Производство при рассмотрении уголовных дел.

Отдельный уголовный процесс в городском судопроизводстве был результатом принятия процессуальных принципов Constitutio Criminalis Carolinae. Наряду с обвинительным производством вводилось инквизиционное производство, характерной чертой которого было объединение в руках судьи функций расследования и вынесения приговора.

B земском праве особенности производства по уголовным делам были связаны с введением элементов инквизиционного процесса. K ним, в частности, относились скрутиниум и пытки.

B инквизиционном производстве суд принимал решение о возбуждении дела на основании заявления или по собственной инициативе, если имелось лицо, подозреваемое в преступлении, и судья признавал существующие улики достаточными. Первый этап (общая инквизиция) заключался в установлении факта преступления, его обстоятельств и предполагаемого виновника. Ведение следствия поручалось специальному чиновнику, называвшемуся инстигатором. Окончательное решение о признании дела уголовным принадлежало суду. Ha основании этого решения подозреваемого сажали в тюрьму. C того момента начинался второй этап производства (специальная инквизиция), цель которого заключалась в получении от обвиняемого признания.

Среди доказательств главную роль играло признание обвиняемого, которое считалось «королевой доказательств» (confessio est regina probationum). Для получения признания широко применялись пытки, ранее известные городским судам и использовавшиеся там, в особенности в XVI—XVIII вв., очень широко.

B инквизиционном производстве полагалось сначала склонить обвиняемого к добровольным показаниям. Лишь в случае неудачи применялись меры в следующей очередности: угроза подвергнуть пыткам, демонстрация орудий пыток, раздевание и связывание обвиняемого, усаживание на место, предназначенное для пыток, и, наконец, сами пытки. Ha практике зачастую обвиняемого, даже если он делал признание, подвергали пыткам под предлогом, что признание могло быть неполным, а пытки позволят выявить дополнительные обстоятельства. Наиболее распространенной пыткой было вытягивание суставов.

Если осужденный не признавался, он мог быть подвергнут пыткам повторно — всего троекратно. Когда обвиняемый признавался, он должен был затем подтвердить свое признание в присутствии полного состава суда. Если обвиняемый делал признание под пытками, а потом брал его обратно, мучения возобновляли еще два раза. Если, несмотря на троекратные пытки, признание так и не было получено, принимались во внимание другие доказательства, в том числе и показания свидетелей. B инквизиционном производстве не применялась допускавшаяся в обвинительном процессе очищающая присяга. Если доказательства были неубедительными, а подозреваемый под пытками не признал своей вины, его отпускали на свободу. Людей подвергали мучениям на основании голословных, а порой и просто ложных обвинений.

Помилование и смягчение наказания. Земское право стремилось ограничить принадлежавшее королю право помилования шляхты. Конституция 1538 года запретила королю йомилойание приговореййых к зак- лючению за убийство, совершенное в шляхетском кругу. Право помилования по отношению к шляхте перешло к сейму. C конца XV века король также не мог выдавать охранные грамоты (глейты) лицам, приговоренным к наказанию, а с 1543 года — крепостным, намеревавшимся подать жалобу на своего пана.

Магдебургское право не признавало ни помилования, ни смягчения наказания. Тем не менее в городской и деревенской практике они применялись довольно широко. Особенно прочно укоренился обычай выпрашивания освобождения от смертной казни женщиной, заявившей, что она желает немедленно вступить в брак с приговоренным к смерти. Были также известны случаи дарования жизни, если из-за нерасторопности палача казнь с первого раза не состоялась (падение с виселицы и т. д.).