О дефектах политэкономической науки и их преодолении

С использованием конкретизации методологии науки, уточнения понятия научной рациональности на базе системы познания модельноконструктивного мышления (МКМ)[211], из моря наукообразия экономик как наиболее адекватный реальным политэкономическим процессам в политэкономии выделяется подход Рикардо-Милля[212].

Как это не парадоксально, такой подход, не принятый в СССР, охарактеризованный Марксом как «вульгарная политэкономия»[213] на самом деле считается политэкономической классикой[214], вытесняемой за рубежом, по- видимому, из политических соображений в рамках economics.

Как «истинный предмет науки» этот подход был выделен еще Риккардо. Так, в конце своей жизни в письме Мальтусу он писал: «Вы полагаете, что политическая экономия является исследованием о природе и причинах богатства (о природе и причинах стоимости, — Прим.

Международный раздел должен, как минимум, гарантировать народам их сохранение в пределах той продовольственной, более широко природной базы, которая дает им территория проживания. Раздел продукта должен учитывать природные особенности регионов как национального, так и многонационального проживания. Специфика этих регионов естественно выделяет полюса многополярного мира.

Не чужд был этот подход и К. Марксу в его критике несправедливости частной собственности[216]. Однако критический труд, сформулированный в рамках естественнонаучной методологической архаики, не содержал многих конструктивных элементов построения эффективного социалистического способа раздела. Естественнонаучная философская форма изложения марксизма предопределила его догматический характер и также послужила консервации затратной экономической системы в СССР с ее последующим крахом. Интеллекта же у вождей СССР после Ленина и Сталина было недостаточно для прагматической модернизации экономики в направлении подключения рыночных рычагов так, как это было сделано в Китае. Теоретические же разработки в этом направлении врагами модернизации социализма всячески замалчивались и искажались (см., например, послесловие Ю. Голанда в «Новом мире» к работе Б. Бруцкуса[217]). В результате развития рыночных стимулов в рамках социализма и традиционного государства в Китае и введения оголтелого капитализма в России имеем их разнонаправленную трансформацию.

Автор не призывает копировать прагматический опыт Китая, поскольку при условиях существующих в России это и невозможно. В рамках же классического политэкономического подхода имеется теоретическая возможность плавной трансформации экономических отношений[218], позволяющая преодолеть перманентную российскую деградацию без марксистской «революционной практики».

Классический подход к политэкономии, возможные пути развития России и перспективы в случае продолжения либерального курса в рамках обновленной методологии науки рассматриваются автором настоящего доклада и более детально.