Какова роль Центральных банков в регулировании эмиссии и обращения «электронных денег»?

Центральные банки стран до сегодняшнего момента игнорировали развитие систем «электронных денег», о чём свидетельствует полное отсутствие официальных документов (указаний, положений, инструкций, их определяющих и регулирующих).

В настоящее время существует два значимых документа, созданных рабочими группами по правовому обеспечению развития электронной коммерции, работающими в различных странах: американский проект «Рамочных условий для глобальной электронной коммерции» (Framework For

Global Electronic Commerce, FFGEC) и «Европейская инициатива в области электронной коммерции» (European Initiative In Electronic Commerce, EIEC).

Оба они в большей мере указывают направления разработки правового обеспечения и ограничения на правовое регулирование, чем устанавливают конкретные нормы (в EIEC, в частности, прямо указано: эта инициатива должна укрепить уверенность фирм в отношении инвестиций, а пользователей - в отношении использования электронной коммерции, устраняя существующие юридические и регуляторные барьеры и предотвращая появление новых препятствий).

В целом EIEC выглядит более проработанной и сбалансированной, однако, нужно учесть, что этот документ был опубликован в апреле 1997 г. после обсуждения FFGEC. Кроме того, основные положения EIEC нашли отражение также и в заключительном документе состоявшейся в июле 1997 г. встречи министров европейских стран "Глобальные информационные сети: раскрытие потенциала" (в так называемой Боннской декларации) и, тем самым, стали уже фактически руководством к действию.

Обе рассмотренные инициативы не содержат запретительных моментов, передают решение всех тактических вопросов деловому сообществу и предоставляют, таким образом, неплохо оборудованную площадку для конкуренции и экспериментов в поисках создания эффективных платёжных систем, функционирования и развития всех секторов цифровой экономики.

В России уже предпринимались попытки некоторых организаций ввести ограничения «электронных денег», исходя из интересов безопасности страны. Так, в законопроекте «О создании в Российской Федерации государственной электронно-чековой платёжной системы», выдвинутом партией ЛДПР в статье 2 сказано: «в Российской Федерации никогда не будет допущена к использованию платёжная система, основанная на наличных электронных деньгах».

Банку России стоит признать заслуги корпоративного сектора в развитии «электронных денег» и глобальных сетей и его роль в разработке новых технологических решений в платёжных системах, а также применять дапозитивный подход к регулированию новых платёжных систем, поскольку сейчас и в дальнейшем частная инициатива будет оставаться движущей силой в их развитии.

В связи с этим представляется разумным компромиссный подход, предусматривающий определенные меры по регулированию «электронных денег», при условии, что они будут носить рамочный и гражданский, а не запретительный и административный характер, а также не будут покрывающими, то есть границы создаваемых метаюрисдикций будут оставаться свободными для тех, кто желает выйти на рубеж и поэкспериментировать с новыми проектами.

Можно привести массу аргументов в пользу такого подхода, но достаточно указать на то, что жёсткое регулирование (сплошной запрет на определённую деятельность или определённые инструменты) Киберпространства на практике осуществить невозможно: любой такой запрет должен был бы поддерживаться юридической практикой всех без исключения государств, причём неучастие хотя бы одного из них делает акцию бессмысленной. Практика показывает, что чем большим ограничениям в конкретном законодательстве подвергается деятельность, на продукты которой существует реальный спрос, тем большим оказывается стимул для других государств принять у себя фирмы, оказывающие соответствующие услуги.