія. Наоборотъ, всякія начала и соображенія привОдятъ къ эаключенію о правѣ сельскихъ обществъ—бе8условно воспрещать питейную торговлю во всякой данной формѣ, во всякое время и во всякомъ данномъ поселкѣ. Bo избѣжаніе извѣстнаго co- блаод, скорѣе желательно было бы ограниченіе права крестьянъ давать согласіе на открытіе питейныхъ заведеній, чѣмъ укаванныя стѣсненія. Подобная государственная опека, имѣющая въ виду трезвость населенія, была бы дѣйствительно благодѣтельной. Съ точки зрѣнія подобной же опеки, слѣдовало бы посмотрѣть и на осуществившіяся въ законѣ 4 іюня 1890 г. мѣры поощренія «сельскохозяйственнаго» винокуренія.Подобная «сельско-хозяйственная» мѣра, несомнѣнно, влечетъ за собою только развитіе пьянства... потому что каждый винокуренный заводчикъ открываетъ большее или меньшее число кабаковъ.

Законъ 5 мая 1892 r. возвратилъ, наконецъ, крестьянамъ право борьбы съ кабакомъ,—предоставилъ имъ право не разрѣшать питейной торговли въ селеніяхъ. Ho затѣмъ введеніе казенной продажи вина вновь и совершенно лишило ихъ въ нѣкоторыхъ губерніяхъ этого необходимаго права. Опять питейныя заведенія могутъ быть открываемы въ селеніяхъ безъ согласія крестьянъ... Только въ тѣхъ губерніяхъ, гдѣ винная монополія вводитсясъдополнительными правилами 19 февраля 1896 r., крестьяне нѣсколько,—весьма, впрочемъ, мало,—обе8печены отъ открытія противъ ихъ воли питейныхъ ваведеній въ селеніяхъ...