VIII. Организація освободцтельпыхь работъ.

Образованіѳ губернскихъ дворянскихъ комитетовъ.—Цѣль работъ, имъ пред- ложенвыхъ.—Главный комитетъ по крестьянскому дѣлу.—Редакціонныя ком- «исіи.—Организація ихъ дѣятельности.—Гласность.— Значеніе принятой постановки работъ редакціонныхъ коммисій.

Общинъ примиряющимъ съ ними объясненіемъ недостатковъ законоположеній 19 февраля, какъ уже сказано, нужно считать именно крайнюю трудность первой разрѣшавшейся тогда задачи,—самаго -освобожденія личности крѣпостною крестьянина. Эта задача требовала особой твердой и непреклонной рѣшимости. Такая рѣши- иость въ этомъ главнѣйшемъ отношеніи и была проявлена въ мѣрѣ, неоставлявшей желать ничего большаго. Для разрѣшенія второй задачи, для устройства освобожденныхъ, не могло уже вполнѣ достать того же освободительнаго чувства, той же рѣшимости, тѣхъ же силъ. Работы, казалось, были организованы такъ, что и устройство освобожденныхъ должно было создаться въ формѣ совершенной. Ho крѣпостное состояніе обезпечивалось такимъ вліяніемъ, пустило въ странѣ столь глубокіе корни, что уничтожить его во всѣхъ формахъ и проявленіяхъ, на всѣхъ путяхъ, во всѣхъ возможностяхъ—было выше силъ того времени, замѣчательныхъ, исключительныхъ, но все же, .какъ всегда, ограниченныхъ. Притомъ же, законодатели 19 февраля стремились создать переходное положеніе, временное устройство, срочно- обязанное состояніе, возникавшее изъ надѣленія крестьянъ помѣщичью землю. Они вовсе не думали, что это временное состояніе будетъ долговременнымъ и тѣмъ менѣе, что оно будетъ распространено даже и на другихъ свободныхъ сельскихъ обывателей...

Собственноже освобожденіе было совершено дѣйствительно съ значительною твердоетью и организація работъ была дѣйствительно замѣчательна въ нѣкоторыхъ отношеніяхъ (при той, однако, обнаружившейся въ организаціи работъ односторонности, что изъ числа общественныхъ силъ были призваны въ непосредственному участію въ составленіи новыхъ законоположеній одни помѣщики).

одно помышленіе о которой ставится уже въ большую эаслугу прежнимъ государямъ и правительственнымъ дѣятелямъ.

20 ноября 1857 r;, дворянству виленской и гроднёнской губерній разрѣшенобыло образовать особые комитеты и одну общую коммиссію въ г. Вильно. Комитеты эти должны были состоять изъ представителей no одному отъ каждаго уѣзда, выбираемыхъ мѣстными дворянами—помѣщиками, и изъ двухъ опытныхъ номѣщиковъ каждой губерніи, по назначенію ея начальника. Общая коммиссія, въ свою- очередь, образовывалась: изъ двухъ членовъ отъ каждаго изъ трехъ губернскихъ комитетовъ, одного опытнаго помѣщика, по назначенію гевералъ-губернатора, и одного члена отъ министерства внутреннихъ дѣлъ. Предсѣдателями губернскихъ комитетовъ являлись мѣстные губернскіе предводители дворянства. Предсѣдатель общей коммисіи> назначался генералъ-губернаторомъ изъ мѣстныхъ дворянъ. Задача губернскихъ комитетовъ обозначалась вообще какъ «составленіе проекта объ устройствѣ и улучшеніи быта помѣщичьихъ крестьянъ». Ho тугъ же преподавалось верховною властью такое «главное основаніе» для занятій, которое значительно расширяло эту задачу, далеко выводило- ee ивъ предѣловъ собственно «улучшенія» быта зависимыхъ: «помѣщикамъ сохраняется право собственности на всю землю, но крестьянамъ оставляется ихъ усадебная осѣдлость, которую они, втеченік опредѣленваго времени, пріобрѣтаютъ въ свою собственность посредствомъ выкупа; сверхъ того, нредоставляетея въ пользованіе крестьянъ надлежащее, но мѣстнымъ удобствамъ, для обезпеченія ихъ быта и для выполненія ихъ обязанностей передъ правительствомъ и помѣщикомъ, количество 8емли, за которое они платятъ оброкъ или< отбываютъ работу помѣщику». Выводъ изъ этого былъ ясенъ. Что прежде всего требовалось внутренне, общимъ смысломъ этого поло- женія,—было совершенно понятно сразу и безъ прямыхъ заявленій...

Вслѣдъ эатѣмъ, на такихъ же основаніяхъ, съ такими же главными руководственными началами дѣятельности, прямо выраженными и само собою подразумѣвавшимися,—были послѣдовательно образованы комитеты въ другихъ губерніяхъ.

8 января 1858 г. былъ учрежденъ такъ называемый главный комитетъ по крестьянскому дѣлу. Въ немъ должно было сосредоточиться разсмотрѣніе всѣхъ предположеній, до помѣщичьихъ крестьянъ относящихся. Вслѣдствіе этого, 19 октября 1858 г. было повелѣно, чтобы «министры и главноуправляющіе отдѣльными частями всѣ- вообще возникшіе и возникающіе въ ихъ вѣдомствахъ вопросы и предположенія, относящіеся до измѣненія, дополненія или поясненія дѣйствующихъ нынѣ законовъ о крѣпостныхъ людяхъ, представляли въ главный комитетъ по крестьянскому дѣлу». Нѣсколько же ранѣе того, 15 іюля 1858 r., при означенномъ комитетѣ была образована особая коммисія для предварительнаго разсмотрѣнія проектовъ губернскихъ комитетовъ. Работы свои коммисія эта доджна была вносить въ комитетъ. Приэтомъ и въ главный комитетъ, и въ состоявшую при немъ коммисію могли быть приглашаемы члены губернскихъ комитетовъ, командируемые по два отъ каждаго комитета, какъ представители большинства и меньшинства въ послѣднемъ. Отъ нихъ же главный комитетъ и коммисія могли требовать всѣ нужныя свѣдѣнія а объясненія.

Затѣмъ, въ виду развивавшейся дѣятельности и значительнаго числа воэникшихъ вопросовъ, 17 февраля 1859 r., были учреждены редакціонныя коммисіи,—для составленія систематическихъ сводовъ изъ всѣхъ проектовъ губернскихъ комитетовъ и для начертанія одного проекта общаго положенія о крестьянахъ, выходящихъ изъ крѣпостной зависимости, равно для начертанія проектовъ и другихъ, относящихся сюда, мѣстныхъ и частныхъ законоположеній. Одна ком- аисія образовывалась изъ представителей отъ министерствъ: внутреннихъ дѣлъ, юстиціи, государственныхъ имуществъ и изъ представителей отъ II отдѣленія собственной е. и.

27 же апрѣля 1859 r., къ двумъ упомянутымъ редакціоннымъ хоммисіямъ была присоединена финансовая коммисія, состоявшая подъ предсѣдательствомъ того же Ростовцева,—изъ лицъ, спеціально изучившихъ финансовыя науки, и изъ представителей нѣкоторыхъ вѣдомствъ. Цѣль этой третьей коммисіи заключалась въ разсмотрѣніи предположеній о финансовыхъ мѣрахъ къ облегченію крестьянамъ выкупа земельныхъ угодій и въ обсужденіи способовъ, которые могутъ быть предоставлены со стороны правительства крестьянамъ для содѣйствія въ выкупѣ.

Эти-то коммисіи и вынесли на себѣ наибольшую тяжесть работы. Внутреннее устройство ихъ и порядокъ дѣятельности были поставлены въ зависимость отъ ближайшаго усмотрѣнія предсѣдателя, и первыя двѣ раздѣлились на три отдѣленія: административное, юридическое и хозяйственное. Работы но каждому отдѣленію должны былк вноситься на обсужденіе общаго присутствія коммисій. Работы эта иредъявлялись также для отзывовъ членамъ губернскихъ комитетовъ, которыхъ предположено было первоначально вызывать для главнаго комитета и состоявшей при немъ коммисіи и которые приглашались два раза въ Петербургъ, no мѣрѣ окончанія работъ въ губернскихъ, комитетахъ,—сперва отъ 21 губерніи, потомъ огъ 18. Въ самомъ- началѣ уже было предположено печатать работы коммисіи. По мнѣніи> Ростовцева, это было весьма важно, между прочимъ, въ такихъ видахъ: «работы коммисій будутъ подвергаться критикѣ нѳ uo окончаніи, а во время самаго ихъ хода, когда всякая ошибка можетъ быть своевременно исправлена,—что облегчитъ и ускоритъ окончательно& разсмотрѣніе и утвержденіе проектовъ» (т.

Въ засѣданіи ясе 6 апрѣля 1859 r. былъ возбужденъ и прямой общій вопросъ: «какую степень гласности должны имѣть занятія коммисій»?

Слѣдующими замѣчательными словами отвѣтилъ на этотъ вопросъ- предсѣдатель коммисій, Ростовцевъ:.

«Занятія коммисій—составляютъ дѣло всей Россіи,—дѣло, съ которымъ тѣсно связано спокойствіе и благосостояніе цѣлаго государства, какъ въ настоящемъ, такъ и въ будущемъ. Опытъ показалъ, что хотя поднятый вопросъ и живо затронулъ интересы всего народа, но Россія, въ полномъ довѣріи къ своему государю, осталась спокойною; что спокойствіе это можно частію приписать и нѣкоторой гласности, съ которою отъ самаго начала, по высочайшему повелѣнію, было ведено дѣло. Притомъ же коммисіи, совершая трудъ, столь близкій интересамъ всѣхъ сословій, обязаны честнымъ 0ТЧ8- томъ предъ всею Россіею. Дать этотъ отчетъ, успокоить всѣхъ к каждаго можно только посредствомъ полной откровенности, потому что гдѣ дѣло ведется открыто, тамъ нѣтъ мѣста ни превратнымъ слухамъ, ни ложнымъ опасеніямъ, ни нелѣпымъ толкованіямъ. Наконецъ, на коммисіяхъ лежитъ святая обязанность уяснить вопросъ и самимъ себѣ со всѣхъ сторонъ. Какъ бы ни былъ добросовѣстенъ трудъ коммисій, какъ бы ни было велико стремленіе ихъ быть безпристрастными и не односторонними, онѣ, нри всей опытности своихъ членовъ, врядъ-ли ивбѣгнутъ такихъ ошибокъ, которыя при примѣненіи къ дѣйствительной мѣстной жизни, могутъ окавать неблагопріятное вліяніе на успѣхъ дѣла. A потому, и здѣсь необходимо предать себя общему суду, призвать на помощь общее участіе, которое прольетъ свѣтъ на каждую оставшуюся въ тѣни сторону вопроса, дополнитъ недостающіе факты и исправитъ вовремя каждую ошибку комнпсій» (тамъ же, стр. 24).

Затѣмъ, Ростовцевъ предложилъ печатать «всѣ журналы и труды коммисій въ значительномъ числѣ экземпляровъ»,—что и было принято общимъ присутствіемъ съ полнымъ сочувствіемъ.

Вообще, въ редакціонныхъ коммясіяхъ, благодаря принимавшимся ими предложеніямъ - предсѣдателя, дѣйствовавшаго во всемъ по совѣщаніи съ членами и не пользовавшагося большою предоставленною ему единоличною властью, — обнаружилась извѣстная ширина взглядовъ и пріемовъ, съ предоставленіемъ открытыхъ и законныхъ путей для вліянія на ходъ дѣласо стороны общества, печати, науки.

Въ этихъ видахъ, при самомъ открытіи коммиссій, по распоряженію Ростовцева, приняты были слѣдующія мѣры: 1) пріобрѣтены спеціальные журналы по крестьянскому дѣлу, а также и всѣ статьи по ѳтому-же предмету, помѣщенныя во всѣхъ періодическихъ ивда- ніахъ; 2) выписаны всѣ иностранныя сочиненія и брошюры, относящіяся до освобожденія крестьянъ и законоположеній O нихъ въ государствахъ европейскихъ; 3) сдѣлано сношеніе съ редакторами русскихъ журналовъ объ отпечатаніи впредь для коммиссій отдѣльными оттисками всѣхъ поступающихъ къ нимъ статей по крестьянскому дѣлу въ числѣ 100 экземпляровъ (тамъ-же, стр. 4).

Ни труды редакціонныхъ коммиссій въ первоначальномъ ихъ видѣ, ни окончательно разсмотрѣнные проекты, получившіе силу sa- кона,—не могли быть совершенны или вполнѣ удовлетворительны. Этому такъ или иначе должно было воспрепятствовать существовавшее состояніе крѣпостной зависимости и сила интересовъ, съ нею связанныхъ. Ho безъ сомнѣнія, въ большой степени благодаря именно такимъ пріемамъ и условіямъ работъ, онѣ вышли такими, каковы есть, оказались несравненно лучше, чѣмъ могли-бы быть, еслибъ дѣло велось иначе. Въ нихъ много недостатковъ. Ho при другихъ условіяхъ, недостатковъ и болѣе существенныхъ было-бы больше.